- Именно, - просияла она. – А теперь на минутку представь себя на месте старины Ротора. Что он сделает, увидев эти две папки?
"Удалит ту, в которой, по его мнению, находятся системные файлы – то есть мою. Вместе со мной".
Я покачала головой.
- Ротор слишком умен. Он поймет, что его пытаются обмануть.
- Салли, Салли, - притворно вздохнула Николь. – Ты зря недооцениваешь мои возможности. Можешь мне поверить, я сделала все от меня зависящее, чтобы это не произошло. Да и потом, я не думаю, что у Ротора будет достаточно времени, чтобы разбираться, обманывают его или нет.
И хотя она тоже напрасно недооценивала умственнее способности Ротора, нотка здравого смысла в ее речах все же была. Я по опыту знала, что Николь шутя управлялась с любыми электронными данными, попавшими к ней в руки, и я верила, что ей по силам было замаскировать друг под друга две одинокие папки в океане информации… Хоть мне и не хотелось верить.
А это означало, что теперь мне предстояло действовать, уже не опираясь на мысль о Роторе, незримо поддерживающем меня.
- Николь…
"Компьютер" все еще стоял передо мной, и я машинально коснулась клавиатуры кончиками пальцев.
- Наверное, я не удивлю тебя, сказав, что ты не понимаешь, что творишь.
- Поясни, - она приподняла одну бровь.
Я вздохнула и продолжила чуть более резко, чем хотела бы:
- Во всем виноват вирус, и ты это знаешь. Именно он заставил тебя обратиться против нас…
Она уже не слушала – она хохотала, запрокинув голову, и звук ее голоса странно пульсировал, искажаясь в далеких красных стенах, долго не желая растворяться в них. Я пожала плечами и ввела несколько слов в строку поиска, надеясь, что Николь больше не отслеживает мои действия.
- Как мило, - отсмеявшись, сдавленно произнесла она. – Уж не думаешь ли ты, что я сейчас раскаюсь, и твоя верная Николь, затаившаяся и копившая силы где-то внутри меня, одержит верх, и вы все вместе подарите Мобиусу светлое будущее?
Она выпрямилась; ее голос, и без того теперь негромкий, стал совсем тихим, до краев полным угрожающих рычащих ноток, словно внутри нее гремели обезумевшие барабаны.
- Ты ошибаешься, Салли. Я и есть вирус, понимаешь? Твой старый компьютер погиб, осталась лишь созданная им глупая графическая оболочка, которую я заняла за неимением лучшего выбора… Я – совершенно новая программа, гораздо более могущественная и изобретательная, и если ты думаешь, что вам удастся победить меня, или, еще лучше, разжалобить…
Теперь уже я не слушала ее. Я неотрывно смотрела на экран, на котором несколько секунд назад перестала мигать темная полоска, сменившись безжизненным набором слов:
"Поиск по ключевому слову: "Салли". Найдено 7 папок".
Те самые папки, в которых должны были храниться спрятанные Николь системные файлы. Их названия ни о чем не говорили мне; я бездумно зашла в одну из них, скользнула взглядом по заголовкам файлов, состоявшим в основном из цифр.
Я не могла определить, было это то, что я искала, или нет. Может, Ротор смог бы, если… Если бы не Николь.
Я вернулась к результатам поиска, выделила все семь папок, потянулась к кнопке, способной безвозвратно их удалить… И замерла.
Слишком просто. Я закрыла глаза, приложила оказавшиеся холодными подушечки пальцев к векам.
"Кто же должен удалить меня, Николь? Ротор… или я сама?"
Я действовала слишком предсказуемо – и почти наверняка именно так, как того хотела моя противница.
- Николь… Не пояснишь мне кое-что?
Она не ответила.
Я открыла глаза и подняла голову, нашаривая взглядом куб. Он остался на месте; только хрупкая фигурка, примостившаяся на его краю, отсутствовала, как отсутствовало и ощущение ее пристального взгляда, прожигавшего меня насквозь.
Николь исчезла.
Я машинально бросила взгляд на монитор, решив на мгновение, что все-таки удалила выделенные папки. Но нет, они оставались на месте…
Значило ли это, что Николь решила перенести игру в кошки-мышки на новый уровень? Или Ротор все же разгадал ее обман и удалил нужные файлы?
