Деятельность следователя по возмещению материального ущерба. Издательство Казанского университета 1990 (стр. 2 )

Должностные лица правоохранительных органов
(следователи, лица, производящие дознание и др.),
производя выемки, обыски, другие следственные действия, налагая арест на имущество, которое может было обращено в возмещение причиненного материального ущерба, не должны забывать главное—забота о благе человека всегда остается стержнем всей социальной политики коммунистической партии и советского государства 58.

В ст. 4 Конституции СССР в наиболее общей форме выражен и публично-правовой характер деятельности
всех органов Советского государства, в том числе и тех,
которые специально созданы для того, чтобы охранять
социалистическую законность, интересы общества, права и свободы граждан. Принцип публичности получил
свое яркое проявление и в положениях статей 57 и 58
Конституции СССР, предусмотревших обязанность всех
государственных органов и должностных лиц уважать
личность, охранять ее права и законные интересы, предоставив в случае причинения незаконными действиями какого-либо ущерба право на возмещение последнего.

Так же, как и применительно к социалистической
законности, в уголовно-процессуальном законодательстве нет специальной статьи, в которой четко закреплялись бы положения рассматриваемого принципа. Проявление принципа публичности здесь разноаспектно.

Мы видим ее, в частности, в формулировании задач уголовного судопроизводства (ст.2 УПК РСФСР), в обязанности суда, прокурора, следователя и органа дознания

в каждом случае обнаружения признаков преступления
возбуждать уголовное дело и принять все предусмотренные законом меры к установлению события преступления, лиц, виновных в его совершении, и к наказанию
последних (ст. 3 УПК РСФСР), установлению других
обстоятельств, входящих в предмет уголовно-процессуального доказывания (ст. ст. 68, 392 и др. УПК РСФСР)»
в том числе и по обеспечению возмещения причиненного преступлением материального ущерба (ст. ст. 30, 137»
1—168, 175 и др. УПК РСФСР).
Как видим, во всех тех нормах уголовно-процессуального законодательства, в которых должностные лица
правоохранительных органов обязываются к определенной деятельности в интересах государственного обеспечения осуществления задач уголовного процесса, имеет место и выражение рассматриваемого принципа. Началами публичности пронизаны и сами другие принципы советского уголовного процесса. Реализация, к примеру, принципа обеспечения обвиняемому права на защиту (ст. 19 УПК РСФСР) возможна лишь в условиях четко сформулированного по уголовному делу
обвинения, разъяснения его сущности обвиняемому»
обеспечения последнему возможности использовать все
установленные законом средства и способы защиты от
предъявленного обвинения и охране личных и имущественных прав (ст. ст. 46—51, 143—149 УПК РСФСР).
Сказанное, однако, не означает, что принцип публичности как бы «растворяется» в других основных положениях (принципах) уголовного судопроизводства и не имеет права на самостоятельное существование. По мнению, к примеру, и , «выделение начала публичности в качестве самостоятельного начала советского уголовного процесса ограничивает содержание принципа законности и принижает его значение»59. В принципе публичности мы
не видим ни «ограничения», ни какого-либо «принижения значения» принципа социалистической законности.
Принципом публичности как бы оттеняется обязанность
соответствующих должностных лиц и органов реагировать на каждый случай совершения преступления, принимать самые эффективные меры по установлению объективной истины по уголовному делу, выявлению и устранению преступных последствий. Причем действия принципа публичности имеют место по всем категориям

уголовных дел, в том числе и по так называемым «делам частного обвинения», ибо нарушенные права и интересы, пусть и по заявлениям потерпевших, но так или иначе защищаются в официально установленном уголовно-процессуальным законом порядке. Кроме того, при определенных обстоятельствах и такого рода дела в силу возбуждения их прокурором или вступления его
в уже начатый процесс (п. п. 3 и 4 ст. 27 УПК РСФСР)
приобретают ярко выраженный публично-правовой характер. В соответствии с ч. 3 ст. 29 УПК РСФСР прокурор должен по любому делу, а следовательно, и по делам «частного обвинения», предъявлять или поддерживать предъявленный потерпевшим гражданский иск, если этого требует охрана государственных или общественных интересов или прав граждан. В части последних прокурор наделен отмеченным правом при условии, если «материальный ущерб причинен лицу, которое вследствие беспомощного состояния, зависимости от обвиняемого или иных причин не в состоянии защищать свои законные интересы» (ст. 24 УПК Узбекской ССР.)

