Современный русский язык синтаксис (стр. 14 )

2 Очерки по стилистике русского языка. С. 281.

186

щения: Он нам сразу понравился, прямой, приветливый, даже в больничной одежде выглядевший подтянуто — командир (газ.). Номинативы со значением оценки и обобщения сближаются своей предицирующей (сказуемостной) функцией по отношению к предшествующему высказыванию.

Номинатив может называть признаки предмета, обозначенного в предшествующем сообщении, его отличительные детали: Иркутск — превосходный город. Совсем интеллигентный. Театр, музей, городской сад с музыкой, хорошие гостиницы (Ч.); И вот к нему пришла маленькая женщина с мальчишеским лицом, задумчиво-плутоватым и смешливым. Голубая майка. Стриженые волосы (Пан.); может называть предметы, с которыми связано содержание высказываемого сообщения: Желтым выцветшим прожектором осветили два вездехода на черном снегу. Стали грузиться. Бензин. Продукты. Рация. Спальники (газ.); может сообщать о содержании того восприятия, которым сопровождается действие, обозначенное в предшествующем предложении: Вспомнил я про яму в конюшне. «А ну-ка, говорю, давайте поглядим, что там сейчас». Пошли туда — новый пол, недавно настланный (В. Ов.).

Эти функции постпозитивного именительного, естественно, не исчерпывают всех возможных случаев. Однако все эти именительные объединяются общим синтаксическим свойством: свое функциональное качество приобретают в результате воздействия предшествующего контекста и как самостоятельная синтаксическая единица не существуют, именно этим они отличаются от номинативных предложений, которые сами по себе, безотносительно к предшествующему и последующему предложениям, выражают значение бытия, утверждают его существование или указывают на его наличие.

Таким образом, все частные значения постпозитивного номинатива всецело определяются функционированием данной синтаксической единицы в конкретных речевых контекстах. Что же касается общего синтаксического свойства и формы выражения, то в этом смысле все они одинаковы. С точки зрения стилистической, это очень экономное средство выражения, вполне соответствующее требованиям лаконичной и вместе с тем насыщенной смыслом речи. Только разговорная речь могла послужить основой для формирования таких емких по содержанию конструкций, так как именно в устной речи имеется возможность использовать интонацию как средство выражения необходимого содержания. Своеобразная интонация, объединяющая постпозитивный номинатив с предшествующим предложением (а иногда и рядом предложений), является компенсатором

187

отсутствующих, но логически возможных словесных компонентов описательной конструкции (в виде самостоятельного предложения), способной выразить развернуто то содержание, которое передается одним только номинативом. Ср., например: Подле отеля был новый, двухэтажный дом, внизу двери открыты настежь. Мы заглянули: магазин (Гонч.). — Мы заглянули: то, что мы увидели, был магазин. Нетрудно убедиться, что первый способ передачи мысли более удобен и выразителен и интонация при таком способе выражения несет на себе очень большую нагрузку. При втором способе интонация играет меньшую роль, так как необходимый смысл выражен лексически.

Употребление номинативов становится весьма продуктивным стилистическим приемом в художественной литературе, а также в газетно-журнальных публикациях, где задача эмоционального воздействия на читателя имеет не меньшее значение, чем передача информации. По этой же причине такие конструкции отсутствуют в стиле научном, хотя в научно-популярной литературе они уже не редкость, например: Борьба за честь русских имен, за обогащение их состава (включая народные варианты), за грамотное унифицированное написание их, за включение в именословы забытых имен и имен народов нашей страны, а также некоторых новых — не является ли это одной из задач популярного журнала «Русская речь»? (журн.).

О широте распространения номинативов могут свидетельствовать примеры использования их именно в научно-популярной статье, например: Сверхзвуковые пассажирские лайнеры. Электронный мозг, управляющий сложнейшими технологическими процессами. Телеантенны над затерянными в горах чабанскими кочевьями... Новейшие достижения науки и техники прочно входят в нашу жизнь (газ.).

Однако такая удобная своей наглядностью и лаконичностью конструкция при частом применении легко становится литературным штампом.

