Дискуссия о принципах (стр. 3 )

Для начала продолжим прерванную цитату:

«…Это превращение каждый человек миллионы раз наблюдал и наблюдает действительно на каждом шагу. Софизм идеалистической философии состоит в том, что ощущение принимается не за связь сознания с внешним миром, а за перегородку, стену, отделяющую сознание от внешнего мира, - не за образ соответствующего ощущению внешнего явления, а за "единственно сущее". Авенариус придал лишь чуточку измененную форму этому старому софизму, истрепанному еще епископом Беркли. Так как мы еще не знаем всех условий ежеминутно наблюдаемой нами связи ощущения с определенным образом организованной материей, - то поэтому признаем существующим одно только ощущение, - вот к чему сводится софизм Авенариуса.»

В чем можно упрекнуть здесь автора этих строк, не впадая в анахронизм, то есть, не требуя от него сатанинской сверхгениальности, способной предвидеть идеи, которые сформулируются в науке лишь через многие десятилетия. (Не забудем, что писался «Материализм..» в 1908 году.) В том, что он полагает «ощущение» элементарным психическим фактом, на базе которого строится вся остальная человеческая психика?

Да, помилуйте, не то что в начале прошлого века, но и сегодня, в начале века нынешнего - этот предрассудок разделяет с ним подавляющее большинство и философов, и уж тем более психологов. Более того, подавляющее большинство последних совершенно искренне не понимает, а что, собственно, в такой посылке неверного? Как может быть иначе? Как может строиться психика иначе, чем на базе ощущений?

Между тем, вовсе не это, не проблема исходного, отправного пункта в деятельности человеческой психики волнует Ленина. Менее всего в этом рассуждении он выступает как психолог, коим он, насколько нам известно, никогда не был и становиться не предполагал. Обсуждает он не структуру человеческой психики (сознания) а ее, если угодно, биологический смысл. Дана ли психика субъекту, чтобы из ее бездонных абстрактных глубин он как фокусник из шляпы извлекал «зайца» своей фантазии («воображения»), или для того, чтобы с ее помощью добывать реальных зайцев (лучше уже жаренных) в мире реальном?

Соответственно чему служит психика, (как бы ее далее ни понимать, как «ощущение» или как «деятельность») - связи ее субъекта «с внешним миром», связи, только и позволяющей этому субъекту оставаться в этом мире живым, или психика («ощущение») предназначена исключительно для того, чтобы давать ее субъекту удовольствие ощущать свои ощущения, переживать свои аутистические грезы, в которых «внешний мир» если и отражается, то исключительно в виде абстрактно-внешней угрозы гармонии изначального сугубо внутреннего мира. Иначе говоря, что есть психика – способ и форма связи с внешним миром живого организма или тюремная стена, отделяющая его от этого мира, да так прочно, что, бог весть, есть ли за ней и сам внешний мир как таковой?

Можно, конечно с высот утонченного кантианства (в лучшем случае) потешаться над «наивным реализмом» подобного подхода, но нам представляется куда более забавным обсудить ту исторически сложившуюся уродливую форму разделения труда, при которой субъекты высокоинтеллектуальной теоретической деятельности настолько далеко ушли от деятельности материальной, чувственно-практической, что полагают возможным на сытый желудок осмеивать последнюю за… ее реализм. Тут, впрочем, кончается всякая философия и начинается Салтыков-Щедрин, вернее его бессмертные персонажи.

Ну а чтобы не угодить в их компанию, Ваш покорный слуга забросил пустое занятие по придумыванию нового термина, который бы отличался от «отражения» единственно своим намеком на его активный, а не пассивно-зеркальный характер, полагая, что sapienti satis, а от каждого дурака не отговоришься.

За сим стройные колонны критиков философского ленинизма вообще и принципа отражения в особенности навсегда лишились в моем лице одного штыка. Или сабли.

Ну, а если серьезно, то я еще раз убедился в том, что принцип отражения - фундаментальный философский принцип любого материализма и от этой трезвой констатации никуда не уйти.

Как и от того, что Эвальд Васильевич написал свою последнюю книгу в трезвом уме и ясной памяти, и отрицая идею отражения надо иметь мужество отбросить ВСЕГО Ильенкова.

Tertium тут, как говорится, non datur.

