Анализ клиники РС в группах переселенцев и родившихся в Амурской области не показал существенных отличий в клинических проявлениях и течении заболевания. В дебюте чаще встречаются зрительные нарушения у переселенцев с Дальнего востока, Сибири, Забайкалья, что характерно для клиники РС «азиатского типа». При сравнении показателей течения РС между переселенцами, приехавшими в область в возрасте до 15 лет и позже, также не выявлено достоверных различий в этих группах. Сопоставить особенности течения РС с местом рождения трудно из-за большого количества областей, откуда прибыли переселенцы и, соответственно, небольшого числа переселенцев из каждого региона.
2.4. Исследование качества жизни больных рассеянным склерозом
и некоторых психологических особенностей
Проведено исследование параметров качества жизни, а также уровня личностной тревоги и депрессии по Беку у больных РС с различными вариантами течения. Выявлено достоверное снижение показателей КЖ по всем шкалам, преимущественно физического функционирования, по сравнению со здоровыми контролями (рис. 4). Изменения зафиксированы уже в первые годы заболевания при отсутствии у пациентов выраженного неврологического дефицита и, в последующем, они закономерно усугублялись по мере нарастания тяжести заболевания и с увеличением его длительности.
Рис. 4. Показатели КЖ больных РС в сравнении с контрольной группой.
Изучение показателей КЖ при различных вариантах течения РС показало наибольшее снижение при ВП течении, в несколько меньшей степени – при ППРС. Это коррелировало с показателями личностной тревожности и депрессии и свидетельствовало о наличии значительных психологических проблем при этих вариантах течения, связанных с нарастанием неврологического дефицита, неуверенностью в будущем, потерей трудоспособности.
Проведенный корреляционный анализ показал выраженную обратную связь по всем шкалам опросника КЖ с уровнем депрессии по Беку, т. е. при снижении показателей КЖ, в первую очередь характеризующих физическое здоровье, уровень депрессии повышается. Эти нарушения, наряду с выраженностью неврологического дефицита, могут быть независимыми факторами, снижающими КЖ у больных РС.
В то же время, изучение показателей КЖ в динамике на фоне иммуномодулирующей терапии показало, что несмотря на отсутствие у большинства пациентов полного прекращения прогрессирования болезни, отмечено повышение показателей физического и, особенно, психологического компонентов КЖ, улучшились психоэмоциональные показатели и, соответственно, социальное функционирование как в кругу семьи, так и за ее пределами.
Таким образом, оценка психоэмоционального статуса, показателей КЖ в совокупности с клиническими и инструментальными данными предоставляет возможность более точно оценить течение болезни у конкретного больного, его реакцию на заболевание, эффективность терапии, что необходимо использовать в комплексной оценке состояния пациента, а также при разработке тактики ведения, проведении реабилитационных мероприятий.
2.5. Инвалидизация больных рассеянным склерозом
Одной из сложных задач ведения больных РС является решение вопроса о трудоспособности. При этом в большинстве случаев учитываются клинические проявления заболевания, выраженность неврологического дефицита. Таким аспектам, как вариант течения заболевания, частота обострений, а также психическое состояние, социальные факторы, внимания уделяется меньше. Мы провели анализ инвалидизации у 202 больных РС, заболевших с начала 70-х гг. по 2005 г., что составило 73,2% по отношению ко всем пациентам, заболевшим в эти годы.
Средняя продолжительность болезни до определения второй группы инвалидности составила – 7,71 ± 0,38 года (от 0,5 до 30 лет). У женщин этот период – 8,37 ± 0,52 лет (от 0,5 до 30 лет), у мужчин – 6,66 ± 0,54 лет (от 0,5 до 23), р < 0,05. У 42,6% больных стойкая нетрудоспособность наступила в первые 5 лет от начала заболевания, у 71,8% – в течение 10 лет. Средний возраст на момент определения стойкой нетрудоспособности составил 37,0 ± 0,53 лет (от 12 до 56 лет).
Процент пациентов, имеющих 1 и 2 группы инвалидности по районам области, значительно отличается – от 100% до 56%, составляя в среднем 68,3%, что позволяет предположить, что часть больных с начальными проявлениями заболевания еще не попала в поле зрения неврологов.
Все пациенты разделены на группы в зависимости от сроков определения стойкой нетрудоспособности: до 5 лет от начала заболевания, 6-10 лет, 11-15 и более 15 лет, характеристика представлена в таблице 6.