§ 56. ГЕНИТИВНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Своеобразную группу в русском языке составляют односоставные предложения, имеющие в качестве главного члена независимый родительный падеж имени, который не только передает значение наличия, существования предмета (бытийность), но и характеризует его с точки зрения количественной (утверждается избыточность чего-либо). Такие предложения называются генитивными. На-

188

пример: Народу!; Смеху!; Цветов, цветов! Генитивные предложения свойственны разговорной речи (огромную роль в их оформлении играет интонация), они часто имеют в своем составе частицы, усиливающие количественный оттенок значения: — То-то смеху, — сказал он, возвращаясь (Л. Т.);— Еды-то, еды-то, — сказал генерал (С.-Щ.); — Ох и шуму, — сказал учитель, войдя в класс.

Генитивные предложения часто имеют в своем составе прямые (лексические) указания на количественное значение. Эти слова или словосочетания вместе с формой родительного падежа образуют грамматическую основу предложения, причем типовое значение таких предложений 'сообщение о количестве названных предметов' передается расчлененно — род. п. + количественное слово или словосочетание. Такие предложения есть основания считать двусоставными, с особой (генитивной) формой одного из главных его членов. Иногда такой генитив прямо и называется подлежащим, а сам тип предложения — генитивно-количественным1. Например: Воды в трюмах — 30 сантиметров (Пауст.).

Количественное значение может быть выражено неопределенно-количественными местоименными словами много, мало, немного или существительным в неопределенно-количественном значении: Нас много, мы играем, нам весело (Л. Т.); Мало слов, а горя реченька, горя реченька бездонная (Н.); фразеологизированным сочетанием: Считанное число солнечных дней; наречием: Вдоволь воды; Фонарей видимо-невидимо (Купр.); собирательным числительным: Коренных фронтовиков было шестеро (Сол.) и др.

Генитивные предложения всецело лежат в сфере разговорного стиля, они используются в основном в диалогической речи и в монологической, эмоционально окрашенной. Такая речь допускает постановку на месте количественного слова даже фразеологизированного предложения. Например: Денег — кот наплакал; Рыбы — хоть руками из воды таскай; Специалистов — раз, два и обчелся2; Кавалеров-то у нас, один, другой — обчелся, гулять-то не с кем (А. Остр.).

Место генитивных предложений в системе простого предложения определяется нечетко. Иногда их относят к особым разновидностям безличных предложений3, в других случаях — к односоставным под-

1 См.: К вопросу о предложениях с количественными словами в составе главных членов//Русский язык в школе. 1961. №2; Модели количественных предложений и связанное с ними употребление глаголов// Ученые записки ЛГУ. Исследования по грамматике русского языка. V. 1973. № 000.

2 См.: Грамматика современного русского литературного языка. С. 561.

3 См.: Грамматика русского языка. Т. 2. Ч. 2. С. 37 — 38.

189

лежащным1. Чаще же — они вообще не упоминаются в классификационных рядах, так как не укладываются в привычную схему подлежащных — сказуемостных предложений.

Вряд ли правомерно включать генитивные предложения в систему безличных, так как категория безличности непосредственно связана со сказуемостью, а усматривать в форме генитива сказуемое нельзя: эта форма выполняет функцию называния предмета (или предметов) и утверждения его (или их) наличия в большом количестве, следовательно, функционально генитивные предложения ближе к номинативным, нежели к безличным. Сам генитив здесь имеет субъектное значение. Такие предложения можно в какой-то степени, хотя бы формально, сблизить лишь с безличными отрицательными2 типа Ни огня, ни черной хаты (П.); И кругом ни звука (М. Г.); функционально они различны, так как категория отрицания — категория сказуемостного плана3, и родительный, появившийся здесь в результате эллипсиса глагола бытия4 (ср.: Не было ни огня; Нет ни огня), обусловлен глагольной зависимостью, в то время как в генитивных предложениях типа Грибов-то! родительный не может быть объяснен зависимостью от глагола, он вообще не является зависимым словом5. Независимость синтаксической позиции такого генитива приводит некоторых лингвистов к выводу о функциональной близости его с подлежащим6.

1 См.: Синтаксис русского языка. С. 50, 60 — 61.