В силу сказанного, принцип публичности применительно к нашей проблеме проявляется в обязанности органов дознания, предварительного следствия, прокурора и суда в пределах своей компетенции и на основе строгого соблюдения уголовно-процессуального законодательства, а также в полном соответствии с интересами Советского государства, социалистического общества и отдельной личности обеспечить успешное выполнение задачи возмещения причиненного преступлением материального ущерба. Деятельность должностных лиц всех органов по возмещению такого ущерба,
как правило, не ставится в зависимость от волеизъявления лиц, потерпевших от преступления, а осуществляется в порядке обязанности. Физические и юридические лица
, понесшие от преступления материальный ущерб, принимают участие в этой деятельности в пределах предоставленных им уголовно-процессуальным законодательством прав и возложенных на них обязанностей.

Состояние дел с возмещением причиненного преступлением материального ущерба находится в прямой
зависимости и от того, насколько должностные лица
правоохранительных органов согласовывают свою деятельность

с принципом всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств уголовного дела (ст. 20 УПК РСФСР).

Всесторонность исследования в уголовном процессе
предполагает выяснение всех обстоятельств по делу, как
уличающих, так и оправдывающих обвиняемого, а также отягчающих и смягчающих его ответственность. При
этом обязательным условием является выдвижение и
проверка всех возможных следственных версий относительно подлежащих доказыванию по уголовному делу
обстоятельств, в том числе и относительно виновности
определенного лица в совершении преступления, характера и размера причиненного материального ущерба и
т. д. Здесь всесторонность органически переплетается
с полнотой исследования, под которой как раз и понимается выяснение при производстве по делу всех входящих в предмет уголовно-процессуального доказывания обстоятельств и наличие подтверждающих их доказательств. В части причиненного преступлением материального ущерба должно быть установлено, в чем конкретно он выразился (в похищении ценностей, в уничтожении или повреждении имущества, строений), каков
его размер в денежном (стоимостном) выражении и т. д.
Требование объективности предполагает, чтобы лица,
производящие дознание, следователи, прокуроры, судьи
в ходе собирания, проверки и оценки доказательств
проявляли беспристрастность, не допускали предвзятости, предубежденности.

Достижение объективности уголовного дела зависит
от многих факторов, в том числе и от личных, субъективных качеств должностных лиц правоохранительных
органов, а потому и обставлено рядом гарантий, включая уголовно-процессуальные. Среди последних весьма
значимое место занимает институт отвода (ст. 59—67 УПК РСФСР). Своеобразными гарантами всесторонне-
го, полного и объективного исследования обстоятельств
дела выступают и закрепленные в самой же статье 20
УПК РСФСР положения о запрете перелагать обязанность доказывания на обвиняемых и домогаться у других участвующих в деле лиц показаний путем насилия,
угроз и иных незаконных мер. Принцип обеспечения обвиняемому права на защиту (ст. 158 Конституции СССР, ст. 18 УПК РСФСР) в сочетании с презумпцией его невиновности (ст. 160 Конституции

СССР) оказывает также непосредственное
влияние на то, какие должны приниматься меры по
обеспечению возмещения причиненного преступлением
материального ущерба. Для этого обвиняемые наделяются достаточно широкими процессуальными правами
(ст. 46 УПК РСФСР). Среди них особое место принадлежит праву иметь защитника с момента, предусмотренного ст. 47 УПК РСФСР. Оказываемая защитниками юридическая помощь гражданам должна состоять, как указывал , в том, чтобы «...научить их и (помочь им) воевать за свое право по всем правилам законной в РСФСР войны за права»60. Для этого защитники наделяются весьма действенными средствами защиты
(ст. 51 УПК РСФСР), имеющими прямое отношение и к
вопросам, связанным с причиненным преступлением материальным ущербом (оспаривание вины в причинении
ущерба, уточнение его размера, приведение доказательств
о том, что то или иное имущество не принадлежит обвиняемому или лицу, несущему материальную ответственность за его действия) 61.

