Ну, а мы, закончив с этой местностью – решили двигаться дальше, оставив нашу лабораторию, как пункт возвращения.
Тогда я впервые близко столкнулся и с ездовыми животными лаэми. Высотой под два метра, покрытые плотным панцирем, морды, защищенные чем-то вроде мягких кожистых вибриссов, маленькие глазки, с нависшими надбровными дугами, и спокойный покладистый характер. Эти трехтонные туши подчинялись только мысленным приказам, и могли поднять на себе вполне значительный груз: чем мы были особенно удовлетворены. Но, этот тип «тягловых броненосцев» был только одним из видов животных, на которых можно было передвигаться. Вторым же оказались шестилапые, длинотелые создания с вытянутыми мордами, и хищным оскалом крепких заостренных костяных пластин, поставленных не вдоль челюсти, а поперек, и перемежающиеся не менее жесткими небными пластинами. Если бы я не видел, как их легко приручить – решил бы, что эти хищники опасны. Но Лоран, еще на борту корабля взявший на себя роль ведущего – легко оседлал это животное, словно слившись с его телом, ловко и бесстрашно гарцуя вокруг этих полумамонтов.
Вот такой кортеж у нас и получился: впереди, на вьющемся, и почти стелющемся по земле, звере – Лор, а за ним, чинно восседая на бронированной шкуре, в удобных седлах – я, и наши девочки. Не спорю, я даже пытался возмущаться, узнав о том, что мне предстоит ехать наравне с дамами, и меня не стали убеждать, а просто пригласили сесть в седло этой «сороконожки». Мне хватило несколько метров бега, и полета со спины этой твари, чтобы я отказался от этой затеи. Все-таки Лоран гораздо ближе живой природе многих миров, чем я – дитя города и космоса. Хотя... меня порой, до сих пор удивляет, может ли этот человек чего-нибудь не знать или не уметь.
А еще я понял, что если раньше он был только идеалом, то теперь я все силы ложу на алтарь науки и техники, только чтобы хоть немного достичь того уровня, на котором находится он...
* * *
- Знаешь, Фрэнки... Когда-то я думал, что этим рукам... – он поднял свои руки, ладонями вверх, показав их мне, - можно доверить все, ан нет...
Затянувшись сигарой, и плеснув на два пальца мелонеса себе и мне, он продолжил.
- Когда-то эти руки дрожали, как у первоклассника, лапающего за школой подружку, только от того, что мне на какую-то минуту дали подержать ребенка... Моего ребенка, Фрэнки!.. а потом пришло время, и я остался с двумя карапузами и бутылкой молока... И что?.. не связываться же с Марией каждый раз, как надо поменять пеленку, или покормить? Вот и учился... И ссадины мазать, и сказки рассказывать... Э-эх... точно так же, как когда-то вступил на борт первого своего корабля, едва сдерживая дрожь в коленях, но научился не пищать свои команды, а говорить их так, чтобы не возникало сомнения – слушаться требуется... Когда-то чесал затылок, ходя по «Изумрудной» и думая, а какой в ней толк?.. А потом у меня ее с руками оторвали, да и против моей воли, к тому же... Знаешь, что есть гордыня, Фрэнки?.. Это та тварь, которая заставляет ощущать себя всесильным. А когда ты понимаешь, что это не так – берет и тыкает, тыкает!.. тебя прямо носом в то самое дерьмо, которое ты сделал собственными руками...
Лоран замолчал, откинувшись назад, попыхивая сигарой в заключенное в алые зарницы небо. Я тоже взглянул в это небо, вслушиваясь в ночь. Тихо... Стрекот, треск костра, с неуловимым смолистым терпким запахом, попискивания в траве... А так – тишина... Как на курорте каком-нибудь.
- Когда-то, я думал, что прав – отправив свой крейсер на помощь гибнущему пассажирскому судну, и наткнувшись на засаду. Думал – что стоять до конца – это правильно, и безжалостно отнесся к тем, кто пожелал покинуть судно, словно крыса, во время боя. Поднять руку, и проделать дырку в чьем-то черепе – не так сложно, как некоторые считают. Главное – быть уверенным в том, что ты прав...
- Ты о «Галатее»?
- А ты знаешь еще хоть один корабль, погибший под моей рукой?..
- Нет...
- Тогда слушай, и не перебивай. Или думаешь, делиться своими промахами – легко?
- А в чем был твой промах?
- В моей самоуверенности. Я подумал о том, что раз могу все, то могу и оживлять... – он глубоко затянулся дымом, окутав им себя, как пеленой. Рон... Знаешь, когда от человека остается половина – его гуманнее убить. Я, когда его нашел – уже крейсер заминировал, решил, что просто так не сдамся, всех положу с собой. Маришку-то думал, потерял уже... вот и решил, что, во что бы то ни стало – спасу ее брата. Ему взрывной волной газа полностью выело легкие и кишечник с желудком. Если не считать, что оторвало правую руку, вместе с плечом, и разворотило грудную клетку. Но, когда я его нашел под завалом – он был еще жив. Ну, и я решился на то, что не каждый врач сможет сделать... Мы тогда, опыты проводили как раз, на совмещение живой и неживой ткани. Я и подсоединил его к аппарату. Да, как видишь, удачно... Наверное, я был не прав, не оставшись на «Галатее» до последнего. Правильно говорят – все суда уходят с капитанами... Наливай, давай.