Таблица 6
Характеристика больных РС в зависимости от сроков определения
стойкой нетрудоспособности, М ± m
Показатели | До 5 лет | 6-10 | 11-15 лет | Больше 15 лет |
Количество больных | 86 (42,6%) | 59 (29,2%) | 41 (20,3%) | 16 (7,9%) |
Муж/ жен | 40/46 | 27/32 | 12/29 | 5/11 |
РРС /ППРС | 51/35 | 50/9 | 40/1 | 16 /0 |
Сроки определения стойкой нетрудоспособности, лет | 2,89±0,16 | 8,16±0,18 | 12,59±0,21 | 19,69±1,12 |
Возраст при определении стойкой нетрудоспособности, лет | 35,18±0,89 | 36,98±0,83 | 39,20±1,13 | 41,81±1,36 |
СП, бал/лет | 0,83±0,04 | 0,46±0,02* | 0,37±0,02* | 0,24±0,02* |
Показатель экзацербаций | 0,64±0,05 | 0,49±0,03* | 0,44±0,04* | 0,37±0,05* |
EDSS при определении стойкой нетрудоспособности, баллы | 3,78±0,08 | 4,31±0,1* | 4,54±0,12* | 4,69±0,14* |
Количество пораженных функциональных систем | 6,2±0,15 | 6,48±0,1 | 6,48±0,16 | 6,25±0,27 |
Сумма неврологического дефицита | 12,17±0,39 | 12,67±0,44 | 12,67±0,44 | 11,44±0,74 |
* р < 0,001, в сравнении со сроками определения стойкой нетрудоспособности до 5 лет.
При раннем определении стойкой нетрудоспособности почти половина пациентов имели ППРС и более высокую СП по сравнению с другими группами. При ремиттирующем течении был выше показатель экзацербаций, и 21 больной (41,2%) уже вступили в стадию вторичного прогрессирования.
При более позднем определении стойкой нетрудоспособности значительно снижается количество больных с ППРС, более медленная СП, ниже частота обострений по сравнению с первой группой (р < 0,001). В то же время состояние по шкале инвалидизации EDSS даже выше (р < 0,001), остальные показатели, характеризующие клинические проявления заболевания – количество пораженных функциональных систем, сумма неврологического дефицита, в группах больных с различными сроками определения стойкой нетрудоспособности достоверно не отличаются. Это позволяет сделать вывод, что установление нетрудоспособности в первую очередь тесно связано с течением заболевания, его активностью – скоростью прогрессирования, частотой обострений. В результате – установление стойкой нетрудоспособности в ранние сроки происходит при менее выраженном неврологическом дефиците, чем при более позднем.
Кроме того, при раннем определении стойкой нетрудоспособности выявлен больший процент пациентов, чей труд связан с физическими нагрузками: при выходе на инвалидность до 5 лет таковых было 65%, от 6 до 11 – 50,1%, с 11 до 15 лет – 35,4% и после 15 лет – 33,3%.
Обращает внимание высокий процент пациентов с определением ранней нетрудоспособности до 5 лет при начале заболевания в 90-е годы – 63,5%. СП у этих больных, по сравнению с заболевшими в другие годы, выше, хотя и не достоверно (р > 0,05). Другие данные, характеризующие течение заболевания – показатель по EDSS при определении нетрудоспособности, показатель экзацербаций, сумма неврологического дефицита, состояние по шкале EDSS через 5 лет от начала заболевания, время достижения событий 3 и 6 баллов по EDSS, не выявили достоверных различий у заболевших в различные годы. Этот факт подтверждает утяжеление течения РС в 90-е гг., т. е. больший процент больных достиг этапа стойкой нетрудоспособности в ранние сроки от начала заболевания (рис. 5).
Рис. 5. Сроки определения стойкой нетрудоспособности у заболевших в различные годы.
Для уточнения клинических факторов, влияющих на инвалидизацию больных РС, проанализированы вовлечение функциональных систем, степень их поражения, а также состояние по шкалам FS при раннем и более позднем определении стойкой нетрудоспособности.
Рис. 6. Частота вовлечения функциональных систем при определении
стойкой нетрудоспособности (в %).
Число пораженных функциональных систем у большинства пациентов не менее 6. Наиболее часто наблюдались нарушения двигательных функций, а также мозжечковых, стволовых, психических и функций тазовых органов (рис. 6). Состояние по шкалам на момент определения нетрудоспособности у пациентов, имеющих эти симптомы, представлены на рисунке 7.
Основным инвалидизирующим фактором у всех больных явились двигательные нарушения, они отмечены в 100% случаев и составили в среднем 3,29 ± 0,05 балла, у большинства оценка по этой шкале – 3 (60,4%) и 4 балла (32,4%). Спастика, характерная для центральных парезов, выявлялась у 69,8% пациентов, у большинства – легкая или умеренная (средняя оценка по шкале – 1,39 ± 0,04 балла).
Рис. 7. Состояние по функциональным шкалам при определении стойкой
нетрудоспособности в сроки до 5 и более 10 лет от начала заболевания (в баллах).
Следующий по значимости инвалидизирующий фактор – нарушения мозжечковых функций отмечены у 97,1% больных и в среднем составили 2,01 ± 0,04 балла, при раннем определении нетрудоспособности несколько выше, чем при позднем – 2,04 ± 0,09 и 1,94 ± 0,14 балла соответственно (р > 0,05); у большинства (59,6%) они оценивались как легкая, или умеренная атаксия (20,6%), у 18,7% умеренная атаксия сочеталась с пирамидными нарушениями, что усугубляло двигательные расстройства.
