Бахтияров технологии: Введение в психонетику (стр. 3 )

2.2.4.Проект не привел к появлению транслируемых методов работы с культурно-историческими системами, но был реализован на уровне индивидуальных переживаний и внутренних действий самого О. Шпенглера. Случай не редкий в истории культуры: спонтанное формирование новых ЛПС и механизмов преобразования психических содержаний позволяет творцу осуществить свой замысел и получить значимые для культуры и социума результаты, недоступные обычным рациональным методам, однако отсутствие общепонятной (или понятной хотя бы для узкой группы) знаковой среды не позволяет ни развивать новые методы, ни добиваться новых результатов. Не возникает преемственности в работе - основы построения любой технологии.

2.3. : архетипы коллективного бессознательного. Если справедливо утверждение, что попытки адекватного концептуального отражения специфики организмических объектов неизбежно оборачиваются конструированием граничных понятий, то оно тем более справедливо в отношении психических систем. Описывая психическую систему мы сталкиваемся не только с организмическими парадоксами, но и с парадоксами самоописания: любая психическая система является вариацией нашей собственной. Абстрактный эталон, с которым сравнивается конкретная психическая система не может быть построен - такой эталон был бы лишь элементом самой системы, а часть не может стать нормативом для целого. Самоописание же системы является ее элементом и как таковой тоже должно включаться в самоописание. Поэтому появление граничных понятий в психологии вполне естественно. Одним из таких понятий является понятие архетипа - термин, который извлек из философской традиции подобно тому, как применительно к своим профессиональным областям исследования поступили Г. Дриш и О. Шпенглер. Подобно им, попытался придать философской категории характер работающего инструментального понятия в конкретно-научной области и в результате построил конструкцию, параллельную энтелехии и прафеномену.

2.3.1. Коллективное бессознательное, лежащее глубже индивидуальных бессознательных слоев, составлено из содержаний, независимых от индивидуального опыта. Эти содержания принципиально не наблюдаемы - иначе они становятся фактом индивидуального сознания, утрачивая свой универсальный и бессознательный характер. Для их характеристики вводит выражение "архетип", ссылаясь на Филона Иудея, Иринея и Дионисия Ареопагита.

"Среди наследуемых психологических характеристик имеется класс свойств, не зависящих ни от рода, ни от расы, к которым принадлежит индивидуум, - универсальные характеристики сознания. Их следует понимать по аналогии с платоновскими формами27 , в соответствии с которыми сознание организует свое содержание. Можно описать эти формы как категории, аналогичные логическим категориям - этим основным предпосылкам разума. Однако "формы", которые я имею в виду, относятся не к разуму, а к воображению. Так как плоды воображения в принципе визуальны, их формы с самого начала должны характеризоваться как образы и, более того, - как типичные образы".

Интересно совпадение претензий Г. Дриша, О. Шпенглера и на статус описываемых ими конструкций, как равноправных и равнобогатых по отношению к детально разработанному миру рациональных форм (ср. п.2.1.7. и п.2.2.2.).

2.3.2.Подобно своим аналогам, архетипы принципиально ненаблюдаемы, они представляют собой парадоксальный объект - актуально существующая возможность. Проникая в сознание, они перестают быть архетипами:

" Архетип сам по себе является гипотетическим, недоступным созерцанию образом, наподобие того, что в биологии называется "pattern of behavior"29.

Архетипы, по Юнгу, это извечно наследуемые формы и идеи, которые сами по себе лишены определенного содержания, но обретают его в течение жизни человека, чей опыт заполняет эти формы.

2.3.3. Будучи частью бессознательного и, следовательного, как бы "изготовленными" из другой "материи", подчиняясь иным законам, нежели содержания сознания, архетипы проявляются в сознании благодаря некоторому естественному спонтанному процессу, параллельному процедуре сопоставления (п.2.1.3., 2.1.4., 2.1.6.). При этом процедура сопоставления - целенаправленный познавательный акт, а проявление архетипа - естественный и спонтанный, который может стать аналогом и основой осуществления искусственной процедуры. Искусственным, целенаправленным, познавательным актом у Юнга является обратный процесс - реконструкция архетипа по его проявлениям - архетипическим проявлениям.

