Собственность в экономической системе (стр. 4 )

Следует заметить, что данная формула показывает лишь наиболее общие закономерности и справедлива только при прочих равных условиях. Общая тенденция на рынке земельных участков состоит в неуклонном повышении их цены, особенно в крупных городах и примыкающих к ним районах. В действительности арендная плата за землю растет не только за счет возрастания собственно ренты, но и за счет увеличения других инородных составных частей.

В «Капитале» К. Маркс отмечает, что «на практике все, что фермер платит земельному собственнику в форме арендных денег за разрешение возделывать землю, выступает, естественно, как земельная рента». Однако эта дань может складываться из различных составных частей, может формироваться за счет отдельных источников. Одним из них выступают долгосрочные и краткосрочные вложения капитала в землю, в результате которых «люди увеличивают землю-капитал без всякого увеличения материи земли».

И хотя все краткосрочные и большинство долгосрочных затрат капитала осуществляются арендаторами, тем не менее, при заключении нового договора об аренде «земельный собственник присоединяет к собственно земельной ренте процент на капитал, вложенный в землю. Эту часть арендной платы Маркс охарактеризовал как «инородную составную часть земельной ренты». При этом замечал, что «доход, приносимый землей как капиталом, - это не рента, а процент и предпринимательская прибыль». Ее получает землевладелец «не в качестве земельного собственника, а в качестве капиталиста».

В качестве других источников увеличения арендной платы Маркс рассматривал понижение заработной платы сельскохозяйственных рабочих ниже нормального среднего уровня, вычеты из средней прибыли мелких арендаторов и др.

Все перечисленные слагаемые арендной платы, эти «формы проявления земельной ренты» «противоречат понятию и природе земельной ренты». Они являются своеобразными примесями, которые фальсифицируют и затушевывают ее содержание, затемняют существо теории. Поэтому теоретически следует разграничивать собственно земельную ренту за пользование землей, от ренты как общей платы за землю-материю и землю-капитал.

Собственно земельная рента – это часть прибавочной стоимости - добавочная прибыль, которую капиталист-арендатор вынужден передавать земельному собственнику в качестве платы за пользование землей. Плата за вложенный в землю капитал к земельной ренте отношения не имеет, но включается в арендную плату.

Разработал:

д-р экон. наук, профессор кафедры

Тема 3. АГРАРНЫЕ РЕФОРМЫ В РОССИИ

Аграрная реформа 1861 года и отмена крепостного права Столыпинская аграрная реформа в начале XX в. Социализация земли и коллективизация крестьянских хозяйств в годы советской власти Аграрная реформа в России в конце XX - начале XXI вв.

1.  Аграрная реформа 1861 г. и отмена крепостного права

Развитие крепостного права в России шло по восходящей линии.

Первый период - от Судебников 1497 и 1550 гг. до Уложения 1649 г. - характеризуется личной зависимостью крепостных от землевладельцев по договору.

Второй период – от Уложения 1649 г. до Манифеста 1762 г. – период потомственной зависимости крепостных от землевладельцев по закону, причем, зависимость, обусловленная службой землевладельца.

Наконец, третий период – от 01.01.01 г. до 19 февраля 1861 г. – период ничем не обусловленной полной зависимости крепостных, ставших частной собственностью землевладельцев. Этот третий период можно характеризовать как период полной аномалии в развитии земельных отношений и общества в целом.

Сохранение крепостного права после освобождения от обязательной государственной службы за землю дворянства противоречило общей тенденции развития – усиление экономического обособления участников производства.

Во-первых, произошла искусственная задержка в развитии целого класса общества, составлявшего большинство населения страны. Пресекалось становление и развитие гражданского общества, всех его демократических институтов, способных обеспечить права и свободы граждан. Община, как форма внутренней организации крестьянской массы, форма прикрепления крестьян к земле и землевладельцу, надолго застыла в своем развитии, а вместе с общиной застыло развитие крестьянской интуиции, предусмотрительности, предприимчивости, бережливости и, как следствие, прогрессировали апатия, равнодушие к новшествам, к усовершенствованным приемам хозяйства и пр.

Во-вторых, освобождение от обязательной слубы дворянства, но при сохранении их власти над крестьянами, привело к не менее печальной участи разложения и этого, наиболее образованного класса общества, укоренению в обществе таких пороков неуважение к закону, праздность, тунеядство.

В третьих, отсутствие каких-либо живых интересов к производству не только у крепостных крестьян, но и у дворян. Вопреки ожиданиям, дворянство, сосредоточив в своих руках огромное количество земли, не стало руководить своим хозяйством, а перевело крестьян на оброк и перебралось в губернские и уездные города, где всего безопаснее от недовольных крестьян. Лишившись господского руководства и инвентаря, крестьянство обрабатывало землю как могло, а многие из них, переведенные на тяжелый оброк, и вовсе были вынуждены зарабатывать деньги на отхожих промыслах, надолго покидая свои хозяйства.

В-четвертых, крепостное право надолго задержало развитие не только сельского хозяйства, но также рост русских городов, ремесел и промышленности, торговли, транспорта, культуры. Крепостное право не допускало свободной миграции крестьянского населения. Способ освободиться от крепостной зависимости был один – бегство и многие им воспользовались, пополнив казачье население.

На протяжении более сотни лет сыск беглых крестьян и возвращение к прежнему владельцу производились по Уложению 1649 г. – по писцовым книгам и без срока давности. Лишь в 1754 г. власть, наконец, ограничивает сроки сыска и постановляет выдавать беглых по сказкам первой ревизии, не восходя дальше 1719г.

Весь XVIII век прошел под знаком ужесточения крепостного права. Об этом свидетельствует Указ от 6 мая 1736 г., по которому помещик получил право самому определять меру наказания крепостному за побег. Помещик становился и полицейским, и судьей, и сборщиком налога, и опекуном крестьянского хозяйства.