Немаловажным инвалидизирующим фактором является нарушение функции тазовых органов, несмотря на то, что у большинства (83,8%) это была легкая или умеренная неуверенность при мочеиспускании (средняя оценка по шкале 1,92 ± 0,05 балла). Даже такие нарушения оказывали весьма негативное влияние на эмоциональное состояние и трудоспособность больного. При раннем определении нетрудоспособности этот фактор явно имел существенное значение и был выше, чем при более поздней потере трудоспособности – 2,2 ± 0,12 и 1,77 ± 0,17 балла соответственно (р < 0,01).
Зрительные нарушения наблюдались у 38,1% больных, средняя оценка – 1,87 ± 0,11 балла, при этом снижение зрения у большинства не достигало инвалидизирующего уровня. Среди пациентов, имеющих эти нарушения, оценку в 3 и 4 балла имели 16,1% и 10,3% соответственно. Во всех случаях зрительные нарушения сочетались с другими симптомами и редко являлись ведущими в вопросе определения трудоспособности. Однако, при более позднем определении нетрудоспособности, оценка по этой шкале выше, чем при более ранней – 2,23 ± 0,29 и 1,94 ± 0,17 балла соответственно (р > 0,05).
В меньшей степени влияли на решение вопроса о трудоспособности нарушения стволовых и сенсорных функций, средняя оценка по этим шкалам 1,45 ± 0,05 и 1,47 ± 0,05 балла, во всех случаях они сочетались с другими симптомами.
Один из важных факторов, оказывающих влияние на трудоспособность – психоэмоциональные нарушения отмечены у 89,2% больных. Оценка по этой шкале составила в среднем 1,72 ± 0,05 балла, у большинства – 1 и 2 балла (45,2% и 39,2% соответственно). Чаще наблюдались: эмоциональные расстройства в виде высокой тревожности, депрессии или эйфории со снижением критичности, невротические проявления, снижение когнитивных функций. Выраженность этих нарушений выше при более позднем определении нетрудоспособности – 1,78 ± 0,12 и 1,68 ± 0,11 балла соответственно (р > 0,05).
С целью уточнения влияния психологических нарушений на сроки определения стойкой инвалидизации были проанализированы показатели КЖ, личностной тревоги, уровня депрессии, а также тип отношения к болезни.
Наиболее высокие показатели КЖ отмечены у пациентов, не имеющих 2-ой группы инвалидности, а более низкие по большинству шкал – при раннем ее определении, что вполне закономерно на фоне быстрого прогрессирования заболевания. Наибольшее снижение показателей отмечены по шкалам ролевого физического и эмоционального функционирования. При сравнении суммарных показателей физического и психологического компонентов КЖ в этих же группах получены достоверные отличия (рис. 8).
* Достоверность с группой больных, не имеющих инвалидности: физический компонент р < 0,001, психологический компонент р < 0,01.
Рис. 8. Суммарные показатели физического и психологического компонентов КЖ у больных с различными сроками определения стойкой нетрудоспособности.
Уровень тревожности у всех пациентов РС высокий и существенно не отличается при различных сроках установления стойкой нетрудоспособности (рис. 9). Вместе с тем, у больных, не имеющих инвалидности, он ниже – 46,11 ± 1,9 и достоверно отличается от группы пациентов с ранним определением стойкой нетрудоспособности – 53,93 ± 2,05 (р < 0,01).
* Достоверность с группой больных, не имеющих инвалидности: уровень тревоги р <0,01,
депрессии р < 0,001.
Рис. 9. Уровень тревоги и депрессии у больных с различными сроками
установления нетрудоспособности.
Уровень депрессии наиболее высок при раннем выходе на инвалидность – 20,54 ± 2,0 баллов, достоверно отличаясь от группы больных, не имеющих инвалидности – 11,21 ± 1,44 (р < 0,001), что закономерно связано с изменением жизненного уклада и быстрым прогрессированием заболевания. При более поздних сроках определения стойкой нетрудоспособности этот показатель ниже, хотя и не достоверно (р > 0,05).
Проанализированы типы отношения к болезни у 103 больных РС, из них 38 не имели 2-ой группы инвалидности, продолжали работать, иногда с ограничением. Большинство пациентов хорошо осведомлены о своем заболевании и сохраняют относительную социальную адаптацию, о чем говорит большой процент ТОБ I блока (49,5%). При наличии стойкой нетрудоспособности выше процент больных с ТОБ интрапсихической направленности – 15,34%, без группы инвалидности таковых 7,8% (р = 0,22, ПС – 0,47, ИД – 0,12-1,83) (рис. 10). Особенно высок в этой группе процент имеющих высокие показатели по шкалам III блока, чаще это шкала сенситивности – 44,6%, при отсутствии группы – 23,8% (р = 0,055, ПС – 0,38, ИД – 0,16-0,94).
Рис. 10. Типы отношения к болезни у больных РС имеющих группу
инвалидности и при ее отсутствии (в %).