- У тебя на руках был тот, кого ты должен был вытащить... – я разлил мелонес, протянув Лорану колпачок от фляги. – Думаю, если есть смысл жизни...
- Это не жизни был смысл, а окончательного решения в том, возможно ли подобное применение в медицине человека, малек. Оказалось, что возможно. Мне удалось его доставить в клинику, и даже врачи удивлялись, как же долго он смог находиться в таком состоянии.
- Жажда жизни. И ты после этого, считаешь, что неправильно поступил?..
- Фрэнки, разреши прямой вопрос... У тебя баба была?
- Ну...
- Понравилось?
- Лор! Что за вопросы?
- Понравилось?!
- Да! И даже очень!
- А ты представь теперь, что живешь, двигаешься, действуешь... А не полноценен.
- Что... Вообще?
- Левая рука до локтя, позвоночник, с обожженными нервными окончаниями, и голова с шеей. Вот, каков итог того, что я сотворил. Остальное все – не тело, а полимеры.
- Очуметь... – я взъерошил волосы, - Лор... Если со мной когда-нибудь такое случится – обещай пристрелить и не мучить...
- Обещаю, - Лоран повернулся на бок, и блики костра легли на его лицо, и на седые пряди на левом виске.
- Лор, а ты в курсе, что поседел?..
- Да? Что ж, видно время приходит. Спать ложись. Завтра нам на рассвете вставать...
* * *
- Фрэнки!.. Я вот что у тебя спросить хотел!..
Сегодня на приземистом многоноге восседал не Лоран, а змеей стлалась по бархату степи Мария. Лор же, попыхивая сигарой и развалившись в удобном седле, мерно покачивался на живом монолите, воистину, по чьему-то недоумению, названному животным. У меня после вечернего распития мелонеса, жутко раскалывалась голова, а этому железному человеку – хоть бы хны!..
- Спрашивай уже...
- Ты драться-то хоть умеешь?
- Вот ты смешной!.. Да рукопашная с самозащитой – первое, что нам преподают!..
- Ай!.. Вот вечно ты на академию все сваливаешь! Так и скажи «не умею». И я от тебя отстану.
- Опять «на слабо»?
- А с тобой можно иначе?
- Можно... короче, Лор, умею.
- Ух, ты!.. Да неужели?.. - пришлось шумно выдохнуть, чтобы не послать друга далеко и надолго. Умел, же, он довести своими подколками до состояния невменяемости. – А покажи!..
- Мальчики, без экспрессии!.. – Мария, с блестящим взглядом, и порозовевшими щеками, остановила многонога напротив нас, - а то оба по шее получите!
- Мариш, ну что ты... Обижать ребенка...
Все, он меня достал...
- На первом же привале я тебе бока намну, понял?! – и плевать было, что он мне в деды годился! Достал!
- Буду ждать – аки дите мамку!..
- На ножах, Лор!
- Тогда, советую тебе в стат-поле биться.
- В каком еще «стат-поле»?
Лоран постукал себя пальцем по поясу, подаренному нам Эйлие.
- И, чтобы без него – даже не смел против меня выходить, понял? – видя его серьезный взгляд, хотелось посопротивляться, но... Я знал, когда шутки выходят за грани шутки. Стало немножко как-то даже боязно, но отступать я не любил.
- Отлично. Ты – тоже.
- Мальчик мой, ты о себе беспокойся!
Невинная беседа обернулась вполне серьезными последствиями, и это понимали мы оба. Так что – дальше просто молчали. Не знаю, что делал Лор, а я разминал мышцы. Нет, не махал руками и ногами, а напрягал группы мышц, даже незаметно для других, и вспоминал все, что знал о схватках на ножах. Да, возможно, Лоран был и прав – давно я не тренировался. И, если бы он повел разговор иначе – мы бы просто устроили разминку, а сейчас – это было до победы.
- В общем, я вас поняла... – Мари внимательно смотрела на наши сосредоточенные лица, – аптечка – самое меньшее, что вам может понадобиться.
- Ему! – Лор кивнул на меня.
Вот, блин, напасть!.. А я еще хотел вполсилы?.. Ну, все, допрыгался...
Животных, несших наш багаж, и называющихся умильно-нежно «лемиакоан» - мы не расседлывали. Незачем. А шестилапого – накрепко привязывали. А то еще шуганется чего-нибудь... Разложив костер, и вскрыв консервы, мы слегка перекусили, и девочки занялись приготовлением мяса местных животных, с удивительно-нежным, сладковатым вкусом.
