1годы: в своей деятельности обсерватория руководствовалась утвержденными планами и заданиями. Только за 1957 год Химлаборатория взвесила более 4500 фильтров и выполнила более 200 анализов проб воды (начальник отдела ). Вышел первый выпуск трудов РГМО.

1962 год. Работа строилась согласно плану. Группа гидропрогнозистов составила 78 прогнозов. Начаты исследования Угличского и Иваньковского водохранилищ. Продолжены наблюдения над нарастанием льда на Рыбинском водохранилище. Приступили к обслуживанию сельского хозяйства. Начато строительство служебного здания РГМО.

Приказом по ГУГМС №3 от 8 января 1962 года РГМО присвоено имя Михаила Александровича Рыкачева.

1964 год. РГМО продолжает заниматься согласно перспективному плану:

-научно-исследовательской и производственной работой;

-оперативным обслуживанием организаций района деятельности РГМО;

-хозяйственными мероприятиями.

По разделу «Режим водохранилищ» закончены темы:

а. Уровенный режим - , Савин СВ.

б. Ветровое волнение -

в. Термический режим -

г. Ледовый режим -

д. Испарение с водной поверхности - ,

В начале шестидесятых сотрудниками обсерватории был составлен Атлас ветрового волнения, по которому они работают и по сей день.

Условия работы были нелегкими, зимой приходилось по льду на вездеходе ездить за пробами воды. «Путешествия» были длительные, ездили даже в Ковров. Порой жизни наших сотрудников угрожала серьезная опасность. Однажды на задание с нами отправился гидролог Вениамин Сергеевич Иванов, который несколько лет проработал директором обсерватории, а сейчас находится на заслуженном отдыхе. Доехав до нужного места, гидролог вышел из транспорта - хотел взять пробу воды. И вдруг неожиданно вездеход провалился под лед, и Вениамин Сергеевич, естественно, с ним вместе. С большим трудом сотрудники спасли продрогшего до костей коллегу и продолжили свой путь.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Как-то измеряли сотрудники обсерватории влажность воздуха на Шошенском плесе, что на Иваньковском водохранилище. Лес рядом, в двух шагах. Слышат треск сучьев, громкое сопение - и вдруг из зарослей выходит лось. Любопытным он оказался... Встал возле гудящего психрометра, чуть склонил голову набок и, не отрываясь, смотрит, как вертится респиратор. Надо показания прибора снимать, а лось стоит, не уходит... Как к нему подойдешь? Все-таки дикий сильный зверь, боязно... Шишками начали в него кидать, еле отогнали... Впрочем, бывает и хуже. Как-то две девчонки вели нивелировку местности в Борке и неожиданно на косолапого наткнулись. Понятное дело, завизжали — и наутек. Медведь кинулся в противоположную сторону, а девчатам со страху показалось, что за ними погнался. И нивелир на бегу в кусты бросили. Потом еле отыскали прибор...

В 1964 году прочитано 37 лекций и напечатано 11 статей в местной печати. Внесено 13 рацпредложений.

Прошли те сложные года

Двадцатилетие лихое

Страна очнулась ото сна

И коллектив не знал покоя.

Народ стал веселей смотреть

Смеяться, громко песни петь

И наблюденья продолжать

При этом книжки заполнять

РГМО и Гидромет крепчал,

Он сердце людям отдавал.

В 1966 году перевелся в экспедицию ГГИ на озеро Байкал директор РГМО . На должность директора назначен .

Как утверждают великие философы, история развивается по спирали или по синусоидальному закону, важно знать только период. В начале пути развития было сложно, также сложно стало в 90-тые годы двадцатого столетья.

Рыбинская гидрометобсерватория с мая 1988 года является структурным подразделением Ярославского областного центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды. С этого периода научные отделы упразднены, как и все организации Росгидромета в своей деятельности РГМО нацелена на более полное и качественное обеспечение специализированной гидрометеорологической продукцией различных потребителей, как государственного, так и частного сектора в соответствии с современными требованиями развивающейся рыночной экономики.

Директор Рыбинской ГМО - имеет трудовой стаж в гидрометслужбе 49 лет. В коллективе с уважением относятся к ветеранам, особенно к классным специалистам.

Штат Рыбинской ГМО насчитывает около 40 человек.

Имеется 5 отделов: отдел гидрометеорологических наблюдений, отдел гидрометеорологических прогнозов, комплексная лаборатория по мониторингу загрязнения окружающей среды, группа информации и связи и адмхоз.

