Ораторское искусство юриста (стр. 3 )

9.  Заключение.

Естественно, что последовательность составных частей обвинительной речи, значимость и объем каждой из них будут меняться в зависимости от характера дела, индивиду­альных особенностей выступающего и т. п.

Вступительная часть.

Вступление является важнейшей составной частью ора­торской речи. Задача вступительной части - привлечь вни­мание слушателей, установить контакт с аудиторией, со­здать благоприятные условия для восприятия речи, подготовить присутствующих в зале к принятию основных положений и выводов оратора.

Отметим, однако, что существуют разные мнения по поводу того, нужны ли вообще в обвинительных речах вступления, нужно ли обвинителю излагать перед судьями свой взгляд на данное преступление, на его особенности, исключительное значение этого дела и т. п.

А. Левенстим формулирует основные требования, предъявля­емые к вступлению:

—  Вступление должно быть кратко, сжато и тесно свя­зано с речью. Нельзя составлять его из общих выра­жений и мыслей, не имеющих отношения к делу.

—  Вступление должно быть спокойное, потому что слиш­ком большое увлечение, жар и резкие картины в на­чале речи вынуждают оратора очень быстро понизить тон в главной части его речи, тогда как в ней кроется вся суть дела.

—  Содержание введения может быть самое разнообраз­ное в зависимости от силы улик и общего характера дела.

Действительно, анализ текстов обвинительных речей показывает, что ораторы во вступлениях используют самые разнообразные приемы, позволяющие подвести присут­ствующих в зале суда к восприятию обстоятельств уголов­ного преступления.

Довольно часто прокуроры начинают свою речь с оцен­ки морально-этического значения разбираемого дела, с ука­зания на общественную опасность совершенного деяния.

Действенный прием, к которому нередко прибегают су­дебные ораторы, - обратить внимание на характерные осо­бенности дела. Такой прием позволяет сразу актуализиро­вать проблему, подчеркнуть сложность данного дела, определенным образом настроить слушателей.

Некоторые ораторы начинают обвинительную речь с кар­тины преступления. «Такое введение, — отмечает А. Левенстим, — весьма практично, потому что оно облегчает пере­ход к главной части и дает возможность сразу изложить спорный пункт. В начале речи, когда восприимчивость све­жа и внимание еще усилено хорошим вступлением, вполне уместно указать на главный пункт, около которого происхо­дит борьба». К подобному приему неоднократно прибегал в своих речах . Например:

«Господа судьи, господа присяжные заседатели! Около ме­сяца тому назад, в Спасской улице, в доме Дмитревского, про­изошло большое несчастье. Семейство, единственною поддер­жкою которого был Алексей Иванович Рыжов, состоящее из жены его и четырех детей, внезапно и неожиданно осиротело: глава этого семейства был лишен жизни. Он лишился жизни не окруженный попечениями и участием родных, не благослов­ляя своих детей, а сопровождаемый их отчаянными криками и падая от руки близкого и обязанного ему человека. Этот близ­кий и обязанный ему человек находится в настоящее время перед вами, и от вас зависит решить его судьбу» (По делу об убийстве статского советника Рыжова).

Оратор может начать выступление с указания на свое личное положение в данном деле. Например, ­вьев, поддерживая в Московской судебной палате обвине­ние против мирового судьи С., преданного суду за оскорб­ление действием товарища прокурора JL, находящегося при исполнении своих служебных обязанностей, начал свою речь следующей фразой:

«Господа присяжные! Выступая перед вами по настояще­му делу, я вполне понимаю необходимость быть особо при­страстным в оценке улик и доказательств, так как лицо, не­посредственно потерпевшее от преступления, мой собрат по оружию, мой подчиненный».

Эффективным в начале речи является и изложение про­граммы выступления. Обвинитель начинает речь с перечис­ления вопросов, на которых он предполагает остановить­ся; указывает, какие положения будет обосновывать, какие обстоятельства анализировать, и т. д. Это помогает слуша­телям целенаправленно следить за ходом рассуждений ора­тора, облегчает восприятие речи.

А. Левенстим указывает еще на один прием начала выс­тупления:

«Можно указать на особый характер доказательств, с ко­торыми приходится оперировать по делу: на отсутствие улик прямых, которые отличаются рельефностью, и вместо этого на присутствие косвенных, которые по характеру данного дела только и могут быть собраны. Такое начало окажется весьма удобным по делам о поджоге, об уничтожении документов, о даче ложного показания, в которых к выводу о виновности приходится пробираться путем целого ряда умозаключений, а не на основании сильных, прямых улик».