К сожалению, выяснилось – что даже мясо животных не приемлет такого продукта, как NaCl (в быту - соль поваренная). Но, не смотря на это, в соляной кислоте (бОльшая составляющая желудочного сока) оно распадалось почти мгновенно (ну вот такой мы кислотно-щелочной парадокс для этой планеты!..) то, взаимодействие с натрия хлоридом (прямое) было равносильно тому, что употребить трупный яд. Опять-таки, в уже разложившемся состоянии на углеводы, белки и жиры – оно легко сочеталось с кровью, и превосходно насыщало. Поэтому, приходилось чередовать приемы местной пищи, и созданной на Земле, а так же – не использовать то, что являлось ядом. Или – использовать после. Опять-таки, еще один фактор, который удивлял всех: слюна, содержащая в себе не только ферменты но, и ту, же, физиологическую жидкость, входящую в состав всего нашего организма – была безвредна... Я не химик, а это все что удалось понять из объяснений Эльвиры – «так можно, а так нельзя»...
Это доставляло, конечно, некий дискомфорт, но скорее вкусовой, от непривычки – мясо было нежнейше мягким, и сладким. Но, стоило его запечь на угольях... И опять-таки, не всех растений, чтобы не отравиться... И оно становилось жестковатым и более похожим на земной аналог.
Итак, приготовившись к отдыху, мы с Лораном отошли к ручью, чтобы набрать воды.
- Фрэнки... Может, обойдемся без оружия? Прости, я погорячился. Не думал, что ты так среагируешь...
А вот такое мне, только начавшему приходить в себя, говорить не следовало.
- Лор, ты за свою шкуру боишься?.. ну так и скажи, что староват стал для подобных игр.
- Не буди во мне зверя, Фрэнк...
- Так в чем дело?.. что мешает?..
- Эль... Тебе не кажется, что пора лимитировать этим двоим алкоголь?.. А то, вижу, с ума сходят... – Мария шевелила в костре угольки, следя за несдержанными движениями и повышенными голосами двух мужчин, едва видимых на берегу ручья.
- Делом бы им заняться... а то бесятся...
- Сопляк! Да я в твоем возрасте...
- Вот твой «возраст» раньше и вышел, что боишься теперь со мной даже на тренировку выйти. Что, была Легенда Космоса, да вся вышла?
- Ну, погоди у меня...
Порой – человек человеком, а бывает, взглянешь, как в глаза самой смерти посмотришь... Вот, наверное, это был сейчас именно тот момент. Лор, забыв обо всем, откинув флягу на песок – рванул ко мне. Но это вам не узкий коридор, с рубкой в конце, а поле и раздолье. Поэтому я, предвидя подобное – рванулся в сторону. Два сайгака по степи... Ну, честное слово – дети. Лоран перекрывал мне все пути, и гнал вперед, к едва видимому лесу, и каждый раз я едва успевал увернуться от его хватки. Это было бы даже смешно, если бы не было так грустно. Зверя я все-таки разбудил...
Бежать дальше было бессмысленно – далеко, да и небезопасно. А во-вторых – с бегом ярость Лорана не утихнет, а только возрастет, а я устану. Поэтому, резко развернувшись, принял его вес на плечо, собираясь перебросить через себя, но сам, почти сразу оказался лицом в колкую, алую траву, с завернутой за спину рукой. Чертыхнувшись – вывернулся, саданув по бедру, и вскочил на ноги.
Лор уже освобождал от ножен свой нож, я вставал в стойку... Нет, «танец на перышках» - своеобразная дуэль силы и мастерства у третьекурсников, но... Я явно переборщил. Поэтому, рука медленно потянулась к поясу, включив защиту, а нож лег в руку.
- Боишься?.. Фрэнки, неужели ты думаешь, что я тебя трону?..
В таком состоянии я его не то что боюсь – а вижу впервые. Но, колени не подкашиваются, а это главное. Лоран обходится без финтов и уловок. Удар вперед, вниз, вбок, отвод моей руки, и лезвие почти продавливает кокон стат-поля, но почти. Я успеваю не только вывернуться, но и ответить, а потом отскочить в сторону. Не знаю, есть ли на этой планете войны, но данный вид защиты совершенно не приспособлен к борьбе.
- Не глупи, Фрэнки... Искромсаю на ленточки.
А я уже думал, что Лор невменяем. А он только играет?.. Сердце отпустило. Но – ненадолго. Следующий удар буквально заставил прогнуться меня в спине, уходя с траектории лезвия и, уже падая (слишком силен был наклон назад), я подбил ногу Лорана, заставив его тоже кубарем полететь на траву. Откатившись друг от друга, мы лежали, чуть приподнявшись на руках, скрестив взгляды, выискивая там то, что скрывали друг от друга. Зрачки Лорана сузились, ресницы чуть дрогнули, и я резко ушел с траектории его броска, подтолкнув еще дальше ударом в бок, и вскочил на ноги.