Группа гидрологических наблюдений руководит работой 15 гидрологических постов, проверяет материалы наблюдений, составляет Ежегодник.

Отдел гидрометеорологических прогнозов работает по обслуживанию водного транспорта спец прогнозами погоды и штормовыми предупреждениями по Рыбинскому водохранилищу. Дежурный синоптик работает с диспетчером Рыбинского РГС, кроме того, краткосрочными прогнозами обслуживается Администрация РМО и организации г. Рыбинска.

Работа метеоролога творческая, интересная, но чтобы справиться с ней, нужно обладать хорошо развитой интуицией и быстротой реакции. Ведь анализируя синоптическую карту и данные, полученные от Росгидрометцентра, нужно «предсказать», как же поведет себя погода в ближайшие сутки

Главная обязанность метеорологов - наблюдать за показаниями приборов, которых на станции множество. Каждые три часа с барометра считываются данные по атмосферному давлению, с анеморумбометра - по скорости и направлению ветра, а устройство с незамысловатым названием «облако» определяет высоту облаков.

До появления такого устройства в 60-х годах расстояние от земли до облаков определяли достаточно интересным способом - с помощью шаропилотных наблюдений. Наблюдатели надували небольшие шары темного цвета и запускали их в небо. Время их полета до облаков фиксировалось, и, исходя из полученных результатов, определялась высота. Ночью, конечно, маленькие шары в небе были видны очень плохо, поэтому их диаметр приходилось значительно увеличивать и подвязывать к ним бумажные фонарики со свечкой внутри.

Во дворе обсерватории «расположились» огромные термометры, их ртутные головки находятся в двух метрах от земли – именно на этом расстоянии показатели температуры воздуха самые точные.

Очень ответственной является деятельность отдела гидрологии, состоящего из двух групп: группы наблюдений с сетью из 15 гидрологических постов, 9 из которых являются стоковыми, и группы гидрологических прогнозов. Эта группа на основании полученных материалов наблюдений с постов, расположенных в бассейне нашего водохранилища, занимается подсчетом бокового притока и составлением специализированных гидрологических прогнозов Рыбинского и Угличского водохранилищ. Без своевременных и точных прогнозов невозможна нормальная работа ни сельскохозяйственных предприятий, ни судоходства, ни даже МЧС - что еще раз под­тверждает важность и значимость гидрометеослужбы.

В любую погоду гидрологи выходят на открытую площадку, на которой находятся приборы, и проверяют их показания.

Стараниями группы связи модернизирован приём и передача синоптического материала, а также всей информации по прямому каналу в Ярославский ЦГМС.

Все отделы имеют компьютеры, поставлены программы для обработки материалов по гидрологии, метеорологии, химии воды и воздуха.

На протяжении всего времени существования обсерватории химики комплексной лаборатории проводят мониторинг поверхностных вод суши на территории Ярославской области и атмосферного воздуха в нашем городе.

Перед самым входом в обсерваторию на небольшой огороженной лужайке установлены приборы необычной формы. Один замеряет количество выпавших осадков, а два других - приемник и передатчик - замеряют облачность. Принцип их работы удивительный. Через огромное увеличительное стекло в небо к облакам направляется мощный луч света, через мгновение, коснувшись края облака, он возвращается к приемнику. Полдела сделано, а дальше синоптики обрабатывают полученную информацию на компьютере.

Вообще-то, названия приборов в обсерватории звучат трудновато. Например, анеморумбометр. Он указывает направление и скорость ветра. Плювиограф определяет точное количество осадков.

Все 67 лет Рыбинская ГМО выполняет работы по контролю воды естественных водоёмов или как сейчас называется программа работ Федерального назначения по мониторингу загрязнения природной среды.

,

заведующая филиалом № 2

Молога: на дне и в сердце

(к 70-летию затопления Мологи)

На протяжении многих лет наша библиотека собирает материал по истории нашего микрорайона. Одна из важных тем в этой работе – работа по сохранении памяти города Мологи. Трагическая судьба «Русской Атлантиды» тесно переплелась с биографией нашего поселка. После того как 13 апреля 1941 года «рукотворное море» затопило мологскую низменность и с лица земли исчезли 700 сел и деревень, а также целый город Молога, более 130 тысяч жителей были переселены на новые места. Несколько тысяч мологжан обрели свою вторую родину на Слипе.

Для молодого поколения это одна из страниц нашей истории, которую они должны знать и помнить. Работники библиотеки проделали большую работу по сбору материалов и фотографий, их обработке и увековечению памяти наших земляков – мологжан.