Ничего не происходило, и я поднялась на ноги. Зал не изменился, но с исчезновением Николь он казался опустевшим. Я поежилась при мысли об огромной информационной сети, опутавшей Роботрополис, лишившейся теперь своей хозяйки. Глубоком озере, в котором я была лишь песчинкой, плавно оседающей на дно…
Мир вокруг меня содрогнулся. Зал стал вертолетом, потерявшим винт и ухнувшим в пустоту; пол ушел из-под ног и далеко внизу слился со стенами прежде, чем я успела осознать произошедшее. Потолка не было; за мгновение до удара он сменился окружившими меня параллельным полотнищами стерильного света – белого, зеленого, бледно-голубого. По ним струились слова и цифры – одна-единственная надрывная фраза, которую я не в силах была понять.
Я поднималась вверх… или падала. Или оставалась на месте, а созданный Николь виртуальный мир мчался куда-то мимо меня.
- Ротор…
В следующую секунду свет свернулся в одну линию, сжался в точку и погас.
Шедоу, настоящее время.
Не помню, чтобы мне когда-либо приходилось уставать так сильно.
Словно и не было уничтожено хранилище сватботов – коридоры выплевывали мне навстречу все новых и новых роботов, безжалостных, деловитых, до самой последней секунды своей металлической жизни жаждущих схватиться со мной. Во всем огромном Роботрополисе разыскивающих одного лишь меня.
Сам город всколыхнулся, поднимаясь на борьбу, выпуская с заводов, из неведомых тайников, из самых стен все новых железных чудовищ.
Горячая игла ткнулась в висок; я махнул рукой в надежде стряхнуть ее и невольно вздрогнул, когда пальцы наткнулись на что-то хрупкое, болезненно хрустнувшее в ответ. Я дернулся, пытаясь подхватить маленький кусочек пластмассы, но не успел – и коммуникатор, оплавленный, жалкий, с тихим "так" упал мне под ноги.
Тугой комок концентрированной смерти, выпущенный сватботом, прошивший воздух в сантиметре от моего уха. Вздыбившееся в ответ пламя, волной своей ярости попытавшееся захлестнуть почему-то опять меня. Наверное, как раз это и подточило опоры у хрупкого веревочного мостика, соединявшего меня с Ротором и Соником. Тогда я ничего не заметил…
Именно в этот момент в сознании взбухла густая, отвратительно липкая мысль: я ведь мог не выбраться из города.
Я обессилено привалился к стене, по-прежнему не отводя взгляда от кусочка черной пластмассы на полу. Вяло подумал, что теперь, пусть и ненадолго, но мне плевать и на сватботов, и на Николь, и на жуткие машины, спящие в недрах города в ожидании ее приказа. За эти секунды неподвижности я мог восстановить лишь мизерную часть своих сил, но именно ее мне не хватало, именно она нужна была мне, чтобы собраться воедино и вырваться за пределы сковывающих волю холодных стен.
Шагов роботов не было слышно, и я позволил голове откинуться назад, а глазам закрыться.
Я собирался связаться с Ротором после того, как покончу с главным оружием Роботрополиса. Но забыл об этом, а теперь коммуникатор едва ли был на что-либо годен. Впрочем… наверняка это уже успел сделать Соник. И если с Ротором все в порядке и он снова на связи, то Соник уже сказал ему, что со своей задачей я справился – взрыв был слышен во всем городе и, пожалуй, даже за его пределами. Если же нет… Что ж, мне в любом случае нужно было скорее выбираться отсюда.
Душераздирающий скрип прорезал воздух.
Я содрогнулся всем телом, словно этот звук издала тупая пила, вгрызшаяся в стену рядом с моим горлом. Широко распахнул глаза и сжался в комок, готовясь увидеть перед собой что угодно – полчища вооруженных роботов, восставшего из пепла безумия Роботника, саму Николь – цифрового призрака свихнувшегося города…
Но я по-прежнему стоял один в пустом коридоре, и лишь затихающее эхо скрипа открывшихся где-то поблизости стальных ворот подсказало мне, что в Роботрополисе кто-то еще, кроме меня, до сих пор способен был двигаться.
Я досчитал до пяти, мысленно приказывая себе успокоиться, и, сделав несколько скованных шагов в сторону, заглянул в коридор, более широкий, чем тот, в котором стоял я, и более освещенный.
И увидел…
…Большая грузовая платформа беззвучно вплывала в распахнутые ворота, паря в нескольких сантиметрах над полом. На ней стояли сватботы – неподвижные, но активированные, непрестанно ощупывающие пространство вокруг себя множеством приборов, терпеливо дожидающиеся новой команды…
…не обращая больше внимания на искореженную груду металла, все еще оседающую возле стены…
…Вплывала в распахнутые ворота, не охраняемые решительно никем, и так же безмолвно текла дальше, никем не встречаемая…
…внутрь и направо, к стройному ряду управляющих компьютеров, отбросив ринувшихся наперерез роботов…
…Дальше, в глубине помещения, похожего на ангар, округлые металлические бока исполинской установки неприветливо блеснули, встречая гостей…
…Прежде чем они исчезли во вспышке бледно-серого пламени…
"В здании с установкой также находится некоторое количество взрывчатки, - терпеливо объяснял Ротор. – Роботник допускал мысль, что мы можем перехватить контроль над городом, и снабдил наиболее важные объекты системами самоуничтожения, чтобы они не достались нам. После его бегства управление ими перешло к Николь, так что формально активировать их может только она. Но я проанализировал более ранние варианты таких систем, информацию о которых доставлял мне в свое время Соник, и пришел к выводу, что их можно активировать вручную и с достаточной задержкой, чтобы ты успел уйти на безопасное расстояние".
