Стенограмма двести восемьдесят восьмого заседания Совета Федерации (стр. 4 )

Я уже сказал о поддержке малого бизнеса. Говоря о нем, точно надо упомянуть несколько вещей. Во-первых, помимо нового закона, касающегося Фонда содействия развитию малых форм предприятий, это в развитие закона № 217… Я хочу особую благодарность выразить Совету Федерации, потому что именно члены Совета Федерации внесли поправки к законам, в частности поправки, которые позволяют применять упрощенную систему налогообложения для этих малых предприятий. Там были проблемы. Сейчас этот проект увеличивается. В настоящий момент подготовлено еще несколько законопроектов, в том числе один из них касается упрощения системы аренды для малых предприятий, которые созданы при вузах. Я думаю, что (хотя и сегодня, я считаю, этот закон уже показал свою эффективность) в ближайшее время он улучшится.

Были приняты меры по улучшению налоговой политики. Это шло очень тяжело, и вы тоже хорошо это знаете, потому что в том числе и члены Совета Федерации принимали участие в продвижении этого направления. Но сегодня уже существенно расширен перечень операций, подлежащих освобождению от НДС, у нас введено такое понятие, как налоговое… (Микрофон отключен.)

Еще минуты полторы-две мне потребуется.

Председательствующий. Пожалуйста, продлите.

. У нас расширились возможности налоговых премий, когда в зачет по налогообложению включают дополнительно средства, и, кроме этого, целый ряд законов принят по улучшению системы амортизации, а также до 1,5 процента от выручки увеличен норматив расходов на НИОКР, которые осуществляются в форме отчислений на формирование российских фондов и выводятся из-под налогообложения.

Уважаемые коллеги, одна из главных проблем в инновационной сфере – это формирование спроса. И последнее заседание комиссии по модернизации в Арзамасе, которое прошло позавчера, было посвящено именно участию государственных корпораций, крупных компаний с государственным участием в инновационном развитии, в том числе в формировании спроса. Президент потребовал от профильных министерств максимально сократить бюрократические процедуры по согласованию анализа программ корпораций, которые будут стыковаться с ведомственными НИОКР. Я могу сказать, что практически во всех этих программах включено участие вузов, участие научных институтов, и, таким образом, мы считаем, что бизнес, в том числе где-то даже под административным давлением, начинает более активно работать в этом направлении.

Уважаемые коллеги, в заключение, прежде чем отвечать на вопросы, я хочу сказать, что, конечно, нас не может в полной мере удовлетворять ситуация в научно-технической сфере. Я могу сказать, что то, что было бы предметом гордости для подавляющего большинства стран мира, нас не устраивает. Мы хотим, и мы имеем на это право, большего.

Тем не менее я хочу все-таки привлечь ваше внимание к тем результатам, которые получены за последние годы. Во-первых, достроена национальная инновационная система. У нас сегодня есть все элементы инфраструктуры, начиная с инкубаторов, инновационных центров, свободных экономических зон. У нас включены в эту цепочку, в эту сферу институты развития, причем институты развития, работающие именно на высокотехнологичный бизнес. У нас усилилась конкурентная составляющая. Помимо той конкуренции, которую обеспечивали фонды научно-технического развития, у нас сегодня резко увеличилось количество средств, которые выделяются ФЦП. У нас сегодня в научной сфере реальными игроками, реальными участниками развития научной сферы стали как ведущие вузы, так и вновь создаваемые национальные исследовательские центры. Появились новые подходы, которые диверсифицировали поддержку науки. Я уже говорил по поводу госкорпораций, причем не только "Роснано", я могу сказать по поводу "Росатома", я могу сказать по поводу крупнейших компаний с государственным участием. Например, такая компания добывающая, как "Роснефть", сейчас вкладывает очень большие средства в развитие и образования, и науки. Включились, как я уже говорил, государственный и частный секторы экономики. Кроме этого, возникли новые направления, которых еще несколько лет назад не было. Я могу сказать ответственно, что сегодня Россия является абсолютно равноправным мировым игроком в сфере нанотехнологий, как в исследованиях, так и в начале, запуске бизнеса. Как следствие, у нас сегодня наблюдается рост интереса. Если какое-то время тому назад молодые люди размещали в своих интересах профессию ученого где-то во втором десятке, то сегодня она устойчиво занимает 3–4-е место. В связи с этим я могу сказать, что из не очень большого количества выполненных индикаторов стратегии индикатор количества молодых людей в сфере науки (молодых – это до 39 лет) как раз в норме. Действительно, молодежь начала идти в науку. Она остается там. Это дает нам право смотреть в будущее, я бы сказал так, без пессимизма, даже с некоторым оптимизмом, хотя сделать предстоит еще очень много.