Ежегодно в апреле месяце совместно с землячеством мологжан проводим Дни памяти города Мологи. Для юношества проводим уроки краеведения «Чтобы память о Мологе жила», встречи с мологжанами, презентации новых книг о Мологе и мологском крае. Многие мероприятия проходят с показом документальных фильмов о Мологе.

Подрастающее поколение должно знать о Мологе не только по книгам и фильмам, но и по рассказам очевидцев. К сожалению, живых свидетелей той трагедии, остается все меньше и меньше и сейчас особенно актуальной стала задача сохранения исторической памяти о событиях тех лет, той памяти, которую хранят очевидцы тех лет, бывшие мологжане.

К печальной дате -70-летию затопления города Мологи, мы провели вечер-встречу «Молога: на дне и в сердце» для учащихся 8-9 классов школ микрорайона с мологжанами, на котором они поделились своими воспоминаниями.

Работа по сбору материалов о мологжанах, жителях нашего микрорайона, ведется нашей библиотекой уже не первый год, (собран материал о Юрии Михайловиче Дележеве, в этом году записали воспоминания Николая Михайловича Новотельнова). Материал собирался из газет, воспоминаний мологжан.

Мы хотим вам рассказать об удивительном человеке, мологжанине, ветеране Великой Отечественной войны - Николае Михайловиче Новотельном. Он является частым гостем нашей библиотеки и наших мероприятий – рассказывает подрастающему поколению о Мологе, откуда он родом, как воевал, как в Берлине услышал весть о Победе, о своей работе.

Николай Михайлович Новотельнов родился 15 февраля 1925 года в городе Молога на улице Коммунистической, дом 93. За его плечами много памятных и ярких событий. Он воевал, поднимал село, учил молодежь любить труд на земле, когда работал преподавателем. Быстро пробежало время, оставляя зарубки о самом - самом…

Далекое безоблачное детство – таким оно было у маленького Николая – даже сейчас, по истечении стольких лет, часто всплывает в его памяти. Он как бы вновь ощущает теплоту родительского дома, вспоминает родную Мологу, места, где прошло детство, где играл со сверстниками в мальчишеские игры (футбол, волейбол, городки…).

Николай Михайлович вспоминает:

Род Новотельновых древний, купеческий уже с середины 17 века. Мой дед - Федор Николаевич был купцом второй гильдии, гласным Мологской городской думы. А наш родственник - Григорий Новотельнов был бургомистром Мологи и у себя в доме принимал посольство Павла 1 во время его визита, об этом даже в исторических книгах написано. Моя дочь Галя посидела в архивах и раскопала всю нашу родословную до пятого колена, начиная с 18 –го века.

Несчастье постигло семью Новотельновых незадолго до революции. Дед - Федор Николаевич обанкротился и перед революцией умер. Потому и репрессии избежал. А вот его сыну Михаилу - не удалось.

Отец Николая Михайловича - Михаил Федорович закончил техническое училище им. Комарова в Рыбинске. И сразу ушел на войну, участвовал в знаменитом Брусиловском прорыве, за это был награжден медалью. Затем воевал на Гражданской войне. Вернулся в 1919 году, а через год женился на учительнице мологской школы Елизавете Семеновне Иевлевой. Молодую учительницу посылали на борьбу с безграмотностью в глухие деревни. Оттуда она писала теплые и душевные письма мужу. Николай Михайлович листочки с выцветшими чернилами хранит до сих пор.

Вспоминая мать, Николай Михайлович наделяет ее самыми красивыми эпитетами: нежная, добрая, спокойная, ласковая, любила петь, трудолюбивая, она следила за учебой сыновей, старалась вырастить их трудолюбивыми.

- У нас было хозяйство, - вспоминает Николай Михайлович, держали корову, свиней, кур. Мы, дети, помогали маме в уходе за животными, на огороде.

- Каких-то особенно тяжелых времен, голода в раннем детстве я не знал, - вспоминает Николай Михайлович. – В 20-е годы жили мологжане ровно – ни бедных, ни богатых. У всех свое хозяйство. С благодарностью он вспоминает отца, по стопам которого пошел. Отец по профессии был техником-механиком, он и привил сыну любовь к технике. Папа руководил артелью «Металлист», потом работал инженером на единственном в стране элеваторе луго-пастбищных трав, где готовили их семена. Отец был арестован 1936 году, якобы за политический анекдот, который он где-то рассказал. Маленький Николай хорошо запомнил день ареста - к дому подошли милиционер и понятые. Устроили обыск – все перевернули, но ничего не нашли. Поэтому взяли дипломы об образовании матери и отца, потому что на них были портреты царя. Вот и весь компромат. Отец был осужден по 58 статье пункт 10, ему припомнили буржуйское происхождение и дали шесть лет лагерей без права переписки. Из заключения он не вернулся. Пришло извещение о его смерти, что он умер в феврале1941 года, на золотых приисках под Магаданом. прочитал «Колымские рассказы» Варлама Шаламова.