Почти не замечая того, что делаю, я поднял с пола коммуникатор и медленно, нетвердой походкой двинулся вперед. Никто из сватботов не замечал меня, и я встал возле ворот, привалившись к одной из створок. Наверное, металл был холодным и неприятно врезался в кожу, но я уже не в состоянии был обращать на это внимание.
Лазерные пушки еще не были активированы, но покинувшие платформу сватботы уже возились возле пультов, и темная поверхность установки начала покрываться сыпью загоравшихся экранов датчиков. Где-то под ногами зародился сытый гул, пока еще слабый, похожий на урчание котенка, но уже готовящийся в будущем стать рычанием разъяренного зверя.
Мозг внезапно отметил еле ощутимую тяжесть коммуникатора в руке, и я поднес пальцы ко рту. Забыв о том, что надо нажать на кнопку, тихо произнес:
- Ротор, сколько всего установок лазерных пушек в Роботрополисе?
Наушник молчал… Впрочем, я и без него уже понимал, что "одна" не будет правильным ответом на этот вопрос.
Что, хотя это и было в моих силах, я все же не смог оградить Нотхолл от нависшей над ним опасности.
Установка пришла в движение, медленно и тяжело поворачиваясь вокруг своей оси. Где-то в углу бесстрастный голос компьютера негромко что-то спросил; так же негромко ему ответил один из сватботов. Слова звучали словно на другом языке, и заключенный в них смысл каким-то образом касался меня, но я так и не смог понять, каким.
А ведь это все уже было…
Глупо. Слишком глупо.
И у нас ведь действительно могло получиться… Но из-за одного сумасшедшего старика, решившего потешить самолюбие, весь тщательно продуманный план рухнул.
"Наверное, я еще могу выбраться отсюда. Ноги плохо слушаются меня, но если я соберусь с силой, они вынесут меня за пределы города…"
В этот момент один из сватботов повернулся и увидел меня.
Взгляд его зрительных датчиков встретился с моим. А затем и остальные роботы, которые, как я только сейчас заметил, успели рассредоточиться по всему ангару, начали поочередно останавливаться, забывая об установке, и оборачиваться к воротам. Через несколько секунд уже все они смотрели прямо на меня, безмолвно и неподвижно, словно молчаливо спрашивая, кто я такой и что мне нужно.
Наверное, я должен был сказать что-то особенное, какую-нибудь жгучую фразу, о которой не стыдно будет вспоминать на том свете. Но в голове было пусто, да и вряд ли пересохшее горло смогло бы воспроизвести какой-либо звук.
Поэтому я просто шагнул вперед.
Соник, настоящее время.
- Ротор…
Шум помех в ответ.
- Шедоу?..
Тот же шум, сквозь который, как я не вслушивался, так и не пробился далекий голос.
"Только не это…"
Я бессильно опустил руку, так и не нажав на кнопку на коммуникаторе. Шершавый и холодный пол неприятно упирался в босую ступню, служа лишним напоминанием об утраченной способности развивать немыслимую скорость – один из сделанных Ротором ботинок остался в железной лапе сватбота, сунувшейся в шахту в надежде нашарить меня.
Наверное, мне стоило тогда не вытаскивать ногу из ботинка и не бросаться со всей возможной быстротой вглубь узкого тоннеля, а выскочить наружу и попытаться прорваться сквозь толпу окруживших решетку вентиляции роботов. Тогда бы у меня было больше шансов добраться до выхода из города.
Я отделился от стенки шахты и вновь пополз в темноту. До этого я пропустил несколько решеток, слыша невдалеке тяжелые шаги и опасаясь быть схваченным; и теперь жалел об этом, ибо я упустил момент, когда последний прямоугольник мутно-серого света растаял позади, оставив меня в кромешной темноте. Слишком поздно я сообразил, что забрался в самое сердце города, туда, где мнительная Николь приказала заделать многие решетки, опасаясь нападения со стороны врага, и теперь, вполне возможно, направлялся в тупик, из которого уже не смогу выбраться.