"Это не врожденные представления, а врожденные возможности, ... в каком-то смысле априорные идеи, существование которых, однако, может быть установлено не иначе, как через опыт их восприятия. Они проявляются лишь в творчески оформленном материале в качестве регулирующих принципов его формирования, иначе говоря, мы способны реконструировать изначальную основу прообраза лишь путем обратного заключения от законченного произведения искусства к его истокам".30

2.3.4. Архетипы не тождественны друг другу, однако, в своей актуальной данности один архетип не может быть отличим от другого, поскольку различающая процедура не может быть применима к непроявленным - существующим, но принципиально не наблюдаемым объектам. Подобно энтелехии, архетип не может быть задан перечнем свойств, ибо такой перечень предполагает возможность построения образной модели. Неразличимость по отношению к любой актуализированной в мире наблюдаемых форм процедуре не дает возможность сопоставить архетип с какой-либо определенностью. Как и энтелехия, архетип может быть задан лишь посредством процедуры разворачивания-сворачивания.

2.3.4.1. Таким образом, энтелехия и архетип в своем конкретном инструментальном применении взаимозаменяемы - архетип есть энтелехия психических образов, а энтелехия - архетип живого организма.

2.3.4.2. Мы фиксируем факт наличия в различных областях знания тождественных по своей природе и способу проявления граничных конструкций и наличие определенного типа исследователей, для которых актуальными являются не только переживания смысловой наполненности граничных понятий, но и процедуры их преобразования и прагматического использования. Спонтанное формирование ЛПС вокруг процедур сворачивания-разворачивания энтелехии-прафеномена-архетипа дает надежду на построение не только индивидуальных ЛПС, но и проявленных в культуре и подлежащих дальнейшей трансляции методов работы с граничными понятиями разобранного типа.

2.3.4.3. Концепция архетипов не только использует граничное понятие архетипа и процедуры сопоставления с развернутыми образами, но и описывает сам механизм спонтанного разворачивания архетипа. Этот процесс может служить основой для психонетической разработки технологически значимых процедур. У же описание архетипа и процесса его проявления сводится к фиксации самого факта, назывании его определенным именем и перечню сопутствующих феноменов.

2.4. Лейбница как парадигма попыток концептуального воспроизведения целостностей. Разобранные граничные понятия заимствованы авторами из различных философских систем. Парадигмальной по отношению к ним в контексте нашего рассуждения является категория монады, детально разработанная . Будучи прообразом инструментально понимаемых граничных конструкций, монада включает в себя моменты, которые излишни для понятия конкретно-научной сферы. Проекция не тождественна прообразу, она лишь строится по его образцу.

2.4.1.1. Монада - "субстанциональная форма", совершенное понятие, из которого вытекает все, заключающееся в данной вещи, она содержит в себе все "случайные" свойства данной вещи. Этот момент совпадает с характеристиками разобранных граничных понятий.

2.4.1.2. Особые характеристики монады31 :

"Монада - простая субстанция, то есть не имеющая частей".

"Где нет частей - нет ни протяжения, ни фигуры". Будучи не локализуемой, монада, равно как и ее проекции не могут быть описаны перечнем свойств. Вместе с тем они не тождественны.

"Каждая монада должна быть необходимо отлична от другой".

2.4.1.3. В результате вывод - сфера субстанциональных форм принципиально отличается от мира вещей, где все объясняется механически. Соотношение двух миров строится как прообраз процедуры сопоставления: материя не составляется из монад, она результирует из них.

2.4.1.4. Не включаются в характеристику разобранных граничных понятий следующие моменты:

" Каждая монада подвержена беспрерывному изменению".

" Так как всякое настоящее состояние простой субстанции есть следствие ее предыдущего состояния, то и настоящее чревато будущим".

В отличие от этих характеристик наши граничные понятия статичны, изменению подвержены соответствующие им развернутые формы. К статичным же конструкциям принцип причинности не применим.