Ваш, АВС

Владимир Кудрявцев

Зарегистрирован: 23.03.2006

Откуда: Moscow, RSUH, The Vygotsky Institute of Psychology

Добавлено: Пн Мар 27, 2006 5:04 pm

Дорогой Саша!

Я не оспариваю т. наз. "отражение" . Просто в отлчие от тебя считаю, что это не "фундаментальный философский принцип" (каковым он был у французских материалистов), а ЭМПИРИЧЕСКИЙ ФАКТ, коему г-н Ильин уже в начале XX века - после Фихте, Гегеля и, между прочим, Маркса - приписал статус такого принципа.

В. К.

Alexander Surmava

Site Admin

Зарегистрирован: 02.02.2005

Откуда: Moscow, RSUH, The Vygotsky Institute of Psychology

Добавлено: Вт Мар 28, 2006 3:36 am

Дорогой Володя,

не составит ли тебе труда пояснить - какому именно ЭМПИРИЧЕКОМУ ФАКТУ, г-н Ильин приписал статус фундаментального философского принципа? Согласно моему скромному разумению эмпирические факты как таковые просто не существуют в абстракции от теории, а потому акт возведения некоего предсуществующего "факта" в ранг философского принципа невозможен в принципе. Обратное, напротив, может происходить и происходит в науке ежеминутно.

Что же до г-на Ильина, то последний следует в этом вопросе не только и исключительно за этими ужасными французскими материалистами, но и за Демокритом, и за Спинозой, и за Фейербахом, и за Марксом, словом выступает в этом пункте просто как последовательный материалист. Мне как-то даже неловко объяснять эту столь элементарную мысль.

Так, Маркс, который в известном тебе тексте (в первом тезисе о Фейербахе) утверждает, что

Цитата:

«Главный недостаток всего предшествующего материализма - включая и фейербаховский - заключается в том, что предмет, действительность, чувственность берется только в форме объекта, или в форме созерцания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика, не субъективно»,

упрекает Фейербаха и его материалистических единомышленников не в приверженности принципу отражения, ибо БЕЗ этого принципа нет материализма как такового, а в созерцательном, пассивном характере реализации этого принципа в их теории. Принцип активности или деятельности, «человеческая чувственная деятельность», субъективность, о котрых говорит Маркс не только не отрицают принцип отражения, но необходимо предполагают его.

Понимать это иначе, значило бы следовать за уморительно смешной идеей одного из наших «методологов», предлагающего дополнить «принцип отражения» «принципом искажения», чтобы тем самым уйти от некреативно-пассивного «ленинского отражения».

Разумеется, не умея вывести из исторически развивающейся чувственно-практической деятельности человека все креативное богатство его сознания, соблазнительно попытаться облегчить себе задачу такого выведения, предположив, что пресловутая креативность есть не результат человеческой истории, а предпосылка оной, которую мы должны предположить в самом начале нашего теоретического пути как принцип, «дополняющий принцип чувственно-предметной деятельности», как, скажем, «принцип субъективности», или как «принцип творческого воображения». Беда только в том, что, такой чисто-идеалистический поворот мысли не только не продвинет нас к пониманию креативности, субъективности и творческого воображения как таковых, но напротив, навсегда закроет для нас путь к такому пониманию. Ибо ясно, что если мы хотим понять человеческую субъектиивность, то понята она может быть только через иное, что само по себе субъективностью не является. В противном случае мы получим банальную тавтологию, гласящую, что субъективность есть… субъективность, творческое воображение… - это творческое воображение, а креативность – рождается из креативности же, то есть даруется нам высшими, ну очень креативнчми силами. В этом, в теоретической бесплодности идеализма, а не в идеологической приверженности к материализму как таковому и в антипатии к зловредному идеализму и содержится причина, побудившая когда-то Маркса и Выготского, а ближе к нашим временам Ильенкова и Леонтьева встать на материалистические позиции и настойчиво пытаться понять человеческую психику исходя из монистически-последовательно проведенного принципа, принципа чувственно-предметной деятельности.

Не из злокозненности принципа отражения, а из непоследовательности материализма …

Цитата:

и произошло, что деятельная сторона, - продолжает Маркс, - в противоположность материализму, развивалась идеализмом, но только абстрактно, так как идеализм, конечно, не знает действительной, чувственной деятельности как таковой, (курсив мой – А. С.) Фейербах хочет иметь дело с чувственными объектами, действительно отличными от мысленных объектов, но самое человеческую деятельность он берет не как предметную деятельность. Поэтому в “Сущности христианства” он рассматривает, как истинно человеческую, только теоретическую деятельность, тогда как практика берется и фиксируется только в грубоиудейскоой форме ее проявления. Он не понимает поэтому значения “революционной”, “практически-критической” деятельности.