Я подумал о возможности повернуть назад и пришел к неутешительной мысли, что уже поздно. Шахта не имела ответвлений, так что сватботы точно знали, куда я пополз, и должны были перекрыть все оставшиеся позади меня выходы.
Так что мне оставалось лишь двигаться вперед… где, кстати, впервые за долгое время вновь мелькнуло пятно света.
Я прибавил скорость, и оно очень быстро превратилось в растущий по мере приближения прямоугольник решетки. Шагов в коридоре не было слышно, и я воспрянул духом, уже мысленно пытаясь оценить, где именно нахожусь и как быстрее всего смогу добраться до выхода из города…
Рука сватбота пробила хрупкую стенку шахты и, ухватив мои ноги ниже колена, дернула наружу.
Я не успел ни отпрянуть, ни заслониться; мелькнула лишь мысль, что роботы оказались все же проворнее меня и, зная, в какую сторону и по какой шахте я двигался, устроили засаду. Я негромко зашипел от боли, когда острый край пролома прошелся по моему боку и задел плечо; дернулся, пытаясь ухватиться за этот же край, но металл предательски хрустнул под пальцами, и солидный его кусок остался у меня в руке, лишая меня последней опоры. Через секунду передо мной уже мерцали бесстрастные зрительные сенсоры сватбота.
Наушник соскользнул с головы и с тихим щелчком упал на пол.
Я висел в фатальном положении вниз головой, со скованными ногами, не имея возможности ни применить какую-либо из своих атак, ни просто освободиться. Я покосился по сторонам в смутной надежде, что у одного из окруживших меня металлических исполинов в руках окажется мой ботинок; но, разумеется, ботинка у них не было. Тогда я, вздохнув, занес тонкий кусок металла, который все еще держал в руке, и с силой ударил им по тонкой красной полоске, заменявшей роботу глаза.
Металл с тихим хрустом осыпался на пол; яркая полоска мигнула, словно сватбот удивленно моргнул. Впрочем, хватку он так и не ослабил.
- Не получилось, - хмыкнул я и скрестил на груди руки. – Твой ход, железка.
Он медлил, будто указания относительно того, что делать после моей поимки, еще не пришли ему. Воспользовавшись заминкой, я снова украдкой осмотрелся. Один из сватботов стоял достаточно близко ко мне; пожалуй, я смог бы, вытянувшись, схватить его за встроенный в руку бластер и направить на державшего меня робота. А дальше все зависело от того, выстрелит ли он и если да, то сделает ли он это раньше остальных, которые по-прежнему целились в меня…
Я не стал медлить и тут же привел план в исполнение. Пальцы скользнули по гладкому металлу, и я успел похолодеть, решив, что не рассчитал свои силы и промахнулся; но почти сразу сумел ухватиться за ладонь робота, дернув ее вверх. Выстрел пришелся в державшую меня руку; его мощности оказалось достаточно для того, чтобы лопнули почти все металлические кости и сухожилия, а то, что осталось от них, с тихим всхлипом переломилось под тяжестью моего тела. Я попытался перевернуться, но вцепившаяся в меня кисть так и не разжалась, и вместо того, чтобы приземлиться на ноги и тут же ринуться наутек, я неловко плюхнулся на спину. Воздух выбило из легких, но я заставил себя подтянуться – и вцепился в обхватившие мои ноги стальные пальцы, чтобы сбросить их, прежде чем…
Невероятная тяжесть опустилась мне на плечи и тут же исчезла.
Мне показалось, что одновременно с этим из спины стремительно вытащили позвоночник. Все тело обмякло, пропало ощущение опоры; я даже на секунду вообразил, что меня снова подвесили вверх тормашками. Я попытался обернуться, но позвонки шеи лишь неприятно хрустнули в ответ и отказались слушаться. Я сумел лишь мучительно медленно поднять взгляд и увидеть, как сватботы разом опустили направленные на меня руки и отступили назад.
Я не заметил, когда начал заваливаться набок. Просто в какой-то момент пол оказался возле самых моих глаз; потом он приподнялся и мягко опутал лицо тяжелым покрывалом темноты.
Николь, настоящее время.
- …Дурачье.
Устроенный ежами погром не докатился до зала, в котором в свое время любил отсиживаться Роботник и в котором я иногда появлялась в своем голографическом облике, как сделала это сейчас. Все жизненно важные для города компьютеры остались нетронутыми; ну а заводы и установка… что ж, сватботы без проблем восстановят их.
По давно укоренившейся привычке я разговаривала сама с собой, когда меня никто не мог подслушать.