2.4.2. Учитывая высказанные соображения, в дальнейшем мы введем термин "монада" для характеристики всего класса объектов, к которым относятся разобранные понятия энтелехии, пра-феномена и архетипа. Соотношение с объемом философской категории будет таким же, как и при использовании подобных категорий Дришем, Шпенглегом и .

2.4.3. Философская категория не может быть прямо перенесена в инструментальный и технологический контексты. Промежуточной областью между философской и инструментальной сферами является область идеальных объектов. В нашем случае речь идет о конструировании идеального целостного объекта.

2.5.: формальная теория целостностей. Цикл работ , посвященный изучению возможностей построения формальной теории целостностей и лежащего в ее основе идеального целостного объекта 32 является наиболее глубоким и последовательным из всех известных нам исследований этого вопроса. Работа дала целый ряд определений и поясняющих рассуждений, которые будут использоваться нами в дальнейшем.

2.5.1. Статус идеального объекта определяется многими авторами, мы примем его определение в трактовке :

"В отличие от реального объекта идеальный объект не может быть предметом ощущения, но есть лишь предмет мысли. Идеальный объект мыслится как нечто, имеющее ясную и однозначную определенность.

Определенность объекта задается с помощью определения. Определение разъясняет содержание, мыслимое в объекте, показывает... какой определенностью он обладает, каковы его свойства. Однако идеальный объект не сводится к определенности, к тому, что разъясняется с помощью определения... Идеальный объект в отличие от понятия есть определенность, мыслимая как существующая"33

2.5.2. дает определение целостного объекта, отталкиваясь от интуитивного представления о целостности, включающего в себя два момента - наличие различий внутри целого и членение целого на такие части (элементы), которые не могут существовать вне целого. Если нечто может существовать вне целого, оно не может быть его элементом. По отношению к процедуре определения это означает, что нельзя определить целостный объект,

обладающий различиями (свойствами), с помощью независимого определения этих различий (свойств). Такой объект может быть задан лишь посредством круговой процедуры взаимоопределения свойств. дает определение двух видов целостных объектов:

"Целый (целостный) объект, в котором все отличные друг от друга определенности, свойства, не имеют независимо друг от друга определения, мы обозначим как единый объект".

Процедура взаимоопределения порождает логическую фигуру типа порочного круга. констатирует, что в современной математике нет концептуальных средств, позволяющих задать процедуру взаимоопределения в силу существования запрета на построения порочного круга. Отсюда попытка построить идеальный целостный объект, в котором наличны как отдельные определенности, так и связь, объединяющая их в одно целое:

"Объект, в котором есть независимо друг от друга определяемые свойства, а также связь, мы обозначим какцельный объект, в отличие от единого объекта. Цельный объект и единый объект - различные виды целого объекта".34

Но связь сама представляет собой объект определенного рода -объект-связь, который будучи фактором превращения независимых определенностей в целостный объект сам может быть либо единым объектом, либо цельным. В последнем случае рассуждение повторяется и мы приходим к выводу, что цельный объект нельзя образовать без предварительного задания единого объекта. Эта формулировка идет из глубокой древности. Сравним у Прокла:

"Всякое целое, состоящее из частей причастно цельности, предшествующей частностям"35 .

2.5.3. Трудности, с которыми связано построение целостного единого объекта проистекают из расположения самой процедуры определения во времени - какое-то свойство должно быть названо первым без ссылок на остальные. Такое свойство неизбежно должно заключать в себе все потенциальное многообразие объекта. У это звучит так:

"В любом объекте, обладающем единством и многообразием, наличие фундаментальное свойство, задающее характеристику объекта, без которого объект перестает быть "этим" объектом, и набор специфических свойств, задающих конкретную определенность "этого" вида объектов. Набор таких свойств может быть заменен другим набором, но если сохраняется фундаментальное свойство, объект остается тем же самым".36

2.5.3.1. Это фундаментальное свойство является как бы "истинным именем" объекта, из которого проистекают, резулътируют все его специфические свойства и определенности. Учитывая параллель этого фундаментального свойства описанию монады, мы будем в дальнейшем именовать его объектом-монадой. Мы получаем как бы иерархию целостностей: объект-монада разворачивается в единый объект, единый объект разворачивается в цельный. Монада присутствует в едином объекте как его фундаментальное свойство, единый объект присутствует в цельном как объект-связь. Этой иерархии соответствует в нашем предыдущем рассуждении процедура последовательного разворачивания-сворачивания энтелехии-пра-феномена-архетипа.