Председательствующий. Спасибо, Андрей Александрович.

Вопросы. Олег Солтанбекович Хацаев, первый вопрос.

, член Комитета Совета Федерации по социальной политике и здравоохранению, представитель в Совете Федерации от исполнительного органа государственной власти Республики Северная Осетия – Алания.

Спасибо, Сергей Михайлович.

Спасибо, Андрей Александрович, за интересный, содержательный доклад. Наряду с инновационными технологическими направлениями научной деятельности стратегия включает и гуманитарные аспекты. Правда, только в связи с приоритетами Российского гуманитарного научного фонда и в какой-то степени приоритетами Российского фонда фундаментальных исследований. Представляется, что в контексте стратегии развития науки и инноваций было бы целесообразно активнее поддерживать исследовательские проекты в такой актуальной сфере, как межнациональные отношения.

Вот в связи с этим, Андрей Александрович, скажите, возможно ли в рамках третьего этапа реализации стратегии усилить гуманитарные аспекты научных исследований, в частности, разработать целевые программы и создать систему специальных грантов для исследования истории и современного состояния межнациональных и межконфессиональных отношений в стране?

. Во-первых, хотя традиционно считалось, что Минобрнауки занимается, скорее, научно-технической сферой, чем гуманитарной, мы не снимаем с себя ответственность за развитие этой сферы. Я могу сказать, что в программе "Научные и научно-педагогические кадры инновационной России" специальное направление выделено на поддержку научно-образовательных центров в рамках наших университетов, в рамках академий наук по гуманитарному направлению. Могу сказать, что, к сожалению, конкурсы по этим направлениям меньше, чем по научно-техническим. Это неправильно. Мы занимаемся максимально, я бы сказал так, рекламой, продвижением в этих направлениях, потому что мы считаем, что эти направления должны развиваться. Есть проекты, очень интересные проекты. Они связаны и с лингвистическими направлениями, с направлениями изучения истории и с направлением более глубокого общественного обустройства в такой непростой стране, как Россия.

Второе – это то, что эти направления входят в целый ряд программ развития наших федеральных и национальных исследовательских университетов. И там выделяются целевым образом деньги на развитие именно научных исследований в этой сфере.

И третье. Наверное, об этом будут еще вопросы, я предваряю их. Могу сказать, мы неоднократно ставили вопросы о том, что необходимо увеличивать финансирование Российского фонда гуманитарных исследований. И на последнем заседании правительственная комиссия под председательством Председателя Правительства, которая рассматривала работу всех трех наших основных фондов (это – РФФИ, РГНФ и Фонд содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере), пришла к выводу, первое, что работа ведется правильно, и, второе, что необходимо вернуться уже в этом году к увеличению финансирования этих фондов с тем, чтобы обеспечить в том числе поддержку и финансирование тех проектов, о которых Вы говорили.

. Спасибо.

Председательствующий. Андрей Александрович, следующий вопрос я задаю.

На первый взгляд может показаться, что он не совсем по теме, хотя я думаю, что как раз с учетом нашей темы имеет к ней непосредственное отношение.

Как мы все знаем, сейчас в вашем министерстве находится проект новых федеральных государственных образовательных стандартов для старших классов. И, насколько известно из печати, предлагается в качестве обязательных оставить только четыре предмета: физкультуру, ОБЖ, "Россия в мире" и так называемый индивидуальный проект. Остальные в так называемом блоке – только на усмотрение учащихся.

Мой вопрос очень простой: понимаете ли Вы лично и ваше министерство, что если такой стандарт будет принят, то мы практически ставим крест на будущем России?

. Сергей Михайлович, я допускал, что даже сегодня этот вопрос будет задан.