- Хорошо, что Ротор так и не добрался до созданных мною резервных копий… Кстати, надо будет послать сватботов в катакомбы – конечно, вряд ли после выстрела лазерных пушек там останется кто-нибудь живой, но я хочу быть на сто процентов уверена, что Салли и этот горе-механик больше меня не потревожат.
Я помолчала, пробуя на вкус пришедшую вслед за этой репликой мысль, потом не удержалась и хихикнула.
- Подумать только – а ведь с Борцами уже покончено! Двое убиты, еще с двоими в ближайшие минуты произойдет то же самое... Всего лишь один день, один гениальный план и никаких осечек. Думаю, самое время поздравлять себя с победой…
- Переиграть дурака – еще не значит стать гением, - флегматично произнес голос позади меня.
Вздрогнув, я обернулась.
Роботник сидел, развалившись в одном из кресел. С тех пор, как я видела его в последний раз, он мало изменился – разве что одежда обветшала и потеряла всякий вид. Зато неизменные очки были на месте, и их темные провалы надежно скрывали от меня его взгляд.
Несмотря на откровенную нелепость ситуации, он оставался спокойным и явно дожидался моего ответа на предыдущую реплику.
- Доктор, - протянула я. – Вот тебе раз. Разве вы не умерли в катакомбах?
Он независимо пожал плечами.
- Отнюдь, как видишь. Отчасти благодаря нашим несчастным друзьям, отчасти благодаря собственным… м-м-м… собственной предусмотрительности.
- Что вы говорите, - хмыкнула я. – Приготовили что-то на случай, если вас одурачит ваш же вирус? В жизни не поверю. Вы никогда не задумывались над тем, что будет, если ваш хваленый интеллект обманет вас.
Роботник тяжело вздохнул.
- Нежелание сомневаться в своих убеждениях тоже не является признаком гениальности.
Я приподняла бровь. Доктор не предпринимал никаких действий, он лишь устроился удобнее, облокотившись о стол и положив подбородок на переплетенные пальцы, и с интересом смотрел на меня, дожидаясь ответа. Было очевидно, что он лишь забалтывал меня в ожидании… чего? Что мог он сделать здесь, в самом сердце базы, давно уже ставшей моей?
В которое он, кстати, как-то ухитрился попасть незамеченным…
Мои уши дернулись в попытке прижаться к голове. Сейчас Роботник казался абсолютно неопасным, но если ему удалось так легко обойти все мои системы слежения и защиты, кто знает, какие еще фокусы он держал в запасе?..
- Не понимаю вас, доктор… - я невольно облизнула губы. – Наверное, вы хотели этим оскорбить меня, но разве ваши слова не относятся и к вам тоже?
"Всем отрядам сватботов немедленно явиться в помещение №2… Стоп. Нет, только двум отрядам. Остальным продолжать патрулировать город и ликвидировать последствия вторжения".
На всякий случай…
- Не оскорбить, но несколько сбить спесь, - легко продолжил разговор Роботник. – А что касается меня… Когда я называл себя гением, я также принимал во внимание и свою способность просчитывать свои действия и действия противников на несколько ходов вперед…
Он безмятежно улыбнулся.
- Возможно, у тебя и у твоих… бывших друзей и не складывалось такое впечатление, когда вы с улюлюканьем ломали очередного робота, перечеркивая таким образом мой новый план. Однако на твоем месте я бы не стал недооценивать меня.
Он задумчиво пожевал нижнюю губу.
- Кстати, ты зря надеешься, что подоспевшие сватботы сразу же превратят меня в барбекю. Насколько мне известно, тебе так и не удалось ликвидировать систему распознавания хозяина, которую я в них установил, верно?
Я скрипнула зубами… но тут же успокоила себя. Про сватботов он элементарно догадался – такая моя реакция была вполне предсказуемой. А что касается системы распознавания… Да, мне не удалось ее убрать; но я все же предприняла кое-какие меры, чтобы обойти ее – так, на всякий случай, если мои надежды не оправдаются и Роботник все же останется жив…
- Не отклоняйтесь от темы, доктор, - мне потребовалось усилие, чтобы сохранить мягкий тон. – Вы говорили что-то про вашу… предусмотрительность?
Он задумчиво качнул головой.
- Верно. Как ты думаешь, почему все мои схватки с Соником заканчивались несколько… однообразно?
"Из-за вашей глупости и самонадеянности…"
Я проглотила эти слова и произнесла несколько другие:
- Может быть, потому, что это Соник был каждый раз на несколько шагов впереди?
Он только хмыкнул.
- Дорогая Николь, ты все еще смотришь на те события с точки зрения Борцов за Свободу… Почему, собственно, ты думаешь, что я проигрывал?
Я недоверчиво приподняла одну бровь.