2.5.3.2. Подобно тому, как идеальным объектам физики (идеальный газ, точечный заряд и так далее) соответствуют определенные физические реалии (реальный газ, заряженное тело и так далее) разобранным моментом идеального целостного объекта и процедурам его определения и сопоставления соответствуют в рамках психонетики определенные психические реальности.

Выяснению этих соответствий, реально и естественно существующих в пространстве психики, будет посвящена гл. З, а конструированию искусственных соответствий в пространстве психонетики - гл.4 - 6.

2.5.4.В качестве одной из разновидностей объекта-связи, подробно разбирает понятие "суммы мест", отталкивающееся содержательно от определения машины Тьюринга37 , в которой любой сложный объект (ряд символов) задается следующим образом: имеется лента разделенная на клетки, задающие "пространство символов", сумму мест, где может находиться тот или иной символ, и список символов, каждый из которых может быть помещен в одну из этих клеток. Многообразие символов становится одним объектом-совокупностью в результате помещения в клетки ленты. Элемент совокупности обладает двумя независимыми друг от друга характеристиками - он занимает определенное место в пространстве символов и характеризуется той определенностью, которой обладает символ. Таким образом, быть элементом совокупности означает - быть определенным, "этим" символом из данного набора и занимать определенное место в данной сумме мест. Объект-совокупность, включающий как сумму мест, так и многообразие исходных объектов,

называет полной совокупностью в отличие от обычного в математике понимания совокупности как частичной - как списка символов без включения в нее суммы мест, то есть объекта-связи.

Сумма мест, понимаемая как объект-связь, то есть, как единый объект, не может быть задана перечнем мест подобно тому, как задается многообразие символов.

"Нельзя построить сумму мест, исходя из многообразия отдельных мест, так как такое построение предполагает, что уже есть готовое "пространство символов", наличная сумма мест, в которую помещается построяемый объект... Наличие суммы мест - условие осуществления процедуры построения, поэтому определение суммы мест не может быть результатом этой процедуры. Сумма мест может либо просто постулироваться (именно так обстоит дело в конструктивной математике), либо задание этого объекта должно происходить на основе другого рода процедур".38

"Сумму мест нельзя задать, если воспользоваться процедурой последовательного полагания, поскольку неизвестно, куда надо поместить место, следующее за данным. Поэтому сумма мест может быть результатом только такого полагания, которое задает не последовательное, а взаимообусловленное существование объектов".39

2.5.4.1. Отметим, что полагание суммы мест соответствует процедуре, являющейся этапом процедуры разворачивания объекта-монады в чувственно воспринимаемую многообразную форму. Здесь в исходном объекте появились различия, не фиксируемые ни чувственно, ни дискурсивно, но являющиеся предпосылкой появления фиксируемых различий. Полагание суммы мест как определенная логическая конструкция относится к классу граничных, связывающей граничную категорию монады с инструментальными понятиями совокупности и множества.

2.5.4.2. Понятие суммы мест в трактовке приложимо к определению архетипа у . Архетипический образ столь же двухкомпонентен, как полная совокупность - подобно сумме мест, упорядочивающей частичную совокупность, в полную совокупность, архетип упорядочивает чувственные компоненты в архетипический образ.

2.5.4.3. Сумма мест - более дифференцированный объект, чем монада, но все же, будучи ни чувственно представимой, ни полагаемой посредством дискурсивной, а следовательно последовательно разворачивающейся во времени процедурой, также принадлежит "сфере субстанциональных форм", которая может быть описана лишь посредством граничных понятий.