Можно, разумеется, на постмодернистский манер «углубить» мысль Маркса, как это недавно сделала одна наша американская коллега, воскликнувшая, «Ах, Выгоский не хотел постигать истину, он хотел переделать мир» и назвать все это новомодным словечком «конструктивизм». Вот только спросить бы эту восторженную даму, а не страшно ли ей призывать к «конструктивисткому» обновлению мира, основанному не на постижении (=теоретическом отражении) законов этого мира, а на субъективном произволе очредного переделывателя. Не знаю как она в своей благополучной Америке, но мы от таких ужасно креативных ррреволюционеров, хлебнули более чем достаточно.

И, пожалуйста, не надо приписывать Спинозе более чем сомнительную честь быть предтечей пресловутого конструктивизма. Циркуль вместе со способом его использования в человеческой культуре есть безусловно вещь идеальная, вот только идеальность эта обусловлена не субъективным и исключительно креативным сознанием его владельца, но исторической практикой человечества. Ты утверждаешь, что понять циркуль, значит сделать его и заодно научить этому умению другого. Абсолютно верная мысль, вот только ни из какого конструктивизма она не следует и ни к какому конструктивизму не ведет, ибо сделать циркуль (и научить другого им пользоваться) значит выразить (отразить) в сознании и воплотить в виде именуемой циркулем вполне чувственной и нисколько не конвенциональной по своей природе деревяшки или железяки всеобщую природу круга и круглости как таковых, причем выразить предельно объективно, не привнося в это свое познание ничего из своей креативно-конструктивистской воли и сознания. Лишь после этого деревянный или железный циркуль сможет быть замещен в нашейм сознании системой внешне конвенциональных геометрических, алгебраических или тригонометрических знаков.

И, наконец, последнее, в этом тексте, но не в нашей дискуссии. Разумеется, я охотно допускаю, что вполне могу ошибаться в своем понимании пресловутого принципа отражения и меня можно и нужно по-товарищески «поправить». Вот только закавыка какая, свою иллюзию я разделяю не только с этим ужасным г-ном Ильиным, но и с самим , который писал буквально следующее:

Цитата:

Только в том широком историческом контексте, который мы пытались выше обрисовать, можно верно понять смысл всей его, - – А. С., - системы аргументов, смысл его горячей полемики против махистов, смысл (и точность) ленинского понимания таких фундаментальных категорий подлинно марксистской философии, как материя, отражение, истина, объективная истина, как абсолютное и относительное в познании вообще и в научно-теоретическом познании в частности. (курсив мой - А. С.)

Как видишь, либо Эвальд Васильевич разделял со мной мои нелепые школьные ошибки, либо, извини, Володя, сегодня ошибаешься ты.

Пас на твоей стороне.

Твой ход.

Искренне Ваш (то бишь всехний )

АВС

Владимир Кудрявцев

Зарегистрирован: 23.03.2006

Откуда: Moscow, RSUH, The Vygotsky Institute of Psychology

Добавлено: Вт Мар 28, 2006 12:40 pm

Дорогой Саша,

Не надо требовать от меня верности "материализму", поскольку я ему не присягал ни в какой форме. Хотя бы потому, что не знаю и не особо стремлюсь знать, что это такое (равно как и идеализм). Вместе с тем это обстоятельство не мешает мне быть монистом, убежденным в том, что содержанием нашего сознания является весь унивесум бытия и также испытывать некоторую веселость по отношению к призывам "дополнить" принцип отражения принципом отражения. Ты прав: эмпирические факты не существуют отдельно от теории - это аз классической философии. Но не все эмпирические факты имеют один и тот же ранг значимости для нее. В противном случае, как шутил (с которым, кстати, нужно спорить, если мы желаем его развивать), дойдем до открытия "социально-биологическо-химическо-квантово-механической сущнности человека". И для Ильенкова (как и для Канта) отражение есть только тогда, когда есть воображение. Прочитай его статьи "О "специфике" искусства" и "Об эстетической природе фантазии". Но это такое воображение, которое конструирует не фантазмы, а новую реальность, через призму которой адеватнее понимается "старая", отражаемая. Круг, созданный циркулем, а, прости, не коровий блин, является прообразом всех кругоподобных форм, развитым выражением их всеобщей сути. Идти от "блина" к коллизею и значит быть унылым материалистом-натуралистом. Да, циркуль - не продукт чистой эмманации, а артефакт культурной практики. А я разве с этим спорю?

