Четвертый путь: Запись бесед, основанных на учении (стр. 33 )

В. Таким образом, для человека является возможным и вероятным развиваться без помощи школы?

О. Только до некоторой степени, и тоже с помощью школы, только без его ведома. Так как во многих вещах можно найти влияние школ: в религии, в философских системах и т. д.

Вы помните, я говорил раньше, что существуют различные школы: один человек нуждается в одном виде школы, другой — в другом виде. Нет никаких универсальных школ, подходящих для каждого человека. В то же самое время вы должны осознать, что шанс встретить какую-либо школу является весьма редким, — я имею в виду встретить школу в реальной жизни, не в книгах или в теории, — и если человек встречает школу, альтернативы, как правило, ей нет. Если он находит эту школу слишком трудной для себя и начинает искать другую школу, тогда, допуская даже, что он встречает другую, он найдет там ту же самую трудность. Не может быть никакого различия между школами в этом вопросе, так как различия создаются отношением человека к школе. Поэтому оно будет всегда одним и тем же, какую бы школу человек не находил.

Я вспоминаю, как однажды один человек рассказал мне историю из собственного опыта. Несколько учеников одной школы, которая была наполовину школой йоги, наполовину религиозной, нашли школу очень трудной и поэтому ушли в другую школу. К их удивлению, их немедленно заставили делать ту же самую работу, но с некоторой дополнительной трудностью. Один из них спросил человека, давшего им эту задачу, о том, как он узнал об их трудностях, и не означало ли это, что школы общались друг с другом, когда ученик уходил из одной школы в другую. Учитель ответил: “Нет нужды в общении такого рода, чтобы понять ваши проблемы. Как только я увидел вас, я понял род задачи, которая была вам дана, и мог дать вам только такую же, но, возможно, немного более трудную”. Таким образом, вы видите, что здесь нет выбора.

В. Что происходит, если человек приобретает изменение бытия без школы?

О. Если человек на объективном пути приобретает бытие или знание незаслуженно, так сказать, то в основном оно неполное и еще хуже, чем полное его отсутствие; исключения же бывают так редки, что о них не стоит говорить. Позже будут объяснены некоторые примеры ложных путей, потому что, понимая ложный путь, мы сможем лучше понять правильный путь. Например, усилия могут быть сделаны на основе страха, но это не будут правильные усилия, потому что правильные усилия должны основываться на понимании, но не на страхе.

Возвращаясь к нашей ситуации, мы должны помнить все, что слышали и поняли об отношениях. Наши отношения к чему-либо в жизни, как провода, связывающие нас с событиями, и по этим проводам текут определенные потоки, созданные природой этих отношений; природа же этих потоков определяет род влияния, которое мы получаем от происходящего события. Если какое-то событие создает влияние, действующее на нас, это влияние может быть изменено нашим отношением к событию.

Мы должны создавать определенное понимание внешних вещей. Это значит, что мы должны судить о них, исходя не из личных симпатий и антипатий, но, как я сказал, с точки зрения их отношения к возможной эволюции, то есть, мы должны судить о них с точки зрения возможного увеличения силы эзотеризма, потому что эволюция человека означает увеличение силы эзотерических кругов над жизнью.

Я говорил, что в каждый момент человек окружен большим количеством двигающихся вещей, которые всегда влияют на человека, осознает он это или нет. События всегда влияют на человека тем или иным образом. Человек может иметь определенные отношения к таким вещам, как войны, революции, события социальной или политической жизни и т. д., может быть равнодушным, может относиться к ним отрицательно или положительно. В любом случае, положительность с одной стороны означает отрицательность с другой, поэтому это ничего не меняет. Правильное отношение заключает в себе понимание качества чего-либо с точки зрения эволюции и препятствий к эволюции, подразумевая под “эволюцией” сознание, добровольное и намеренное развитие индивидуального человека по определенной линии и в определенном направлении в течение его земной жизни. Вещи, которые не помогают, просто не учитываются, как бы велики внешне они не казались — человек “не видит” их. И если человек не учитывает их или не видит их, он избежит их влияния. Необходимо понимать, что неучитывание ложных вещей не означает равнодушие, потому что равнодушные люди не в состоянии не учитывать вещи и находятся под их влияниями.