Таковы основные приемы, которые обычно используют­ся ораторами во вступительной части обвинительной речи. Однако, как уже отмечалось, специальное вступление есть не во всех речах.

Готовясь к судебным прениям, прокурор должен особое внимание уделить главной части речи, в которой излагаются факты дела, анализируются доказательства, делаются выводы.

Изложение фактических обстоятельств преступления (фа­була дела). Иногда эта часть заменяет введение, но чаще всего вступление плавно переходит в изложение обстоя­тельств дела.

Например, в речи о подлоге завещания от имени купца Козьмы Беляева сразу после вступительных замечаний об обстоятельствах данного дела (начало речи приводится выше) приступает к изложению его обстоя­тельств.

Эта часть речи необходима, чтобы помочь слушателям восстановить в памяти картину совершенного преступле­ния, акцентировать их внимание на основных моментах, выделить спорные вопросы.

Речь прокурора подводит итоги судебного следствия, но она не должна быть повторением обвинительного акта. Поэтому при изложении обстоятельств дела обвинителю рекомендуется быть кратким и точным, излагать материал ярко и убедительно.

В судебной практике существуют разные способы изло­жения обстоятельств дела: хронологический, систематичес­кий и смешанный.

Используя хронологический способ, обвинитель излага­ет обстоятельства дела в той последовательности, в какой они устанавливались на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства, т. е. показывает путь выяс­нения обстоятельств дела.

Систематический способ предполагает изложение обстоя­тельств дела в той последовательности, в какой они имели место в действительности, точнее, как они представляются обвинению. Такой способ изложения дает целостное пред­ставление о существе дела, рисует полную картину совер­шенного преступления. К недостаткам данного способа спе­циалисты относят то, что фактически обстоятельства дела как бы обособляются от доказательств, изолируются от них.

Поэтому ораторы чаще всего прибегают к так называе­мому смешанному методу, в котором сочетаются элементы как хронологического, так и систематического способа из­ложения обстоятельств дела.

Анализ и оценка собранных по делу доказательств. Это наиболее сложная и ответственная часть обвинительной речи.

Прокурор обязан принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследо­вания обстоятельств дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отяг­чающие его ответственность обстоятельства.

Задача прокурора — систематизировать все собранные по делу доказательства (показания свидетелей, показания подсудимого, показания потерпевшего, заключения экс­пертов, вещественные доказательства, протоколы судебных действий, документы, удостоверяющие определенные фак­ты, и т. п.) и дать им оценку с позиции обвинения.

Оценка доказательств включает установление таких их свойств, как допустимость, относимость, достоверность v достаточность всей совокупности для подтверждения обвинения. Все доказательства должны быть получены из предусмотренных законом источников, в установленном законом порядке и надлежащим образом процессуально оформлены.

В своем выступлении государственный обвинитель дол­жен четко и ясно показать, какие доказательства подтвер­ждают виновность подсудимого, какое обвинение можно считать обоснованным, а какие обстоятельства не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства и должны быть отвергнуты.

Следует иметь в виду, что ни очевидность дела, ни при­знание вины подсудимым не снимает с прокурора обязан­ность доказывания обвинения.

Следует иметь в виду, что анализ и оценка доказательств является наиболее значительной частью речи и по объему. В старых риториках она называлась «Probatio» (доказатель­ство) и считалась ядром обвинения. Здесь краткость неуме­стна. В этом разделе требуется обстоятельное изложение материала, подробный анализ доказательств.

Характеристика личности подсудимого и потерпевшего.

Как подчеркивает специалист в области юридической пси­хологии В. JI. Васильев, характеристика подсудимого — один из самых сложных с этической точки зрения элемен­тов обвинительной речи прокурора. Она необходима преж­де всего потому, что выводы обвинителя относительно воз­можного наказания подсудимому в значительной мере определяются именно личностью виновного. Без освеще­ния данных о личности подсудимого невозможно вскрыть причины совершения преступления, способствовавшие ему обстоятельства. Однако, говоря о подсудимом, прокурору не следует забывать, что он имеет дело с человеком, вина которого не установлена, в отношении которого действует презумпция невиновности.

Характеристика подсудимого должна быть объективной, содержать необходимую для разрешения дела информацию, соответствовать оригиналу.