Указ от 01.01.01 г. предоставляет помещикам право ссылать в Сибирь на поселение своих крепостных 1, а название Указа от 8 января 1765 г. «О праве помещиков отдавать неугодных им крестьян в каторжную работу» 2 говорит само за себя.

Парадокс последнего Указов состоял в том, что он был обнародован уже после обнародования Манифеста о вольности дворянства 18 февраля 1762 г. Манифест снял с дворян обязательную службу, установив, что отныне «никто уже из Дворян Российских неволею службу продолжать не будет»3. Тем самым Закон Петра III устранил основное условие крепостного права – обязательная служба дворянства. Прежде крепостное право служило средством для обеспечения служилого сословия, теперь же, когда обязательность службы отменялась, нужны были изменения и в законодательстве о крепостном праве. Этого не произошло.

С начала XIX в. и до крестьянской реформы 1861 г. никаких существенных изменений в положении основных групп российских крестьян не произошло. Хотя со стороны верховной власти предпринимались попытки ослабить негативное воздействие крепостного права. Так Указом от 01.01.01 г. «О предоставлении купечеству, мещанству и казенным поселянам приобретать покупкою землю»4 разрешалось указанным в нем категориям населения покупать землю, но только без крестьян. Помещичьих крестьян, как видим, это не коснулось, они по-прежнему находились во власти помещика.

Не мог изменить положение и так называемый Указ о свободных хлебопашцах от 01.01.01 г. «Об отпуске помещиками своих крестьян на волю по заключению условий, на обоюдном согласии основанных»5, так как нашлось очень немного помещиков, согласных отпустить своих крестьян. Назначая более высокий выкуп, помещик всегда мог пресечь благие намерения своего крепостного выйти на волю, поэтому за 59 лет действия Указа свободными хлебопашцами стали всего лишь 111,8 тыс. душ м. п.

Не менее печальная судьба ожидала и Указ об обязанных крестьянах от 2 апреля 1842 г. «О предоставлении помещикам заключать с крестьянами договоры на отдачу им участков земли в пользование за условные повинности»6. При заключении договора, поэтому из более чем 10,7 млн. крепостных душ м. п. на положение обязанных было переведено лишь 27,1 тыс. душ м. п., проживавших в имениях помещиков. Собственность на землю оставалась за помещиками, а крестьяне получили землю в пользование за несение определенных повинностей (денежный или натуральный оброк, барщина и др.).

Не получил полной реализации и Указ от 3 марта 1848 г. «О предоставлении крестьянам помещичьим и крепостным людям покупать и приобретать в собственность земли, дома, лавки и недвижимое имущество»7, так как окончательное решение всегда зависело от воли помещика.

При подготовке и принятии документов крестьянской реформы 1861 г. верховная власть руководствовалась принципами, которые объективно отвечали интересам обоих классов – и помещиков, и крестьян, и, несмотря на половинчатость и противоречивость многих положений, в целом обеспечивали мирный переход земли от одного класса к другому.

Во-первых, «Крепостное право на крестьян, водворенных в помещичьих имениях, и на дворовых людей отменялось навсегда»8. Крестьяне получали личную свободу и землю. Хотя реформа, освободив крестьян от личной и имущественной зависимости от помещиков, не уравнивала их в правах с помещиками. Крестьяне переводились из разряда крепостных в разряд податных сословий и облагались подушным налогом. А так как взимать подать с каждого отдельного человека было трудно ввиду слабости финансовой системы, то устанавливалась круговая порука. Реформа передала таким образом крестьянина из рук помещика в руки общины для лучшего обеспечения взыскания повинностей и выкупных платежей. А для этого общине предоставлялась некоторая власть над крестьянами, право не отпускать на сторону при помощи особой паспортной системы.

Во-вторых, власть исходила, как и прежде, из принципа незыблемости права частной собственности на землю, из того, что «законно приобретенные помещиками права не могут быть взяты от них без приличного вознаграждения или добровольной уступки; что было бы противно всякой справедливости пользоваться от помещиков землею и не нести за сие соответственной повинности»9. Поэтому Манифест царя провозглашал право собственности помещиков на всю землю в их имениях, в том числе и на крестьянскую надельную, которую крестьяне получали в пользование за определенные повинности. «Помещики, сохраняя право собственности на все принадлежащие им земли, предоставляют крестьянам, за определенные повинности, в посоянное пользование усадебную их оседлость и сверх того, для обеспечения быта их и исполнения обязанностей их перед правительством, определенное в положениях колическтво полевой земли и других угодий»10.

В-третьих, добровольный характер соглашения между помещиками и крестьянами на выделение земли в постоянное пользование крестьян. Крестьяне за отведенный надел брали на себя обязательства отбывать в пользу помещиков определенные в местных положениях повинности работою или деньгами; соглашение оформлялось уставными грамотами.

В-четвертых, возмездный характер передачи земли от помещиков к крестьянам. При определении выкупной суммы после реформы помещик должен иметь такой же доход, как и до реформы, а для этого сумма оброка и барщины, переведенной в деньги, рассматривалась как 6 % доход от цены земли, помещенной в банк.

В-пятых, финансовая поддержка крестьянства со стороны государства: крестьяне уплачивали помещику только 20 % суммы выкупа, а 80 % возмещало государство в форме ценных бумаг под 5 % годовых. Выкупную сумму крестьяне обязаны были выплатить государству в течение 49 лет.

По десятой ревизии (1858 г.) в России значилось 103,2 тыс. помещиков, владевших 10,7 млн. душ м. п. и 85 млн. дес. земли. В среднем на поместье приходилось около 104 душ м. п. и 823,7 дес. земли.

Перевод крестьян на обязательный выкуп завершился в основном к 1895 г. На 1 января этого года числилось почти 9,2 млн. крестьянских душ м. п. в местах с общинным землевладением и 109,8 тыс. душ м. п. с подворным землевладением. В общей сложности крестьяне получили в надел 33,7 млн. дес. , или в среднем 3,4 дес. на ревизскую душу 11.