Гарантирующую роль в деле обеспечения возмещения причиненного преступлением материального ущерба имеет и такой принцип, как участие общественности
в уголовном судопроизводстве. Тесная связь органов
дознания, следствия, прокуратуры и суда с общественностью, широкое привлечение ее к деятельности всех
этих органов есть одно из ярчайших проявлений демократизма советского уголовного процесса, подлинно народной его сущности. В деле обеспечения возмещения
материального ущерба участие общественности может
быть самым разнообразным: ее помощь может быть, в
частности, использована для розыска похищенного имущества, выявления возможных источников возмещения
причиненного преступлением материального ущерба,
обеспечения сохранности арестованного имущества и т. д.
При использовании помощи представителей общественности следует учесть, что привлекать их к участию в производстве того или иного следственного действия можно
только на началах добровольности, на них нельзя возлагать обязанности по самостоятельному производству
процессуальных действий, необходимо принять меры к обеспечению их безопасности и к тому, чтобы они без разрешения и ведома соответствующих должностных лиц
правоохранительных органов не разглашали фактических

данных (доказательств), фигурирующих по расследуемому уголовному делу. Принципы уголовного судопроизводства во многом предопределяют и процессуальную форм. Если по своему существу уголовный процесс можно представить как
«юридическую модель того, что органически сочетает
в себе правовую деятельность компетентных органов
и лиц и формирующиеся при этом отношения»62, то процессуальная форма определяет порядок проведения,
процедуру такой деятельности и оформления ее результатов. Соблюдение процессуальной формы является непреложным условием обеспечения социалистической законности в сфере советского уголовного судопроизводства, достижения стоящих перед ним задач, важной гарантией прав и интересов участников уголовно-процессуальной деятельности. В силу таких обстоятельств, вопрос о процессуальной форме был и остается в поле зрения наших исследованийб3.

В названной проблеме следует четко выделять два
ее аспекта. Первый из них относится ко всему уголовному судопроизводству в целом, второй — к порядку
проведения и оформления отдельных процессуальных
действий. Оба эти аспекта процессуальной формы имеют
самое непосредственное отношение и к проблеме обеспечения возмещения причиненного преступлением материального ущерба.

В соответствии с Указом Президиума Верховного
Совета РСФСР от 01.01.01 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный и Гражданский процессуальный кодексы РСФСР» ныне значительно расширена сфера применения протокольной формы досудебной подготовки материалов64. В основном распространена она на «деяния, содержащие признаки преступления»65. Среди них мы находим и такие преступления, при совершении которых причиняется материальный ущерб (ст. ст. 96, 98 ч 1,
149 ч. 1, 166 ч. 1, 169 ч. 1, 211 ', 211 ЗУК РСФСР). Требования закона о том, чтобы по такого рода делам
обстоятельства совершенного преступления и личности
правонарушителя устанавливались в соответствии со
ст. 415 УПК РСФСР в более сжатые сроки, налагает
на соответствующих должностных лиц правоохранительных органов обязанность принимать в эти же сроки меры по обеспечению возмещения причиненного такими
деяниями материального ущерба. При этом надо учесть,

что коль скоро уголовное дело еще не возбуждено, то
и проводить какие-либо следственные действия, за исключением осмотра места происшествия (ч. 2 ст. 178
УПК РСФСР), невозможно. Следовательно, сами действия по обеспечению возмещения материального ущерба имеют ту специфику, что они, как правило, не должны носить характера, процессуальных и быть строго ограниченными во времени. И, как показывает практика, это не могло не сказаться на процессе возмещения ущерба. Участковые инспектора милиции, на которых в основном и возложено указанное производство, либо вообще не принимают мер по обеспечению возмещения материального ущерба, либо принимаемые ими меры оказываются явно недостаточными 66.

Протокольная форма производства по делам о мелком хищении государственного и общественного имущества, введенная в соответствии с Указом Президиума
Верховного Совета РСФСР от 01.01.01 г. «О внесении изменений и дополнений в УПК РСФСР»67, существует по этим делам и в настоящее время. Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 01.01.01 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный и Гражданско-процессуальный кодексы РСФСР» 68 не повлиял существенно на сложившуюся практику возмещения материального ущерба по
такого рода хищениям. Это подтверждается данными
(см. табл.), полученными в результате выборочного изучения 100 уголовных дел о мелких хищениях (ч. 1 ст. 96
УК РСФСР), рассмотренных Советским и Приволжским
районными народными судами г. Казани и Елабужским
городским народным судом до и после принятия вышеназванного Указа.