- Мне стало ясно, что там был ад, - заключает сын репрессированного.

Как раз в год ареста отца вышло постановление правительства о строительстве ГЭС и переселении из затопляемой зоны.

В 1936 году жители начали получать первые повестки на выселение. Кого-то приютили родственники в других городах. Кто-то переселился в глухие деревни, бросив на произвол судьбы свои дома в Мологе. Из 680 деревянных домов, что были в Мологе-220 оценочная комиссия признала не пригодными, а это значило, что 220 семей можно смело выселять в Никуда, без надежды на получение жилья. Признанные пригодными для жилья дома разбирали, делали плоты и переправляли по Волге.

- Люди уезжали целыми деревнями, чтобы не терять добрых соседей, чтоб на новом месте было легче обжиться, помогая друг другу, - вспоминает Николай Михайлович. Конечно, тяжело было расставаться с родными, обжитыми местами. Но сказали, что надо переселяться….

- Из Мологи потихоньку начали уезжать большие семьи. Мы не торопились, до последнего не хотелось верить в то, что города не будет. Брат Федор ушел в армию, а я, 14-летний, остался с мамой один. Разбирать дом в нашей семье оказалось некому. На подмогу прислали зэков из Волгостроя. Они и разобрали бревна, связали в плоты, на которые погрузили наши нехитрые пожитки. Как и многие жители Мологи, мать с сыном в 1940 году в мае месяце переселяются на Слип на улицу Пестеля, д. 3.

Все переселение вынесли на своих плечах. Новое место на Слипе оказалось далековато от берега. Мы с мамой таскали бревна вручную. Рабочие собрали дом кое-как. Бревна и доски были напитаны водой, когда они высохли, щели были везде. Пришлось самому перестилать полы и потолки, все утеплять, глину таскать, конопатить... До сих пор стоит фамильное строение – крепкое, добротное.

- Так вот, дом поставили – и война сразу, продолжает Николай Михайлович в 41-м мы с мамой не успели достаточно картошки посадить. Земля-то – целина, а работников – я и мама. К новому году картошка закончилась, потому что только ее и ели, а в магазинах ничего нет. На комбикормовом заводе давали по пуду комбикорма в одни руки, а в очереди за этим комбикормом стояли двое - трое суток. Вот его мололи вручную и кашу варили. Я в речном техникуме учился, там хотя бы кормили обедом, но ведь молодой, здоровый парень – есть хочется. После техникума пошел на маяк шофером, там тоже была столовая. В марте 41-го стало полегче - пошла рыба на нерест, галок, ворон стрелял. Конечно, голодали, но по сравнению с моей Валей (женой Николая Михайловича), которая блокаду пережила и похоронила всех родных, а весной, девченке пришлось хоронить умерших за зиму ленинградцев – то это все ерунда.

В 1941 году, часть, где служил брат Николая Федор, перебрасывают на фронт. Вскоре от него приходит последнее письмо – он пропал без вести под Бобруйском.

На фронт Николая забрали в январе 1943 года. Много трудных солдатских дорог прошел Николай Михайлович. Он дошел от Можайска до Берлина: освобождал Смоленск, Минск, Борисово, Познань, Варшаву, Берлин. Награжден медалями «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», а также орденом Великой Отечественной войны.

Говорят, что повезло – попал в войска радиоразведки. Разведчики шли за основными частями и слушали радиоэфир. Берлин взяли 2 мая, а 4 мая Николай Михайлович уже входил в город. О победе радиоразведчики узнали первыми в части. Сообщение-то по радио передали. Что тут началось – город гудел от криков и стрельбы в воздух. В Берлине Николаю пришлось служить еще долго - до 1947 года, ведь солдаты потом восстанавливали город.

- Вот все о рейхстаге говорят, – удивляется Новотельнов. – Спрашивают, расписался ли я на нем. А там сразу после войны на площади была стихийная барахолка. Торговали немцы одеждой, американцы продуктами, а русские – чем придется, меняли в основном, у кого что трофейное. Поэтому там, у рейхстага, было все настолько грязно, идти просто не хотелось…

После Германии служил в Ульяновске, потом в Армении. В 1949 году за 3 месяца до возвращения Николая домой – умерла мать в 52 года.