У меня нет желания более участвовать в дискуссии на тему "отражения" (которой, кстати, оказалас в итоге подмененной заявленная тема идеального), поскольку не очень умно заниматься опровержением "медицинских фактов", равно как их апологетикой.

С наилучшими пожеланиями,

В. К.

Alexander Surmava

Site Admin

Зарегистрирован: 02.02.2005

Откуда: Moscow, RSUH, The Vygotsky Institute of Psychology

Добавлено: Ср Мар 29, 2006 1:19 am

Дорогой Володя,

Я, конечно, понимаю, что в пылу полемики чего только не скажешь, но не кажется ли тебе, что в полемическом задоре ты несколько оклеветал самого себя.

Прости, но я никогда не поверю, что выготскианец (а ведь ты считаешь себя выготскианцем, не так ли?) и ученик (ведь и от этого ученичества ты не открещиваешься, не правда?) не знает и не особенно стремится знать что такое материализм (равно как и идеализм), и при этом завляет, что

Цитата:

это обстоятельство не мешает мне быть монистом.

Прости, но в чем тогда твой монизм? В утверждении, что твое сознание вмещает «весь универсум бытия»? А, что не у монистов, скажем у тех же дуалистов, оно этот «весь универсум» не вмещает или напротив наряду с универсумом бытия злостно дуалистически вмещает также некий «универсум небытия»? Ты так таки не догадываешься, что понятие монизма и для Выготского, и для Давыдова, да и просто для здравого смысла неотделимо от того самого теоретического различения от которого ты демонстративно открещиваешься как от стыдной болезни? Ты действительно с гордостью заявляешь, что не просто не имеешь теоретических принципов, но и не стремишься их приобрести? Так в чем же тогда твое Выготскианство и твой «монизм»?

Прости, но я никак не могу поверить, что все это написано всерьез

Как сказал бы в этой ситуации известный театральный деятель: «Не верю!».

Не верю, что человек твоего уровня мышления может всерьез утверждать, что «отражение» должно быть обосновано «воображением», что человек, прочитавший хотя бы две названные тобой статьи , но так и не уяснивший для себя значения различия между материализмом и идеализмом в философии последнего, может браться и призывать других «развивать» Ильенкова и спорить с ним.

(Для прочих читателей (ты этого, разумеется, не можешь не понимать) я поясню: культурно развитое «воображение», согласно , да и просто грамотному диалектическому вгляду на вещи, действительно опосредует, является предпосылкой психического, сознательного восприятия, тогда как «отражение» является предпосылкой самой психической формы жизни как таковой. Отражение - укорененное в природе материальной субстанции атрибутивное свойство самой Природы, свойство, не предполагая которого, мы обрекаем себя в дальнейшем на теоретический тупик, на принципиальную невозможность построения все той же монистической (теоретической) психологии. Оно конечно, Декарт лишил свою «протяженную субстанцию» этого свойства и ровно поэтому оказался вынужденым видимо в порядке утешения дополнить эту им же кастрированную материальную субстанцию утраченным ею органом продуктивности в виде субстанции мыслящей.)

Наконец, я не верю, что теоретик твоего уровня может поливать презрением эти убогие ленинские идеи об отражении и одновременно всерьез и с интересом обсуждать проблему идеальности у философа, утверждающего что

Цитата:

«идеальность» – специфическая форма отражения окружающего мира человеческой головой

(разумеется не натурально понимаемой) или, что

Цитата:

«в грамотно понимаемую категорию «идеального» входят именно те, и только те, формы отражения (курсив здесь и далее мой – А. С.), которые специфически отличают человека и совершенно несвойственны и неведомы никакому животному, даже и обладающему весьма высокоразвитой высшей нервной деятельностью и психикой. Именно эти, и только эти, специфические формы отражения окружающего мира человеческой головой философия как наука всегда и рассматривала под названием «идеальных» форм психической деятельности, именно ради их отграничения от всех прочих (то есть существуют и другие, скажем зоопсихологические формы отражения, которые ну никак не могут опосредоваться человеческим воображением – А. С.) она и сохраняла этот термин. В противном случае это слово вообще теряет свой конкретно-научный смысл, своё значение научной категории.»