Председательствующий. И правильно допускали.

. Первое. Предложения, которые сделаны экспертами, а не нашим министерством, действительно находятся на столе. Но то, что сегодня есть, еще очень далеко от того, чтобы быть принятым и утвержденным.

Я Вам могу сказать для примера, что было по начальной школе. Разрыв между внесением предложений и принятием был два месяца, но реализация началась более чем через год. По основной школе между внесением стандарта и утверждением прошло семь месяцев, и он начнет реализовываться не раньше 1 сентября 2012 года. Что касается стандарта для старшей школы, то на сегодняшний день даже не стоит вопрос о его реальном внесении, это вопрос, который находится на обсуждении.

Я не знаю, целесообразно ли сегодня касаться конкретных вещей, но могу сказать единственное по поводу того, что является обязательными составляющими. Точно названные четыре предмета действительно предлагается сделать обязательными для всех направлений, но они ни в коей мере не являются основными в образовательной программе. Точно так же, как для каждого, извините, ребенка обязательно чистить зубы по утрам и вечерам, но это не значит, что основное, чему надо учить ребенка, – это чистить зубы, просто без этого у него хуже будет здоровье. Точно так же физкультура не может быть основным предметом, но мы должны добиваться того, чтобы независимо от того, кем хочет стать школьник – гуманитарием, технарем, инженером или рабочим, – он был здоровым. Но это вопрос как бы на полях. Я хочу сказать о том, как сегодня мы понимаем продвижение этих стандартов.

Первое. До того, пока мы не достигнем если не консенсуса, то очень широкого согласия по этим стандартам, он не будет внесен на подписание в министерство, я могу это гарантировать. Мы считаем, что это произойдет не сейчас, для этого потребуются не недели, потребуются месяцы. Сколько времени потребуется на это, столько времени мы на это должны потратить.

Далее. Принято решение, что в отличие от упомянутых мной предыдущих стандартов этот стандарт не будет даже в самом начале запускаться в пилотное использование, он пройдет обязательную апробацию. Эта апробация, независимо от того, как быстро пойдет обсуждение, начнется не раньше, чем 1 сентября 2013 года. А в полной мере этот стандарт, стандарт для старшей школы (не этот стандарт, а тот стандарт, который мы согласуем для старшей школы), будет запущен в использование не раньше 2020 года.

Поэтому я хочу сказать: коллеги, правильно, что мы обсуждаем эту проблему. Проблема очень серьезная, она требует, ну, наверное, не этого формата, а более широкого. Я буду признателен, если Совет Федерации в полной мере включится в обсуждение этого вопроса. Но я хочу с самого начала подчеркнуть, чтобы не было никаких двойных прочтений: этот вопрос будет внесен на официальное подписание только в тот момент, когда мы действительно достигнем достаточно серьезного, полного понимания того, что предлагается, и достаточно серьезного согласия по поводу того, каким стандарт должен быть.

Председательствующий. Виктор Константинович Глухих, Ваш вопрос.

. Спасибо, Сергей Михайлович.

, учитывая, что в Ваших словах появился оптимизм по поводу роста научных кадров, а у меня после прочтения проекта закона "Об образовании в Российской Федерации" появился пессимизм, я его хочу развеять.

Мне хотелось бы понять, почему у нас послевузовское образование исключает докторантуру. Если мы исключаем докторантуру, то говорить о росте молодых научных кадров просто не приходится. Этим законом мы отменяем закон о высшем и послевузовском профессиональном образовании, и в этом случае признается утратившим силу содержание понятия (я как раз специально выписал для себя) "подготовка научных кадров". Оно просто исчезает из законодательства. Вот развейте мой пессимизм.

. Я могу высказать свою точку зрения. Опять же, законопроект обсуждается, и в каком виде он будет внесен в Государственную Думу и Совет Федерации – это еще вопрос. Но я могу высказать свою точку зрения. Я считаю, что уровень доктора наук – это же не уровень образования. Человек, который защитил кандидатскую диссертацию и готовится стать доктором, – это… Ну, мы всю жизнь учимся, но при этом все-таки относить это к регулярному образованию, на мой взгляд, было бы неправильно, это, скорее, повышение квалификации и демонстрация своей квалификации.