- Мама не дождалась меня, потому что холод и голод подорвали ее здоровье, - с горечью вспоминает Николай Михайлович. Попрощаться не успел, лишь сходил на кладбище земельки бросить и поплакать на могиле любимого человека.

Учеба и труд переплетаются в его судьбе на протяжении всей жизни. В 1950 году поступает на работу в Рыбинскую МТС механиком, а после окончания специальных курсов был комбайнером, бригадиром тракторной бригады. С 1953 по 1960 годы работает преподавателем в ремесленных училищах №14, 25 и мастером производственного обучения и при этом учится сам: заочно во Всесоюзном сельскохозяйственном институте, где получает специальность инженера механика. После окончания института начинается большая ответственная работа – сначала на моторостроительном заводе в должности заместителя начальника транспортного цеха. С 1962 по 1986 годы Николай Михайлович – главный инженер и начальник управления сельского хозяйства Рыбинского района. Это были годы трудные, но полные интересных событий. Про свою работу говорит коротко и просто:

- Я в кабинетах не сидел, а все по полям, по хозяйствам километры наматывал. В кабинете был, только когда отчет составляли или сводку, или совещание какое. Ведь проблемы все нужно было знать изнутри, особенно перед уборочной и посевной: лично проверить готовность техники, поговорить с каждым механизатором, шофером, бригадиром.

Выйдя на пенсию, с 1986 по 1995 годы Николай Михайлович преподает в училище №23 и работает мастером производственного обучения. Его вспоминают добрым словом не одно поколение трактористов, шоферов, специалистов сельскохозяйственного производства. Всю жизнь он трудился на земле. Не мыслит жизни без любимого огорода и хозяйства.

- Раньше держал птицу - гусей, кур, уток и зверье: кроликов, нутрий, ханориков. Особенно по душе Николаю Михайловичу были кролики, он даже был членом городского общества кролиководов. А также – кактусоводов. Около 50 сортов кактусов насчитывала его коллекция. При этом часть семян он привез с войны – из захваченного Берлина. Но во время работу на ответственном посту инженера районного управления сельского хозяйства на колючие тропические растения не оставалось времени. Поэтому коллекция постепенно исчезла. От кактусов и кроликов остались только почетные грамоты: «Лучшему кактусоводу», «Лучшему кролиководу».

Николаю Михайловичу 86 лет, всю жизнь он прожил в частном доме на улице Пестеля, дом №3. Большой дом выглядит очень молодо - ухожен, летом весь утопает в зелени, цветах, хотя ему наверное больше двух сотен лет. Сохранились метки на бревнах, которые ставили еще в Мологе. Так и хочется сравнить этот дом и его судьбу с судьбой простых и душевных его хозяев – супругов Николая Михайловича и Валентины Александровны Новотельновых.

Надежным другом и советчиком на всю жизнь стала для Николая Михайловича его жена Валентина Александровна. С женой, Валентиной, Николай познакомился еще в 1936 году. Двоюродная сестра из Колпина дружила с ней, а Николай у нее гостил. Потом Валентина сама приехала в Рыбинск к своей подруге, в то время, когда та жила у Николая в доме. Ну а потом встретились еще и думали долго, ведь со времени знакомства до свадьбы 19 лет минуло. Брак их оказался долгим и счастливым. Вырастили двоих детей, у них четыре внука, три правнука и сами живут душа в душу. Шесть лет назад сыграли золотую свадьбу.

С годами Николай Михайлович ничуть не утратил интереса к жизни, он по-прежнему активен, у него много друзей и единомышленников. С 2002 года 8 лет Николай Михайлович ходил в хор «Слипчанка» при ДК «Слип», играл на балалайке и пел.

В 1976 году было организовано добровольное общество «Землячество мологжан», которое объединяет жителей затопленного города, их детей, внуков.

Николай Михайлович является членом правления Землячества. Мологжане собираются ежегодно, делятся новостями, вспоминают прожитые годы.

При первой встрече мологжан было всего около 25 человек. Она прошла в саду у Николая Михайловича. И на этой встрече решили собираться ежегодно во вторую субботу августа. Ну а потом, это превратилось в традицию. Собирались все, кто помнит Мологу, и сейчас на этих встречах бывает 200 и более человек.

Наверное, самой дорогой вещью в домах и квартирах бывших мологжан являются фотоальбомы. В них хранятся зримые образы прошлого. Это не только родные лица, но и те места, в которые никогда не приехать, которые никогда не увидеть воочию. Они безвозвратно утрачены под водами рыбинского моря. Николай Михайлович бережно хранит все фотографии, перелистывает страницы старого альбома и вспоминает родной город Мологу.