Произошла резкая дифференциация крестьянства по обеспеченности землей: 5,5 % крестьян получили менее 1 дес. на душу; 13,2 % - от 1 до 2 дес.; 28,2 % - от 2 до 3 дес.; 26 % - от 3 до 4 дес.; 22,3 % - от 4 до 6 дес.; 4,8 % - свыше 6 дес.12

Однако реформа не решила до конца задачу перехода земли от помещиков к крестьянам. Земля в ходе реформы отходила не отдельному крестьянскому хозяйству, а сельской общине. Даже после выкупа своего надела крестьянин не мог свободно распорядиться землей как собственностью, независимо от общины. Он не мог продать свой надел, а сдача в аренду разрешалась только членам своей общины. Община по-прежнему круговой порукой несла ответственность по обязательствам своих общинников, и закон предоставлял ей в связи с этим большие полномочия. Земельный надел в общине накрепко привязывал крестьянина к своему месту, препятствовал перемещению его в другие отрасли хозяйства, а земли – на рынок.

Община задерживала развитие не только бедных, но и зажиточных крестьянских хозяйств, которые могли бы стать крупными фермерскими хозяйствами и опорой власти в рыночных преобразованиях. Поэтому сохранение общины – это, несомненно, темная страница реформы 1861 г.

2.  Столыпинская аграрная реформа в начале XX в.

Волнения крестьян в гг. заставили верховную власть изменить свое отношение к общине. К этому времени для крестьян уже были отменены остававшиеся выкупные платежи за надельные земли (Указ от 3 ноября 1905 г.), разрешалось свободное переселение на окраины, отменены ограничительные правила о паспортах и вводилось свободное избрание постоянного места жительства. Указ от 9 ноября 1906 г. был направлен на разрушение общины и введение частной собственности на надельные крестьянские земли.

Отмена выкупных платежей за надельные земли вводила фактически полную собственность крестьян на землю (на основе Положения о выкупе 1861 г.). Но это была собственность общины или двора. Смысл же Указа 9 ноября 1906 г. сводился к замене общинной или подворной собственности личной собственностью главы двора. С этого Указа и началась реализация в жизнь Столыпинской аграрной реформы, рассчитанной на 20 лет.

В источниках отмечается, что Указ от 9 ноября 1906 г. не мог бы появиться, если бы община сама уже не подверглась разложению в процессе капиталистического развития крестьянского хозяйства. Внутри общины выделились пролетарские и буржуазные дворы, для которых община была только обузой. Беднейшие хозяйства не могли продать земли, чтобы уйти в город или на окраины, а крепкие хозяева не могли расширить свои запашки, так как община ограничивала и тех и других. Поэтому отмена общинного средневекового землевладения была прогрессивным шагом.

В условиях капиталистической России начала ХХ в. Возможен был и другой, более революционный путь капиталистического развития в деревне – фермерский (американский), за который объективно боролось все крестьянство. Для победы такого пути необходимо было изъятие помещичьих землевладений. Но это грозило серьезным внутренним конфликтом, нарушением стабильности и, возможно, гражданской войной. Поэтому правительство избрало эволюционный путь - Указ от 9 ноября был ориентирован на сохранение поместий как опоры менее прогрессивного прусского аграрного капитализма. Это и вызвало резкую критику Столыпинской аграрной реформы со стороны левых партий.

Основные результаты реформы таковы. К 1906 г. в России было 14,7 млн. крестьянских дворов, из них имели надельные земли 12,3 млн. дворов, в том числе на общинном праве 9,5 млн. и на подворном праве 2,8 млн. дворов. За годы проведения реформы, а она была отменена Временным правительством 28 июня 1917 г., из общины было выделено около 2,5 млн. дворов, или более одной пятой, и около 17 млн. дес., или 15 % общинных земель. Из общины вышли, прежде всего, зажиточные крестьяне, а также люди, не желавшие заниматься вообще сельским хозяйством и решившие воспользоваться своим правом продать свою землю.

Усилилась деятельность Крестьянского поземельного банка: если за десятилетие с 1896 по 1905 гг. через него было продано 504 имения с 961 тыс. дес. земли, то в следующее десятилетие, с 1906 по 1915 гг. – 3257 имений с 4,3 млн. дес. земли. Крестьяне и товарищества за это время купили с помощью банка 4,9 млн. дес., а прочие граждане – свыше 1 млн. дес. земли.14

Крестьянский поземельный банк был учрежден в России в 1882 г. Клиентами банка могли быть сельские общества, товарищества не менее как из трех домохозяев и отдель­ные домохозяева. Кредитная политика банка отдавала приори­тет для единоличных хозяйств: при общинном землеполь­зовании ссуда не должна превышать 125 руб. на каждую наличную душу сельского общества, поселения или това­рищества, а при подворном владении - 500 руб. на домо­хозяина.

В последующем ссуды на покупку земель у частных владельцев, как и ссуды под земли, купленные без содействия Крестьянского поземельного банка, стали выдаваться в таких размерах: для единоличных покупателей – 90-95 %, а в особых случаях и 100% от специ­альной оценки банка; для товариществ и сельских обществ - 80-85 %. Максимально кредитуемое к покупке количество земли ограничивалось тем коли­чеством, которое могло быть обработано силами покупа­теля и его семьи. Сроки ссуды: от 13 лет под 11,5% до 513/4 года под 6 % годовых. Спустя 30 лет процентные ставки были несколько снижены: 13 лет -9,25 % годовых; 18 лет - 7,5 %; 28 лет - 5,8 %; 41 год - 4,9 %; 55,5 лет - 4,5 % годовых.