- Резво... – он перевернулся через плечо, поднявшись.
- Стараюсь... – не показывать то, что дыхание сорвано, и легкие готовы ходить как мехи – сложно, но еще возможно.
С Лором драться сложно. Невозможно уйти ни в одну из техник. Невозможно собрать его стиль! Змея?.. Скорпион?.. Саблезуб?..
Приходится отступать каждый раз, ловя лезвие его ножа, на свой, прятать глаза, и сбившееся дыхание. Приходится просматривать тысячи траекторий полета острия, которое может, ненароком задеть...
«Дай-ка я...» - Рон... - «Введи себя в иллюзию, и двигайся так, как буду твоим телом двигать я...»
«Это же невозможно!..»
«Возможно все...»
Отскочив на полметра – я ввел Рона в иллюзию, ощутив его руки на моих плечах, и, подаваясь на провокацию его движений, повел бой. Физически – ничего не изменилось, но ментально, я ощущал, куда надо повести руку, как отбить удар, и ударить самому, чтобы заставить дернуться, сбиться, но не нанести раны. В какой-то момент я перестал ощущать поддержку, уйдя в полный контроль своих движений, и выпустив из-под контроля ситуацию.
- Харэ!
Я замер, выскользнув из созданной иллюзии, увидев, что Лоран сжимает лезвие ножа между ладоней, а острие едва не касается его шеи.
- Предатели вы... Оба! – Лоран оттолкнул меня в сторону, резко обтерев выступившую капельку крови с кожи. – Что ты, что Рон!.. Скажи ему, что я узнал его стиль, так что отмазываться поздно! А ты!.. – он взглянул на меня, - думаешь, тебя всегда вот так защищать будут?
- Нет... – я покачал головой, и улыбнулся, - но, думаю, пара десятков тренировок нам совсем не помешают.
Уставшие, мы брели по степи к лагерю, и я даже вздрогнул, когда Лоран обнял меня за плечи. – Молодец, Фрэнк. Ты действительно преуспел в ментальном единении. А здесь, как ты понимаешь – это многое значит.
- Я просто расслабился, и позволил...
- Иногда «расслабиться и позволить» - значит, получить изысканное удовольствие!
- Да ну тебя! – Лор ржал, а я чувствовал, как предательски горят уши. Хотя... с чего бы?.. Разве я не расслабился по полной, отдав себя в этой схватке, и сбросив уже, было, подступившую депрессию?
- Странно... Даже аптечка не понадобилась... – Мари улыбнулась, приглашая «к столу».
Эля же, быстро осмотрев меня, и не заметив наличия крови, или серьезных ран – отвернулась.
- Порой мне кажется, девочка, что ты заразилась кровожадностью от кхорхов...
- А ты растерял последний разум, на просторах Лугилла. Так что не ерничай давай, а садись есть.
- Ты меня явно больше не любишь... – Лоран находился в удивительно добродушном настроении. Особенно, если считать, что едва ли не полчаса назад, мы бились до первой крови.
- Лор, ну вот скажи мне, пожалуйста, - лучики веселых морщин собрались у глаз женщины, - вот кого еще, кроме тебя, я могу любить? Хотя нет!.. Есть еще трое, кого я люблю так же! – она открыто рассмеялась, потрепав Лорана по руке. – Так что – не говори ерунды.
* * *
Проснулся я оттого, что кто-то легонько коснулся плеча. Реакция, выработанная годами и тренировками, подорвала мое тело, заставив напрячь мышцы, но так и не пошевелиться. Только глаза приоткрыл, чтобы в багряных сполохах на небе увидеть одобрительный кивок Лорана, и палец, приложенный к губам. Я так и лежал, не шевелясь, даже не поворачиваясь, вслушиваясь в сумрак и гулкие медленные удары... Словно удары сердца, только не сдвоенные, а одиночные. Что-то мне это напоминало... Но что?.. Периодичность... Скорость... И оглушительный, разрывающий барабанные перепонки рев...
- Мать вашу!.. – уже не сдерживаясь, я перевернулся на бок, закрыв уши руками, и открыв от удивления рот...
Не знаю, на каком расстоянии это животное было – сумерки скрадывают очень многое но, то, что зверь был огромен – это точно. И этот зверь был не один. Их были десятки, и все они шли, словно стадо за вожаком – в одном направлении – в том, откуда пришли мы. Я пытался определить к какому классу или виду относятся эти твари, горы мяса покрытого то ли слежавшейся шерстью, то ли складками кожи. Если бы это были не животные, а насекомые – я бы их определил к богомолам, только сильно разжиревшим, с огромными толстыми ходовыми конечностями. И рев... Насекомые не способны издавать иных звуков, кроме щелканий и стрекотания, обусловленного трением мандибул.