Как все это дорого, памятно и не отболело…

Долгое время о Мологе не говорили или говорили шепотом. И лишь спустя многие годы началось паломничество на родину, которая скрыта под водами рыбинского моря. Николай Михайлович со многими мологжанами посетил родные берега.

По инициативе мологжан в 1995 году создан музей города Мологи, для них – это частичка того мира. В церкви Иверской иконы Божьей матери установлена мемориальная доска «Русскому граду Мологе…».

В 1991 году день 14 апреля был объявлен Днем памяти Мологи.

И пока живы люди помнящие Мологу, а их осталось совсем немного, жив этот город, и этот край. Память можно заставить молчать, но нельзя уничтожить. И самое главное – есть возвращение памяти. А мы помогаем поддерживать эту память.

,

библиотекарь филиала № 17

Книга, пережившая блокаду

На моём столе хранится

Сбережённая с войны

Неприметная вещица …

В. Азаров

Со времени снятия блокады прошло 67 лет. Но раны, нанесённые городу и людям, не зарубцовываются до сих пор. Память и время хранят реликвии тех страшных, нечеловеческих лет. Это дневники, письма, книги и вещи, пережившие весь этот кошмар. В квартирах старых ленинградцев до сих пор можно встретить следы блокады – тёмные пятна на полу от «буржуек». Среди блокадников бытует суеверная примета: если эти пятна уничтожить, всё может повториться снова.

В марте 1997 года, гуляя по Арбату, я оказалась в музее – квартире . Вместе с группой экскурсантов я поднялась на второй этаж. Рядом с лестницей была расположена выставка подарков. В застеклённой витрине были выставлены подарки знаменитых пушкинистов, потомков поэта, коллекционеров и простых граждан, которые принесли свои дары: прижизненные издания поэта, вещи той эпохи, портреты современников Пушкина и многое другое. Экскурсовод рассказала, что к столетию со дня гибели великого поэта Академия Наук СССР предприняла издание полного собрания сочинений . В витрине был выставлен 7 том данного издания («Драматические произведения»). Почему этот том стоял здесь?

В годы войны один из солдат носил этот увесистый том в вещевом мешке и в перерывах между боями читал строки любимого поэта. В одном из боёв он должен был получить тяжелое ранение, но его спас Пушкин. Пуля застряла между корками книги, лишь повредив листы. Далее я узнала, что таких томов в стране известно 8 экземпляров и все они в повреждённом виде.

Я не удержалась: «Их девять! Именно такой том в конце прошлого года я получила в подарок на День рождения». На титульном листе издания книги была сделана надпись: « Ирочке от Пушкина, пережившего блокаду Ленинграда. На память г. с. 96 г. г. Рыби6нск.» Этот том не сгорел в топках блокады.

Валентина Григорьевна Буракова – студентка лечебного отделения Первого Ленинградского медицинского института. В 1938 году в институт поступило 900 человек. 227 человек пришли к финишу. 40 из них получили диплом с отличием. Я много слышала рассказов Валентины Григорьевны. Читая дневники Веры Инбер, я находила то, о чём рассказывала Валентина Григорьевна. Вера Инбер – маленькая, седая, элегантная, подтянутая. (1890 г. р.) Песни на её стихи пел . В советское время большими тиражами выходили её сборники прозы и поэзии. В последнюю неделю августа 1941 года вместе со своим мужем профессором медицины Ильёй Давыдовичем Страшуном она уезжает в Ленинград. Муж был назначен директором Первого Ленинградского медицинского института. Вера Инбер пишет о том времени, когда студентов становилось всё меньше и меньше. На занятия не являлись и преподаватели.

«Однажды, в январские сумерки, проходя по коридору я увидела, как "Девочка-студентка, оставшись одна, всем своим существом припала к еле теплой круглой печке. Охватила ее двумя руками, прижалась к ней лбом. Посидела так с закрытыми глазами и снова пересела вплотную к студеному окну, куда проникал закатный свет. И снова за книгу. В том же январе, только не в сумерки, а поздно вечером, мне срочно понадобилось в Большой советской энциклопедии слово «Ленинград». Я спустилась вниз, в кабинет, где в шкафу был заперт словарь.

Вхожу, а в кабинете — дежурные по зданию: студент и студентка. Он примостился па стульях у печки. Она (я даже не сразу поняла, что это девушка), опухшая, в мужской шубе, в шапке, близорукая, в выпуклых очках, при свете коптилки готовится к зачету по гистологии.