Сравнительно низкий процент возмещения причиненного преступлением материального ущерба по делам
Таблица

г
Г
1
1

этой категории, на наш взгляд, объясняется тем, что
при протокольной форме производства в результате
запрещения законом производства следственных действии, за исключением осмотра места происшествия, принятые меры обеспечения возмещения причиненного материального ущерба являются недостаточными. Исходя из этого предлагается, если при досудебной подготовке возникает необходимость в принятии мер обеспечения, связанных с производством следственных действий, возбудить уголовное дело 69.

Следует лишь иметь в виду, что по отмеченным категориям уголовных дел установлены более сжатые сроки для производства по ним дознания или предварительного следствия (ст. ст. 416 и 417 УПК РСФСР). Сказанное означает, что процессуальная форма в настоящее время не полностью совершенна. Определенные ресурсы в совершенствовании правового регулирования здесь имеются. Важно лишь констатировать, что уровень реального обеспечения возмещения причиненного преступлением материального ущерба во многом зависит
как от состояния отдельных утоловно-процессуальных
норм и совокупности правовых образований (правовых
институтов), так и от правореализующей деятельности
соответствующих участников уголовного процесса. Правотворческая, правореализующая (включая и правоприменение) формы деятельности находятся между собой
в тесной взаимосвязи и взаимозависимости. Правоотношения, правовая деятельность без правовых норм не
существуют.

Центральной фигурой во всей правореализующей
деятельности является, как известно, ее субъект, конкретный человек. Процесс обеспечения возмещения причиненного преступлением материального ущерба, его реальное состояние во многом как раз и предопределяется теми качествами, которыми прежде всего обладают должностные лица правоохранительных органов, а также теми полномочиями, которыми они наделены. На XXVII съезде КПСС отмечалось, что «с фигурой руководителя, прежде всего партийного, люди связывают все
плюсы и минусы той конкретной, реальной жизни, которой они живут»70. Должностные лица правоохранительных органов должны обладать всеми качествами современного руководителя. Они должны быть политически зрелыми, компетентными, обладающими высокими

организаторскими способностями, социалистической
предприимчивостью людьми. Вот почему Коммунистическая партия и Советское правительство неуклонно
проводят в жизнь линию на повышение профессионального мастерства. Ныне мы добились того, что судьи,
прокуроры и следователи имеют, как правило, высшее
юридическое образование71. В стране существует широкая сеть .факультетов и курсов повышения квалификации. работников правоохранительных органов.

Имея необходимую профессиональную подготовку, дополненную практическим опытом, своей активностью и настойчивостью в достижении задач уголовного судопроизводства, используя предоставленные законом полномочия, следователь, в частности, имеет все возможности
применять своевременные и правильные меры по обеспечению возмещения материального ущерба по расследуемому уголовному делу. В необходимых случаях он
мажет прибегнуть и к мерам государственно-правового
воздействия, включая и использование такого специфического средства, как уголовно-процессуальное принуждение 72. Всегда являясь не основным, а лишь вторичным, вспомогательным средством выполнения требований закона, правовое принуждение может применяться только «на основе убеждения, после воздействия убеждением, в единстве с ним» 73. Выступая на Х съезде партии, , в частности, указывал: «Прежде
всего мы должны убедить, а потом принудить»74.
В качестве одной из важных гарантий возмещения
причиненного преступлением материального ущерба
выступает должным образом организованный прокурорский надзор за соответствующей деятельностью следственных и судебных органов. В п. 8 ст. 23 Закона СССР «О прокуратуре СССР» от 01.01.01 г. прокурорам прямо предписывается принимать меры к обеспечению в установленном порядке возмещения материального ущерба, причиненного нарушением закона. Аналогичные нормы мы находим и в действующем уголовно-пропессуальном законодательстве (см., например,
п.9ст. 213 УПК РСФСР). Рассматривая деятельность прокурора по возмещению материального ущерба в системе правовых средств, обеспечивающих его возмещение, следует выделить два
аспекта, вытекающие из основных направлений деятельности прокуратуры: надзор за исполнением законов

органами предварительного следствия и дознания по возмещению материального ущерба и надзор за исполнением законов органами государственного управления
предприятиями, учреждениями, организациями, должностными лицами и гражданами (общий надзор). Осуществляя надзор за производством предварительного расследования по делам о преступлениях, которыми причинен материальный ущерб, прокурор требует исполнения органом предварительного следствия процессуального законодательства о привлечении виновных к уголовной и материальной ответственности, своевременного принятия мер обеспечения возмещения материального ущерба и возможной конфискации имущества.