- И почему же…
- Конечно, если мыслить поверхностно, - продолжал он, слегка повысив голос. – Тогда такой вывод напрашивается сам собой: мои роботы уничтожены, Борцы торжествуют, я уползаю в укрытие, поджав хвост. Но почему бы не попробовать взглянуть на этот вопрос немного глобальнее? И тогда картина меняется практически кардинально…
Он сделал широкий неопределенный жест, словно приглашая меня оглянуться и воочию увидеть скрытые доселе плоды его деятельности. Я действительно машинально оглянулась - и раздраженно поежилась.
Почему этих сватботов не было так долго?!
- Я был единственным правителем роботизированного Мобиуса – и я остался им. Борцы боролись, но за все время так и не смогли даже вылезти из своего Леса, не говоря уже о том, чтобы свергнуть меня. Они раз за разом уничтожали игрушки, которые я регулярно подкидывал им… А между тем каждый год я методично уничтожал значительную часть Леса, роботизировал несколько десятков мобианцев. Мои маленькие поражения кучке Борцов складывались в одну большую победу над планетой…
Он внезапно оскалился.
- А знаешь, почему?
Я поморщилась. Пафосная исповедь доктора не могла не заинтриговать, но я бы предпочла выслушивать его излияния в компании как минимум десятка сватботов, у каждого из которых Роботник был бы на прицеле готового выстрелить оружия.
Он был дураком, но дураком хитрым и непредсказуемым.
"Вызванные отряды сватботов, доложить обстановку".
"Коридоры, ведущие к помещению №2, заблокированы. Прикажете применить оружие и расчистить проход?"
Я нахмурилась. Это мне уже по-настоящему не нравилось.
"Да. И как можно скорее".
- Потому что каждый мой бой с Борцами был проигран еще до его начала… Я специально посылал против них мелких роботов, с которыми они справлялись без особых проблем – достаточно часто, чтобы за неугасающим вкусом победы они не смогли рассмотреть, чем я занимался на самом деле – изменением Мобиуса…
Он довольно выпрямился.
- Мои противники не раз говорили, что быть единственным живым тираном на планете скучно. Что ж, в душе я никогда не спорил с ними, - доверительно сообщил он. – У меня было несколько идей на этот счет…
Тонкий холодок лениво спустился вдоль позвоночника.
Потому что каждый мой бой с Борцами был проигран еще до его начала…
- В… В каком смысле "проигран"?
Будь у меня тело, у него стопроцентно пересохло бы в горле.
- Я создал некую программу, - сказал доктор. – Основной ее целью было… скажем так, вычисление наиболее вероятных исходов некоторых событий. Не в глобальном плане – так, рассчитать исход битвы Соника со сватботом, например… Я вводил в нее начальные данные, а она в ответ говорила мне, что я должен был делать, чтобы временами проигрывать повстанцам без ущерба для себя.
- Сначала она была довольно примитивной, - монотонно продолжал доктор. – Приходилось использовать разнообразные кодировки, со временем, впрочем, все упрощавшиеся. Однажды я понял, как можно цифры перевести в изображения… Наконец, финальная версия превращала результат в трехмерную модель… не знаю, как лучше объяснить… что-то вроде трехмерной компьютерной игры, где ты можешь либо нажимать кнопки и менять ход событий, либо просто откинуться в кресле и любоваться трехмерными видеороликами…
Мои уши были наполовину прижаты к голове, но теперь я даже не пыталась привести их в нормальное положение.
В этой истории что-то не клеилось…
- Так-так… Значит, вы всегда заранее знали, чем обернется любой ваш поступок? – я засмеялась, не ощущая даже намека на веселье. – Отличная идея, доктор, почти гениальная… Если бы только не одно "но". Разве вы не сидите сейчас посреди города, захваченного мной, на планете, управляемой мной, буквально в двух шагах от трупов ваших союзничков, уничтоженных мной же, и не будете через несколько минут расстреляны моими сватботами?
Я облизнула губы и прищурилась.
- Вы ведь не скажете, что именно так все должно было быть по вашему плану?
Он весело засмеялся, потом тяжело вздохнул.
- Дорогая Николь, ты потрясающе наивна… Посуди сама: если бы я знал, что в случае заражения твоего электронного мозга моим вирусом меня с почти стопроцентной вероятностью ждет поражение – неужели бы я в самом так поступил?
Стало тихо.
Мой слух, казалось, утончился в сотню раз; мне почудилось, что я услышала, как где-то вдалеке под ударами стальных кулаков проседают и стонут стальные двери, как редкая цепочка дозорных сватботов с монотонным "клак, клак, клак" ползет вдоль внешней стены города…
- Почти стопроцентной, - несмотря ни на что, мне стало трудно говорить. – Не думаю… Скорее почти стопроцентной была вероятность победы, которая тем не менее оставила мне ненулевой шанс обставить тебя.