Поэтому, не отменяя, ну, на мой взгляд, не отменяя ни докторские степени, ни сам институт… ну, там докторантура, можно по-другому назвать, это можно назвать неким отпуском для повышения своей научной квалификации… я думаю, что этот институт должен рассматриваться не в рамках закона об образовании, а, скорее, в рамках закона о науке. Это моя личная точка зрения. При этом я хочу сказать, что, наверное, возможны и другие точки зрения. Я знаю, что есть понятие непрерывного образования, когда повышать свою квалификацию и вообще получать образование могут и люди пенсионного возраста. При этом все-таки еще раз хочу сказать, что если степень кандидата в каком-то смысле, на мой взгляд, подводит итог регулярному росту, то степень доктора – это уже не столько повышение квалификации, сколько демонстрация уровня высочайших, в общем, научных достижений. К нему надо готовиться, но, может быть, к нему надо готовиться не в формате такого регулярного образования, а несколько в другом.

Председательствующий. Валерий Тотразович Кадохов, Ваш вопрос.

, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по делам Федерации и региональной политике, представитель в Совете Федерации от законодательного (представительного) органа государственной власти Республики Северная Осетия – Алания.

Спасибо, Сергей Михайлович.

, государственная политика в области науки и инновационной деятельности в научно-технической сфере, а точнее модернизация экономики, продекларированная Президентом, требует жесткой принципиальной позиции всех ведомств, прежде всего Минобрнауки. Два вопроса у меня.

Проводится ли в Минобрнауки, у вас в ведомстве, анализ рынка труда, ситуации, ну, что представляет собой партнерство с бизнес-сообществом? Кто кого готовит? Не считаете ли необходимым, как Минобороны, сократить некоторые учебные вузы, а уж тем более подвальные, полуподвальные, коммерческие? Кто их вообще лицензирует и аттестует, что они путаются под вашими ногами?!

И второй вопрос у меня такой. А кому нужны… (Микрофон отключен.)

Председательствующий. Включите микрофон.

Заканчивайте вопрос.

. Да.

…мифы из учебников о происхождении народов Поволжья и Кавказа? Они их переворошили, авторы (кто за ними от вас следит?), и уже сегодня закладывают неизбежный конфликт между коренным населением, коренными и "пришельцами", которые пришли с разных концов. Кто за этим следит?! Спасибо.

. Спасибо за вопрос. Действительно, спасибо за вопрос, потому что, как говорится, не я этот вопрос поднял по поводу того, что есть большое количество учреждений, дающих псевдообразование. Могу сказать, что почти за семь лет, что я возглавляю министерство, не было создано ни одного нового вуза и было открыто, по-моему, 12 филиалов. Это при том, что сегодня в стране более 1000 вузов и более 2 тысяч филиалов. Сегодня мы закрываем (вот я подписываю приказы) филиалы чуть ли не каждый день именно по тем причинам, о которых Вы сказали, связанным с тем, что эти филиалы являются в ряде случаев не системой образования, а совсем другим.

При этом я могу сказать, уважаемые коллеги, что эту политику в основном все поддерживают, но каждый раз, когда мы закрываем конкретный филиал, у меня появляется огромное количество писем, звонков из регионов, когда говорят: "В принципе эта политика правильная, но, в частности, вот этот филиал, пожалуйста, не трогайте", или "Этот вуз оставьте в покое".

Тем не менее мы движемся, мы движемся, я могу сказать, вперед. И создание, кстати, федеральных университетов, когда возникает лидер, вокруг которого начинают группироваться вузы, где-то вливаясь, при этом (что очень важно) сохраняя возможности для студентов продолжить образование и, более того, получать образование более качественное, свидетельствует о том, что этот процесс начал происходить. При этом мы должны точно помнить, что эта сфера социально очень чувствительная.

Вот мы проводили 31 января в Арзамасе заседание комиссии по модернизации, о котором уже сказали. Проводили в одном из техникумов. Региональный техникум. Хороший, кстати, очень техникум. И я спросил, какова в Арзамасе структура системы профессионального образования. 450 человек учатся в учреждениях начального профобразования, 4,5 тысячи учатся в техникумах, 16 тысяч учатся в высшей школе. Это в городе, в котором 100 тысяч жителей.