Здесь что-то одно, либо , как ты же утверждаешь в соседнем, озаглавленном «ПСИХОЛОГИЯ И ПРОБЛЕМА ИДЕАЛЬНОСТИ» разделе Socratoriuma

Цитата:

«Гениальный мыслитель XX столетия»,

либо он, жалкий путаник, начитавшийся «Материализма и импирокритицизма» вкупе с Кратким курсом истории ВКПб и неспособный уяснить себе всю нищету ученических Ленинских попыток переложения

Цитата:

«на марксистский лад того, что создавали столетиями раньше европейские натурфилософские школы.»

В последнем случае сам является адептом

Цитата:

«Той философии, в которой нет места проблеме идеального, и которая агрессивно и послушно (в угоду партийному начальству) отторгала и добивала .»

Согласись, что в приведенных выше строках есть некоторое противоречие, которое было бы рисковано относить к разряду диалектических.

Видишь, идя навстречу твоему желанию, от обсуждения проблемы отражения мы перешли к обсуждению проблемы идеальности. Только стало ли нам от этого легче?

Твои рассуждения о коровьих блинах и Колизее я полностью разделяю, хотя, увы, так и остаюсь в твоих глазах

Цитата:

«унылым материалистом-натуралистом».

Звание материалиста-натуралиста я с гордостью принимаю, ибо незападло разделять это определиение со стариком Спинозой, равно как с Марксом и Ильенковым.

А вот за «унылость» ответишь….

Искренне твой

Саша Сурмава

Владимир Кудрявцев

Зарегистрирован: 23.03.2006

Откуда: Moscow, RSUH, The Vygotsky Institute of Psychology

Добавлено: Ср Мар 29, 2006 2:05 am

Дорогой Саша!

Насколько я понимаю, для тебя понятие идеального может быть выведено только из понятия отражения. Но у (даже в статье во втором томе «Философской энциклопедии») ты таких попыток не отыщешь, зато найдешь их у и особенно . Соответственно, для меня сама возможность введения понятия идеального определена обращением к порождающим (а не просто «отражающим») свойствам материи. Причем, чем выше форма организации самой материи тем в большей степени ее способность к «отражению» обусловлена ее способностью к порождению. Тем более, если это – культурная форма. Об этом и писал . Собственно, об этом же и твоя гипотеза о рефлексивности жизни.

По большому – «гамбургскому» - счету, я действительно не знаю разницы между «материализмом» и «идеализмом», хотя очень хорошо вижу разницу между диалектикой и метафизикой, натурфилософией, за которую ты неожиданно начал сражаться. Флаг тебе в руки. Но замечу, что в одной из своих статей наш общий учитель Феликс Трофимович Михайлов сочувственно процитировал (который, конечно же, не был первым), провозгласившего: нет этих самых «измов». Для теоретического мышления – во всяком случае. А для эмпирического, систематизирующего, классифицирующего они как раз – родная стихия.

Вот тебе небольшая иллюстрация. В 50-е гг. в Москву приехал один крупный неопозитивист. Весь Институт философии АН СССР собрался взглянуть на диковинку. Как-никак, живой идеалист субъективный! И вот, кто-то из вдохновленных ученическими экзерсисами г-на Ильина задал ему вопрос: скажите-ка, профессор, а вот этот стол, он существует? Вначале неопозитивист онемел, потом, придя в себя, начал гомерически смеяться. И в итоге изрек: «Знаете, когда меня выпускали за границу, я должен был получить медицинскую справку, и прошел обследование даже у психиатра».

Жаль, что и здесь мы оказались даже не на уровне неопозитивизма.

А в главным, увы, ты прав: разговора об идеальном у нас с тобой действительно не получится. Просто мы говорим о разных предметах. Ты – о «свойствах, родственных ощущению», я – о свойствах, которые делают само это ощущение возможным. Если есть желание, перечитай на досуге Канта (все «Критики»), Ильенкова и Михайлова.

За сим откланиваюсь.

В. К.

Alexander Surmava

Зарегистрирован: 02.02.2005

Откуда: Moscow, RSUH, The Vygotsky Institute of Psychology

Добавлено: Пт Мар 31, 2006 3:23 am

Глубокоуважаемый профессор !