2.5.5. Фундаментальное свойство, описанное в 2.5.3., рассматривается в контексте рассуждения о сумме мест, как объекте-связи.

"В цельном объекте имеется как объект-связь, полагающий элементы, так и смена наборов отдельных объектов, выступающих в качестве свойств элементов...

Отдельные объекты, задающие любой набор свойств... последовательно, друг за другом, становятся специфическими свойствами элементов связи. Элементы связи последовательно специфицируются, приобретая отдельные объекты в качестве своих признаков...

... если совокупность свойств рассматривается не как частичная, то образование целого сводится к такой процедуре сопряжения элементов связи и отдельных объектов, при которой отдельные элементы становятся свойствами элементов связи"40.

"Отдельные объекты сопрягаясь друг с другом, становятся свойствами, тем, что характеризует полученный объект. При этом то свойство, которое рассматривается как главное, чье сохранение гарантирует "этость" полученного объекта, выделяется в качестве носителя других свойств. Носитель свойства - конститутивное, фундаментальное свойство объекта, занимающее первое место в иерархии свойств... В сложном объекте есть как конструктивное свойство, так и специфические свойства. Удаление или изменение специфических свойств не приводит к ликвидации "этого" объекта, к замене его другим, а лишь к смене признаков объекта, остающегося "этим"41 .

"Целый объект сохранится как целое, если специфические свойства элиминировать и оставить конструктивное свойство, задаваемое объектом-связью"42 .

2.5.6. Конститутивное свойство находится в определенных соотношениях со специфическими свойствами:

"...объект не есть безразличное сочетание конститутивного свойства с любыми другими свойствами."

"Если объект выступает в функции конститутивного свойства, то он по необходимости должен обладать функцией выбора специфических свойств, потенциальной специфицируемостью. Если установление соответствия между конститутивным свойством и специфическими не является делом внешнего произвола, характеризует тип объекта самого по себе, то процедура спецификации не может быть отделена от объекта, выполняющего функции конститутивного свойства"43.

2.5.7.Приведенные отрывки являются вехами на пути анализа проблемы определения идеального целостного объекта. Итог опирающийся на разработанный понятийный аппарат, звучит так:

"Во первых, определение должно задавать полную совокупность, в составе которой необходим объект-связь, порождающий частичную совокупность (множество) свойств, имеющих независимое друг от друга определение. Единство объекта-связи обеспечивается наличием процедуры взаимоопределения. Во-вторых, объект-связь должен задавать конституитивное свойство целого, членение целого на элементы, отдельные свойства, входящие в совокупность свойств должны быть специфическими свойствами элементов"44 .

Дальнейшая его разработка дала чрезвычайно интересные результаты в области исследования оснований математики, однако эти результаты выходят за рамки нашей узкой темы. Для нас важен главный вывод Смирнова:

"Весь предшествующий анализ убеждает нас в том, что целое нельзя построить из нецелого, относительное - из абсолютного. Констатация этого факта и составляет суть знаменитых "парадоксов целостности". Они указывают на трудность (а точнее на неосуществимость ) перехода от нецелого к целому, от отдельных частей к их единству. Единственный способ сделать целое предметом теоретического рассмотрения - ввести его с помощью постулата".45

После этого пункта траектории движения формальной теории целостности и психонетики расходятся. Психонетика заимствует у ФТЦ понятийный аппарат, но способы решения проблемы целенаправленного построения целостных объектов здесь иные. Смирнов:

"Однако отсюда не следует, что понятие построения вообще неприменимо к целостным образованиям. Целое действительно нельзя построить из нецелого, но сложная целостность может возникнуть из простых, может быть результатом их синтеза. Начав с бинарных процедур ( пары относительных элементов ), можно затем с их помощью строить сколь угодно сложные n-арные циклические процессы".46

Под бинарной процедурой Смирнов подразумевает процедуры взаимоперехода двух элементов, где условием существования одного является исчезновение другого.

Отметим, что вывод справедлив в отношении процедур в рамках мышления и отражающих его знаковых сред. Однако дальнейшее обращение с исходной целостностью - бинарной процедурой – носит такой же механический характер, как и любые процедуры, инициируемые мышлением.