«Ну, ни...чего себе...» - ментальный посыл Рона был куда более лаконичен и адекватен, и полностью согласовывался с моим, - «это что еще за новости?»
А эти «новости» все шли и шли, словно двигаясь не «куда-то» а «откуда-то», изредка, но не менее оглушительно, раздавался рев, и верхняя лапа... погонщика (иначе я и назвать не мог это существо, что стояло, и словно перечитывало всех тех, кто проходил мимо) опускалась на скрежещущую под ударом плоть.
- Глоомон... – прошелестел рядом Лоран, взглянув на меня. – Эйлие называет их глоомонами. Живут в воде, но спокойно передвигаются и по суше. Мирные, спокойные и дружелюбные... Но сейчас они напуганы.
- То есть, затопчут, и не заметят, подытожил я, мыслью Рона, а потом продолжил: - короче, он предлагает перебить всех на месте, потому что на пути у них как раз один из городов.
- Использовать технический лазерный резак с расфокусированным лучом?!
- Нет, одиночными ударами из плазменной установки.
- Фрэнки, прости... Рон! Ты хоть понимаешь, что хочешь сделать?.. Ты в курсе, что критический диаметр разлета капель плазмы, пущенной со скоростью, нужной чтобы пробить шкуры этих тварей – увеличится вдвое, а то и втрое. Минимум – пожар, а максимум – и нас зацепишь. А деревья здесь, чтобы ты знал – почти сухостой... – Лоран замер, как буд-то ушел в себя, а потом тяжело вздохнул, - н-да... И не попросишь их в другую сторону повернуть – чуть севернее – город за городом, а там, откуда мы пришли...
- Значит, бить из лазеров.
При этом разговоре Рональда и Эйлие, мы с Лораном, были скорее слушателями, так и не перешедшими на полный ментальный контакт. Эля с Мари смотрели на нас как на помешанных, не понимая, что мы обсуждаем, если все техническое оборудование, которое работает – на крейсере. Наконец, вопрос был более-менее решен, и мы сошлись на том, что выходим сейчас же, и движемся осторожно и быстро, в противоположную сторону от этих существ. А Рон, в это время, пользуясь малым одноместным истребителем (и почему я не знал о существовании такой полезной вещицы у себя на борту?..) наносит ряд ударов по периметру стада, таким образом, сбивая его в кучу, и выстреливая по одному. Рассчитав минимальное расстояние, на которое можно приблизиться, чтобы не попасть в поле действие глушителей, и приказав Рональду не увлекаться – Лоран занялся подготовкой к быстрому отходу.
- Отлично... Всю жизнь мечтал быть проводником чьих-то мыслей... – ворчал он, затягивая подпругу на шестиноге, и проверяя крепления багажа. – это хорошо еще, что эти наши, ездовые, не такие уж и пугливые. Хотя, даже не знаю, что будет, подуй ветер в нашу сторону...
Я был с ним совершенно согласен. Наконец, взяв животных за ремни, продетые в специальные кольца в шкуре, мы начали двигаться через лес, к месту, откуда выходили эти существа. Но, чтобы не быть затоптанными или, что еще хуже, подстреленными, Лор начал забирать все правее, уходя с места скопления, все дальше в лес. Наконец, часа через три, все еще слыша звучный рев животных, мы вышли на пролесок, и остановились.
- Лоран... – голос меня не слушался, - скажи, что у меня галлюцинации...
- Тогда они массовые.
Лоран застыл ледяным изваянием, вперив взгляд вниз, за крутой спуск холма, резко переходящего в обрыв: словно муравьи, строем, видимые с такой высоты совсем безобидными, двигались сотни и сотни этих существ... Нет. Тысячи.
«Рон?»
«Я все вижу, капитан...»
- Мари, Эля, наденьте-ка усилители, - Лоран был непривычно хмур и строг. – Я буду создавать иллюзию.
Не знаю как Мария, а Эля при мне усилителем не пользовалась. Показав ей, как и что надо делать, я капнул немного пряной, пахнущей ароматом трав жидкости на тыльную сторону руки, мазнув по ее руке и, взяв за ладонь – повел вслед за Лораном и Мари в их иллюзию...
- ...вот что мы имеем, - Лор, затянутый в мундир, а не легкий комбенизон, вышагивал перед огромной проекцией планеты, медленно вращающейся перед нами. – Рон, наложи карты поверх. Поверхность забугрилась, пришла в движение, и застыла совсем другой картиной. – красные точки – это наши города под куполами, а зеленая стрелка – путь, по которому пока что... Я повторюсь: _пока_что_ идут глоомоны. Эйлие, не суть важно как их я назову, а важно то, как можно их задержать, или даже развернуть в нужную нам сторону.
Сейчас это был не просто бывший капитан патрульного крейсера, это был командир, жестко отдающий приказы, и...
- Фрэнки, не суть важно, как ты обратишься, не засоряй фон своим восхищением мной. Мне это, конечно, льстит – но времени мало, а проблему решать надо.