Банку предоставлялось право самостоятельно производить покупку земель за свой счет и продавать их крестьянам. В последующие годы ссуды стали выдаваться под купленные крестьянами земли без содействия банка для погашения долгов, а также под залог надельных земель. Причем, как обществам, так и отдельным владельцам подворных участков и домохо­зяевам, выделившим свои наделы из общинного владе­ния. Получили возможность пользоваться ссудами банка товарищества крестьян для приобретения надельной земли. Постепенно при посредничестве банка в рыночный оборот стали втягиваться и надельные земли.

Крестьяне часто были не в состоянии купить землю либо вследствие обширности продаваемых имений, либо из-за наличия в них дач, не пригодных для крестьян. Вла­дельцам тоже не всегда было удобно продавать имение по частям из-за длительности и сложности этого процес­са. Поэтому введение такой операции банка, как покупка земель за свой счет для последующей продажи их крестьянам существенно облегчало положение сторон и ус­коряло процесс перехода земли к крестьянам. И главное: при такой организации из сферы торговли землей вытес­нялся паразитирующий элемент - перекупщик-спекулянт, который скупал земли оптом по низшим ценам, а продавал крестьянам частями по завышенным ценам.

В принципах деятельности Крестьянского поземель­ного банка в вопросе купли-продажи частновладельче­ских имений приоритетными были интересы крестьян: 1) имения оценивались по правилам, утвержденным правительством; 2) прода­жа земель дозволялась только крестьянам и, лишь те части, которые не подходили крестьянам, можно было про­давать другим лицам и учреждениям; 3) до продажи земель, они сдаются в аренду опять же преимуществен­но крестьянам; 4) продажа возможна как за наличные деньги, так и посредством выдачи ссуд; 5) стоимость на­личного запаса купленных земель не должна превышать стоимости собственного капитала банка; 6) суммы от продажи земель возвращаются в собственный капитал банка.

За гг. Крестьянским поземельным банком по России было выдано 273809 ссуд для 2229654 домохозяев, на которые крестьянами куплено 14,9 млн. дес. земли, из них 9,3 млн. дес., или 62,7 %, - товариществами, 2,6 млн. дес., или 17,3 %, - единоличными хозяевами и около 3 млн. дес., или 20,0 %, - сельскими обществами. В среднем на одного домохозяина было куплено: по товарищест­вам - 6,9 дес.; единоличными крестьянами - 12,8 дес.; сель­скими обществами - 4,0 дес.

В вопросе выдачи крестьянам ссуд под частные и на­дельные земли банк тоже отдавал приоритет развитию мелкой частной земельной собственности. «Выдавая ссу­ды единоличным земледельцам, писал современник, Крестьянский банк ока­зал несомненную услугу государству образованию той формы. частного землевладения, которая повсеместно служит источником процветания страны и верною опо­рою гражданского порядка» 8.

3а 15 лет деятельности Крестьянского поземельного банка на Северном Кавказе получены такие ре­зультаты: с участием банка совершено 616 сделок, в ко­торых приняло участие 12648 домохозяев с 42794 душами мужского пола; куплено земли,— 163950 дес. на общую сумму руб. Из этой суммы ссуда составила 77,3%, доплата покупателей - 22,7%.

Удельный вес частного крестьянского землевладения в Кубанской области оставался пока незначительным. Область исторически была казачьей, а господствующей формой по-прежнему оставалась форма общинного казачьего землевладения. Тем не менее, тенденция к частному землевладению, хотя и медленно, но настойчиво пробивала себе дорогу и в казачьей общине, вопреки строгим ее установлениям, традициям, обычаям. И в этом немаловажную роль сыграл Крестьянский поземельный банк.

В 1912 г. из 946,2 тыс. дес. частновладельческих земель области, а это более 13 % от всех земель, разверстанных по категориям владельцев, 162,6 тыс. дес., или 17,1 %, уже перешла к крестьянам. Причем, из них 111,3 тыс. дес., или 68,5 %, было куплено крестьянами при содействии Крестьянского поземельного банка.

Вопрос об общине и ее историческом месте в нашем обществе не имеет однозначного ответа. Только этим и можно объяснить негативную оценку Столыпинской аграрной реформы и ее результатов в советский период, да и в настоящее время. Многие советские историки и экономисты считают, что реформа Столыпина провалилась. Но как справедливо в связи с этим отмечал академик , «Едва ли сегодня можно столь категорически и однозначно отвечать на этот вопрос. Ведь прав был Столыпин в том, что нужны были десятилетия упорной работы, преодоления некоторых традиций. Да реформа и не предполагала сплошного насаждения индивидуального хозяйства дл всех регионов. Учитывался и различный уровень их экономического развития, и то, что природе своей люди никогда все не смогут быть предпринимателями, да еще индивидуальными».

Социализация земли и коллективизация крестьянских хозяйств в годы советской власти

Вопреки Столыпинской аграрной реформе, в России в 1917 г., как известно, верх взяла идея социализации земли. Она предполагала переход земли из частной собственно­сти во всенародное достояние и уравнительное землепользование.

"Крестьянский наказ о земле", декретированный II Всероссийским Съездом Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов от 26 октября (8 ноября) 1917 г., полностью отвечал буквой и духом общинным представлениям о равенстве и справедливости.

Основные пункты этого документа: "1. Право частной собственности отменяется навсегда; земля не может быть ни продаваема, ни покупаема, ни сдаваема в аренду либо в залог, ни каким-либо другим способом отчуждаема. Вся земля: государственная, удельная, ка­бинетская, монастырская, церковная, посессионная, майоратная, частновладельческая, общественная и кре­стьянская и т. д. отчуждается безвозмездно, обращается во всенародное достояние и переходит в пользование всех трудящихся на ней.

7. Землепользование должно быть уравнительным, т. е. земля распределяется между трудящимися, смотря по местным условиям по трудовой или потребительской норме...