Я опять повторяю, что необходимо думать о вещах, используя обычные эмоциональные и мыслительные способности, и пытаться определять, в какой связи они стоят к тому, что мы называем эволюцией, то есть, увеличение влияния внутренних кругов и увеличение возможности приобретения правильного рода знания правильным типом людей. Мы должны понимать вес вещей. Вы помните, было объяснено о словах, что они имеют различный вес и что необходимо чувствовать их вес. То же самое с событиями. В жизни, как и в нас самих, очень много воображаемых, придуманных вещей. Вещи производят действие, потому что люди в них верят. В этом смысле почти вся жизнь нереальна. Люди живут в несуществующих вещах и не видят реальных вещей; они даже не утомляют себя рассуждениями о них, полностью удовлетворяясь воображаемым.

Попытайтесь сконцентрироваться на вопросе о том, что является важным и что нет; мы должны учиться различать эти вещи. В дальнейшем, с помощью работы, мы сможем определить добро и зло в связи с самим собой. Сейчас же мы должны выйти из своей скорлупы и попытаться посмотреть вокруг, используя те же самые методы и принципы. Если мы используем одни принципы для себя и другие для внешних вещей, мы никогда от них ничего не получим. Мы недостаточно думаем об отношении этой работы к жизни и не даем себе отчета о том, какую позицию работа занимает по отношению к жизни. Я не говорю, что вы можете ответить на этот вопрос, но вы должны подумать об этом, посмотреть на это с различных точек зрения. До тех пор, пока вы не задумаетесь об этом, вещи не выстроятся для вас в правильную перспективу, и вы не поймете работу правильным образом. Работа — это небольшая вещь, а громадные вещи принадлежат жизни. Я не имею в виду войны и революции, но просто вещи, принадлежащие каждодневной жизни. Вы увидите, что с точки зрения жизни работе отведена небольшая роль и что она занимает в жизни совсем ничтожное место.

В то же самое время для тех, кто понимает это, работа является наиболее важной вещью. Мы должны продолжать ее и не ожидать никакой помощи от жизни. Мы должны идти против жизни, делать все сами. Мы не вправе уповать на то, что у нас много времени, что если мы не сделаем что-то сейчас, то сделаем это в следующем году. В следующем году все может измениться.

Анализы жизненных событий могут быть основаны на идее влияний А, В и С. Мы можем спросить себя о том, как много влияний третьего рода, то есть сознательных влияний по своему происхождению и по своим действиям, мы видим? Мы должны признать, что никогда не видим их. Если мы что-то ищем, то мы встречаемся только с определенными проявлениями В-влияний, и каждое В-влияние окружено всевозможными опасностями и всевозможными силами, пытающимися его разрушить. Многие из В-влияний исчезают на наших глазах; вещи, которые можно было найти еще некоторое время назад, больше невозможно обнаружить. Как много В-влияний прошлого достигает нас? Они не живут долго, у них короткая жизнь, за исключением двух или трех, окруженных таким переплетением механических приобретений, что они почти становятся А-влияниями; только в такой форме они могут выжить. Все механические силы стремятся разрушить эти влияния, потому что по своему происхождению они противостоят механическим силам.

В. Какова связь между цивилизацией мира и личной эволюцией?

О. Мы не осознаем, что началом многих видов жизненной деятельности является работа сознательных людей. Мы думаем, что вся работа, которую мы видим, началась и продолжается такими же, как мы, “спящими” людьми. Но спящие люди только случайно могут изобрести что-то полезное, и они изобретают как полезные, так и вредные вещи с одинаковым удовольствием, — они не могут отличить одно от другого. Если мы примем под понятием “цивилизация” работу спящих людей, то в этом случае ничего невозможно гарантировать: сегодня будет цивилизация, а завтра варварство.

Представьте, что вы называете цивилизацией то, что разрушает В-влияния. В таком случае вы становитесь окруженными только А-влияниями, и у вас нет никакого шанса эволюционировать. Да, действительно, то, что мы обычно называем цивилизацией, разрушает В-влияния. Революции, войны — все разрушает эзотерические влияния. Например, школы всегда разрушаются войнами; это хорошо известный факт. Школы не могут существовать постоянно. Не то чтобы войны были предназначены для разрушения школ, но они делают это по ходу своего действия. Война — это одно из тех состояний человечества, которые делают работу невозможной и разрушают школы. Школьная работа требует определенного уровня “нормальности” жизни; если жизнь выходит за пределы своего нормального состояния, школьная работа становится невозможной, и школа исчезает.