Исходная целостность может быть порождена и иначе -психической системой, которая уже сама по себе является целостностью. Но это означает переход от мышления к другим психическим функциям и средам. Понимание этого момента присутствует и у Смирнова:

"Оно ( построение - О. Б.) должно осуществляться в сфере, отличной от мышления, но в то же время посюсторонней для сознания, в буквальном смысле подвластной ему, - сознание должно не просто регистрировать происходящее помимо его воли, а целенаправленно формировать соответствующую реальность"47 .

Однако, после этого Смирнов возвращается к рациональной интерпретации полученных результатов и пытается произвести построение опираясь только на мыслительные среды и обычную языковую математизированную среду.

2.5.8. В отличие от ФТЦ, психонетика в процессе разработки своих проектов не абстрагируется от факта наличия трех взаимосогласованных сред - психической, знаковой и среды реальных объектов, процессов и структур. Затруднения, возникающие в мыслительных средах не обязательно должны вести к дальнейшей все боле изощренной разработке мыслительной модели. Возможен и ход, связанный с переходом к иным средам. Напомним, что продуктом психонетики является не теория и не новое понимание природы (они являются лишь элементом психонетики), а технологии решения конкретных задач. Поставив перед собой задачу построения знаковой и психической сред, позволяющих адекватно моделировать целостности и управлять их развитием, мы должны, отталкиваясь от идеальной схемы, найти психические механизмы ее реализации.

2.5.9. Сравним конструкции, введенные в ФТЦ с разобранными ранее примерами.

ФТЦ

ДРИШ

Шпенглер

Юнг

Психонетика

Идеальный целостный объект

Организм

Культура

Архетипический образ

Целостность

Конститутивное свойство

Энтелехия

Пра-феномен

Архетип

Объект-монада

Объект-связь, сумма мест

Энтелехия

Пра-феномен

Архетип

Объект-связь

Процедура пологания суммы мест

-

-

-

Процедура разворачивания

Процедура спецификации

Претворение возможностей в действительность

Манифестация архетипа

Процедура разворачивания

Полная совокупность

Многообразие

История

Архетипичекое представление

Реальный целостный объект

2.6.Построив последовательность разворачивания объекта от нерасчлененного нелокализуемого объекта - монады через процедуру полагания "суммы мест" и процедуру сворачивания - спецификации до полностью развернутого объекта, мы должны найти соответствия каждому из введенных членений в психической среде и знаковую среду для их адекватного отражения.

2 Л. Общеупотребительные и новые термины, введенные в главе 2: конститутивное свойство, целостный объект, цельный объект, единый объект, объект-связь, сумма мест, процедура спецификации, процедура сопоставления, процедура разворачивания, архетип, полная совокупность, объект-монада.

Глава 3. ФОРМИРОВАНИЕ ЦЕЛОСТНОСТЕЙ В ПСИХИЧЕСКИХ СРЕДАХ.

3.0. Невозможность явного воспроизведения конститутивных свойств целостных объектов в логически и линейно-грамматически организованной знаковой среде, соответствующей локальным психическим средам, построенным вокруг рафинированных мыслительных операций, отнюдь не означает, что задача теоретического и модельного отражения целостностей неразрешима. Психическая система целостна по своей природе и любой психический феномен, порожденный в ее пределах, сохраняет присущее психическому свойство быть целостным. Это свойство мы и будем использовать для решения нашей задачи.

3.0.1. В дальнейшем мы будем различать психические и психологические феномены. Психический феномен дан в непосредственном рефлексивном опыте и фиксируется сознанием, схватывается им, как исходно целостный акт. Психологическим же феноменом будем называть отражение психического феномена в той или иной теоретико-психологической концепции или схеме. Психологический феномен может быть описан и как целостный и как не выявляющий своей целостной природы.