8. Вся земля, по ее отчуждении, поступает в общена­родный земельный фонд... Земельный фонд подвергается периодическим переделам в зависимости от прироста населения... Земля выбывающих членов поступает обрат­но в земельный фонд... Если земельный фонд оказыва­ется недостаточным, то избыток населения подлежит пе­реселению..." 1.

Дальнейшей конкретизацией основных положений "Крестьянского наказа о земле" был декрет ВЦИК Со­ветов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов от 27 января (9 февраля) 1918 г. «О социализации земли».

Социализация земли была первым революционным шагом по пути ограничения индивидуалистического начала в землепользовании. Следующий шаг должен привести к коллективному землепользованию, превращению индивидуальных казачьих и крестьянских хозяйств в коллективные хозяйства. В декрете «О социализации земли» в задачи органов местной и центральной власти, «помимо справедливого распределения земель среди трудового земледельческого населения», входило также «развитие коллективного хозяйства в земледелии, как более выгодного в смысле экономии труда и продуктов, за счет хозяйств единоличных» 1.

Идея перехода от единоличных крестьянских хозяйств к коллективным, товарищеским, поспешно продвигалась и в последующих законодательных документах новой власти. В Постановлении ВЦИК от 01.01.01 г. «О социалистическом землеустройстве и о мерах перехода к социалистическому земледелию» под предлогом борьбы с капиталом и окончательного уничтожения всякой эксплуатации человека человеком, снова утверждалось, что «необходим переход от единоличных форм землепользования к товарищеским», что «на все виды единоличного землепользования следует смотреть как на преходящие и отживающие» 2.

Теоретической основой идеи коллективизации землепользования служили положения К. Маркса и Ф. Энгельса о преимуществах крупного производства перед мелким, о неизбежности капитализации сельского хозяйства по мере развития рынка, о неизбежном превращении со временем мелкого крестьянина в наемного рабочего. «В сфере земледелия, - писал К. Маркс, - крупная промышленность действует с наибольшей революционностью в том смысле, что она уничтожает оплот старого общества, «крестьянина», и выдвигает на его место наемного рабочего. Таким образом, потребность социального переворота и социальные проти - воположности становятся в деревне одинаковыми с городом» 1. В этом же духе высказывался и Ф. Энгельс, предсказывая неминуемую гибель мелких крестьянских хозяйств, поскольку «крупное капиталистическое производство так же раздавит их бессильное устарелое мелкое хозяйство, как железно - дорожный поезд – ручную тачку» 2.

Сказано верно и, очевидно, все так и произойдет – такова логика естественного развития накопления, общественного разделения труда, собственности, рынка. Но вопрос в другом: как и когда это должно произойти и надо ли было форсировать естественный процесс развития?

В России, к сожалению, и на этот раз верх взяли сторонники общинной формы землепользования, причем, наиболее радикально настроенные к противникам насильственного обобществления. Хотя опыт реформирования земельных отношений в условиях рынка в других странах и в самой России к тому времени уже был, были и научные труды, в которых доказательно звучали предостережения о том, что нельзя успешно вести хозяйство, игнорируя интересы людей, совершая насилие над ними.

, один из представителей либерально-демократического направления в аграрно-экономической науке, в начале 20-х годов писал, что "путь развития личной инициаливы, личной предприимчивости есть единственный, который ведет к прочному преодолению аграрного кризиса" 3. Что касается дифференциации крестьянства, то она, по мнению Бруцкуса, вообще неизбежна. При нормальном развитии какая-то часть людей всегда уходит из деревни, а без этого не могут развиваться другие отрасли. Развитие рынка толкают на интенсификацию, предпринимательство, самостоятельность1.

Крестьянство - противник крайнего индивидуализма, так как оно заинтересовано в кооперации; оно не может быть в конфронтации с рабочими, так как из своей среды само постоянно выделяет людей труда 2.

Столыпинскую аграрную реформу Бруцкус, в отличие от марксистов, оценивал положительно, акцентируя внимание на том, что правительство в ней сделало «ставку не на убогих и пьяных, а на крепких и сильных» 3. Но с аграрной программой эсеров по социализации земли был не согласен, считая, что она «соответствовала и хорошо формулировала чаяния наиболее многочисленных экономически отсталых кругов крестьянства» 4.

Марксисты c большим оптимизмом относились к русской общинной собственности на землю. В работе "Марка" Энгельс и немецким крестьянам подсказывает, как улучшить свое положение: "Путем возрождения марки, но не в ее старой, пережившей себя, а в омоложенной форме, путем такого обновления общинного землевладения, при котором последнее не только обеспечит мелкокрестьянским общинникам все преимушества крупного хозяйства и применения сельскохозяйственных машин… притом организовать ее без капиталистов, а силами самого товарищества" 5.

Однако Бруцкус, напротив, выражал однозначно отрицательное отношение к крестьянской общине: «Русский аграрный строй не только вел к глубокому кризису крестьянского хозяйства, но он создавал в крестьянстве и настроения, благоприятные для аграрного переворота. Община, нивелируя крестьянство, сплачивала его воедино» 6. Наиболее дальновидные дворяне поняли опасность общины и поддержали реформу Столыпина, направленную на разрушение общины. Революционеры, напротив, поддерживали общину, рассчитывали на нее, полагая что «современная русская общинная собственность на землю может явиться исходным пунктом коммунистического развития» 1.

Ученые либерально-демократического направления считали общину изжившим себя институтом, отстаивали необходимость частной собственности на землю, разъясняя в то же время, что право частной собственности – это и ответственность перед людьми. , в частности, писал: «Частная собственность должна быть утверждена, но народ должен систематически воспитываться к верному пониманию ее идеи… Частная собственность есть власть: непосредственно - над вещами, но опосредственно – над людьми. Нельзя давать власть, не воспитывая к ней. Частная собственность есть свобода. Нельзя предоставлять свободу, не приучая к ее благо-употреблению… Частная собственность означает самостоятельность и самодеятельность человека: нельзя исходить из предположения, что каждый из нас «от природы» созрел к ней и умеет ее осуществлять в жизни»2.