- Позвольте перебить вас, но ментальный разговор, в отличие от прямого – длится едва ли секунду.
- Спасибо за информацию, Эйлие. Фрэнк?..
- Лор, ты говорил, что ротрин выедает пространство?.. Возможно, я не прав, но предлагаю запустить в атмосферу пару капсул, которые сдетонируют в определенное время, в противоположной от той стороны, в которую надо повернуть стадо?
Взгляд глаза в глаза, и меня ошпарило картиной бесконечного урагана, смерча, что ломал деревья и выворачивал пространство наизнанку, черной пеленой земли укрыв все вокруг. Когда буря улеглась – все обозримое пространство представляло собой кратер.
- Это, Фрэнки, действие одного миллилитра ротрина. Диаметр поражения равен примерно десятку километров. Это я о невосстановимом поражении. Ну, а бури и мощные приливы, воды морей, поднявшиеся метров эдак на пятнадцать приливной волной – остаточные явления. Это не смертельно, но меняет угол наклона планеты примерно на 0,1-0,4 градуса. В час... - у меня во рту пересохло, - и так продолжается до тех пор, пока не появится новая орбита. Итак, ты все еще хочешь провести подобный эксперимент?
- Выжечь плазмой полосу земли, тоже не выход...
- Да, Рон, тоже. Что подскажет нам наш экзобиолог?.. – Рональд замер на мгновение, словно совещаясь сам с собой, а потом медленно произнес: - при нашествии особо крупных животных, земные ученые применяют звуковые волны разной частоты. Вот только надо знать, что привлечет их, а что испугает.
- Отлично. Рев глоомонов, которым они ведут свое стадо - можно записать и сейчас. А теперь – поторопитесь.
- Лор, а откуда мы пустим звуковую волну?
- С моего корабля, - Эйлие улыбнулся. Вы сделайте установку, а я спущусь в нижние слои атмосферы, и мы получим результат.
- Погоди, так твой корабль может опуститься на планету?!!
- Только один раз. Но, находясь в атмосфере – я не включаю режим посадки.
* * *
- Все, что я им сейчас желаю – это чтобы они сумели создать такой прибор, и справились за несколько часов... – Лоран устало выдохнул, навзничь упав на траву, смотря в небо. – Иначе все будет бесполезно. Ладно, подъем. Думаю, раз Эйлие может опуститься в нижние слои атмосферы, то им наши глаза не нужны. А уши нам самим нужны. Не знаю, какой именно будет звук, но вот, сколько децибел, или даже бел там будет – догадываюсь.
Животные, выделенные нам, были хороши еще и тем, что при надобности, могли развивать скорость довольно приличную, так что, не смотря на тяжесть поклажи, двигаясь вдоль кромки леса, по самому краю холма, мы успели отойти достаточно далеко, когда раздался нарастающий низкий рев, перешедший скоро в неслышимый диапазон. Земля начала содрогаться, и медленно проседать. Ругнувшись, Лоран рванул своего шестинога в лес, но наши массивные звери не успевали повернуть так быстро и их начало тянуть в пропасть.
- Лоран!!!
- Мария!..
Лор, каким-то неимоверным движением вывернул свое животное и, изловчившись, схватил жену за руку, проехавшись по земле, и начал падать следом.
Не теряя времени, я соскочил вниз, всем телом придавив друга к земле, ощущая, как нас тянет вниз.
- Я держу ее... – услышал я сдавленный, но упрямый голос женщины. – Веревка есть?
- Нет! Обе живы?.. Это самое главное... Эля, девочка, постарайся найти опору под ногами, и не шевелись, пожалуйста, хорошо?.. Не бойся, мы вас вытащим. Так, успокоились обе?.. Отлично. Эля, опора есть?
- Есть... – я услышал дрожащий голос девочки, и облегченно вздохнул.
- Фрэнки?.. Осторожно, очень осторожно, приподнимись, и подзови Карзо. Голос не повышай, а то он прыгать начнет, и кто знает, чем все обойдется. На его боку, у седла, приторочена веревка. Понял?
«Карзо?..» - легко, словно дуновением ветерка пройтись по мыслям существа, увидев, как распласталось по земле гибкое тело, осторожно подползая ко мне. – «Ползи сюда, дружок... Осторожно... Очень осторожно... повернись боком...»
Я едва дотянулся до веревки, приказав зверю не подползать ближе. Но, пальцы крепко сжали петлю, потянув на себя. Веревка оказалась одним концом крепко привязана к седлу. Развернув другой конец, я спустил его вниз (благо, руки у меня были свободны).
- Эля, обвяжи себя за пояс, и держись за веревку. Умеешь узлы вязать?
- Не маленькая... Справлюсь. Готово.
«Карзо?.. Медленно ползи назад. Назад...» я показал направление и зверь, послушный моим мыслям, начал отползать. Я ощутил рывок под собой, когда Лоран перехватил Марию и за вторую руку. Вскоре над обрывом показалась белокурая головка Эли, а, спустя пару минут я увидел и Марию...