Мы сейчас ужесточаем систему лицензирования. Мы пытаемся добиться того, чтобы по крайней мере спрос, желание получить высшее образование удовлетворялись в достойных вузах. Если, как говорится, и с вашей стороны будет поддержка, наверное, этот процесс пойдет быстрее. Но я сразу могу сказать: тут не может быть кампаний по закрытию десятков и сотен высших учебных заведений. Я повторяю, это очень важная сфера для тех людей, которые учатся там, и для тех людей, кто учит. Поэтому, отвечая на первый Ваш вопрос, я сразу хочу сказать: не будет никаких кампаний, не будет никаких революций. С каждым конкретным случаем будем разбираться отдельно, как делаем это сегодня. Это первый ответ.

Теперь второй вопрос, по поводу учебников. Вы знаете, я анализировал ситуацию с учебниками, в том числе с учебниками в очень таком чувствительном, я бы сказал, взрывоопасном районе. Федеральные учебники на самом деле практически, на мой взгляд, полностью избавились от непродуманных вещей, те учебники, которые входят в сферу нашей ответственности. Но на сегодняшний день в еще не старых стандартах есть так называемая региональная часть, и в ряде республик в этой части используются свои учебники, которые местные органы контроля как бы должны поддерживать и лицензировать. Реально эти учебники в ряде случаев противоречат друг другу. Две соседние республики пишут диаметрально противоположные вещи. Причем, когда эти книги попадают к соседям, это вызывает очередную очень серьезную напряженность. Мы пытаемся с этим бороться. В целом ряде случаев мы собирали совещания. Думаю, что с появлением новых стандартов этот вопрос будет решен.

Если Вы или Ваши коллеги имеют конкретные претензии к конкретным учебникам или учебным пособиям, я прошу выходить на нас, потому что у нас есть определенные рычаги, где-то формальные, где-то менее формальные, которые через органы управления образованием в регионах позволяют нам все-таки регулировать эти вопросы.

Председательствующий. Пожалуйста, Вера Егоровна Оськина.

. Спасибо, Сергей Михайлович.

Андрей Александрович, я не могу удержаться от реплики. Буквально два дня назад все средства массовой информации цитировали Президента, именно его критику в адрес госкорпораций, которые либо не вкладывают деньги в разработку нанотехнологий, либо мало разрабатывают эти нанотехнологии. Вы же в своем выступлении, буквально в заключительной его части, похвалили эти же корпорации.

А вопрос у меня по существу. Полтора года назад был принят федеральный закон о создании малых форм предприятий для инновационной деятельности при вузах. Сколько предприятий создано? Соответствует ли всё законодательству? И какие результаты за эти полтора года мы получили? Спасибо.

. Ну, по поводу первой реплики. Честно говоря, я по поводу корпорации "Роснано"… Наверное, имеется в виду Арзамас?

. Да.

. В Арзамасе ни одного слова негативного в адрес "Роснано" не было сказано. Там были определенные претензии к ряду госкомпаний. Относительно "Роснано" критики не было, я гарантирую, я присутствовал на этом совещании и внимательно слушал Президента.

Но в отношении того, что в полной мере сегодня мы не удовлетворены тем, как идут дела и в государственных корпорациях, и в частном бизнесе, я с Вами согласен. То, о чем я говорил, как раз и направлено на то, чтобы все-таки ситуацию исправлять.

Я могу привести даже один конкретный пример. Вы знаете, в рамках одного из постановлений Правительства, 218-го, государство выделило достаточно существенные деньги на субсидии компаниям, предприятиям с тем, чтобы они, учитывая, ну, может быть, недостаток средств в рамках кризиса, эти средства взяли и использовали для заказа вузам, научным каким-то центрам, использовали на интересующих их направлениях, чтобы затем эти разработки были внедрены. Был достаточно серьезный конкурс. Было более 800 заявок. Было, по-моему, 112 победителей. Вы знаете, в тот момент, когда были определены победители, и оказалось, что, в общем, надо заключать контракт, 11 компаний отказались от заключения контракта, потому что они поняли, что они будут отвечать за то, что получится в результате, и вместе с вузами, что это не просто взять и заплатить деньги, а нужно использовать их для развития промышленности. Это означает, что сегодня в целом ряде случаев промышленность не полностью готова.