2 Такие предложения иногда рассматриваются даже как отрицательные номинативные. См.: Неполные предложения в современном русском языке. С. 78.

3 См.: Русский синтаксис в научном освещении. С. 387.

4 См.: Односоствные предложения в современном русском языке. С. 82.

5 См.: Синтаксис русского языка. С. 97, 119.

6 См.: Подлежащее — в родительном падеже?//Русская речь. 1969. № 6.

СЛОВА-ПРЕДЛОЖЕНИЯ

§ 57. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ

Среди простых предложений выделяется группа предложений, состоящих из одного слова или неразложимого сочетания частиц. Такие предложения обозначают простое утверждение или отрицание, выражают согласие или несогласие, дают эмоциональную оценку предшествующему высказыванию или содержат побуждение к действию. Слова-предложения представляют собой особый структурный тип и не могут быть отнесены ни к двусоставным предложениям, ни к односоставным. Они не имеют отдельных вычленяемых членов предложения и не служат номинации, так как ничего не называют.

Слова-предложения употребляются в диалогической речи. Они свойственны только разговорному стилю.

§ 58. ТИПЫ СЛОВ-ПРЕДЛОЖЕНИЙ

Слова-предложения делятся на несколько групп в зависимости от их функции в речи.

Утвердительные слова-предложения:

— Серой пахнет. Это так нужно?

— Да (Ч.);

— Становитесь по местам. Пора. Луна восходит?

— Точно так (Ч.);

— Правда, правда... — подумал Посудин. — И как я этого раньше не знал! (Ч.);

— Ну, хорошо, хорошо, — продолжал он, не глядя на мужиков,— я прикажу... хорошо, ступайте. (Мужики не поднимались.)

— Ну, да ведь сказал вам... хорошо. Ступайте же (Т.);

— А преконфузно, однако же, должно быть, если откажут.

191

— Еще бы! (Г.);

— Прощай, Сергей... Случится тебе быть на Волге — может, заглянешь?.. Симбирского уезда, деревня Мазло, Николо-Лыковской волости...

— Ладно, —сказал Сережка (М. Г.);

— Вам бы надо побриться, Глеб Иванович.

— Конечно, я сейчас (Закр.);

— Это понятно?

— Так точно, — тихо произнес комендант (Б. Пол.);

— Руки чешутся?

— Точно (Б. Пол.).

Отрицательные слова-предложения:

— Вас бы проводил кто-нибудь, моя крошка.

— О, нет, нет! (Ч.);

— Вы спите?

— Нет, — ответил гость (Ч.);

— Не люблю, когда на меня глядят.

— Неправда, любите (Б. Пол.).

Слово-предложение может представлять собой ответ, неопределенный по содержанию, значение его — промежуточное между утверждением и отрицанием:

— Вот увидишь, Савватеич, после тебе стыдно будет.

— Ничего, Федор Григорьевич, голый разбоя не боится (Б. Пол.).

Вопросительные слова-предложения:

— Петруша!

— А?(Ч);

— Евгений Николаевич!

— Спит, — вздохнул седоватый офицер.

— Евгений Николаевич!

— Ну?— Листницкий свесил ноги (Шол.);

— Ну-с, тетушка, — сказал хозяин, — сначала мы с вами споем, а потом попляшем. Хорошо? (Ч.);

— Да ведь Шипиловка только что числится за тем, как бишь его, за Пенкиным-то; ведь не он ей владеет: Сафрон владеет.

— Неужто? (Ч.);

— Он хотел доставить тебе удовольствие.

— Да? (Ч.).

Междометные эмоционально-оценочные предложения (выраженные эмоциональными междометиями):

Я ответил, что она [Маша] осталась в крепости на руках у попадьи. — Ай, ей, ай! — заметил генерал (П.);

192

— Батюшки! — изумился тонкий. — Миша! Друг детства! Откуда ты взялся? (Ч.);

— Боже мой, окунь! Ах, ах... Скорей! Сорвался! (Ч.);

— Тьфу! — удивилась Раиса, пожимая плечами и крестясь (Ч.);

— О-о! — застонал громадный мужчина. — Уши вянут. — Старичок, его сосед, тихонько засмеялся (Шукш.).