Мариэтта мне потом сказала, что эта студентка в тот день похоронила одновременно отца и мать. Отец умер несколькими днями раньше, но мать сказала: «Погоди хоронить, похоронишь нас вместе».

Книга в блокадном Ленинграде значила очень много. Она духовно и морально поддерживала умирающих. Скромный, порой незаметный труд библиотекарей, печатников, корректоров был подвигом. Он входил в сумму общих усилий. В блокадную зиму 1942 года в городе начался голод на книги. На улицах появились книжные развалы. Быстро расходилась русская и зарубежная классика, произведения современных писателей. Ленинград и в блокаду был самым читающим городом. По радио звучали популярные в то время произведения: А. Толстой «Русский характер», Ф. Кноре «Встреча в темноте» и др... Тогда выходили книги. В годы блокады вышло 1500 изданий. Тиражитысяч немедленно раскупались. В библиотеках охапками брали книги у чуть живых библиотекарей. Многие библиотеки продолжали работать всю блокаду. Не на день не закрывались двери Государственной публичной библиотеки им. – Щедрина. Ничего, что сократилось число читателей. В первую блокадную зиму в читальных залах царил леденящих холод. Сотни ленинградцев сидели в пальто и шапках, перелистывая страницы книг, газет, журналов, атласов и делали из них выписки. Это были инженеры, рабочие, врачи и медсёстры, офицеры и солдаты Красной Армии, педагоги и учащиеся, научные работники, архитекторы, литераторы, журналисты. Библиотека им. – Щедрина издавала книги, устраивала выставки, передвижки, посылала литературу в госпитали. Библиотекари выступали с лекциями. 26 января 1942 года было выключено электричество. Появились коптилки. Холод гулял по залам. Взрывной волной были выбиты стёкла. Чернила замерзали и превращались в ледышку. При сигнале воздушной тревоги читатели спускались в бомбоубежище вместе с книгами. В бесчисленных промёрзлых квартирах, лёжа, при свете коптилок, кто в платках, кто в меховых шапках, в шубах и ватниках читали. Книга спасала и физически. Не было дров. Греться у тёплой печки было счастьем. Чтобы согреться в своих квартирах жгли буквально всё. Топили мебелью, паркетом, книгами. Разбирали заборы, деревянные дома. В комнатах темно и страшно. А ещё от затопленной печурки - «буржуйки» шёл едкий дым, ел глаза. Жгли книги. В топку шли классические энциклопедии, собрания сочинений Шекспира, Гёте, Шиллера, Пушкина, Льва Толстого. Книгами было топить гораздо труднее. Целиком книги не сгорали. Следовало вырывать по листку, комкать его и бросать в огонь. Трубы печурок забивались сажей. Часто приходилось выгребать золу. В бумаге содержалось много мела, который не горел.

Из дневника Веры Инбер:

2 ноября 1942 года

«Вчера в большом зале нашего райкома был выпускной институтский вечер... Он сошел отлично, а как И. Д. волновался из-за него!.. Я тоже выступала».

Об этом вечере рассказывала и Валентина Григорьевна. Она говорила, что помнит Веру Инбер, её мужа и небольшой праздничный ужин. Им выдали несколько печений, небольшая винегрета, чай с сахарином, бутерброд с селёдкой и медицинский спирт. В ноябре 1942 года она с отличием окончила досрочный выпуск. А потом работала участковым: принимала больных и ходила по вызовам. Город выгорал среди ледовых руин. Помимо того, она была обязана ходить по квартирам и выявлять оставшихся в живых. Многие из них уже не могли ходить. Один раз, обходя квартиры в поисках живых людей, она открыла дверь. Из одной комнаты был виден свет коптилки. За столом сидел старичок, закутанный в старый плед, и читал. Это был профессор, который завтра должен был отправиться в эвакуацию. Он сказал: «Сюда я скорее всего не вернусь. Если у вас есть силы, берите всё, что унесёте.» Он имел ввиду книжные сокровища. Валентина Григорьевна говорила, что библиотека была уникальная. Но девушка была до того истощена, что смогла увезти на саночках всего три книги: 2 тома из собрания сочинений («Братья Карамазовы») издания Брокгауза и Ефрона (издательство существовало с 1811 года) и 7 том Пушкина («Драматические произведения»).