К чести нашего государственного сектора я могу сказать, что среди этих 11 отказников ни одной госкорпорации, ни одной компании с государственным участием не было, потому что все-таки государство имеет возможность сегодня каким-то образом влиять на такую работу.

Что касается малых предприятий, закон был принят. С самого начала это было в некоем смысле следствием компромисса, потому что министерство, когда предлагало первую редакцию, считало, что закон должен быть более радикальным. Ну, получился тот закон, который есть. На сегодняшний день создано более 700 предприятий. При этом 706, по-моему, создано вузами и всего 17 – научными учреждениями. Это означает, что все-таки высшие учебные заведения более активно подошли к этому. Создано только новых, я повторяю, новых рабочих мест где-то две с лишним тысячи. Много это или мало? Хотелось бы, конечно, больше. Но, повторяю, это то, чего бы не было, если бы не было этого закона.

Сегодня принят целый ряд изменений к этому закону. Я об этом уже говорил. Думаю, что этот процесс ускорится, и ускорится потому, что появится более льготная нормативная база, и плюс к этому потому, что наработан опыт. И руководители тех вузов, с которыми я разговаривал, тех вузов, которые начали свои предприятия создавать, говорят, что готовы двигаться дальше.

Но при этом то, что благодаря вашим коллегам появилось, что можно использовать упрощенную систему налогообложения, сыграло решающую роль, потому что, конечно, малые предприятия при вузах не готовы тащить на себе весь ворох нашего бюрократического… Сегодня, я надеюсь, наконец будет решен вопрос об аренде, когда малое предприятие при вузе не должно участвовать в общем конкурсе наряду с коммерческими предприятиями и не должно платить такую высокую плату за аренду, если оно действительно производит интеллектуальный продукт. И целый ряд других вопросов…

И, кроме этого, сегодня более активно начали работать финансовые инструменты
. Я могу сказать, что и "Роснано", и, насколько я знаю, "Ростехнологии", и целый ряд других фондов начали вкладывать деньги в эти малые предприятия, то есть я думаю, что процесс будет ускоряться.

Председательствующий. Спасибо.

Светлана Юрьевна Орлова.

. Андрей Александрович, у меня очень конкретный вопрос.

У нас создано пять федеральных университетов. Один из них – Балтийский – мы на прошлой неделе посетили. Действительно, ребята создали предприятие, есть продукты, и продукты очень интересные – и телекоммуникационные, и информационные, и в здравоохранении.

Но в чем проблема, Андрей Александрович?

Первая позиция. Они до какого-то уровня доходят, дальше идти, если выйти на какой-то мировой уровень, они сами не могут. Оськина сказала правильно. У нас есть НИОКРы во многих компаниях с государственным участием, большой объем, в том числе и в министерствах и ведомствах. Возьмите Минпромторг. 30 миллиардов, выделенных на НИОКР, куда ушли? А они могли бы пойти сегодня в серьезные сегменты рынка.

Теперь следующий момент. В чем он заключается? Может быть, нам вместе с Вами взять эти пять университетов и посмотреть, в чем проблема-то дальше? Потому что они, конечно, только с крупными компаниями могут выйти со своими разработками на мировой рынок. Может быть, нам еще какие-то дополнительные вещи нужны? А так, конечно, создали предприятие, ребята возвращаются, многие хотят получать второе образование, многие хотят заниматься инновационной деятельностью.

Вот такие у меня и вопрос, и предложение.

. Спасибо, Светлана Юрьевна.

Во-первых, федеральных университетов восемь сегодня уже. Балтийский – это восьмой. Он только начал, Вы знаете, там еще практически ничего…

Что мы делаем с двух сторон? С одной стороны, я знаю, что на сегодняшний день есть несколько групп очень сильных разработчиков, которые готовы, хотят переехать в этот университет, считают, что там будет новое развитие, там будут новые… Причем из разных мест: я знаю, что часть томичей готова переехать, я знаю, что есть еще пара регионов. Не хочу предварять, как говорится… Причем это люди, которые ориентированы не только на фундаментальные исследования, но и на прикладные вещи.