Проведенный анализ усредненных показателей по шкалам опросника ТОБ показал, что у пациентов со стойкой утратой трудоспособности, особенно ранней, ниже показатели по шкалам I блока и выше – II, преимущественно – ипохондрической, неврастенической, меланхолической (рис. 11). Это говорит о невротизации больных, «уходе в болезнь», формировании различных дезадаптивных форм отношения к болезни, нарушении социальной адаптации.
При отсутствии инвалидности высок показатель по шкалам анозогнозии (р < 0,01) и эргопатической (р < 0,05), особенно при небольшом стаже заболевания или длительной ремиссии. Пациенты не верят в установленный диагноз, или стараются во что бы ни стало сохранить свой профессиональный статус и возможность продолжить трудовую деятельность, иногда даже имея четкий неврологический дефицит.
Достоверность: *р < 0,05, **р < 0,01.
Рис. 11. Усредненный профиль оценки по шкалам опросника ТОБ у больных РС сохранивших трудоспособность и с ее стойкой утратой.
Для больных РС, независимо от варианта течения, трудоспособности, весьма характерен высокий уровень сенситивности, это выражается в том, что они стесняются проявлений заболевания, боятся стать обузой для родственников, вызвать их неблагожелательное отношение. Многие пациенты, причем на разных стадиях заболевания и в независимости от семейной обстановки, также и в беседе высказывали эти мысли.
Результаты исследования типов отношения к болезни, КЖ, некоторых психологических особенностей при РС показывают наличие наиболее серьезных психологических проблем у пациентов с ранним определением стойкой нетрудоспособности, что связано не только с наличием неврологического дефицита, течением заболевания, но и изменением образа жизни и, особенно, со снижением уровня социального общения. Эти проблемы актуальны для всех больных РС, но при более медленном прогрессировании заболевания и более позднем установлении факта нетрудоспособности, пациенты дольше сохраняют социальную адаптацию, особенно при наличии поддержки со стороны близких. В то же время, как показали результаты обследования, они имеют высокие показатели по шкалам II блока опросника ТОБ и уровня сенситивности, что свидетельствует о невротизации, неуверенности в будущем, нарастающей социальной дезадаптации.
Кроме того, в группе больных с ранним определением стойкой нетрудоспособности, из 28 человек у,9%) были неполные семьи, развод или проблемы в семье, хронические психотравмирующие ситуации. Среди больных, не достигших стойкой утраты трудоспособности, таких было только двое из 29. Из 30 пациентов, достигших стойкой инвалидности в более поздние сроки, только 5. В большинстве случаев эти проблемы были связаны с заболеванием и уже возникали на его фоне.
С целью определения факторов, в большей мере влияющих на сроки установления стойкой нетрудоспособности, проведен корреляционный анализ с основными клиническими проявлениями заболевания и психологическими характеристиками. Получена положительная корреляционная связь сроков установления нетрудоспособности с показателем по EDSS (r = 0,5, р < 0,0001) и отрицательная с СП (r = -0,67, р < 0,0001) и показателем экзацербаций (r = -0,37, р < 0,0001), что подтверждает зависимость сроков установления нетрудоспособности от активности заболевания, а также тот факт, что более раннее определение инвалидности происходит при менее выраженном неврологическом дефиците, чем при более позднем. По-видимому, при медленном прогрессировании заболевания, редких обострениях, больные в большей мере адаптируются к проявлениям болезни, кроме того, как указывалось выше, среди них больше не занятых физическим трудом.
Не получено достоверной корреляционной связи сроков установления стойкой нетрудоспособности с уровнем тревожности (r = 0,18, р > 0,05) и депрессии (r = -0,15, р > 0,05), хотя при ранних сроках выхода на инвалидность, они выше, чем у пациентов, продолжающих трудиться и, можно предположить, связаны не только с фактом установления нетрудоспособности, но и с реакцией на заболевание и его проявления. У ряда больных с изначальными преморбидными особенностями, высокой личностной тревожностью эти факторы влияют и на трудоспособность. Наши данные о психологических особенностях больных РС, КЖ, связанном со здоровьем, их влиянии на инвалидизацию совпадают с имеющимися в литературе и свидетельствуют об актуальности проблемы ( и др., 2002; и др., 2003; Рябухина О. В. и др., 2005; , 2005; Lynch S. G. et al., 2001; Janssens A. C. et al., 2003).
Таким образом, стойкая нетрудоспособность в большинстве случаев наступает при достижении пациентом определенного неврологического дефицита. Сроки ее зависят от активности течения заболевания – СП, частоты обострений. Из других значимых факторов можно назвать профессию больного. В то же время, на инвалидизацию больных РС влияют не только особенности клинической картины, но и личностные, преморбидные особенности. Психологическое состояние больного в большей мере определяет реакцию на заболевание и его проявления. Все эти данные необходимо учитывать при проведении реабилитационных и психотерапевтических мероприятий.