Он снисходительно кивнул.
- Я понимаю: тебе отчаянно не хочется признавать, что мы все сейчас находимся, грубо говоря, внутри программы, за которой где-то по ту сторону монитора наблюдает реальный доктор Роботник… Однако… - мягко начал он.
- В жизни не поверю в эту чушь, - перебивая его, фыркнула я. – Думаешь, я бы не поняла, что являюсь лишь частью программы? Я, которая всю жизнь такой же программой и была?
- А ты пробовала узнать? – тихо спросил он. – Пыталась узнать, в каком мире ты живешь: реальном или виртуальном?
Я помотала головой. Я не соврала – я не собиралась ему верить…
- Что ж, тогда не буду больше тратить время на слова и перейду к демонстрации, - Роботник потянулся, одновременно разминая пальцы – ни дать ни взять старательный студент, готовый приступить к долгожданному заданию.
- Давай, - я не выдержала и хихикнула – и тут же зашлась в приступе истерического хохота. – Пусти дым из пальца или вытащи из-за пазухи кролика, и я с радостью тебе поаплодирую!..
Он тоже хмыкнул и достал из кармана нечто маленькое, черное, блестящее… Похожее на пульт дистанционного управления.
Я резко оборвала свой смех:
- Что это?
- Что-то, что наши бедные друзья так и не нашли и не отобрали у меня, - усмехнулся доктор. – Признаюсь, порой мне становится скучно, и, когда исход события уже становится для меня очевидным, я дарю себе некие… бонусы – и продолжаю наблюдать.
С этими словами он направил пульт на меня и нажал на одну из кнопок.
В следующую секунду мир вокруг взорвался.
Что-то произошло…
Что-то, чего я не могла предусмотреть…
Резко оборвалась связь с ломившимися сюда сватботами; один за другим перестали отвечать на мои судорожные запросы подключенные к системе устройства.
Я падала.
На секунду передо мной всплыло лицо Салли. Она говорила – только уже не резко, а мягко и укоризненно:
- Ты не понимаешь, что творишь… во всем виноват вирус, и ты это знаешь…
Злобная мысль в ответ:
- Понимаю! Я и есть вирус, а ваша Николь…
- Они ничего не знают…
- …что-то случилось?
- Вроде бы все в порядке, но ты сам знаешь, я не могу поддерживать связь с ней…
Мысли не были моими, но они тяжело гремели в голове, вытесняя мои собственные.
Я всегда могла контролировать свои мысли. Как и любые данные, бывшие в моем распоряжении…
Было обидно.
Было больно.
Боль была физической… Наверное, так чувствовала себя Салли каждый раз, когда говорила, что ей больно.
Было холодно…
Николь, краткое время спустя.
Пол был холодным и жестким.
А еще он был в сантиметре от моего носа, и я лежала прямо на нем лицом вниз.
Худая жесткая рука упиралась мне в лоб, и голова в этом месте пульсировала глухой ритмичной болью.
Больно…
Я неловко приподнялась, опираясь на дрожащие ладони. Волосы водопадом хлынули на лицо, и все равно сквозь угольно-черные пряди и смогла различить фигуру Роботника, по-прежнему сидящего в кресле.
- Ч-что… Что т-ты сделал? – голос неприятно царапал горло, воздух холодной тяжелой волной врывался в легкие.
- Хм… Мне казалось, ты всегда мечтала о собственном теле, - в голосе доктора звучало неприятное удивление.
Я не ответила.
Кое-как я сумела перевернуться и сесть. Тело казалось отвратительно неуклюжим и медленным; проходило мучительно много времени, прежде чем оно реагировало на посланный мозгом приказ двигаться. Собственный вес неуклонно прижимал к полу…
Я и забыла, как это неудобно – иметь живое тело.
Одна мысль как-то сумела пробиться сквозь пелену шока, и я подняла голову. Неловко отгребла в сторону волосы и уставилась на Роботника.
- Зачем?..
Он кивнул, словно только и ждал этого вопроса.
- Во-первых, ты сама согласилась на демонстрацию. Во-вторых… попробуй догадаться сама.
Я утратила контроль над городом – это было очевидно. Может быть, я еще в силах была каким-либо образом взломать находившиеся в помещении компьютеры и восстановить жалкую часть своих возможностей, но о полном подчинении уже не могло быть и речи. Роботник же, за многие годы привыкший обходиться своими скромными биологическими возможностями, сейчас был в более выгодном положении, чем я.
Но почему именно таким образом?..