В. Но ведь люди, извлекающие пользу из школьной работы, не исчезают; изучили же они что-то, что остается с ними?

О. Если они изучили достаточно, они будут извлекать из этого пользу, если нет, то и пользы будет немного. Здесь существует определенный стандарт, необходимо определенное количество знания, и если вы приобретаете его, то вы можете продолжать работать, но если вы не приобрели достаточно, то вы не можете. Отдельные люди, если они достигли какого-то уровня в развитии сознательности, могут изолировать себя от обстоятельств и продолжать работать так долго, пока они живы. Но школа находится под другим законом: ей необходима внешняя форма. Школы ничего не могут сделать с этим — они должны принять обстоятельства такими, какие они есть; как малые, так и большие школы, как элементарные школы, так и высоко развитые. Они должны существовать в любых обстоятельствах, в которых находятся, и если обстоятельства становятся невыносимыми, школы прекращают свое существование. Это нужно помнить.

И еще одна мысль по этому поводу. Религия является более стабильной вещью. Может быть, она была создана таким образом для того, чтобы существовать. Но школы не могут быть созданы точно так же, им необходим определенный минимум сохранности для того, чтобы выжить.

В. Почему влияние эзотерических кругов уменьшилось за последнее время?

О. Люди становятся все менее и менее здравомыслящими. Они начинают меньше нуждаться в истине и все менее способны различать ее, они вполне удовлетворяются ложью. Заинтересованность в этих идеях значительно уменьшилась и подготовка людей значительно сократилась, чем тридцать или сорок лет назад. И это не только результат политических событий, хотя и они участвуют в этом.

В. Что вы имеете в виду, говоря, что люди стали менее подготовлены?

О. Например, в Санкт-Петербурге идея эзотеризма не объяснялась; предполагалось, что она является известной. Сейчас нельзя с уверенностью утверждать, что психологический метод мышления, существование эзотеризма и необходимость школ эзотерического происхождения являются понятными. Мы никогда не сможем понять смысл эзотеризма и внутренних кругов человечества, если не уразумеем, что жизнь есть хаос и что вещи, вместо того, чтобы становиться более управляемыми и упорядоченными, становятся только более усложненными и менее управляемыми. Мы принимаем усложненность за прогресс. В обычной жизни поступки людей не координируются, и результаты являются непредвиденными. Каждый человек действует в своем собственном направлении, и вещи производятся соединением различных результатов. Результаты в жизни являются результатами недоразумений, но не результатами намеренных действий. Необходимо понять, что во внешнем круге так происходит всегда и по-иному быть не может. Мы ничего не сможем сделать для того, чтобы изменить такое состояние дел. Мы, как пробки на воде, которые думают, что они управляют течением. Очень важно думать об этом и смотреть на вещи с такой точки зрения. Если человек не понимает различия между внутренним и внешним кругами, он не будет понимать дальнейшего. То, что возможно во внутренних кругах, невозможно в нашем круге.

В. Должно ли состояние мира заставить большее количество людей искать школы? Люди испуганы, они чувствуют себя неудобно.

О. Почему одно неудобство должно вести к другому неудобству? Вы думаете, что это заставит их прийти? Вы слишком многого ожидаете от них. Вы можете сказать человеку, что, если он изучает настоящую систему, он будет более пробужденным, но вы же не скажете, что ему будет легче жить.

В. Люди отделаются от отождествления.

О. И они будут говорить, что они не могут работать без отождествления, а если они не отождествлены, они потеряют все свои материальные стимулы. Нет никакой связи между заинтересованностью в настоящей системе и неудобством теперешней ситуации.

В. Я был очень озадачен своими наблюдениями за молодыми людьми. Если они вполне счастливы, то идея эзотеризма, по-видимому, не привлекает их.

О. Идея эзотеризма — трудная идея. Иногда человек способен ухватить ее смысл в раннем возрасте, но очень часто, даже в случае понимания этой идеи, человеку не хватает правильной точки зрения на нее. У нас так много ошибочных отношений и ошибочных идей, что ничего нельзя ожидать с полной уверенностью. Я думаю, что человек, который действительно серьезно заинтересован в этих идеях, является исключением, так как умы людей запутаны абсурдными и противоречивыми представлениями.