На позициях рыночной экономики стоял и . В работе, посвященной социализации земли в России, он отмечал, что слабость нэпа заключалась в жестких мерах государственного регулирования. Государство не создало частному капиталу условий для проявления экономической самостоятельности, инициативы. Бюрократический аппарат давил на предпринимателей и "есть только один выход из того экономического тупика, в котором находится теперь Россия. Этот выход заключается в честном отказе от принципов регулирования народного хозяйства и в предоставлении свободы действий частной инициативе" 3.

Однако в крестьянской России, пережившей мировую и гражданскую войны, либеральная идея не получила поддержки и ее представители уже в начале 20-х годов были выдворены за пределы страны.

В начале 30-х годов были арестованы и вскоре казнены наиболее видные представители организационно-производственной школы: , , .

Та же же участь постигла и всемирно известного экономиста России

, известного марксиста-ленинца с правым уклоном в политике по отношению к крестьянству , и многих других. Хотя никто из них не шел так далеко в вопросе о частной собственности на землю, как либеральные демократы. Свое внимание они сконцентрировали на организационных формах крестьянского землепользования, доказывали, что оно должно оставаться индивидуальным, семейным и путь развития крестьянских хозяйств будет пролегать через добровольную кооперацию, но не через общинный коллективизм.

поддерживал аграрную программу социалистов-революционеров, выступал за социализацию земли, за уравнительно-трудовое землепользование. Он доказывал, что крупнокапиталистические и полукапиталистические хозяйства нерациональны, а рационально лишь трудовое крестьянское хозяйство. Однако он выступал против частых земельных переделов, как неизбежных спутников уравнительности. Переделы лишают крестьянина уверенности и стимулов к вложениям капитала, поэтому они должны быть заменены экономическими мерами выравнивания. Всесоронняя кооперация, сглаживающая многие недостатки мелкотоварного производства, по мнению Кондратьева, должна стать магистральным путем развития крестьянских хозяйств 1.

К этому времени были уже хорошо известны труды -Барановского, в которых давалось обоснование принципиальных различий между кооперацией и коллективизмом. Кооперация, - писал Туган-Барановский, - представляет собою более высокий социальный тип, чем коллективизм, ибо коллективизм является организацией, основанной на принудительной власти большинства над меньшинством, между тем как кооперация является типом вполне свободного хозяйственного и общественного союза 1.

Социальные основы у кооперации и колхоза разные. Крестьянин-кооператор хозяйственно независим, обособлен и состоит в кооперативе лишь постольку, поскольку ему это экономически выгодно. Он вовсе не стремится потерять свою самостоятельность, «по мере развития кооперации крестьянин все крепче сидит на своем поле и не обнаруживает ни малейшей охоты отказаться от своего хозяйственного предприятия и передать его какому-либо кооперативу» 1. Это новый тип крестьянского хозяйства, в котором для индивидуального хозяйства остается только одна область – производство, все остальные – купля, продажа, получение кредита, переработка продукции и пр. передаются кооперации. Но крестьянин-колхозник, в отличие от кооператора, обобществляя свое хозяйство, т. е. объединяя землю, скот, инвентарь, постройки, с другими, утрачивает хозяйственную самостоятельность и состоит в колхозе на правах общинника.

рассматривал крестьянскую кооперацию как «весьма совершенный вариант крестьянского хозяйства, позволяющий мелкому товаропроизводителю, не разрушая своей индивидуальности, выделить из своего оригинала те его элементы, в которых крупная форма производства имеет несомненные преимущества над мелкой, и организовать их с соседями»2.

Примечательно, что несмотря на существенные различия в подходах к проведению аграрной реформы, либеральные демократы и Столыпин, эсеры и Кондратьев, представители организационно-производственной школы во главе с Чаяновым были едины в том, что ставили одну и ту же цель – сохраненить и укрепить хозяйственно-экономическую самостоятельность крестьянского хозяйства, высвободить крестьянскую личность от общинной власти, дать ей возможность проявить себя, развить свою индивидуальность, неповторимость, интуицию. Расхождения касались лишь пределов экономической самостоятельности: одни стояли за полную самостоятельность, с правами частной собственности на землю, другие – за ограниченную, с правами землепользования. Кооперация рассматривалась как организационная форма объединения самостоятельных крестьянских хозяйств в сопутствующих производству сферах деятельности. Примечательно еще и то, что цель эта не противоречила устремлениям самих крестьян и совпадала с общеисторической тенденцией развития земельных отношений.

Массированное наступление на мелкое крестьянское хозяйство на Кубани, как и по всей стране, было спровоцировано правительством ценовой политикой на хлеб. Как показывает , в 1925/26 г. разрыв между ценами на зерно плановых заготовителей и частного рынка составлял 38%, в 1926/27 г. – 55%, в следующем году – 75%, а в 1928/29 – 134%. 3. Из-за низких цен крестьяне не торопились продавать хлеб государству, старались сбыть его внеплановым или частным заготовителям по более высокой цене, надеясь на повышение и государственных закупочных цен; произошло сокращение заготовок зерна государством. Эта естественная реакция со стороны товаропроизводителя на рыночную конъюнктуру была истолкована как проявление политической борьбы крестьянства с пролетарским государством. А поскольку основными производителями товарного зерна были наиболее зажиточные казачьи и крестьянские хозяйства, они и были объявлены саботажниками, они и подлежали первоочередному «раскулачиванию». Они, естественно, оказывали и наибольшее сопротивление коллективизации.