В этих целях прокурор истребует от органов предварительного следствия уголовные дела, документы, материалы и иные сведения о совершенных преступлениях,
о ходе предварительного следствия, санкционирует производство таких процессуальных действий, в ходе проведения которых могут быть ограничены конституционные
права граждан (обыска выемка почтово-телеграфной
корреспонденции, отстранение от должности и др.), утверждает обвинительное заключение. В случаях, к примеру, непринятия следователем мер к обеспечению возмещения причиненного преступлением материального ущерба, прокурор в соответствии со ст. 214 УПК РСФСР вправе принять решение о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование.
Весьма действенной формой контроля со стороны прокурора за деятельностью следователя является проводимое им обобщение практики расследования преступлений либо за определенный период времени, либо по отдельным категориям уголовных дел. Полученные при этом данные позволяют прокурору выявить характерные ошибки и недостатки в деятельности следователя
по возмещению материального ущерба. Осуществляя
надзор за деятельностью органов предварительного
следствия по возмещению материального ущерба, прокурор проверяет отчет следственной работы. В таком
отчете обычно указывается размер причиненного преступлениями материального ущерба государственным и общественным организациям и гражданам в денежном
выражении, сумма, возмещенная до направления уголовного дела в суд, стоимость арестованного имущества,

размер причиненного ущерба по прекращенным уголовным делам и сумма их возмещения. Проверка прокурором такой отчетности дает ему полное представление о состоянии выполнения задачи возмещения причиненного преступлением материального ущерба органами предварительного следствия и способствует повышению эффективности деятельности следователя по обеспечнию возмещения материального ущерба.

Эффективность деятельности прокурора по обеспечению возмещения причиненного преступлением материального ущерба во многом зависит и от периодических
проверок приостановленных уголовных дел с целью розыска скрывшихся преступников, несущих ответственность за причиненный ими вред.

Параллельно с розыском скрывшихся преступников
должен осуществляться и розыск похищенного имущества
или имущества, являющегося источником возмещения.
В целом, характеризуя прокурорский надзор за деятельностью следователя при расследовании уголовных
дел, следует подчеркнуть, что он является действенным
средством, обеспечивающим возмещение причиненного
преступлением материального ущерба, но вместе с тем
в надзоре за исполнением законодательств об обеспечении ущерба органами дознания и предварительного
следствия имеются существенные упущения. Нередко
арест на имущество обвиняемых налагается несвоевременно, не всегда проявляется инициатива и настойчивость в розыске похищенного, преступно нажитого, укрытого имущества.
Деятельность прокурора по возмещению ущерба в
Порядке общего надзора связана преимущественно с проведением проверок на предприятиях, в учреждениях,
организациях, министерствах и ведомствах. При осуществлении их прокурор проверяет состояние возмещения материального ущерба, причиненного правонарушениями этим организациям, по материалам об отказе в возбуждении уголовных дел, о прекращении их по основаниям, не исключающим материальную ответственность причинивших вред. Например, состояние возмещения материального ущерба прокурор устанавливает
в ходе проверки исполнения решений и приговоров судов в части имущественных взысканий с администрацией государственных и общественных организаций с

гражданских ответчиков, работающих у них. С этой же.
целью проводятся проверки хозяйственно-финансовой,
деятельности предприятий, учреждений и организаций.
При осуществлении общего надзора прокурор, проверяя
состояние возмещения причиненного преступлением материального ущерба, использует документы и отчеты предприятий, учреждений и организаций, в том числе
и контролирующих органов.