В. Я заинтересован только в психологической стороне этой системы, но не в эзотеризме.

О. Но психологическая сторона также является эзотерической. Настоящая система не дает ничего того, что не является эзотерическим, потому что все в ней идет от умов, которые не являются умами в обыденном смысле слова; она идет от людей, которые поняли вещи. Обычные системы не могут вызвать какого-либо изменения. Психологическая сторона настоящей системы даже более эзотерична, чем другая сторона, иначе она не имела бы никакой ценности. Она имеет ценность только потому, что идет от более высоких умов, от их понимания и их идей. Это необходимо понять. Каким-то же образом мы получили эту систему. Или мы предполагаем, что она была создана людьми, находящимися на таком же уровне, как мы сами, или что это лишь теория, и она вообще не имеет никакой ценности. Но это не теория; предполагается, что система идет от школы, от людей более высокого развития. Если бы не было людей более высокого развития, мы не имели бы никакой системы.

Вначале, в России, Гурджиев всегда настаивал на том, что это не система; это просто фрагменты, и кто-то должен был создать из них систему. И Гурджиев настаивал на том, что она должна преподаваться именно таким образом. Теперь я делаю это больше похожим на систему, потому что у нас больше людей. Но когда у нас была только небольшая группа людей, то это были просто разговоры, а не лекции. В лекциях трудно оперировать фрагментами, но в целом это все еще, тем не менее, фрагменты. Эти фрагменты находятся на различных шкалах, поэтому вы должны многое понять для того, чтобы соединить их вместе на правильной шкале. Те же самые слова и те же самые теории используются в различных диаграммах — все на совершенно различных шкалах.

В. Можете ли вы дать пример того, как система давалась фрагментами?

О. Многие вещи давались подобным образом: все о создании энергий, психологическая сторона, объяснение того, как работает машина, знание, касающееся мира и т. д. Очень важно понять это. Только тогда, когда вы начинаете понимать, как меняется шкала, вы будете способны понять настоящую систему. Как я сказал, ее давали фрагментами, каждый из которых находится на различной шкале. Вы должны соединять фрагменты вместе и в то же самое время корректировать шкалу. Это похоже на несколько географических карт, каждая в различном масштабе, разрезанных на куски. Вы должны увидеть, какой кусок подходит к какому, где масштаб очень отличается и где он менее отличен. Это единственный способ изучать эту систему.

В. Имеете ли вы в виду, что мы не можем говорить о мирах, если не уменьшим их до нашего масштаба?

О. Нет, я имел в виду совсем другое. Конечно, мы уменьшаем все, но я имел в виду то, что мы должны изучать вещи на различных шкалах и, помня это, сознавать соотношение различных шкал и тот факт, что вещи изменяются с изменением шкалы. Также мы должны помнить, что придаем многим вещам очень большое значение, тогда как в действительности они вообще ничего не значат. Система учит нас находить разницу между реальными и воображаемыми величинами (и даже еще хуже, чем воображаемыми).

В. Я чувствую, что мы имеем только половину того знания системы, которое могли бы иметь.

О. Значительно меньше, чем половину. Такие, как мы есть, мы можем получить только фрагменты, но фрагменты достаточно большие для того, чтобы что-то из них строить. Мы должны пытаться понять структуру. Когда вы имеете перед собой все фрагменты, можете видеть определенные связи, а когда находите эти связи, можете видеть многие другие вещи.

В. Значительно ли вы изменили учение?

О. Я не изменил его. Но предпочитаю иногда начинать с иного пункта. В этой системе, как в любой органической системе, можно начинать с любого пункта — это не изменение. Все остальное остается тем же самым, но я предпочитаю начинать с психологической стороны.

В. Имеют ли люди внутреннего круга какой-либо контроль над людьми внешнего круга?