С открытием Дороги жизни, Валентина Григорьевна выехала в Вологду, вместе с матерью. А затем приехала в Рыбинск и устроилась в Волголаг на должность врача. Вместе с Валентиной Григорьевной в эвакуацию отправился том Пушкина. Валентина Григорьевна имела 52 года медицинского стажа. Работала врачом – педиатром. Она награждена медалью «За оборону Ленинграда».

Валентина Григорьевна Буракова ушла из жизни на восьмидесятом году. Её помнит не одно поколение жителей посёлка Переборы. 30 марта 2000 года мы прощались с Валентиной Григорьевной. Я посвятила ей стихи.

Девчонка сгорает в ледышке блокады.

Обстрелы, налёты, кромешная мгла…

Соборы и церкви стоят в маскхалатах.

Из серых раструбах несутся слова:

«Внимание! Штаб ПВО…» - и тревога.

Ты выжить смогла, чтобы многих спасти

Советом, участьем, не броскостью слога,

Чужую беду оставляя в груди.

Щемящая боль от внезапной утраты,

Беспомощность слов и признанье в любви…

Пусть память останется лучшей наградой

За щедрое сердце и силы души.

,

заведующая библиотекой-филиалом № 5

История Рыбинского учебно-производственного предприятия Всероссийского Общества слепых

Нет неба и полей,

Лесов, домов, животных и людей.

Зимой нет снега, летом нет цветов.

Нет рек, озёр, и нет морей.

Не вижу я своих детей,

Ни взглядов добрых или злых,

Вещей прекрасных иль плохих.

Все ночь, да ночь...

, член Рыбинского ВОС

Статистика не радует: число инвалидов по зрению растет ежегодно. И среди них все больше молодых: жертвы травм, заболеваний, получившие ранения в горячих точках.

Чтобы представить ощущения слепого, здоровому человеку достаточно простого опыта. Завяжите себе глаза непроницаемой повязкой, и вы сразу почувствуете полную беспомощность, потеряете ориентацию в собственной квартире, в мгновение ока дверь в мир привычной жизни захлопнется.

По данным Федерального бюро медико-социальной экспертизы, потребность инвалида по зрению в реабилитации очень велика: в профессиональной нуждается 83 процента, в медицинской – 94, в социально-средовой, социально-бытовой – 65 процентов.

Так, в целях трудовой реабилитации и социальной адаптации инвалидов по зрению постановлением Ярославского областного правления ВОС 21 августа 1944 года были организованы Рыбинские производственные мастерские. Мастерские располагались по адресу ул. Чкалова, д. 3. Число работающих – 30 человек. Продукция – рыболовные сети, хозяйственные сумки «авоськи».

С 1948 года мастерские расширяются, переезжают в дом № 74 по улице Чкалова. Мастерские становятся предприятием – Щербаковским учебно-производственным предприятием ВОС. Увеличивается ассортимент выпускаемой продукции, инвалиды изготавливают веревку, шорные изделия, мебельный, штукатурный и строительный материал – гвозди, шайбу, упаковочный уголок, кабельную катушку и картонажные изделия. Производили расфасовку спичек. К 1950 году число работающих увеличилось до 120 человек.

В 1964 году строится корпус в поселке Копаево, куда и переезжает предприятие. Основная продукция – электрошнур. Число работающих увеличилось до 236 человек. На это время приходиться расцвет предприятия: строятся производственные помещения, жилые дома, детский сад на 50 мест. Всего предприятие построило 5 жилых домов на 316 квартир. Все работающие инвалиды и их семьи обеспечены благоустроенным жильем.

В 1990 году закончилось строительство второго производственного корпуса площадью 5000 кв. м. Число работающих около 500 человек. продукция – электрошнур, щетинно-щеточные изделия, картонажные изделия, сборка люстр.

В годах на предприятии выпускали декоративные шторы, напольные коврики, массажные накидки для автомобильных кресел, пробки для ванн и раковин, прищепки для белья, деревянные декоративные шкатулки, хлебницы. Но продукция оказалась нерентабельной и ее выпуск прекратили.

В 1995 году предприятие вновь приступило к выпуску швабр из мочала, а также веников и швабр из синтетического шпагата. Впервые швабры стали выпускать в 1995 году, когда в Рыбинск после ликвидации Любимского УПП ВОС, специализирующегося на выпуске швабр из мочала, приехали инвалиды по зрению, для трудоустройства которых и был организован этот участок, прекративший впоследствии свое существование в связи с освоением шнура.

19 сентября 2007 года предприятие было переименовано в Верхневолжское электроизделие». Сейчас на предприятии продолжают выпускать электрошнур, щетинно-щеточные и ритуальные изделия.

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7