Для выявления недостатков в возмещении материального ущерба прокурор истребует от руководителей министерств, государственных комитетов, ведомств, исполнительных и распорядительных органов местных Советов народных депутатов, других учреждений и организаций, а также должностных лиц необходимые документы, материалы, статистические и иные сведения. В этих же целях используются им документы о проведенных проверках и ревизиях деятельности подконтрольных и подведомственных органов и должностных
лиц, в связи с имеющимися данными о нарушениях закона (ст. 23 Закона о прокуратуре в СССР от 30 ноября,1979 г.). В случае обнаружения фактов хищения, бесхозяйственности прокурор при наличии к тому оснований возбуждает уголовное дело и привлекает виновных к материальной ответственности.
Осуществляя общий надзор с целью возмещения
причиненного преступлением материального ущерба,
прокурор должен обращать внимание на возмещение
расходов, связанных со стационарным лечением граждан,
потерпевших от преступных действий. При этом нужно
иметь в виду, что в соответствии с Указом Президиума
Верховного Совета СССР от 01.01.01 г. «О возмещении средств, затраченных на лечение граждан, потерпевших от преступных действий»75 и Постановлением Совета Министров СССР от 01.01.01 г. № 000 «Об установлении ставки для исчисления средств, затраченных на стационарное лечение граждан, потерпевших от преступных действий»76 с лиц, осужденных за умышленные преступления, взыскивается судом при постановлении приговора либо в порядке гражданского
судопроизводства по 8 рублей за каждые сутки нахождения потерпевшего в лечебном учреждении. Строгий и повседневный надзор за исполнением законов при производстве предварительного следствия является залогом законного, обоснованного, а следовательно, и эффективного возмещения материального ущерба.

ГЛАВА II
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СЛЕДОВАТЕЛЯ
ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ ВОЗМЕЩЕНИЯ
ПРИЧИНЕННОГО ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ
МАТЕРИАЛЬНОГО УЩЕРБА

§ 1. Обеспечение следователем реституции (лат.
в уголовном процессе

Под обеспечением возмещения причиненного преступлением материального ущерба необходимо понимать всю совокупность предпринимаемых действий и возникающих при их производстве отношений, призванных гарантировать выполнение соответствующей задачи советского уголовного процесса. В процессуальной литературе ныне доминирует основанное на законе, (ст. 30 УПК РСФСР) суждение о том, что такая совокупность включает в себя не только наложение ареста
на имущество, но и все иные процессуальные действия
по отысканию, изъятию, обеспечению сохранности имущества и материальных ценностей как возможных источников возмещения такого рода ущерба. Их разнообразие в каждом конкретном случае зависит от множества факторов, в том числе и от характера совершенного преступления и его последствий, стадии, этапа движения уголовного дела, личных качеств следователя
и т. д. В данном исследовании такие средства рассматриваются применительно к отдельным формам возмещения причиненного преступлением материального ущерба, одной из которых является реституция. Реституция, как было отмечено, заключается в возврате законному владельцу вышедшего из его правомерного владения имущества или компенсации последнего.
Похищенное имущество согласно ст. 83 УПК РСФСР
признается вещественным источником доказательства.
Обнаруживается оно обычно посредством следственных
действий. Но такое имущество часто выявляется в результате оперативно-розыскных мероприятий. Последние

как известно, законодателем (ст. 69 УПК РСФСР)
не рассматриваются в качестве источников доказательств
и содержащиеся в них сведения не имеют доказательственного значения.

Для того, чтобы обнаруженные в ходе оперативно-розыскной деятельности ценности могли служить источником возмещения причиненного преступлением материального ущерба, они должны быть вовлечены в уголовное судопроизводство посредством определенной процессуальной формы (протокол осмотра предмета, постановление о приобщении в качестве вещественного источника доказательств). Путем производства как следственных действий, так и оперативно-розыскных мероприятий могут быть установлены и те ценности, которые могут компенсировать причиненный ущерб в натуральном или стоимостном выражении. Отсюда нетрудно
сделать вывод о том, что в обеспечении реституции основное место принадлежит розыску материальных ценностей и прежде всего непосредственно похищенного имущества.
В зависимости от конкретной ситуации любое следственное действие, в принципе, может быть направлено
на обнаружение похищенного имущества (осмотр, задержание, обыск, выемка, опознание, экспертиза и т. д.). Информацию о месте нахождения предметов, подлежащих обнаружению, следователь может получить и в результате проведения допросов, очной ставки, проверки показаний на месте и т. д.

Среди следственных действий, направленных на
обнаружение искомых предметов, особое место по праву занимает обыск. Под обыском понимается следственное действие, предпринимаемое следователем для отыскания и изъятия орудий преступления, предметов и ценностей, добытых преступным путем, а также других предметов, могущих иметь значение для дела. Специфической особенностью обыска как меры обеспечения реституции в уголовном процессе является то,
что цель его проведения заключается в обнаружении
похищенного имущества. Законодатель в ст. ст. 168—
173, 176—177 УПК РСФСР довольно детально урегулировал вопрос об основаниях, процессуальном порядке производства обыска и оформлении его результатов.
Здесь мы ставим задачу на базе проведенного исследования показать некоторые пути повышения эффективности

обыска в осуществлении реституции в советском
уголовном процессе.