* * *
Мы сидели у разведенного костра попарно: Лоран – обнимая Мари, а я – почти силком удерживая Эльвиру, которую до сих пор трясло от пережитого. Разговаривать не хотелось, да и не о чем было. Мы едва не потеряли Мари и Элю. То, что улетела поклажа – черт с ним!.. Если уж Эйлие один раз смог спуститься в плотные слоя атмосферы, то спустится и еще раз, скинув нам груз, прикрепленный специальным наружным креплением (он дал понять – что открывать люк не намерен, даже если от этого будет зависеть его жизнь). В этом грузе еще достаточно и аппаратуры, и запаса одежды, и еды. Ведь примерно так все и обговаривалось...
- Об...обруч... – Эля коснулась лба дрожащей рукой. – Я его потеряла, когда схватилась за руку Марии.
- Да лишь бы большего горя не было, а это – все поправимо. Сегодня останемся здесь, а завтра пойдем дальше. Эйлие обещал, что нас встретят.
- Странные у них какие-то отношения... – я хмыкнул, - вроде и сторож на границах – а общение у них есть... Почему так?..
- Наверное, потому что это общество разумно.
- У нас такого никогда не будет...
- Ну, мы своих, тоже не убиваем, тогда, как на Ренкире заболевший является едва ли не государственным преступником, а если идет эпидемия, не говоря уже об эндемии (постоянное, сопутствующее какой-то местности заболевание) – так вырезают и выжигают все живое, и держат карантинную зону со строгостью... – Лоран устало прикрыл глаза, и тяжело вздохнул. – Фрэнки?.. Сегодня палатку я оставляю вам... - Лор, как истинный путешественник, сумел распределить все так, чтобы в случае ЧП – осталась бы треть, или четверть того, что есть. Поэтому и еда, и палатки, и даже одеяла были распределены по зверям поровну. И сейчас не остались голодными и под открытым небом. – А мы с Марией здесь, под деревьями переночуем.
- Может, лучше отдать палатку женщинам?
- Фрэнки?.. – Мария улыбнулась, - я думаю – так будет лучше.
- Ну...
«Болван ты...» - дал мне Лоран ментальную затрещину, - «иди, и успокой Элю так, как это может сделать парень, и не мешай мне делать то же самое!»
Сняв ментальные усилители с себя и Мари, он, с выразительным взглядом, положил их на вещи, вопросительно выгнув бровь. Ну да, простите пожалуйста, свыкся я с ним. Только вот вещать всему миру, что мы делаем – это слишком. Но... А что если...
А!.. черт с ним!..
- Тук-тук!
- Войдите, не занято... – я приподнял локоть и, щурясь сквозь свет, посмотрел на Лорана, - что, уже пора собираться?
- Подъем, молодожены! Уже выходить пора, а не собираться!
Эля вспыхнула, засунув нос под куртку, которой укрывалась, и сделала вид, что продолжает спать.
- Пять минут.
- Нас уже ждут.
- Кто?.. – я подхватился, наспех застегивая комбинезон, и выглядывая наружу, увидев десяток шестилапов, мирно лежащих между деревьев, и стоящих рядом лаэми. – Доброе утро.
- Усилитель надень для начала. И, начинай складывать палатку. Карзо я оставлю вам. Он найдет дорогу.
- Спасибо, Лор... – я был более чем признателен другу за такое понимание ситуации. – А здесь далеко?..
- Примерно три часа ходьбы. Да, и еще. Маленький презентик от наших друзей.
- А это что?.. – я рассматривал плотные негнущиеся браслеты, с какими-то странными креплениями и идущими от них прозрачными как стекло вставками.
- Одень, и узнаешь. Прозрачной частью наружу. Застегнуть сам сможешь? Отлично. Плотно держится?.. Еще лучше. Теперь выполни мою просьбу – подойди к этому дереву и нанеси прямой удар, сымитируй. Превосходно. Носи на здоровье.
А теперь я все это прокомментирую...
То, что я увидел – смутно напоминало мне наручи с двумя плотными белыми, наверное, керамическими браслетами, один из которых должен был находиться почти у самого локтя, а второй – перекрывать запястье. Надев сначала одно такое приспособление, я ощутил, как удобно и правильно легла прозрачная, и теплая вставка, соединяющая эти два браслета, вдоль наружной стороны предплечья. Но, когда я нанес удар, пусть и эфемерный, распрямив мышцы – из углубления мгновенно выскочило тонкое прозрачное лезвие, зазубренное по краям, и пропороло древесину где-то на треть... Стоило же разжать кулак, как лезвие тут же вернулось в исходное положение.
- Механика?
- Ментальная механика, Фрэнки, - Лоран улыбнулся и, потрепав меня по волосам – дал сигнал уходить.