2.6. Профилактика ранней инвалидизации
Одной из важных задач ведения пациентов больных РС является профилактика ранней стойкой инвалидизации. Ее решение должно быть определено уровнем диспансеризации пациентов в каждом районе, раннем выявлении больных с демиелинизирующей патологией, своевременным обследованием и проведением дифференциальной диагностики, раннем назначении адекватной терапии, в том числе ПИТРС, проведении коррекции психо-эмоциональных расстройств. Существенным моментом в этой работе считаем преемственность между врачами районов и неврологами областного центра РС, что особенно важно в условиях нашего региона с его обширными территориями, удаленностью многих населенных пунктов от административных центров, недоступностью современных методов обследования в районах.
Для решения этих задач проводятся следующие мероприятия.
- Методическая работа с целью повышения квалификации неврологов районов и городов области: чтение лекций, проведение собеседований, консультаций, выпуск методической литературы, информация о ранних симптомах, методах диагностики, лечения, ведения больных РС.
- Организация преемственности работы неврологов районов и областного центра РС путем предоставления информации о новых случаях демиелинизирующей патологии, динамики состояния больных, особенностях ведения конкретных пациентов.
- Диспансерное наблюдение пациентов группы риска: больные с клинически изолированными симптомами; повторными атаками, но одним клиническим очагом; с многоочаговым процессом, но отсутствием типичных изменений на МРТ; перенесшие ОРЭМ и другие случаи, нуждающиеся в динамическом наблюдении, выполнении повторных МРТ с целью уточнения диагноза.
- Проведение профилактических мероприятий в семьях больных РС с разъяснением возможности повторного заболевания, мероприятий по коррекции факторов риска – профилактики хронических интоксикаций и инфекций, санации хронических очагов инфекций, рекомендации по выбору профессии, особенностям питания.
- Проведение адекватной терапии, в том числе обострений и симптоматической терапии.
- Раннее назначение иммуномодулирующей терапии, повышение мотивации и приверженности пациентов к длительному лечению. С этой целью проводится работа с больными (школы больных РС, индивидуальные беседы) и их родственниками, а также с неврологами, наблюдающими этих больных в районах.
- Коррекция психоэмоциональных нарушений, в зависимости от их уровня и выраженности, проведение психотерапии.
- Работа с родственниками больных – информация о закономерностях течения заболевания, особенностях ухода, лечения.
Выводы
1. Заболеваемость РС в Амурской области за период гг. имела волнообразный характер с колебаниями от 2,8 (1981) до 0,3 (2001) на 100 тыс. населения с тенденцией к снижению, преимущественно среди мужчин. Распространенность РС незначительно увеличилась с 29,27 в 1985 г. до 30,2 на 100 тыс. населения в 2005 г.
2. Заболеваемость и распространенность РС по районам Амурской области неравномерны, они выше в южных районах с большей плотностью населения, существенное влияние на их состояние оказали миграционные процессы в результате социально-демографических изменений в 90-е годы.
3. Долгосрочное наблюдение за больными РС до начала внедрения иммуномодулирующей терапии позволило оценить естественное течение болезни в данном регионе. Отмечено более быстрое прогрессирование РС при его начале в 90-е годы, что подтверждается увеличением возраста дебюта, большим количеством больных с первично-прогрессирующим течением, более быстрым темпом прогрессирования (достижение основных этапов – вторичного прогрессирования, показателей по EDSS 3 и 6 баллов, состояния инвалидизации по шкале EDSS через 5 лет от начала болезни, процент больных достигших этих этапов). Достоверных различий в течение РС у родившихся в Амурской области и переселенцев не выявлено.
4. Частота семейных случаев РС составила 5%. Повторные случаи наблюдались как по вертикали, так и по горизонтали. «Родоначальниками» болезни в большинстве случаев были женщины; повышенный риск повторных случаев в семьях установлен у дочерей, реже у братьев и сестер.
5. Более высокий риск развития РС в популяции Амурской области ассоциируется со следующими причинами: ранним, до 7 лет, проявлением герпетической инфекции; проживанием вблизи химических (в возрасте до 15 лет) и металлургических предприятий (после 15 лет). В возрасте до 15 лет – контактом с красками, преобладанием мясного питания, а также употреблением в пищу домашнего мяса и мясопродуктов; контактом с сельскохозяйственными животными, наличием хронических психо-эмоциональных стрессов в анамнезе, с курением, в том числе с началом до 15 лет. Впервые выявлены ассоциации РС с частыми сменами жительства как в пределах Амурской области, так и по стране.
6. Не выявлено достоверных ассоциаций неблагоприятного течения РС с каким-либо экзогенным фактором риска. В то же время подъем заболеваемости РС в Амурской области в 90-е гг., утяжеление клинической картины совпадают с периодом ухудшения социально-экономической ситуации в области.
7. Сроки установления стойкой нетрудоспособности в большей мере зависят от скорости прогрессирования заболевания и частоты обострений. При этом установление стойкой нетрудоспособности в ранние сроки происходит при менее выраженном неврологическом дефиците, чем при более позднем. На сроки определения нетрудоспособности также оказывают влияние психоэмоциональное состояние пациента, его профессия. Наиболее инвалидизирующими неврологическими расстройствами являются двигательные, мозжечковые, тазовые и психические.