О. Да, но с большими оговорками. Сознательный круг не может действовать непосредственно, но только через В-влияния. С-влияния могут появиться только в том случае, когда В-влияния приняты и когда люди ищут С-влияний. Люди внутреннего круга не могут иметь контроль над людьми, которые не хотят их знать. Они не могут применять насилие, так как это означало бы ошибочную триаду, ошибочную деятельность. Для любого результата существует специальная триада. Например, если люди хотят приобрести контроль, они могут достичь его только одним путем. Если они действуют другим путем, они получают противоположный результат. Войны, революции и т. д. никогда не дают желаемых результатов, но всегда дают противоположные, так как применяются неправильные триады. Если люди внутренних кругов хотят влиять на других людей, то они могут получить желаемые результаты, только если встречают понимание, и только с теми людьми, которые хотят этого влияния. Это полезный вопрос. Пытайтесь думать о нем.

В. Вы говорили об опасности того времени, в котором мы живем. Будет ли школа что-то предпринимать для того, чтобы защитить себя? Если я правильно понял, вы сказали, что школа не находится под властью закона случая.

О. Я имел в виду, что школа не может быть сформирована случайно, но может быть уничтожена случайно. Она не может быть сформирована механически, но может быть механически разрушена. Возьмите любое произведение искусства — оно не создано чисто механически, оно создано некоторой специальной триадой, но оно может быть сожжено, подобно всему другому.

В. Если школы действительно живут, то почему они умирают?

О. Что вы имеете в виду, говоря, что школы являются живыми? Это смутно и неопределенно. Но если мы примем это буквально, будет вполне ясно, почему школы умирают. Все живые существа рано или поздно умирают. Если умирают люди, школы также должны умирать. Я объяснял, что школы требуют определенных условий. Если эти условия разрушаются, школа разрушается также.

В. Но идеи могут оставаться?

О. Идеи не могут развеяться: им нужны человеческие головы. И школа не состоит из идей; вы всегда забываете, что школа учит, как улучшить бытие.

В. Разве идеи не были зафиксированы в прошлом?

О. Конечно, они были записаны. Но идеи могут быть записаны в различных формах; они могут быть записаны таким образом, что никто не сможет прочесть их без объяснения, полученного от тех, кто знает, или без изменения бытия. Возьмите Евангелия — они написаны различными шифрами; человек должен знать ключ, чтобы расшифровать их, иначе это будет просто рассказ, довольно сомнительный с исторической точки зрения и производящий много ошибочных влияний.

В. Дает ли настоящая система ключ к Евангелиям?

О. Несколько ключей, но вы не должны рассчитывать на все ключи. Многие из ключей могут быть получены только с изменением бытия, они не могут быть получены только при помощи знания. Вы снова забываете о бытии. Изменение бытия означает связь с высшими центрами. Высшие центры могут понимать многие вещи, недоступные обычным центрам.

В. Тогда Новый Завет должен вводить в заблуждение многих людей?

О. Новый Завет написан для школ, для школ различных уровней. В школах объясняется каждое слово. Каждое изречение в Новом Завете имеет множество значений, вот почему в нем имеется так много вещей, которых мы не понимаем. Мы пытаемся перейти от уровня человека 1, 2 и 3 к уровню понимания человека № 4; другие люди, может быть, пытаются перейти к уровню человека № 5, другие — к уровню человека № 6 и т. д., — и все они читают Новый Завет. Поэтому мы не вправе ожидать, что на нашем уровне поймем все, так как он написан очень искусным образом. Кто-то сказал, что Новый Завет находится под семью замками, и это правда. Человек должен найти один ключ и применить его, а затем с его помощью он найдет второй ключ и т. д.; но человек не поймет Новый Завет до тех пор, пока не открыл все семь замков. Поэтому, если мы понимаем все, что возможно понять на нашем уровне, мы можем получить возможность большего понимания.

В. Может ли школа достичь более высокого уровня, чем тот, с которого она начала?

О. Да, если школа работает в соответствии с методами и принципами школьной работы, то она может расти. Но, опять-таки, вы должны помнить, что уровень школы зависит от уровня бытия людей, которые составляют ее.

В. Было ли самовоспоминание характерной особенностью старого эзотерического знания?

О. Всегда и везде. Только иногда, например, в религиозных школах оно называется другим именем. Оно не является произвольным; самовоспоминание — это необходимая стадия в развитии человека, а не произвольно навязанная задача. Человек должен пройти через самовоспоминание, и он может пройти через это только одним путем,

В. Говорил ли Христос когда-нибудь об этом и в каких словах?

О. Почти на каждой странице, в различных словах, например, “Бодрствуйте”, “Не спите”. Он говорил об этом все время.