Междометные побудительные предложения (выраженные императивными междометиями):

— Бедная, плачет теперь где-нибудь в потемках! — думал он. — А извозчик на нее: цыц! цыц! (Ч.);

— Цыц! — крикнул на нее хозяин (Ч.);

— Я люблю вас!

— Тс... (Ч.);

...Незнакомец вдруг схватил себя за голову, изобразил на своем лице ужас и закричал: — Караул! (Ч.);

Ау! Константин Гаврилович... Ау! (Ч.);

— Не играйте! — замахали старшины музыкантам. — Тс!.. Егор Нилыч спит... (Ч.);

— И баста! — вслух сказал Олесь, останавливая тягостные мысли (Б. Пол.).

НЕПОЛНЫЕ И ЭЛЛИПТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

§ 59. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ О НЕПОЛНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ

Неполным называется предложение с лексически незамещенными синтаксическими позициями. Те или иные формально организующие его члены (главные или второстепенные) без называния ясны из контекста или речевой ситуации. Функционирование неполных предложений всецело связано с закономерностями построения текста.

В сложном предложении Вот этот сок нужен липе, тот — ландышу, тот — сосне, а тот — папоротнику или дикой малине (Купр.) только первая часть характеризуется полнотой грамматической структуры, а все остальные — неполные, пропуск главных членов в них — сок нужен — обусловлен контекстом, т. е. наличием их в первой части предложения.

Незамещенность членов грамматической структуры этих предложений проявляется в употреблении словоформ в функции зависимых членов: форма определения тот (мужской род, единственное число, именительный падеж) обусловлена формой неназванного подлежащего сок, форма дополнений ландышу, сосне, папоротнику, малине (дательный падеж) — неназванным управляющим сказуемым нужен. Таким образом, несмотря на формальное отсутствие, эти члены участвуют в формировании предложений, скрепляют, организуют его структуру.

Неполнота таких предложений не мешает им служить целям общения, поскольку пропуск тех или иных членов не нарушает смысловой законченности и определенности данных предложений. Например: — Что беречь? — Ну, скажем, птицу разную. Или лес. Или воду, чтобы прозрачность в ней была. Все, брат, береги (Пауст.).

В этом отношении неполные предложения отличаются от предложений недосказанных, являющихся прерванными по тем или иным причинам высказываниями, например: Хотя погоди, Калинина, а что, если... Нет, так это не получится... (Б. Пол.); — Ты

194

уж посодействуй там, где нужно, чтобы... — тут старик делал выразительную паузу и с ликованием в голосе завершал: — Чтобы мир — во всем мире! (Сол.).

Неполные предложения по своей структуре относятся к тем же типам, что и полные. Пропуск отдельных членов предложения может быть как у предложений распространенных, так и нераспространенных, односоставных и двусоставных.

— Покорно благодарю, доктор!

— За что? — остановился тот.

— За заботу (М. Г.);

— А куда же он едет?

— Учиться. В гимназию его везем (Ч.).

Соотнесенность с полными предложениями обнаруживается наличием в таких предложениях слов, сохраняющих грамматические функции и формы, свойственные им в соответствующих полных предложениях.

§ 60. ТИПЫ НЕПОЛНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ

Неполные предложения делятся на контекстуальные и ситуативные.

Контекстуальными называются неполные предложения с неназванными членами предложения, которые были упомянуты в контексте: в ближайших предложениях или в том же предложении (если оно сложное). Например: По одну сторону прорыва, скрестив руки, в женском малиновом берете — фигурант с голубыми глазами и маленькими черными усиками над загнутыми в мефистофельскую улыбку тонкими, змеистыми губами. По другую стоял начальник, и каждый знал, что начальник сейчас за правду стоит и ни одной минуты не поколеблется (Пришв.). В первом предложении опущено сказуемое стоял (во втором предложении оно имеется), во втором — часть обстоятельства сторону (в первом предложении однотипное обстоятельство дано полностью — по одну сторону).

Среди контекстуальных предложений выделяются разные типы.

1. Простые предложения с неназванными главными или второстепенными членами (отдельно или по группам).