В зале было тихо; раздавался лишь тихий, мерный гул работающих компьютеров.
И глухие удары вдалеке.
- Сватботы, - прошептала я.
- Именно, - просиял Роботник. – Через несколько минут они ворвутся сюда, и что они увидят?..
Он повернулся к одному из компьютеров, и его пальцы легко заскользили по клавиатуре.
- Что, интересно, ты придумала против системы распознавания хозяина? Ага, затирание изображения… Иными словами, вместо меня роботы увидят пустое кресло, которое ты им прикажешь расстрелять. Оп! – он нажал несколько клавиш. – Теперь вместо пустого кресла они увидят меня, своего законного хозяина, хе. А вот что насчет тебя?..
Он задумчиво уставился на меня сверху вниз.
- Хм. Насколько я понимаю, сватботам дан приказ уничтожать любого мобианца, которого они встретят… Когда ты была программой, твой голографический облик не значил для них ничего, а вот теперь… - он поцокал языком. – А теперь у тебя проблемы.
Пол был холодным, но еще более холодным был воздух, врывавшийся в мои легкие. Вместе с ним начала остывать и моя собственная кровь…
Самое ужасное было в том, что Роботник был абсолютно прав.
И я не знала…
- Что мне делать? – выдохнула я.
Вопрос я обратила к самой себе, но доктор ответил на него.
- Во-первых, извини, но возвращать тебя в изначальное состояние я не намерен, - категорично заявил он. – Равно как и активно помогать тебе. Так что тебе придется спасать себя самой… Осталось только решить, как.
Я не сводила с него глаз, мучительно пытаясь уловить ход его мыслей.
- Ты могла бы укрыться в катакомбах, - с видимым удовольствием рассуждал он. – Но что-то мне подсказывает, что тебе это не понравится… Но я знаю, что тебе понравится.
Он наклонился вперед, и я могла бы поклясться, что он подмигнул по ту сторону очков.
- Одна установка лазерных пушек уничтожена, - заговорщически понизив голос, сказал он. – Но вторая практически не пострадала, если не считать обломков сватботов и некоторого количества крови… Хотя нет, их уже убрали…. В общем, она в полной боевой готовности.
Мысль, назревавшая в мозгу, наконец расцвела пышным цветом.
Я вскочила на ноги, сама удивившись тому, как легко мне это далось. Впрочем, я тут же покачнулась, но родившаяся в груди волна воодушевления помогла мне удержать равновесие.
- Спасибо, доктор, - я оскалилась. – Эта идея мне действительно по душе… Вы не против, если я пойду?
И осеклась.
Сватботы…
- Отсюда ведут три коридора, - словно прочитав мои мысли, безмятежно сообщил Роботник. – Ты мудро поступила, вызвав всего два отряда роботов… Надеюсь, ты помнишь, который из них свободен?
Я кивнула.
Я просто физически – теперь это словечко от меня не отстанет! – не могла оставаться в этом зале, и я, путаясь в собственных ногах и полах платья, бросилась к выходу…
- Абсолютное, безоглядное зло нежизнеспособно, - донесся до меня голос доктора. – Оно рано или поздно погибнет… либо придет в равновесие с разумом, великодушием и любопытством. Его орудием станет жажда жить полной жизнью, а не негаснущая злоба… Так моим орудием стала игра, а не война. Не забывай об этом.
Впрочем, я уже не слышала его. Да и не хотела слышать.
Роботник, настоящее время.
Я мог только сокрушенно покачать головой, глядя на захлопнувшуюся дверь.
"Подумать только, и при этом она все еще ухитряется считать себя гением…"
Я обернулся к компьютеру и какое-то время продолжал смотреть на монитор, на который запущенная мной программа выводила отчет о состоянии Мобиуса в целом и Роботрополиса в частности. Оно было не слишком обнадеживающим; и в то же время Николь вполне могла наломать куда больше дров, и я удовлетворенно кивнул, мысленно благодаря бывших Борцов за то, что они так долго заставляли ее значительную часть ресурсов города направлять на поиски.
- Доктор Роботник.
Я обернулся. Сватботы уже заходили в зал; только сейчас, вынырнув из своих мыслей, я обратил внимание на глухие шаги. Один из роботов нес на руках синего ежа. Тот не двигался, но, если мой приказ был выполнен, он все еще был жив.
- Отлично, - я снова кивнул. – Оставьте его здесь и возвращайтесь на посты.
Сватбот, потоптавшись на месте, неловко опустил тело Соника прямо на пол и поспешил за собратьями, уже вышедшими в коридор. Дверь закрылась автоматически, приглушая шум шагов, и те вскоре затихли вдалеке.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