В. Как следует рассматривать ортодоксальную религию?

О. Мы не можем обсуждать религию, потому что это совершенно отдельная вещь. Различные элементы входят в религию. Всякая религия основана на вере, но, как я уже сказал, вера не входит в нашу систему. Все, что мы можем сказать, это то, что религии находятся на различных уровнях, как я объяснял на первых лекциях. Религия — это относительный термин. Все люди делятся на людей различных уровней, и все религии делятся подобным образом. Каждая религия имеет в себе все степени. Это одна из самых важных вещей, которую надо понять. Мы знаем только горизонтальные деления — историческое и географическое. Но существуют другие деления. Существуют религиозные пути, и религия не противоречит какой-либо другой системе, различие — в различных уровнях. Допустите, что вы знаете религию № 2 — это не является достаточным, если вы хотите изучать себя и стать человеком № 4. Предположите, что вы находите эту систему принадлежащей определенному уровню, и если вы не знаете религии достаточно высокого уровня, тогда возможен конфликт. Конфликт возможен только между различными уровнями.

В. Я чувствую, что с тех пор, как встретил эту систему, я, по-видимому, лучше понимаю молитвенник и Библию. Может ли система помочь нам, давая лучшее понимание учения Христа?

О. Я уже сказал, что эта система не является религией. Вы можете улучшить свою умственную машину и свою способность к пониманию и можете сделать ваши эмоции лучшими. Но может ли настоящая система помочь вам в направлении религии, я сказать не могу. Позднее вы, может быть, будете способны видеть связь между идеями настоящей системы и эзотерическими частями религии. Но мы не знаем эзотерической религии, поэтому не можем говорить об этом.

Весьма похожий вопрос был задан Гурджиеву в Санкт-Петербурге. Его спросили, в каком отношении эта система находится к христианству. Гурджиев ответил, что разные люди по-разному понимают христианство. И затем он сказал: “Если хотите, эта система — эзотерическое христианство”. И добавил: “Что с вашей точки зрения является наиболее важным в учении Христа? — Действие: делать это, не делать то. Вопрос в том, можете ли вы делать это?” Способны ли вы теперь понимать христианство лучше или нет, но вы должны принимать христианство как учение о действии, но не как теорию.

Если вы возьмете христианское учение без современного сентиментального отношения к нему, вы увидите, что христианство является наиболее оптимальной из всех религий. В его учении непрестанно повторялось и повторяется, что только немногие имеют шанс на спасение — трудный путь, узкий путь, только немногие могут пройти по нему до конца и т. д.

В. Невозможно удержаться от мысли, что Абсолют — одно из имен Бога.

О. Нет, вы совершенно ошибаетесь. Абсолют — это принцип, который находится в начале вещей и за всеми вещами. Я никогда не связывал Абсолют с Богом в религиозном смысле. В религии Бог может делать для вас многие вещи. Но Абсолют ничего не может делать для вас. В этом смысле, это не Бог, вы не можете молиться Абсолюту. Если вы берете религиозный вопрос, следуйте религиозному объяснению. Понимая разницу, отделяйте одно от другого.

В. Является ли фактом то, что имеются высшие силы, с которыми человек может войти в контакт, когда он находится в лучшем состоянии?

О. В каждой ситуации, в каждом вопросе мы должны придерживаться того, что мы можем знать, того, в чем можем быть уверены. А мы можем быть уверены в том, что большую часть нашего времени находимся в состоянии, в котором не можем состоять в контакте с высшими силами. Либо мы полностью спим и никакие высшие силы не могут проникнуть к нам, либо мы являемся отрицательными настолько, что все, что приходит к нам, трансформируется в тот или иной род отрицательности. Что мы можем ожидать в таком состоянии?

В. Много ли эзотерических учений или только одно?

О. Всякое учение эзотерического происхождения в основном согласуется с другими. Чтобы быть истинным, учение должно быть одним из многих. Если оно уникально, это значит, что оно изобретено.

В. В Новом Завете нам очень часто советуют бодрствовать и молиться. Что в этой системе соответствует молитве?

О. Чьей молитве? Если молится машина, то каков может быть результат? Какая молитва? Молитва не обязательно означает просьбу. Большинство молитв имеют своей целью концентрирование ума на определенных идеях — это форма медитации.