Отсутствие подлежащего:

— Постой, ты кто же? — удивился Куров.

— Ростислав Соколов, — отрекомендовался мальчик и даже поклонился при этом (Б. Пол.).

Отсутствие сказуемого:

— Ты бросил жену, Микола?

195

— Нет, она меня (Шол.). Отсутствие и подлежащего и сказуемого:

— Булочник Коновалов здесь работает?

— Здесь! — ответил я ей (М. Г.),

Отсутствие сказуемого и обстоятельства: Калиныч стоял ближе к природе. Хорь оке! — к людям, к обществу (Т.).

Отсутствие сказуемого и дополнения: Кто его ждал? Пустая неуютная комната (Б. Пол.).

Отсутствие второстепенного члена предложения (дополнения, обстоятельства) при наличии определения, относящегося к отсутствующему члену: Мать сунула отцу морковь, а перчатки дать забыла. Я протянул отцу свои (С. Бар.); Похоронили на немецком кладбище. На немецком, среди сотен людей с немецкими фамилиями, лежал теперь человек с фамилией русской (С. Бар.).

2. Сложные предложения с неназванной главной или придаточной частью:— Ну, где ж твои Ближние Мельницы?—А это тебе что? Скажешь, не мельницы? — Где? — Что значит, «где»? Тут. — Где же тут? — Где мы идем (Кат.). В последнем предложении не названа главная часть.

3. Неполные предложения, составляющие часть сложного предложения с неназванным членом, имеющимся в другой части сложного предложения. Такие предложения особенно отчетливо свидетельствуют об условности термина «неполное предложение», так как неполнота здесь диктуется законами построения сложного предложения.

В сложносочиненном предложении В одной руке он держал удочку, а в другой — кукан с рыбешкой (Сол.) во второй части предложения не названы главные члены, имеющиеся в первой части.

В сложноподчиненном предложении Лопахин прыгнул в окоп и, когда поднял голову, увидел, как ведущий самолет, нелепо завалившись на крыло, оделся черным дымом и стал косо падать (Шол.) в придаточной части предложения когда поднял голову не названо подлежащее, общее с главной частью.

В бессоюзном сложном предложении: Так и едем: по ровному месту — на телеге, в гору — пешком, а под гору — так с трусцой (Сол.) в пояснительной части предложения не названо сказуемое, упомянутое в поясняемой части.

4. Предложения с неполной формой слова или неполным словосочетанием: Я решил заняться ловлей певчих птиц; мне казалось, что это хорошо прокормит: я буду ловить, а бабушка — продавать (М. Г.); Локотки ее делались все острее, пальцы — тоньше (Фед.). Такие пропуски связаны с повторением

196

структурно однотипных построений в составе сложного предложения.

Ситуативными называются неполные предложения с неназванными членами, которые ясны из ситуации, подсказаны обстановкой. В таких предложениях общая речевая ситуация компенсирует пропуск, а форма имеющихся членов предложения указывает на грамматическую связь с ними. Например: Изредка где-то ухало. Судя по всему, не близко. — Утихомирились, — миролюбиво сказал мой сосед (С. Бар.);— Я — в лавочку... муки надо и соли. — Не надо муки, не надо соли, — проговорил он, — на дворе сыро, слякоть. — Я резиновые надела, — сказала молодая женщина (Грин).

§ 61. НЕПОЛНЫЕ ПРИЛОЖЕНИЯ В ДИАЛОГИЧЕСКОЙ РЕЧИ

Неполные предложения особенно типичны для диалогической речи1, представляющей собой сочетание реплик или единство вопросов и ответов. Особенность диалогических предложений определяется тем, что в устной речи в качестве дополнительных компонентов, народу со словами, выступают и внеязыковые факторы: жесты, мимика, ситуация. В таких предложениях называются лишь те слова, без которых мысль становится непонятной.

Среди диалогических предложений различаются предложения - реплики и предложения — ответы на вопросы.