Практические рекомендации
Органам здравоохранения при планировании медико-социальной помощи больным РС необходимо учитывать его распространенность и заболеваемость как в целом по области, так и по районам, а также распространенность в различных возрастных группах, их динамику и тенденции.
С целью улучшения ранней диагностики РС неврологам при проведении профилактических осмотров населения необходимо целенаправленно выявлять пациентов с преходящими неврологическими симптомами в анамнезе, в том числе оптическим невритом, а также наличием демиелинизирующей патологии в семейном анамнезе, с последующим проведением необходимого обследования и динамического наблюдения.
В начальном периоде заболевания, с учетом выявленного патоморфоза РС, рекомендовано назначение иммуномодулирующей терапии с целью профилактики ранней инвалидизации и сохранения социальной адаптации, а также динамическое наблюдение больных с проведением комплексной терапии и коррекцией психоэмоциональных расстройств.
С учетом территориальных особенностей Амурской области необходимо использовать принцип преемственности ведения больных РС между врачами центра РС и неврологами городов и районов, со своевременным согласованием плана лечебных и реабилитационных мероприятий. При этом ведение больных РС следует планировать с учетом варианта течения, длительности заболевания, степени тяжести, преобладающей неврологической симптоматики, а также психоэмоциональных особенностей, типа отношения к болезни.
При разработке тактики ведения больных, последующем динамическом наблюдении, оценке эффективности терапии необходимо учитывать психологический статус пациента, показатели качества жизни, тип отношения к болезни.
Список работ, опубликованных по теме диссертации
1. , , К вопросу о рассеянном склерозе у детей // IV Всерос. съезд неврологов и психиатров: тез. докл. Уфа, 1980. Т. 3. С. 464-466.
2. Карнаух нарушения при рассеянном склерозе // Совет. медицина. 1984. Вып. 4. С. 111-112.
3. Иерусалимский А. П., , и др. Эпидемиология рассеянного склероза в Сибири и на Дальнем Востоке // Рассеянный склероз (эпидемиология, новые методы диагностики): тез. докл. Новосибирск, 1985. С. 3-5.
4. , , Сирик склероз в Амурской области: распространение и течение // Рассеянный склероз (эпидемиология, новые методы диагностики): тез. докл. Новосибирск, 1985. С. 12-14.
5. , , Тарасенко в мембране эритроцитов при рассеянном склерозе // Рассеянный склероз (эпидемиология, новые методы диагностики): тез. докл. Новосибирск, 1985. С. 70-72.
6. , Ладан рассеянного склероза и содержание некоторых микроэлементов в почвах Амурской области // Микроэлементы в биологии и их применение в медицине и сельском хозяйстве: тез. докл. Х Всесоюз. науч. конф. Чебоксары, 1986. Т. I. С. 107-109.
7. Карнаух диагностика и диспансеризация больных рассеянным склерозом: метод. рек. для невропатологов ЦРБ и городских поликлиник. Утв. в МЗ РСФСР. Благовещенск, 19с.
8. , Ушакова опорно-двигательного аппарата и рассеянный склероз // Ортопедо-травматическая служба на Дальнем Востоке и пути её совершенствования: тез. докл. зональной науч-практ. конф. Благовещенск, 1988. С. 126-128.
9. , , Н. и др. Эпидемиология рассеянного склероза в восточном регионе Советского Союза // VIII Всесоюзный съезд неврологов и психиатров: тез. докл. М., 1988. Т.3. С. 522-524.
10. , Ушакова помощи больным с начальными проявлениями рассеянного склероза // Вопр. качества психиатр., невролог. и нарколог. помощи: сб. науч. трудов. М., 1988. С. 132-133.
11. Карнаух нарушения в дебюте рассеянного склероза // Двигательная патология в клинике нервных болезней: сб. науч. трудов. Хабаровск, 1989. С. 53-57.
12. Карнаух -функциональные свойства мембран эритроцитов и перекисное окисление липидов у больных рассеянным склерозом при кортикостероидной терапии // Реконструкция, стабилизация и репарация биомембран: тез. докл. науч. практ. конф. Благовещенск, 1989. С. 94-95.
13. Карнаух -функциональные свойства мембран эритроцитов у больных рассеянным склерозом // Медицинские аспекты клеточных мембран: сб. науч. трудов. Благовещенск, 1989. С. 94-104.
14. , К эпидемиологии семейных случаев рассеянного склероза // Труды II съезда генетиков. М., 1989. С. 120-121.
15. Карнаух и трудоспособность больных рассеянным склерозом // VI Всерос. съезд неврологов: тез. докл. М., 1990. С. 126.
16. , , Маркевич автоматизированная диагностика рассеянного склероза // Концептуальные подходы в современной неврологии: материалы Пленума правления Всесоюзного науч. общества неврологов. Благовещенск, 1990. С. 52
17. , , Носова окисление липидов и структурно-функциональные свойства мембран эритроцитов у больных рассеянным склерозом // Концептуальные подходы в современной неврологии: материалы Пленума правления Всесоюз. науч. общества неврологов. Благовещенск, 1990. С. 48.