Второе. Позиция Президента по поводу того, что компании с государственным участием, госкорпорации должны максимально активно привлекать вузы, есть, и я могу сказать, что во всех этих программах развития, которые утверждаются сейчас с нашим участием, участвует и Минэкономразвития активно. Эти компании привлекаются. Я привел примеры лидеров, есть и отстающие, в общем, все они есть. Они ориентируются в первую очередь на ведущие университеты, на федеральные национальные исследовательские университеты. Я могу сказать, что среди проектов, которые мы видим, больше половины проектов реализуется именно этим небольшим количеством университетов.

И еще один момент. Федеральные университеты были созданы для того, чтобы решить целый ряд региональных проблем, в частности проблемы Севера и Арктики. Два университета было создано, вы знаете, один — в Архангельске, второй – в Якутске. И тот и другой университеты достаточно активно работают с фирмами, которые расположены на Севере. В частности, одна из самых успешных коопераций – это "АЛРОСА" с Северо-Восточным федеральным университетом. Есть очень интересные работы по кимберлиту, по очистке руд и так далее. То же самое в Арктике. Что мы сделали? Мы сейчас запускаем мониторинг первой группы национальных исследовательских университетов для оценки того, насколько успешно они работают. У меня сразу есть предложение: давайте одновременно с этим, может быть, вместе с Советом Федерации, создадим мониторинговую группу, с тем чтобы оценить, как работают федеральные университеты. Потому что, может быть, у вас, кроме всего прочего, больше воздействия на регионы, на те бизнесы, которые существуют в этих местах.

Председательствующий. Пожалуйста, Олег Евгеньевич Пантелеев, вопрос.

, первый заместитель председателя Комиссии Совета Федерации по Регламенту и организации парламентской деятельности, представитель в Совете Федерации от исполнительного органа государственной власти Курганской области.

Спасибо, Сергей Михайлович.

, у меня два совершенно коротких вопроса.

Первый вопрос. Я вчера разговаривал с руководством академии медицинских наук и у меня сложилось такое впечатление, что у нас появились "сынки" и "пасынки". То есть научно-исследовательские учреждения отраслевых министерств финансируются лучше, чем отраслевых академий. Развейте это мое сомнение.

И второй вопрос. Планируется ли расширение финансирования в области научно-исследовательских работ по особо чистым стратегическим материалам, без которых научно-технический прогресс не сдвинуть в этой области? Спасибо.

. По второму вопросу. Существует, как вы знаете, ФЦП, она имеет соответствующий, так скажем, регламент. Она не совсем по линии нашего ведомства, потому что наше ведомство поддерживает исключительно гражданские открытые работы. Тем не менее наши институты участвуют в реализации этой программы, и часть вузов и исследовательских институтов получает через эту программу финансирование. Но еще раз повторяю, что это немного в другом формате надо обсуждать.

Теперь о том, что касается "сынков" и "пасынков". У меня сейчас нет под рукой цифр, но я могу вам сказать, что мы проводим постоянный анализ, касающийся того, кто выигрывает конкурсы, которые проводятся нашим министерством. У нас подведомственных научных учреждений ведь очень мало в министерстве, в нашем министерстве. Их почти нет. И они в соответствии со своим объемом и выигрывают. Учреждения высшей школы, причем не только вузы, которые подчинены нам, участвуют в конкурсах и в соответствии со своим участием оказываются победителями. То есть процент победителей среди неподведомственных нам высших учебных заведений, научных заведений, я бы сказал так, выше, чем процент их заявок.

Мы считаем, что принципиально важно, чтобы была диверсификация. Во все наши координационные советы входят представители и других министерств, и других отраслей. В частности, в программе, по-моему, по исследованиям и разработкам член нашего НКС – ректор томской медицинской академии. Мы согласовали его участие с Минздравсоцразвития, и он не только представляет себя лично, но он и представляет интересы всего этого сектора. В программе "Научные и научно-педагогические кадры инновационной России" активное участие принимает Вероника Игоревна Скворцова. Мы привлекаем людей из академий наук, не только российской, но и отраслевых. Но при этом, конечно, есть одна очень важная вещь. Для того чтобы выиграть проект, надо участвовать в конкурсах, а зачастую эти академии, я не знаю, по каким причинам, не проявляют большой активности, видимо, считая, что если они нам неподведомственны, то у них шансов немного. Повторяю, вся информация есть на нашем сайте, вы можете увидеть, какое участие принимали и какое количество проектов они выиграли. Доля этих проектов больше, чем по нашим учреждениям.