В. Считаете ли вы, что самосознание может быть достигнуто молитвой? И если это так, то как нужно молиться?

О. Если бы человек мог действительно молиться непрестанно, то это создало бы самосознание. Все дело в том, что мы этого не можем. Человек начинает молиться, а пять минут спустя молитва становится механическим повторением слов. Если бы человек мог молиться, молитва могла бы создать самосознание, но человек не может, так как человека нет. Человек мог бы делать многие вещи, если бы он был, то есть, если бы он был постоянным. Но дело в том, что один начинает, а другой продолжает.

В. Входит ли истинный молящийся в контакт с высшими силами?

О. Я не буду спорить с этим, но мы знаем совершенно конкретно, что в обычных центрах у нас есть только силы, принадлежащие этим центрам. В то же самое время мы знаем, что высшие центры обладают силами, которых обычные центры не имеют. Поэтому я могу ответить на языке настоящей системы, что если такой контакт возможен, то он возможен только через высшие центры. Наша задача состоит в том, каким образом достичь высших центров. Мы не можем иметь контакт сейчас, но высшие центры могут иметь. Никто не может это гарантировать, так как даже наши ожидания могут быть ошибочны. Во всяком случае мы знаем, а некоторые люди испытывали это, что высшие центры имеют новые силы. Поэтому все, что мы можем делать, это пытаться стать связанными с высшими центрами путем изучения того, как стать сознательными. Когда мы станем сознательными, у нас будет связь с высшими центрами, и тогда мы сможем иметь новые силы и новое знание.

В. Но разве мы уже не имеем проблесков высшего эмоционального центра?

О. Некоторые люди имеют, но это только проблески, которые невозможно контролировать. Только человек № 5 может контролировать эти вещи, а мы являемся лишь людьми № 1, 2 и 3.

В. Согласно некоторым эзотерическим учениям, ум человека похож на озеро. Когда озеро спокойно, человек может ясно видеть и слушать “голос молчания”.

О. Здесь много опасностей. Легко спутать истинный “голос молчания” с воображаемым голосом; поэтому легко спутать истину с мнимым. Для некоторых людей это может быть одним из путей работы, но для нас это не путь. Мы хотим более точно знать, как развиваться, поэтому для нас все такие определения опасны, ибо нет никакого инструмента, которым мы можем в этих определениях отделить воображение от реальности. Это то, что вы должны помнить в этой системе — вы учитесь отделять воображаемое от реального, когда учитесь различать в самих себе воображаемое от реальности. Затем позднее, на высших уровнях сознания, вы будете способны отделять это в объективном мире. Многие из этих мистических путей только увеличивают путаницу. Вместо того, чтобы приводить человека ближе к истине, они уводят его от нее.

В. Значит человек должен непрестанно искать раздражении?

О. Почему раздражении? Вы принимаете то, что я сказал, за доказанное и затем пытаетесь найти что-то противоположное этому. Вы можете пытаться всю свою жизнь и ничего не получить, если вы работаете неправильным образом. Но вы должны пытаться — правильно — вспоминать себя, не отождествляться, приобретать контроль. Никто не обладает достаточным контролем. Мы не являемся хозяевами самих себя, и вот почему не можем начать делать это и не делать то. Мы должны сначала изучать и понимать. Мы должны изучать самих себя, и иногда мы можем повернуть одну небольшую вещь, другую небольшую вещь, и таким образом мы начинаем изменяться. Человек не может начать с того большого спокойствия, о котором говорилось. Человек может хотеть быть спокойным, если он неспокоен, но это то же самое, если говорить о таком христианском принципе, как “возлюби врага своего”.

В. Разве основой всего эзотерического знания не является смерть семени?

О. Мы можем рассмотреть это следующим образом. Кстати, в связи с этой фразой, есть еще одна вещь, которая может помочь объяснить нашу ситуацию. Я помню, что сказал Гурджиев об этом выражении, повторяющемся два или три раза в Новом Завете, говорящем, что семя должно умереть для того, чтобы прорасти и произвести растение. Он сказал, что это выражение не является полным по отношению к человеку и должно быть расширено. Говоря о настоящей работе, о ее возможностях и направлении, Гурджиев объяснял это следующим образом. Во-первых, мы должны осознать, что мы спим; во-вторых, мы должны пробудиться. Когда мы пробудились, мы должны умереть; когда мы умираем, мы можем родиться. Это процесс. Полезно думать об этом, полезно понять, что значит сон, что значит пробудиться, что значит умереть и что значит быть рожденным. Допустите, что мы хотим быть рожденными. Мы не можем быть рожденными, пока мы не умерли, и не можем умереть, пока не пробудились. Мы не можем пробудиться, пока мы не осознаем, что спим. Таким образом, имеются определенные ступени.