18. , , и др. Сравнительный анализ клиники рассеянного склероза Западной Сибири и Дальнего Востока // Соврем. пробл. нейроинфекций и цереброваскулярной патологии: тез. докл. Всерос. науч.-практ. конф. Владивосток, 1991. С. 23-24.
19. , , Маркевич диагностика рассеянного склероза, прогностическое значение первых симптомов // Соврем. пробл. нейроинфекций и цереброваскулярной патологии: тез. докл. Всерос. науч.-практ. конф. Владивосток, 1991. С. 47-48.
20. , Карнаух рассеянного склероза в Амурской области // Вопросы клинической медицины: материалы науч.-практ. конф. Чита, 1992. С. 53-55.
21. Карнаух взаимоотношения при рассеянном склерозе // Актуальные вопросы неврологии и нейрохирургии на Дальнем Востоке: тез. докл. зональной науч.-практ. конф. Хабаровск, 1993. С. 20-22.
22. , , и др. О клинической эпидемиологии рассеянного склероза // VII Всерос. съезд неврологов: тез. докл. Н. Новгород, 1995. № 000.
23. Карнаух и социальная адаптация больных рассеянным склерозом // VII Всерос. съезд неврологов: тез. докл. Н. Новгород, 1995. № 112.
24. , Карнаух ранней диагностики рассеянного склероза // VII Всерос. съезд неврологов: тез. докл. Н. Новгород, 1995. № 148.
25. , Ушакова причин поздней диагностики рассеянного склероза // Труды I съезда врачей Амурской области. Благовещенск, 1995. С.161-162.
26. , Ушакова нарушения при рассеянном склерозе. Эволюция и прогноз течения // Актуальные проблемы офтальмологии: материалы зональной конф. офтальмологов Сибири и Дальнего Востока. Благовещенск, 1997. С. 28-30.
27. , Карнаух заболеваемости рассеянным склерозом в Амурской области // Актуальные вопросы неврологии, нейрохирургии и медицинской генетики: тез. докл. науч.-практ. конф. Уфа, 1998. С.26-27.
28. , Ушакова в дебюте рассеянного склероза. // Вопросы диагностики и лечения демиелинизирующих заболеваний нервной системы: сб. статей. М., 1999. С. 14-17.
29. , Ушакова и рассеянный склероз // Клиническая и патоморфологическая диагностика редко встречающихся повреждений и заболеваний. Случаи из практики. Благовещенск, 1999. Вып. 5. С. 83-84.
30. , , и др. Структура и динамика демиелинизирующих заболеваний в Амурской области // Нейроиммунология: материалы IX науч.-практ. конф. неврологов. СПб, 2000. С. 112-113.
31. Карнаух -географическая характеристика рассеянного склероза в Амурской области // VIII Русско-Японский международ. мед. симп.: тез. докл. Благовещенск, 2000. С.37.
32. , Говтвяница этиологического фактора в течении и исходе острых демиелинизирующих заболеваний // VIII Русско-Японский международ. мед. симп.: тез. докл. Благовещенск, 2000. С. 508.
33. , , Молчанова склероз и беременность // VIII Всерос. съезд неврологов: тез. докл. Казань, 2001. С. 74.
34. , , Карнаух диагностика спинальных форм рассеянного склероза // VIII Всерос. съезд неврологов: тез. докл. Казань, 2001. С. 99.
35. , , Молчанова заболевания у детей // Неврология-иммунология: материалы X науч.-практ. конф. неврологов. СПб, 2001. С. 129-130.
36. , Карнаух итоги изучения демиелинизирующих заболеваний в Амурской области // Актуальные вопросы неврологии: материалы науч.-практ. конф. Новосибирск, 2002. С. 77-79.
37. , К вопросу дифференциальной диагностики рассеянного склероза и энцефаломиелополирадикулоневрита // Нейроиммунология: материалы XII Всерос. науч.-практ. конф. неврологов. СПб, 2003. Т I. №2. С. 64.
38. , , Остриченко лечения иммуноглобулином рассеянного склероза // Организация специализированной помощи больным рассеянным склерозом: материалы рабочего совещания. Томск, 2003. С. 32.
39. , , Барабаш симптомы в начальном периоде рассеянного склероза // Рассеянный склероз – эпидемиология, клиника, лечение: материалы II Сиб. межрегион. науч.-практ. конф. Новосибирск, 2004. С. 47.
40. , , Барабаш -прогрессирующее течение рассеянного склероза // Нейроиммунология: материалы XIII Всерос. науч.-практ. конф. СПб, 2004. Том II. №2. С. 47.
41. , Барабаш рассеянного склероза у мужчин и женщин // Нейроиммунология: материалы XIV Всерос. науч.-практ. конф. СПб, 2005. Том II. №2. С. 77.
42. , , Барабаш склероз. Клинико-параклинические сопоставления // XIII Русско-Японский международ. мед. симп.: тез. докл. Красноярск, 2005. С.304.