1. Предложения-реплики представляют собой звенья в общей цепи сменяющих друг друга реплик. В реплике диалога, как правило, употребляются те члены предложения, которые прибавляют нечто новое к сообщению, и не повторяются члены предложения, уже упомянутые говорящим. Реплики, начинающие диалог, обычно более полны по составу и самостоятельны, чем последующие, которые и лексически и грамматически ориентируются на первые реплики.

Например:

— На перевязку иди.

— Убьют.

— Ползком.

— Все одно не спасешься (Нов.-Пр.).

1 Синтаксис диалогической речи освещается в работах: К изучению русской диалогической речи. Реплики-повторы //Вопросы языкознания. 1956. №2; О диалогичской речи//Русская речь. Пг., 1923. Вып. 1; О некоторых особенностях синтаксиса диалогической речи в современном русском языке. Калуга, 1960; и др.

197

2. Предложения-ответы различаются в зависимости от характера вопроса или реплики.

Они могут быть ответами на вопрос, в котором выделяется тот или иной член предложения:

— Ты кто такой?

— Проходящий... странствующий...

— Ночуешь или жить?

— Погляжу там... (М. Г.);

— Что у вас в узле, орлы?

— Раки, — ответил неохотно высокий.

— Ого! Где вы их достали?

— Возле плотины (Шол.);

Доля взяла с меня слово, что я приеду на озеро летом, когда можно на лодке переплыть на тот берег.

— А что там?

— Цветы.

— И только?

— Разве этого мало? Цветы! (Сол.).

Могут быть ответами на вопрос, требующий лишь подтверждения или отрицания сказанного:

— Это твои стихи в «Пионерке» вчера напечатаны?

— Мои (С. Бар.);

— А Николай Степанычу показывал? — спросил отец.

— Показывая (С. Бар.);

— Может быть, надо что-нибудь достать? Привезти?

— Ничего не надо (Пан.).

Могут быть ответами на вопрос с предложенными вариантами ответов:

— Нравится или не нравится? — спросил он отрывисто.

— Нравится, — сказала она (Пан.).

И, наконец, ответами в форме встречного вопроса со значением утверждения:

— Чем же вы жить-то будете?

— А голова-то, а руки-то на что? (М. Г.) и ответами-переспросами:

— Приезжал затем, чтоб тебе предложение сделать.

— Предложение? Мне? (Ч.).

Вопросы и ответы лексически и структурно настолько тесно связаны друг с другом, что часто образуют нечто подобное единому сложному предложению, где предложение-вопрос напоминает придаточное условное. Например:

— А если во время сева они сломаются?

198

— Тогда в крайнем случае самодельные изготовим (Г. Ник.).

Диалогическая речь, независимо от того, какие структурные типы предложений составляют ее, имеет свои собственные закономерности построения, вызванные условиями ее формирования и целевым назначением: каждая реплика создается в процессе непосредственного общения и потому имеет двустороннюю коммуникативную направленность. Многие синтаксические особенности диалога связаны именно с явлением говорения, перемежающимся обменом высказываний: это лаконичность, формальная неполнота, смысловое и грамматическое своеобразие сочетаемости реплик друг с другом, структурная взаимообусловленность.

С точки зрения структурно-грамматической реплики не однородны: одни из них относительно самостоятельны в своих формах, другие — взаимообусловленны; такое тесное сочетание реплик, представляющее собой структурно-грамматическое объединение, некоторые лингвисты предлагают называть диалогическим единством1 — термином, явно перекликающимся с «межфразовым единством» (см. § 128). Эта связь определяет и существо данных синтаксических явлений.

§ 62. ЭЛЛИПТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Эллипсис (гр. elleipsis — опущение, недостаток) — речевое явление, заключающееся в коммуникативно значимом опущении структурных элементов предложения.

Эллиптическими называются самостоятельно употребляемые предложения особого типа, спецификой структуры которых является отсутствие глагольного сказуемого, причем сказуемого, не упомянутого в контексте, т. е. в смысловом отношении не являющегося необходимым для передачи данного сообщения. Это предложение с нулевым сказуемым. Отсутствующее и не нуждающееся в восстановлении сказуемое, однако, участвует в формировании строя этих предложений, так как в них имеются второстепенные члены состава сказуемого. В этом отношении эллиптические предложения сближаются с неполными.