В. Что значит умереть в том смысле, в каком вы говорите? О. “Умереть” значит умереть, исчезнуть, не быть, не существовать. Бесполезно умирать во сне, так как тогда вы не сможете быть рожденным. Вы должны сначала пробудиться.

***

Мне задавали много вопросов, и некоторые из них были очень наивными; различные люди, пытаясь понять Молитву Господню, приходили ко мне, прося меня объяснить, что значит в ней та или иная фраза. Например, меня спрашивали, что значит “Отец наш небесный”, кто такие “наши должники” и что такое “наши долги” и т. д. Как будто Молитва Господня может быть объяснена в обыденных словах. Вы должны понять, прежде всего, что обычные, простые слова не могут ничего объяснить в отношении Молитвы Господней. Необходимо некоторое предварительное понимание, тоща может прийти дальнейшее понимание, но только как результат усилия и правильного отношения.

Молитва Господня может быть взята как пример неразрешимой проблемы. Она была переведена на все языки, заучивалась наизусть, повторялась ежедневно, однако люди не имеют ни малейшего представления о том, что она действительно означает. Такое отсутствие понимания ее смысла связано с нашей общей неспособностью понимать Новый Завет. Если вы помните, в одной из наших бесед весь Новый Завет был представлен как пример объективного искусства, то есть, как произведение высшего разума. Как же тогда мы можем надеяться понять нашим обычным умом то, что было сформулировано и дано высшим разумом?

Что мы можем делать — это стараться поднять наш ум на уровень мышления высшего разума; и хотя мы этого не осознаем, это возможно многими различными путями. В математике, например, мы имеем дело с бесконечностями — с бесконечно малыми и бесконечно большими величинами, которые ничего не значат для нашего обычного ума. А что возможно для математики, возможно и для нас, если мы начинаем и продолжаем идти правильным путем.

Одна из первых вещей, которую нужно понять и помнить до того, как изучение молитвы Господней станет возможным, — это различие между языком религии и языком системы.

Что такое религия? Это слово применяется очень часто; есть люди, которые применяют его каждый день, но не могут определить, что оно символизирует.

В этой системе мы слышали, что для различных людей существует различная религия. Что имеется религия человека № 1, религия человека № 2, религия человека № 3 и т. д. Но как мы можем определить различие между ними? Прежде чем прийти к определениям, мы должны понять сначала, что наиболее необходимым элементом во всех религиях, известных нам, является идея Бога — Бога, с которым мы можем находиться в личном контакте, к которому мы можем, так сказать, обращаться, у которого можем просить помощи и в возможность помощи которого можем верить. Неотделимой частью религии является вера в Бога, то есть в Высшее Существо, всемогущее и вездесущее, которое может помогать нам во всем, чего мы желаем или что хотим делать.

Я не рассуждаю о том, является ли это правильным или ложным, возможным или невозможным. Я просто говорю, что вера, то есть вера в Бога и в его силы для того, чтобы помогать нам, — это существенная часть религии.

Молитва — это тоже неотъемлемая часть религии; но молитва может быть различной. Молитва может быть просьбой о помощи во всем, что мы можем предпринимать, и в школьной работе молитва может становиться помощью сама по себе. Она может стать инструментом работы, используемым для оживления идей системы, может использоваться для самовоспоминания и для напоминания нам о сне и о необходимости пробуждения.

В то же самое время выражения религиозного языка не могут быть точно переведены на язык системы. Во-первых, из-за элемента веры в религии, и, во-вторых, потому что то, что принимается религией и религиозным языком как факты и утверждения, в этой системе относится к нелогичному и противоречивому. Тем не менее, было бы неправильным сказать, что религия и эта система несовместимы или противоречат друг другу; но мы должны учиться не смешивать два языка. Если мы начинаем смешивать их, мы испортим любое полезное решение, которое могло быть сделано, исходя из религии или из этой системы.