О ходе коллективизации индивидуальных хозяйств на Кубани можно судить по данным партийных документов. На 2-м пленуме Кубанского окружкома ВКП(б) 14 марта 1928 г. отмечалось, что в организуемых колхозах: "По сословию: казаков – 10,5 %, иногородних – 89,5 %. Особенно мало казаков по коммунам, где они занимают 5,1 %, в артелях они составляют 14,9 %, и всего больше их имеется в товариществах по совместной обработке земли – 20,3 %" 1. А в документе от 5 октября 1928 г. уже констатируется, что "достигнут значительный сдвиг в вовлечении в колхозное строительство казачества, удельный вес которого повышен с 10,5 % на 1 октября 1927 г. до 36 %" 2. С началом массовой коллективизации в 1929 г. о казачестве, как особом сословии, в официальных документах больше не упоминается, по своему социальному положению оно слилось с крестьянством.

В Советских Конституциях от 5 декабря 1936 г. и от 7 октября 1977 г. подтверждалось, что земля с ее недрами, лесами, водами является государственной собственностью, то есть "всенародным достоянием", а земля, занимаемая колхозами, закрепляется за ними в бесплатное и бессрочное пользование. Если при монархическом строе казачьи и крестьянские общины наделялись землей на правах владения, то колхозные общины - на правах пользования. По своему социальному положению советские крестьяне были отброшены назад во времена, предшествовавшие земельной реформе 1861 г. Вся производственно-финансовая деятельность колхоза, общественная и личная жизнь колхозников были поставлены под контроль государства; общинный принцип уравнительности торжествовал, а его негативные последствия накапливались. К концу 80-х годов XX в. экономическая реформа в России стала неизбежной.

Рубежным для России стал 1990 год. Он был ознаменован принятием целого ряда политических и экономических решений, которые надолго определили новую направленность развития страны.

12 июня 1990 г. была принята Декларация о государственном суверенитете России. В этом же году принимаются законодательные документы, в которых были заложены правовые основы для возрождения частной собственности на землю и образования индивидуальных крестьянских хозяйств.

22 ноября 1990 г. Верховный Совет РСФСР принимает Закон "О крестьянском (фермерском) хозяйстве". После многих десятилетий эксперимента с коллективными хозяйствами, крестьянское хозяйство впервые объявляется хозяйствующим субъектом с правами юридического лица, который ведет предпринимательскую деятельность на своей или арендованной земле, силами своей семьи или с привлечением наемных работников. Впервые за многие годы ожиданий крестьянину было сказано, что "земельный участок передается ему в частную собственность или в аренду" без всякого выкупа, а дополнительный земельный участок "может приобретаться за плату у граждан – собственников земли" 1.

23 ноября 1990 г. принимается Закон "О земельной реформе", в котором "Монополия государства на землю на территории РСФСР отменяется. Вводятся две основные формы собственности на землю: государственная и частная… Частная собственность на землю реализуется в виде индивидуальной и коллективно-долевой собственности граждан". Определяются размеры бесплатной передачи земли в частную собственность граждан: "в пределах средней земельной доли, сложившейся в данном административном районе, на одного работающего в сельском хозяйстве" 2 .

Съезд народных депутатов РСФСР своим Постановлением от 3 декабря 1990 г. "О программе возрождения российской деревни и развитии агропро - мышленного комплекса", хотя и подтвердил многообразие и равенство всех форм собственности, поддержал развитие всех форм хозяйствования, но по принципиальному вопросу о свободной купле-продаже земельных участков решение не принял. "Продажа или иное отчуждение земельного участка, кромепередачи по наследству, возможны только государству… В течение 10 лет с момента приобретения прав собственности на земельный участок его купля-продажа не допускается"1.

Сторонникам общины удалось затормозить продвижение аграрной реформы. Противостояние в обществе усиливалось еще и тем, что на стороне общинных сил выступила значительная часть казачества, требовавшая возрождения традиционной общинной формы землепользования.

Ссылаясь на статью 2 Закона РСФСР от 01.01.01 г. "О реабилитации репрессированных народов", казачество добивается от Президента издания Указа от 01.01.01 г. "О мерах по реализации Закона Российской Федерации "О реабилитации репрессированных народов" в отношении казачества". Согласно п. 4 Указа "Станичным и иным казачьим обществам в соответствии с земельным законодательством безвозмездно отводятся земельные наделы для коллективного землепользования на основе традиционных для казачества форм общинного владения землей либо коллективно-долевой или коллективно-совместной собственности участников общества на землю" 1.

Однако выполнить Указ, особенно в той части, которая касается организации казачьего общинного землевладения, ни власти, ни казачеству, было не под силу. Объективные условия жизни людей изменились так, что община, как форма организации народной жизни – труда, распределения, обмена, потребления, вооруженной защиты – утратила свое значение.

Выход общества из состояния коллективизма происходит медленно: несмотря на то, что законодательная база в основном создана, динамика образования и развития крестьянских хозяйств как в целом по России, так и на Кубани, замедлена и не устойчива. Как видно из приведенных данных, процесс образования крестьянских хозяйств и по России в целом, и по Краснодарскому краю с 1991 по 1996 гг. шел по восходящей линии. Этому в значительной мере способствовали меры государственной финансовой поддержки крестьянских хозяйств в гг. – льготные кредиты, доступные цены на сельскохозяйственную технику, льготное налогообложение. Но затем наметилась тенденция сокращения числа хозяйств. Среди причин сокращения числа крестьянских хозяйств называются отсутствие паритета цен на сельскохозяйственную продукцию и промышленные средства производства, недостаток техники, неразвитость рыночной инфраструктуры, трудности со сбытом произведенной продукции, неравноправные экономические отношения с перерабатывающими предприятиями, элеваторами и агросервисными фирмами, отсутствие простейших форм кооперации.