3.0.2. Любая концепция интересует психонетику как технологическую, по преимуществу, дисциплину с одной точки зрения - насколько она может быть истолкована как программа построения и преобразования психонетических объектов. Психонетика обращает теоретическую схему, т. е. совокупность описаний, в совокупность предписаний. Часто теория обладает программным потенциалом, т. е. потенциалом предписаний, безотносительно тому, насколько она соответствует действительности и согласуется с системой теоретических конструкций той или иной предметной области. Как правило, чем меньше эта согласованность, тем мощнее ее скрытый преобразовательный, технологический потенциал.

3.0.2.1. Попытки построения психологических и психофизиологических теорий, интегрирующих феноменологию целостностей в корпус научного знания, интересны для нас именно как проекции на языки описания потенциальных предписывающих психонетических процедур и как проекты формирования психонетических объектов. В частности, нас интересует, какие психологические феномены могут послужить основой для построения адекватного языка описания целостностей.

3.0.3. Мы рассмотрим те психологические феномены, которые сможем использовать для нашей задачи. Эти феномены выделяются различными психологическими теориями и даны нам вместе с их "концептуальной упаковкой", что, с одной стороны, ограничивает их использование в психонетике, но, с другой, обеспечивает преемственность психологии и психонетики. Психологические феномены создают как бы мостик между этими двумя дисциплинами, при этом психологический феномен принадлежит психологии, а психический - психонетике.

3.1. Немецкая целостная психология. К течению целостной психологии обычно относят берлинскую школу гештальт-психологии и лейпцигскую школу комплексных качеств, которые в первой трети XX века противопоставляли себя господствовавшей редукционистской ассоциативной психологии. Все течения целостной психологии покоятся на общем методологическим основании - принципе изначальной целостности психики в целом и любых психических процессов и переживаний48 . Целостная психика порождает целостные психические феномены.

3.1.1. Понятие гештальта, гештальт-качества было введено Х. фон Эренфельсом вместе с описанием феномена транспозиции на примере узнавания слушателем мелодии или переводе (транспозиции) ее в разные тональности. По мысли Эренфельса, помимо элементов, составляющих мелодию, в нее привносится некоторый дополнительный элемент, новое качество, качество формы - гештальт-качество. Именно гештальт-качество делает мелодию целостным образованием, этой мелодией, сохраняющей свой этость при транспозиции на другие элементы. При этом восприятие отдельных элементов мелодии определяется гештальт-качеством.

Транспозиции легко обнаруживаются и в зрительном восприятии. Геометрическая фигура, круг или треугольник, воспринимаются как таковые независимо от толщины, цвета или фактуры составляющих их линий. В этом случае мы можем сказать, что фигура транспонируется на иные цветовые, фактурные и др. среды.

3.1.1.1. Придав исходному множеству элементов, из которых собирается мелодия или визуальная фигура, значение локальной знаковой среды, мы может говорить о транспозиции фигуры на иную ЛЗС. При этом нужно отметить, что не все среды, даже в пределах одной модальности, допускают транспозиции из исходной ЛЗС. Так, треугольник, элементами которого являются отрезки прямой, выполненные в черном или ином цвете, не могут быть транспонированы на среду, составленную из однородных цветовых пространств различной интенсивности. Механизмам транспозиции здесь соответствуют другие механизмы, в частности, механизмы синестезии.

3.1.2. С понятием гештальта тесно связано различение фигуры и фона. Гештальт дан в восприятии как определенная фигура, замкнутое единство, как бы выступающее вперед по сравнению с неструктурированным фоном. Помимо спонтанного выделения фигуры из фона возможно и целенаправленное формирование фигуры вопреки действующим в пределах зрительного поля силам. В случае однородно структурированного фона наблюдается процесс спонтанного образования различных фигур (рис. 3.1.).

Рис. 3.1.

Длительное удержание определенной фигуры требует специальных усилий. Столь же целенаправленным и требующим специальных усилий является разрушение устойчивой фигуры и превращение ее в фон или менее устойчивую фигуру (рис. 3.2.).

Рис. 3.2. Фигуры разной степени устойчивости, выделяемые в кубе Неккера.

Фигура и фон взаимозависимы и влияют друг на друга, что можно наблюдать на примере различных оптических иллюзий (рис. 3.3.).