Эти предложения не нуждаются ни в контексте, ни в ситуации, для того чтобы составить представление о действии или состоянии. Оно выражается всей конструкцией в целом, цель которой сообщить о месте, времени, способе, характеризующих действие или состояние, или указать на объект действия, направление действия: На синем, ослепительно синем небе — полыхающее огнем июльское

1 См.: О некоторых особенностях синтаксиса диалогической речи в современном русском языке.

199

солнце да редкие, раскиданные ветром, неправдоподобной белизны облака. На дороге — широкие следы танковых гусениц, четко отпечатанные в серой пыли и перечеркнутые следами автомашин. А по сторонам — словно вымершая от зноя степь (Шол.); За домом — сад, залитый солнцем (Б. Пол.); Теркин — дальше, автор — вслед (Твард.).

Некоторые из таких предложений в результате частого употребления стали ходовыми: Что с вами, мистер Антон? (Нов.-Пр.).

Среди эллиптических предложений выделяются предложения побудительные. Например: Все наверх! (Нов.-Пр.); Скорей сюда, к хозяину, несчастье (Трен.); Из особняка вышел Германов, грузно плюхнулся рядом с шофером, барски приказал: — В Сокольники! (А. Вас).

Эллиптические предложения обычно соотносятся с полными, в которых сказуемые выражены глаголами бытия, наличия, обнаружения, восприятия: Вокруг месяца бледные круги (А. Н. Т.); Над площадью низко нависшая пыль(Шол.), глаголами со значением речи: Марья — ему вслед, негромко: — Хлеб весь, чай, съел? (А. Н. Т.), а также некоторыми глаголами движения: Он к воротам, но из окна послышался голос матери (Гонч.); Я за ним следом (М. Г.) и глаголами со значением энергичного действия (схватить, толкнуть, ударить, бросить и т. д.): — В огонь их!.. — пронеслось в толпе (М.-Сиб.).

Лексическая ограниченность отсутствующих глаголов-сказуемых проявляется в однотипности построения эллиптических предложений: члены, их составляющие, немногочисленны. Второстепенные члены в них либо обстоятельства места и реже времени или причины (Всюду степь: Я — в магазин. В пять часов проверка; Оттого-то и тоска), либо дополнения со значением замещаемого предмета (Вместо ответа молчание), предмета назначения (Для вас дорогие подарки), отнесенности к лицу (У отца собрание) — и некоторые другие.

Эллиптические предложения относят иногда к неполным или к особому виду неполных1. Однако некоторые лингвисты считают такие предложения неполными лишь в историческом плане и не относят их к неполным в современном русском языке2. Такие предложения действительно не могут квалифицироваться как неполные, так как их неполнота является структурной нормой, и сопоставление их с полными конструкциями — это всего лишь условный прием для выявления их конструктивной специфики.

1 См.: Современный русский язык. Ч. 2. С. 445.

2 См.: Современный русский литературный язык. Ч. 2. С. 156.

200

Это вполне типизированные построения, не нуждающиеся в восстановлении членов предложения, они являются достаточно полными (даже вне контекста) с точки зрения их коммуникативного задания, что же касается их грамматического построения, то специфика его заключается в наличии подчиненных словоформ, обнаруживающих глагольную зависимость. Однако эта «зависимость» весьма относительна: эти словоформы характеризуются все более свободным функционированием. Такая зависимость еще явно ощущается в конструкциях типа Налево — дверь в переднюю; За углом — книжная лавка и утрачивается в предложениях типа Дорога в лесу; Встреча у обелиска, где субстантивное влияние настолько велико, что побеждает бывшее глагольное и функционально преобразует зависимые словоформы, причем эллипсис в этих случаях уже не ощущается: такие предложения воспринимаются как номинативные с определительным членом, и их бывшая эллиптичность — это одна из ступеней развития данного типа предложения. Не случайно некоторые лингвисты считают возможным отнесение к номинативным предложениям1 даже конструкций с препозитивным обстоятельством на том основании, что такое обстоятельство (детерминант) не предполагает обязательной зависимости от глагола (В поле ветер; В воздухе тишина) и относится ко всему предложению в целом2. Несомненно, что подстановка глагола-сказуемого здесь выглядит по меньшей мере искусственно, поскольку в современном русском языке такие предложения, конечно, создаются без участия глагола, тем более трудно обнаружить конструктивную роль глагола в предложениях типа За окном тихий свист сторожа (М. Г.) и Сегодня воскресенье3. называет подобные обстоятельственные конструкции «свободными», так как здесь нет прямой зависимости от какой-либо определенной части речи4. Более того: «Соответствующие формы косвенных падежей с предлогом зависят не столько от глаголов, которые ими не управляют, сколько от самих предлогов конкретно-пространственного значения: над, за, от. п.»5. «Вместе с тем,— продолжает , — несомненно, что в процессе исторического развития языка круг синтаксических явлений, связанных с так называемым слабым управлением, с более или менее самостоятельным употреблением предложных