Указ Президента РФ от 01.01.01 г. "О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России" установил, что "граждане и юридические лица – собственники земельных участков имеют право продавать, передавать по наследству, дарить, сдавать в залог, аренду, обменивать, а также передавать земельный участок или его часть в качестве взноса в уставные фонды (капиталы) акционерных обществ, товариществ, кооперативов, в том числе с иностранными инвестициями" 1. Однако из-за отсутствия федерального закона, который регулировал бы оборот земли, региональные законодательные органы стали принимать местные законы, разрешающие или запрещающие куплю-продажу земельных долей. В частности, Законодательное Собрание Краснодарского края приняло Закон от 1 августа 1995 г. "Об особом порядке землепользования в Краснодарском крае" 2, который разрешал собственнику земельной доли: вносить свою долю в уставной капитал хозяйства, после чего право собственности переходило хозяйству; выделять свою долю в натуре для ведения крестьянского хозяйства; передавать свою долю по наследству. Однако, куплю-продажу земельных долей закон, как и документы реформы 1861 г., не разрешает.

После издания Президентом РФ очередного Указа от 7 марта 1996 "О реализации конституционных прав граждан на землю" Законодательное Собрание края дополнениями к региональному закону расширило права собственников земельных долей. Им было разрешено вносить свое право пользования земельной долей в уставной капитал данного хозяйства на срок не менее 3-х лет; передавать свою долю в аренду крестьянскому хозяйству или сельскохозяйственному предприятию на срок не менее 3-х лет; передавать по договору пожизненного содержания; обменивать на имущественный пай или земельную долю в другом хозяйстве. Однако купля-продажа земельных долей, вопреки Указу Президента, не разрешается.

Земельный пай фактически не превращает крестьянина в собственника, но прикрепляет его к земле, удерживает его от перемещения в другие отрасли народного хозяйства, хотя юридически он свободен. Земля, как и прежде не имеет своего хозяина, а для многих крестьян из-за коллективного землепользования она давно стала мачехой. Но именно такая ситуация и устраивает чиновников от колхоза, именно поэтому уступить право пользования землей через аренду – это максимум, на что они еще могут согласиться, но не больше.

Сегодня чиновники от общины говорят почти то же, что в свое время говорили казачьи атаманы, сдавая войсковые земли в аренду крестьянам: "Кто хочет работать на земле, пусть берет землю в аренду, земля – прокормит". Действительно, арендованная земля прокормить может, но обеспечить достойную для человека жизнь – не может, потому что договор аренды содержит не только цену аренды, но и массу других ограничений для землепользователя.

Альтернатива колхозу есть – крестьянская кооперация, которую создают экономически самостоятельные хозяйствующие субъекты, а пределы концентрации земли, труда и капитала в ней определяет рынок. В кооперации крестьяне остаются фактическими собственниками своей земли и от этого выигрывают и крестьяне, и общество в целом.

Для обеспечения устойчивого развития сельских территорий на основе малого и среднего бизнеса в 2011 году принят краевой закон «О мерах государственной поддержки субъектов малого предпринимательства в агропромышленном комплексе Краснодарского края». Закон установил меры и полномочия органов краевой власти по государственной поддержке малых предприятий, микропредприятий, крестьянских (фермерских) хозяйств, индивидуальных предпринимателей, осуществляющих деятельность в сфере сельскохозяйственного производства и переработки на территории края. Определены приоритетные направления государственной поддержки. Основные из них следующие.

Во-первых, поддержка развития отрасли животноводства в малых формах хозяйствования. Для этого выплачиваются дотации за произведенное и реализованное на перерабатывающие предприятия молоко и мясо: за один литр молока дотация 2 рубля, за один килограмм реализованного мяса в живом весе – 10 рублей. Через унитарное предприятие ГУП «Кубаньплемподдержка» осуществляется помощь юридическим лицам и населению в приобретении маточного и племенного поголовья крупного рогатого скота, свиней и овец с отсрочкой оплаты до трех лет. Кроме того, органы власти предоставили возможность приобретать, с отсрочкой платежа до одного года, молодняк скота, свиней, овец, коз, кроликов, гусей, индеек. Один раз в календарный год предоставляется бесплатное ветеринарное обследование и лечение животных и птицы в малых формах и личных подсобных хозяйствах населении.

Во-вторых, поддержка производства овощей в закрытом грунте. Департамент сельского хозяйства возмещает часть затрат на строительство капитальных теплиц в малых формах хозяйствования и у населения. Департамент сельского хозяйства возмещает часть затрат на строительство капитальных теплиц, из расчета 300 рублей за каждый квадратный метр теплицы.

В-третьих, в крае принята специальная комплексная программа «Поддержка посадки многолетних насаждений». Она включает государственную поддержку развития садоводства и виноградарства в малых формах, для чего дополнительно предоставляется в аренду до 5 гектаров сельскохозяйственных земель, причем, все затраты по межеванию, постановке на кадастровый учет и регистрации договора аренды земельного участка, а также возмещение части затрат на подготовку почвы, приобретение саженцев, посадку и проведение уходных работ, установка шпалеры в течение четырех лет администрация края берет на себя. Общая сумма дотаций в расчете на один гектар многолетних насаждений составляет около 90 тыс. рублей.

В-четвертых, государственная поддержка создания малых перерабатывающих цехов и предприятий. Сюда относится стимулирование создания сельскохозяйственных потребительских кооперативов по переработке сельхозпродуктов, финансовая поддержка кооперативов при покупке современного оборудования и технологий, создание и развитие инженерной инфраструктуры для переработки, хранения и реализации сельскохозяйственной продукции.

Кроме того, предусматриваются дополнительные меры поддержки по лизинговым операциям, при страховании сельскохозяйственных посевов, при производстве сельскохозяйственной органической продукции.1

Эти меры вселяют оптимизм по поводу будущего российского сельского хозяйства, уверенность в том, что период экспериментирования в сельском хозяйстве закончился, и оно выходит, наконец, из сложного лабиринта проб и ошибок, стало на путь поддержки своего сельскохозяйственного товаропроизводителя, укрепления его экономической основы.

Разработал:

д-р экон. наук, профессор кафедры )