Нами, в частности, установлено, что обыски в целях
розыска похищенного имущества производились лишь
ло 46% из общего числа изученных нами дел, по которым производство обыска в этих целях было необходимо. Нередко обыски у подозреваемых и обвиняемых проводятся с большим разрывом во времени с момента возбуждения уголовного дела. Следует отметить, что законодатель обыск относит к неотложным следственным действиям (ст. 119 УПК РСФСР), и это не случайно.

Немедленное, сразу же после возбуждения уголовного
дела, проведение обыска у лиц, у которых возможно
обнаружение разыскиваемых предметов в целях возмещения материального ущерба, дает положительные результаты.
Из изученных нами 600 уголовных дел о хищениях
и кражах, рассмотренных в народных судах Татарской
и Удмуртской АССР в 1982—1985 гг., обыски, проведенные сразу же после возбуждения уголовного дела,
составили 19,5%, от двух до пяти дней—30,2%, а от
пяти до десяти дней—23,2%, в более поздние сроки—
27% случаев. В этой связи следует отметить, что почти
во всех случаях производства обыска непосредственно
в день возбуждения уголовного дела искомые предметы
были обнаружены. Все эти уголовные дела были возбуждены в день совершения преступления.

Сопоставляя результаты обысков, проведенных в начале расследования уголовного дела, с результатами
обысков, проведенных позднее, мы установили, что эффективность данного следственного действия находится в
прямой зависимости от сроков его проведения. Чем раньше произведен обыск, тем выше его результаты, и наоборот. Если по указанным выше делам обыск, проведенный в суточный срок с момента возбуждения уголовного дела, оказался результативным на 95,7%, то при его производстве через 10 дней необходимые предметы удалось обнаружить лишь в 21%. При этом значительное число из них оказалось в той или иной степени видоизмененным по сравнению с тем состоянием, какое имели эти предметы до их похищения.

Практика свидетельствует также о полезности производства повторных обысков. Замысел проведения повторных обысков нехитрый. Он основан на том, что лица,

скрывающие разыскиваемые предметы, после проведения первоначального обыска несколько успокаиваются,
утрачивают осторожность в обращении с таким имуществом 2. Внезапно проведенный повторный обыск, как правило, дает хорошие результаты. Несмотря на это, приходится, однако, констатировать довольно низкий процент подобных обысков в тех случаях, когда были основания для их проведения. Он составил, по нашим данным, 21,8%. В то же время отметим, что 77,6%. таких обысков оказались результативными.
Эффективность обыска находится в прямой зависимости от других тактических приемов его проведения, таких, как внезапность, одновременное его производство сразу у всех соучастников преступления и лиц, несущих за действия обвиняемого материальную ответственность, а также от использования при этом научно-технических средств.
Успешное применение научно-технических средств
становится возможным обычно лишь при участии в
производстве следственного действия соответствующего
специалиста. Последние обязаны на основе своих специальных знаний оказать следователю содействие в
обнаружении, закреплении и изъятии разыскиваемых
предметов, имеющих значение по делу, обращать внимание следователя на отдельные обстоятельства, заслуживающие внимания, давать пояснения по поводу выполняемых ими действий (ст. 133 ! УПК РСФСР). Так по делам о хищениях социалистического имущества помощь специалистов, в частности, проявляется в обнаружении искомого; в сборе информации, обеспечивающей доказывание принадлежности найденных объектов конкретной организации; в обнаружении, фиксации и изъятии следов, предметов и веществ, которые в дальнейшем будут объектом экспертного исследования. К сожалению, по полученным нами данным трудно судить
об эффективности участия специалиста при производстве
обысков. По ряду дел, хотя и осуществлялось фотографирование мест обнаружения и самих разыскиваемых предметов, но производилось оно непосредственно самим следователем.
Результативность обыска зависит также и от степени подготовки к нему. Прежде чем приступить к обыску, следователь должен знать что искать, где, когда и как искать. Эти вопросы должны быть решены на