Позвольте выразить Вам мое искреннее чувство глубокой признательности за то, что Вы нашли возможность уделить толику Вашего драгоценного времени, дабы откликнуться на нашу дискуссию и внести в нее свежую незашоренную разными старыми предрассудками струю.

Нет, не так.

Привет Володя,

Я искренне рад снова видеть тебя на своем Socratoriume. Прошлый раз, если мне память не изменяет, мы скрестили с тобой перья год тому назад, обсуждая категорию практики как она понималась и как она чаще всего понимается сегодня. Славный тогда вышел у нас разговор, хотя, согласись, несколько односторонний. (Разговор этот и сейчас открыт для чтения и, кто знает, м. б. и продолжения здесь http://www. *****/~monada/phpBB/viewtopic. php? t=71.)

Прости, но сегодня я никак не могу взять в толк, в каком жанре ты предлагаешь пообщаться на этот раз. Если в дружеском, то тогда мне не совсем понятно упоминание моей скромной персоны в третьем лице, вроде:

Цитата:

Посему я не стал бы спешить соглашаться с в том, что…

Дружеский тон предполагает обращение на ты и от первого ко второму лицу непосредственно. Представь на секундочку, захожу я на твою конференцию и обращаюсь к уважаемой публике в лице, ну, скажем того же профессора Э. Камия с ценным советом «не спешить соглашаться с » и при этом каждым словом норовлю этого самого как-нибудь уесть.

А может быть, тебя вдруг приспичило пообщаться со мной на официально-академическом языке, но и тогда пусть не дружеский тон, так академическая вежливость требует обращаться к коллеге напрямую, без намеков и экивоков.

Так, хоть формально академически, хоть по-дружески незачем делать вид, что тебе якобы

Цитата:

не ведомо, что это такое… «культурно-деятельностная» традиция, хотя ты можешь «догадываться»,

но просто и без затей сказать: «Саша, я не разделяю ваш c взгляд на то, что Выготский не ученый-одиночка, но основатель культуроно-деятельностной школы, в которую помимо него самого входили такие блестящие исследователи как , и многие другие, перечислять коих нет смысла ввиду их пока еще достаточно хорошей в наших узких кругах известности. Я полагаю, что у не было даже намека на принцип деятельности, как бы ты вслед за Давыдовым этого ни оспаривал. Подобно большинству коллег, продуктивным я считаю основанный на знаковом опосредовании культурно-исторический подход, но никак не подход предметной деятельностный, а Выготского считаю духовным наследником основателя семиотики Пирса, а не сомнительного нидерландского материалиста Спинозы и еще более сомнительного немецкого материалиста Маркса. Что же до склонности Выготского ссылаться на оных, а также к месту и не к месту декларировать свою принципиально материалистическую позицию, то это не более чем дань давно ушедшему историческому времени и крайней причудливости его индивидуального вкуса, никак содержательно не повлиявшая на его творчество». Так или почти так, ты бы мог сказать, но… не сказал, ограничившись туманно-многозначительным рассуждением, что с одной стороны тебе вся эта чушь

Цитата:

про «культурно-деятельностную» традицию

неведома, но с другой стороны ты, конечно, догадываешься, кто ее несет.

Да, разумеется, догадываешься.

Тоже мне, бином Ньютона!

Возможна, впрочем, и масса других объяснений, скажем, что ты действительно подзабыл старый Давыдовский тезис о единой «культурно-деятельностной» школе, тезис, многократно воспроизводимый твоим покорным слугой на наших семинарах, или, что ты считаешь, что упоминание в этой связи моей скромной персоны – много чести для оной.

Впрочем, я не думаю, не хочу думать, что это так…

Посему, бог с ними с твоими экивоками, обратимся к твоим аргументам.

И начнем с того, что я предлагаю всерьез прислушаться к твоему, Володя, призыву

Цитата:

«вновь и вновь читать Льва Семеновича».

Откроем первый том Льва Семеновича и прочитаем в «Историческом смысле психологического кризиса» слова, характеризующие широко распространенный и сегодня феномен теоретической всеядности тех, кто,

Цитата:

« не имеет своего взгляда на вещи, а одинаково приемлет Спинозу и Гуссерля, Маркса и Платона.