43. , Барабаш к болезни при рассеянном склерозе // IX Всерос. съезда неврологов: тез. докл. Ярославль, 2006. С. 158.
44. , Барабаш и течение рассеянного склероза с ранним началом // IX Всерос. съезда неврологов: тез. докл. Ярославль, 2006. С. 173.
45. , Барабаш жизни больных рассеянным склерозом при умеренной инвалидизации // Рассеянный склероз: современные тенденции: материалы III Сиб. межрегион. науч.-практ. конф. Новосибирск, 2007. С. 91-96.
46. , Барабаш психологических факторов на качество жизни при рассеянном склерозе // Нейроиммунология: материалы XVI Всерос. конф. «Нейроиммунология, нейроимидж». СПб, 2007. Том V. №2. С. 9.
47. , Барабаш течения рассеянного склероза. // Дальневосточ. мед. журн. 2007. №4. С. 113-115.
48. , , Барабаш и лечение рассеянного склероза: метод. рекомендации. Благовещенск, 2007. 38с.
49. , Барабаш течения рассеянного склероза в Амурской области в зависимости от скорости прогрессирования // Неврол. вестн. Журн. им. . Казань, 2008. Т. XL. Вып.1. С. 27-29.
50. , Барабаш рассеянного склероза в Амурской области по данным проспективного исследования за период гг. // Дальневосточ. мед. журн. 2008. №4. С. 64-66.
51. , Барабаш симптомы в дебюте рассеянного склероза // Интересные случаи в практике невролога. Благовещенск, 2008. С.8-11.
52. , Барабаш рассеянный склероз // Дальневосточ. мед. журн. 2009. №1. С. 71-73.
53. , Барабаш особенности рассеянного склероза при его длительном течении // Рассеянный склероз: трудности диагностики и курации: материалы IV Сиб. межрегион. науч.-практ. конф. Новосибирск. 2009. С. 52-56.
54. , Барабаш диагностика первично-прогрессирующего рассеянного склероза // Рассеянный склероз: трудности диагностики и курации: материалы IV Сиб. межрегион. науч.-практ. конф. Новосибирск. 2009. С. 57-61.
55. Карнаух клинической картины рассеянного склероза в Амурской области за период с 1960 до 2005гг. // Журн. неврологии и психиатрии им. . 2009. Т. 109. № 7. Вып. 2. С.75-78.
56. Карнаух рассеянного склероза в Амурской области // Журн. неврологии и психиатрии им. . 2009. Т. 109. №8. С. 59-62.
57. , Барабаш течения рассеянного склероза в Амурской области // Нейроиммунология: материалы XVII Всерос. конф. «Нейроиммунология, рассеянный склероз». СПб, 2009. Т. VII. №2. С 14.
58. , Барабаш -эпидемиологические показатели рассеянного склероза в Амурской области // Нейроиммунология: материалы XVII Всерос. конф. «Нейроиммунология, рассеянный склероз». СПб, 2009. Т. VII. №2. С. 130.
59. Karnaukh V. N., Barabash I. A. Management of Patients with the Prolonged Course of Multiple Sclerosis // The 6th Russia-China pharmaceutical forum "Modern problems of pharmacology, pharmacognosies and pharmaceuticses". Blagoveshchensk, 2009. P. 100.
60. , Барабаш ли беременность факторами риска рассеянного склероза? Влияние на прогноз. // Дальневосточ. мед. журн. 2010. №1. С. 131-134.
61. , , Барабаш и качество жизни больных рассеянным склерозом. // Невролог. вестн. Журн. им. . Современные проблемы рассеянного склероза: теория и практика: тез. докл. науч.-практ. конф. Казань, 2010. Т. XLII. Вып.1. С. 149-150.
62. , , Барабаш жизни больных рассеянным склерозом и его динамика на фоне иммуномодулирующей терапии. // Невролог. вестн. Журн. им. . Современные проблемы рассеянного склероза: теория и практика: тез. докл. науч.-практ. конф. Казань, 2010. Т. XLII. Вып.1. С. 166-167.
63. , Барабаш беременности и родов на течение рассеянного склероза. // Клин. неврология. 2010. № 2. С. 11-14
64. , , Барабаш показателей качества жизни при рассеянном склерозе. // Бюл. сиб. медицины. 2010. №4, С.63-69.
Список сокращений используемых в автореферате
EDSS | – | расширенная шкала инвалидизации (Expanded Disability Status Scale). |
ВДВП | – | время достижения вторичного прогрессирования |
ВПРС | – | вторично прогрессирующий рассеянный склероз |
КЖ | – | качество жизни |
МРТ | – | магнитно резонансная томография |
ОРЭМ | – | острый рассеянный энцефаломиелит |
ПИТРС | – | препараты изменяющие течение рассеянного склероза |
ППРС | – | первично прогрессирующий рассеянный склероз |
РРС | – | ремиттирующий рассеянный склероз |
РС | – | рассеянный склероз |
СП | – | скорость прогрессирования |
ТОБ | – | тип отношения к болезни |
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