Председательствующий. Спасибо.

Геннадий Александрович Горбунов.

, председатель Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и рыбохозяйственному комплексу, представитель в Совете Федерации от законодательного (представительного) органа государственной власти Астраханской области.

Спасибо, Сергей Михайлович.

! Закончилось интернет-обсуждение текста нового законопроекта об образовании, где предусмотрено так называемое нормативно-подушевое финансирование школ. Анализ предложений, поступающих в наш комитет из субъектов, показывает, что в законопроекте не учитываются особенности функционирования сельских школ, в том числе малокомплектных. Также есть опасение, что передача на уровень регионов финансирования расходов (а у нас почти все бюджеты в регионах дефицитные) вызовет ухудшение социального положения сельских педагогов.

Как вы собираетесь учесть эти предложения, направленные на поддержку сельской школы и сельского учителя, при доработке законопроекта? Нет школы – нет села, нет деревни! Мы это проходили в истории, когда говорили, что неперспективные села… Не хотелось бы, чтобы мы повторили эти ошибки. Спасибо.

. Напрямую это не имеет отношения к теме сегодняшнего "правительственного часа", но я, конечно, отвечу.

Первое. Мы специально оговаривали, и это есть во всех нормативных документах, что к малокомплектным школам система нормативно-подушевого финансирования не относится. Это знают в регионах. Неоднократно мы ставили этот вопрос на совещаниях с министрами образования регионов, и нигде не фигурирует обязательность нормативно-подушевого финансирования. Это решение, которое должно приниматься, на мой взгляд, так, как я сказал, именно регионами. Мы свою точку зрения регионам высказали. И когда мы говорим о нормативно-подушевом финансировании, то это в первую очередь должно касаться не малокомплектных школ. Более того, это не должно быть элементом сравнения школы в маленьком городке или в селе и школы в большом городе, это, скорее, элемент поддержки и политики в школах, которые находятся в одинаковых условиях. В этих случаях действительно надо работать.

Теперь что касается финансирования. Вы знаете, что сегодня по школам все финансирование находится на региональном уровне, ничего не меняется. Мы не имели права финансировать с федерального уровня, за исключением национальных проектов. Тем не менее наше министерство считает, что необходим определенный инструмент, в том числе финансовый, для поддержки лидеров либо, наоборот, для поддержки тех, кто оказывается в очень сложном положении, и на федеральном уровне тоже.

Именно поэтому в новой федеральной целевой программе по исследованиям и разработкам мы включили абсолютно такой новый для ФЦП инструмент, как субсидии регионам: на конкурсной основе мы будем выделять субсидии всем регионам, которые лучше всего обеспечивают запуск дошкольного образования, развитие профессионального образования. Поэтому одновременно мы стараемся в максимальной степени оказывать поддержку регионам через какие-то методические совещания. Я могу сказать, что, помимо того, что два раза в год в обязательном порядке мы проводим совещания с министрами образования всех регионов, и я, и мои сотрудники постоянно участвуем в региональных… Последнее совещание было, по-моему, десять дней назад в Уфе, где собирались министры образования, преподаватели, директора школ со всего Приволжского федерального округа, где обсуждался проект "Наша новая школа".

Председательствующий. Спасибо.

Виктор Семенович Косоуров, пожалуйста.

Коллеги, у нас две минуты, активнее задаем вопросы.

, заместитель председателя Комиссии Совета Федерации по взаимодействию со Счетной палатой Российской Федерации, представитель в Совете Федерации от законодательного (представительного) органа государственной власти Новосибирской области.

Спасибо, Сергей Михайлович.

, прежде всего от имени профильного Комитета по образованию и науке разрешите поблагодарить Вас за содержательный доклад.