…психологи этого типа, в сущности, эклектики и популяризаторы чужих идей, не только никогда не занимались исследованием и философией своей науки, но даже критически не оценивали всякой новой школы. Они принимали все: вюрцбургскую школу и феноменологию Гуссерля, экспериментатику Вундта – Титченера" и марксизм, Спенсера и Платона. Не только теоретически такие люди вне науки, когда речь идет о больших в ней поворотах, но и практически они не играют никакой роли: эмпирики – они предали эмпирическую психологию, защищая ее; эклектики – они ассимилировали все, что успели, из враждебных им идей; популяризаторы – они ни для кого не могут быть врагами, они будут популяризировать ту психологию, которая победит.»

Поверь, я бесконечно далек от того, чтобы предлагать тебе узнать самого себя в этих строках Выготского. Зная тебя как одного из лучших учеников , а значит, опосредовано и , людей, всегда занимавших бескомпромиссно четкую теоретическую и гражданскую позицию, я как раз и предлагаю тебе попытаться более ясно определить грань, которая отделяет культуру высокого европейского рационализма, к которой, как я убежден, вслед за нашими Учителями принадлежим мы оба, от модной, не поворачивается рука написать, «философии», гордящейся тем, что она является могильщицей философии классической, философии, которой нечем себя охарактеризовать, кроме своей «постмодерности» - жалкой претензии на рыночную, товарную новизну.

Когда-то, когда ты был молодым студентом, а я «студентом-ветераном», у которого за спиной было два неоконченных факультета, ильенковский семинар и долгие годы самообразования, обеспеченные заботой родного КГБ, мне в порядке педпрактики довелось читать лекцию по психофизической проблеме молодежи, среди которой случилось сидеть и тебе. Собственно я узнал это об этом недавно из твоего же рассказа. И ты знаешь, сие забавное совпадение так запало мне в душу, что я почувствовал что-то вроде ответственности за молодого коллегу. Посему ты уж прости мне мой, возможно несколько назидательный тон. Я же со своей стороны готов закрыть глаза на твой временами чрезмерный студенческий задор.

Итак, снова к делу.

Для начала замечу, что прежде чем приниматься за теоретический разговор необходимо предварительно определиться с некоторыми терминами. Так английский термин modernity нельзя переводить на русский язык словом модернизм, а значит и так называемый «постмодернизм» является термином никуда не годным, ибо вызывает у сколько-нибудь образованного русскоязычного слушателя или читателя совершенно ложные ассоциации. Сам русский термин «модернизм» означает, прежде всего, противопоставлявший себя классике феномен художественной культуры, (или ее упадка), возникший в начале XX века, феномен в той или иной форме существующий и поныне. Соответственно термин «постмодернизм» совершенно ложно выглядит как отрицание ЭТОГО модернизма, а значит, представляется то ли возвратом к классике, то ли просто бессодержательной, вполне модернистской игрой в новаторство. Грамотно английский термин modernity переводится на русский язык как Новое время. Последний термин, как и многие другие содержательно философские термины, позаимствован нами из немецкого, в котором культурная эпоха, приходящая на смену средним векам, как и в русском языке, именуется die neue Zeit (Новое время).

Поэтому, если грамотно называть вещи своими именами, то пресловутый постмодернизм надо именовать по-русски просто постклассической или неклассической философией, предоставив уже философской публике самостоятельно судить о том, превзошла ли эта неклассическая философия старушку-классику, или является жалким продуктом упадка и вырождения оной.

Отсюда, уже само собой следует, что , который, вопреки господствовавшей позитивистской моде, вернул в психологию настоящую большую философию и именно этим положил начало величайшей революции в науке о человеке, этого было бы абсолютно неадекватно величать неклассическим психологом. Посуди сам, если «камнем, который презрели строители», но который усилиями самого Льва Семеновича «стал во главе угла» новой психологии была философия, изгнанная из психологии позитивистским духом конца XIX начала XX века, если вернул в психологию как полноправных участников научного процесса Р. Декарта и Б. Спинозу, Ф. Бэкона и Г. Гегеля, К. Маркса и Л. Фейербаха, то нелепо соотносить его научное творчество только и исключительно с Вундтом - Титченером, нелепо «классиков» эмпирической психологии отождествлять с классической психологией как таковой. Нисколько не преуменьшая значения этих фигур для истории нашей науки было бы сильным преувеличением объявлять психологической классикой только и исключительно работы этих исследователей и игнорировать предшествующую двух с половиной тысячелетнюю историю психологической мысли. Следовательно, определение как психолога «неклассического», тогда как подлинной классикой психологии были и всегда останутся идеи не столько Вундта, сколько Платона, не столько Уотсона, сколько Спинозы, представляется полным абсурдом. Человек, вернувший в нашу науку подлинно классическую философскую мысль, не заслуживает такого принижающего его историческую роль определения. конечно классик, причем классик он не только потому, что, называя его так, мы подчеркиваем его значение в истории нашей науки, но и потому, что по самому типу своего мышления он безусловно был приверженцем именно классической философско-теоретической культуры.