Ментальная, значит?.. то есть, если... Я резко выкинул руку вперед, но не с желанием ударить, а схватить, и лезвие даже не шелохнулось. Но, не двигая рукой, вспомнил удар – и шероховатая поверхность прозрачного ножа показала свое жало. Второй такой же наруч, я надел без колебаний. А что, правильно... Они наши карабины под себя мастерят, а мы учимся пользоваться их приемами. Взаимное проникновение рас, так сказать.
- Фрэнк... Нас что, одних оставили?
- Сказали, чтобы мы не спешили, - я улыбнулся белокурым кудряшкам, мягко обрамляющим овальное, сонное личико. – Завтракать будешь?
- Нет... – Эля зевнула, небрежно стянув волосы в хвост и, улыбнувшись, нажала на клапан, выпуская воздух из палатки, - как-то не хочется отставать от них слишком сильно.
Желание девушки – закон. Особенно такой девушки. Поэтому, сложив все в компактный сверток, я засунул палатку и одеяло в специальный переносной заплечный мешок и, скомандовав Карзо вести нас по следу, неспешно пошел рядом с Эльвирой.
Мы говорили о многом, но больше всего – о Солнечной системе, о родственниках, о смешных случаях, происходивших с нами... И мне даже, на миг показалось, что небо, из розовато-рыжего, в сполохах сияния, стало бесконечно голубым, прозрачным до синевы того глубокого цвета, который можно увидеть только в летний полдень, в колодце. И я рассказал, как в детстве, забрел в лес, и заблудился...
А Эльвира рассказала, что на Земле была только, то время, пока происходил отбор экипажа, и никогда не была в земном лесу. И я решил, что когда у нас будет время – обязательно отведу ее в иллюзию своего детства.
Три часа пролетели незаметно и, уже когда мы подходили к прозрачному куполу, Эля остановила меня.
- Фрэнк... Если тебе нравится кто-то другой, то давай сразу скажем Мари и Лорану, что между нами ничего не было.
- Во-первых, - я дернул за кудряшку, устроившуюся у виска, - ни Лорану, ни тем более Марии нет никакого дела до отношений, которые их не касаются. Уж я-то эту пару знаю достаточно давно. А во-вторых – ты мне очень нравишься. И если мне придется всех обмануть, то я это сделаю.
- Ах, ты ж!.. Фрэнк!.. Так не честно!..
- Я тебя шантажировать буду, пока не выйдешь за меня!..
- Фрэнки!..
Разыгравшись, гоняясь друг за другом, мы не заметили, как собрали у прозрачного купола зрителей. Эльвира, смутившись, уткнулась мне в куртку, а я только улыбнулся, поцеловав светлую макушку, решив для себя, что на этот-то раз, я обрету свое белокурое счастье.
Карзо, словно к себе домой, вел нас по улицам города. Изредка я получал ментальный посыл кого-то из встречных, отмеченный улыбкой, и улыбался в ответ. Радость - слишком сильная эмоция, чтобы ее можно было скрыть. И мне хотелось ею делиться.
Наконец, мы остановились перед одним из домов, где находился наш зверь, привязанный у открытого проема двери. Карзо, не спрашиваясь, нахально переступил порог и, взойдя на второй этаж по пандусу – разлегся у одной из дверей.
- Отлично. Как я понял – мы здесь будем жить.
- Недолго, мой мальчик, недолго. Всего лишь два дня, пока Рон не отберет все что надо, и Эйлие не спустит этот груз сюда. За это время мы должны сделать три вещи: отдохнуть, найти себе еще двух таких же, как мой Карзо, и осмотреться в поисках того, что может нам помочь в описании этого мира. Если ничего не найдем – через двое суток – пойдем дальше.
- И... Сколько так ходить будем?..
- А пока все не изучим, и наши ученые детки не решат что с них хватит. Веришь, была бы такая возможность – нас бы и в воду окунули. Лишь бы образцы планктона да рыбок им доставили.
- Отлично. Замечательные каникулы... - Я даже не знал, смеяться мне, или расстраиваться.
Когда-то, лет двенадцать назад, когда Лор рассказывал мне о своих путешествиях и приключениях в других мирах, я буквально горел желанием того, чтобы оказаться в каком-нибудь мире, чтобы вот так путешествовать в поисках приключений... Если честно – где-то в глубине души, я даже мечтал о том, что жители такой вот планеты, на которую мы ступим – будут приветливы и доброжелательны. Я мечтал найти что-то такое, что сделает меня героем в глазах Лорана... Ведь он был, да и до сих пор остается, единственным человеком, которым я восхищаюсь.
- Сбылась мечта идиота.
- Это ты о чем?..
- Об этом... – я раскрыл свои детские стремления, вызвав у Лорана добрую усмешку.
- А сейчас что? Перегорело?
- Да не то, что бы... только если честно – я почти все время думаю о том, как же мы будем возвращаться назад. И... – я помедлил, - имеем ли право на возвращение.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 |