1 Их называют иногда расчлененными номинативными — см.: Синтаксис простого предложения в современном русском языке.

2 См.: Номинативные предложения//Ученые записки МГПИ им. . 1968. № 000: Современный русский язык. С. 130, 134.

3 См. там же. С. 134— 135.

4 См.: Грамматика русского языка. Т. 2. Ч. 1. С. 28. 5 Там же. С. 30.

201

конструкций, все расширяется и приобретает все более значительную роль в построении разных видов современного распространенного предложения»1. Следовательно, исторически такие формы все-таки возводятся к слабому управлению. Таким образом, разногласия в квалификации предложений с препозитивными обстоятельственными словами в конечном счете сводятся к учету или неучету их исторического пути. Поэтому более оправданным на данном этапе развития такого типа предложений представляется отнесение их к разряду эллиптических, а не к разряду номинативных односоставных: во-первых, потому, что в современном языке еще достаточно ощутима разница в конструкциях типа У обелиска — встреча и Встреча у обелиска и даже типа За окном тихий свист и Свист за окном и, во-вторых, потому, что относительно свободное положение некоторых словоформ с обстоятельственным значением в современном русском предложении свидетельствует не только об отсутствии у них непосредственной глагольной зависимости, но и одновременно — зависимости именной, а в номинативном предложении усматривается именно такая зависимость.

§ 63. СТИЛИСТИЧЕСКАЯ ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ НЕПОЛНЫХ И ЭЛЛИПТИЧЕСКИХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ

Неполные и эллиптические предложения используются в основном в сфере разговорных стилей. Как примета разговорности они широко употребляются в художественной литературе и при передаче диалога, и в описаниях. Однако разные виды неполных и эллиптических предложений имеют и конкретную стилистическую закрепленность. Естественно, например, что в диалоге всецело господствуют предложения неполные ситуативные и эллиптические с объектным распространителем. Например:

Утром в избушку пришел Егор,

— Здорово, Михеич!

Старик долго рассматривал парня.

— Что-то не узнаю... Чей будешь?

— Любавин.

— Емельян Спиридоныча?

— Ага.

— Молодые... Не упомнишь всех. За утями? (Шукш.);

— ...Начали чинить правосудие: кого за волосы, кого за уши (Гонч.).

1 Грамматика русского языка. Т. 2: Ч. 1. С. 30.

202

Описаниям больше свойственны эллиптические предложения с препозитивными обстоятельствами. Особенно характерны они для ремарок драматических произведений. Вот, например, как строит описание-ремарку . Описание содержит краткую характеристику обстановки действия: В левом углу — большая русская печь; в левой — каменной — стене — дверь в кухню, где живут Квашня, Барон, Настя. Между печью и дверью у стены — широкая кровать, закрытая грязным ситцевым пологом. Везде по стенам — нары. На переднем плане у левой стены — обрубок дерева с тисками и маленькой наковальней, прикрепленными к нему, и другой, пониже первого. На последнем, перед наковальней, сидит Клещ, примеряя ключи к старым замкам. У ног его — две большие связки разных ключей, надетых на кольца из проволоки, исковерканный самовар из жести, молоток, подпилки. Посредине ночлежки — большой стол, две скамьи, табурет, все — некрашеное и грязное («На дне», действие первое).