Рис. 3.3. Влияние целого на части: зрительные иллюзии.

3.1.3. Гештальт не является единственным целостным образованием.

Лейпцигская школа выделяет комплексные качества - целостные, диффузные, аффективно окрашенные переживания. Гештальт-качества отличаются от комплекс-качеств четкой выделенностью из окружающего фона и внутренней расчлененностью, комплексные же качества нерасчленены и сами рассматриваются в качестве фона49 . Соотнесение комплекс-качеств с гештальт-качествами позволяет ввести своего рода ранжирование последних по степени выраженности их "гештальтности", различать "более прегнантные" и "менее прегнантные" гештальты. К критериям "гештальтности" относятся "совершенство" гештальта, т. е. степень приближенности к "идеалу", "уровень гештальта", т. е. степень его устойчивости и структурированности и "глубина гештальта", или осмысленность50 . Формирование гештальта проходит несколько стадий, которые хорошо иллюстрируются материалами экспериментов Ф. Зандера, исследовавшего процесс развития переживания от диффузной целостности к "гештальтоподобным" образованиям. Испытуемым на тахистоскопе предъявлялись изображения двух типов: R-тип - попарно расположенные штрихи и Н-тип - штрихи, разбросанные хаотически (рис. 3.4.).

Рис. 3.4. Штрихи R - и Н - типов

Испытуемые описывали свои переживания сразу же после 100-миллисекундной экспозиции каждого из изображений, предъявляемых в случайном порядке. Изображения R-типа создавали у испытуемых ясное, отчетливое, спокойное впечатление ритмичной конструкции, сопровождающееся приятными эмоциями, в то время как изображения Н-типа порождали неприятные переживания с последующим внезапным возникновением упорядоченного осмысленного изображения и исчезновением неприятных эмоций.

На основании этих опытов была построена последовательность формирования восприятия гештальта:

1. Стадия комплексных качеств, сопровождающаяся возникновением впечатления хаоса, переживаниями напряженности, неопределенности.

2. "Drang zur Gestalt" - стремление к гештальту, к структурированию поля восприятия, идущее по двум направлениям: геометрическому упорядочиванию фрагментов изображения (выделение горизонтальных или вертикальных линий, выделение более мелких гештальтов - треугольников, крестов, с подавлением других фрагментов восприятия без образования общей целостной картины) и осмыслению, интерпретации, субъективному приписыванию значений бессмысленному изображению (испытуемые видели "глаз", "взрыв бомбы" и т. д.). Стремление к гештальту выражалось и на идеомоторном уровне: испытуемые сжимали руки в кулаки, производили "схватывающие" движения руками (самоотчет: "я хотел бы все собрать в кучу, навести порядок").

3. Постгештальтный период - возникновение геометрически упорядоченного или осмысленного изображения, сопровождающееся исчезновением всех неприятных ощущений.

3.1.4. В ряде исследований лейпцигской школы, в частности, работами Ф. Зандера было показано существование двух противоположных типов восприятия и, соответственно, двух разных стратегий решения перцептивных задач. Примером является следующий эксперимент.

Испытуемым последовательно предъявлялись на тахистоскопе 15 изображений какого-либо предмета или ситуации. При этом на первой картинке были лишь отдельные штрихи и в каждой последующей добавлялись новые детали вплоть до полного воспроизведения изображения на последней. Испытуемым предлагалось нарисовать увиденное. Одни испытуемые сосредотачивались на отдельных элементах изображения, тогда как целостная картинка воспроизводилась ими на поздних этапах, другие "схватывали" предъявляемое изображение целиком, не обращая внимание на отдельные детали и воспроизводя изображение полностью, хотя лишь в общих чертах. Выделялся и "высший гештальтный тип", сочетающий достоинства обеих стратегий и лишенный их недостатков. Была показана высокая корреляция иллюзии "параллелограмма Зандера" со вторым, синтетическим типом восприятия. Благодаря этому появляется возможность составления методик отбора лиц, склонных к формированию целостных образов.