Что же до настойчивости, с которой большинство наших коллег пытается закрепить за определение психолога «неклассического», то за этой настойчивостью чаще всего можно разглядеть либо банальное недоразумение, когда под классический рационализмом понимается что угодно, вплоть до пресловутой схемы S ->O, либо настоятельное желание дистанцировать , а значит и самих себя, вынужденных им заниматься, от политически неудобной «марксистской идеологии». С тем, чтобы в дальнейшем благополучно заменой оную либо на идеологию позитивисткую, либо на постмодернистскую, либо на их причудливый авторский гибрид.

Еще один термин, заслуживающий упоминания, это так называемая «эпистемология». Если переводить его буквально, оно означает просто «теория познания». И что, скажете вы дурного в употреблении этого термина? Термин как термин, в чем-то даже лучше чем «теория познания» ибо тут одно слово, а там два – экономия…

Но не все так просто. В начале прошлого XX века неокантианцы придумали для теории познания еще один синоним «гносеология» и все бы ничего, если бы эта самая «гносеология» не специализировалась на доказательстве невозможность познания как такового. Сегодня в моде новое словцо «эпистемология», употребление коего в русском философско-теоретическом тексте, вновь мотивировано, либо желанием помодничать, блеснуть употреблением модного иностранного словечка, либо более или менее явно скрываемым желанием теоретика противопоставить свою позицию марксисткой теоретической традиции. Это такой, если угодно, опознавательный знак, гласящий: «Не волнуйтесь, автор данного текста придерживается «подлинно современных», то есть позаимствованных из западных немарксистских источников, философско-теоретических взглядов». У того же , который был озабочен не модным фасончиком словес, прикрывающих пустоту мысли, а поиском истины, Вы этого словечка не найдете, хотя оно, разумеется, было ему хорошо известно.

(Кстати, Катя, все это рассуждение не имеет никакого отношения к текстам авторов зарубежных. Там этого различения просто нет. Так что будьте просто аккуратны, используя его в Ваших русских текстах.)

Но вернемся к нашей дискуссии, которая, пока я писал начало своего ответа, уже успешно продолжилась без моего участия.

Должен тебе сказать, Володя, что твой второй текст мне нравится куда больше первого. В нем меньше эрудиции и больше мыслей, хотя бы и спорных. Что же до эрудиции, то разумеется после моего «признания», в том что

Цитата:

«с самим понятием так называемого социального конструктивизма, мне до самого последнего времени встречаться не приходилось»

было грех не блеснуть парой десятков отечественных и особенно иностранных имен. Очко тебе, Володя.

Тут ты меня буквально положил на лопатки. Но должен тебе признаться, что более всего меня потрясло твое феноменальное открытие в области спинозоведения. Мне, который, как ты понимаешь, также не чужд интереса к этому славному автору, особенно интересны и спинозовские корни «конструктивизма», и особенно открытая тобой для мировой науки переписка юного семнадцатилетнего Спинозы с великим Декартом о конструктивизме. К сожалению, ты пишешь об этом лишь мимоходом:

Цитата:

«И "Этика", и переписка с Декаратом и многое другое, воспроизводят сей сюжет»

Ужасно обидно только то, что ты не поделился ссылкой на издание (или ты раскопал латинские рукописные оригиналы?), в котором опубликована эта сенсационная переписка. Впрочем, надеюсь, что ты удовлетворишь всеобщее любопытство в дальнейшем. Подумать только, ведь до сих пор считалось, что Спиноза и Декарт не были знакомы и уж тем более не могли состоять в переписке, учитывая некоторую разность в возрасте (в год смерти Декарта, Спинозе едва исполнилось 18 лет) и в силу так скажем некоторой разницы в социальном статусе – Декарт к этим годам был европейски известным философом, тогда как Спиноза оставался юным еврейским богословом, на которого все еще возлагали большие надежды его наставники-раввины.