Характеризуя подсудимого, прокурор должен быть сдер­жанным в выборе слов и выражений. Он не вправе прибе­гать к резким выпадам, унижающим подсудимого, оскорб­ляющим его честь и достоинство. В характеристике важно показать, является ли преступление закономерным резуль­татом проявления его личных качеств или совершено под влиянием тех или иных обстоятельств, вынудивших его к противоправным действиям. Следует при этом учитывать, что определение соотношения этих факторов порой бывает довольно сложно

Чтобы рельефнее показать личность подсудимого, выде­лить те стороны его характера, которые способствовали совершению преступного деяния, обвинители нередко ри­суют портрет жертвы, потерпевшего или иного лица, при­частного к преступлению.

Анализ современных обвинительных речей показывает, что прокурорам меньше всего удаются именно личностные характеристики. Исследователи отмечают в этом плане та­кие недостатки, как схематизм, казенность, крайняя одно­сторонность, дидактизм, менторство, высокомерное чван­ство, «сгущение красок» и др.

Обоснование квалификации преступления, соображения о мере наказания и разрешении вопросов, связанных с возмеще­нием причиненного ущерба.

Обосновать квалификацию обвинения — значит дока­зать правильность юридической оценки действий, вменяе­мых подсудимым, показать наличие в них необходимых признаков состава преступления, предусмотренного зако­ном. В обвинительной речи прокурор должен изложить свои соображения относительно вида наказания, назвать его размеры или срок, а также условия отбывания. При на­личии ущерба, причиненного преступлением, прокурор также предлагает свое решение вопроса о его возмещении.

Анализ причин и условий, способствовавших совершению преступления. В обвинительной речи прокурор обязан ос­тановиться и на причинах преступления, показать, почему преступное деяние стало возможным. По мнению специа­листов, в речи прокурора должны быть указаны:

•  обстоятельства, вызвавшие формирование у лица ан­тиобщественной установки (условия нравственного формирования личности);

•  обстоятельства, побудившие лицо к совершению дан­ного преступления (конкретная жизненная ситуация, которая спровоцировала преступные действия);

•  обстоятельства, способствовавшие достижению пре­ступного результата и сокрытию следов преступле­ния;

•  меры, которые необходимо принять для устранения причин и условий, вызвавших совершение преступ­ления.

Анализ причин и условий совершения преступления, как отмечают исследователи, к сожалению, не всегда явля­ется предметом внимания прокурора. Это приво­дит порой к одностороннему освещению событий преступ­ления и не позволяет вскрыть его социальные корни.

Заключение.

В заключительной части обвинительной речи ораторы используют самые разнообразные приемы:

•  кратко формулируют итоги судебного процесса;

•  указывают на результаты преступной деятельности обвиняемого;

•  рисуют картину преступления, если она не была дана во вступлении;

•  указывают на те уроки, которые должны быть из­влечены из данного дела;

•  подчеркивают значение приговора, общественную опасность преступления и др.

Важно, чтобы заключение было тесно связано со всеми другими частями обвинительной речи.

Контрольные вопросы:

1.  Из каких структурных частей состоит обвинительная речь?

2.  Как следует охарактеризовать личности подсудимого и потерпевшего прокурору?

3.  Что следует включить в анализ причин и условий, способствовавших совершению преступления?

4.  Какие способы изложения материалов дела Вы знаете?

5.  Какие риторические приемы следует использовать прокурору в судебном процессе во вступительной и заключительной частях речи?

Тема 7. Особенности искусной защитительной речи

Речь защитника по уголовным или гражданским делам является важнейшей составной частью судебных прений. В ней с точки зрения защиты анализируются собранные по делу доказательства, высказываются соображения по сути обвинения, юридической квалификации преступного дея­ния, мере наказания и другим вопросам, разрешаемым су­дом при постановлении приговора. Она должна оказать влияние на судьей, способствовать формированию их внут­реннего убеждения.

Защитник обязан использовать все указанные в законе средства и способы защиты в целях выявления обстоя­тельств, оправдывающих подозреваемого или обвиняемого, смягчающих их ответственность, оказывать им необходи­мую юридическую помощь.

Как отмечают многие исследователи, сложность защи­тительной речи заключается в том, что она произносится после обвинительной речи прокурора. Поэтому защитник нередко наталкивается на различного рода «барьеры» со стороны аудитории, уже принявшей позицию обвинения. А, как известно, переубеждать кого-либо в чем-либо намно­го сложнее, чем просто убеждать.

При произнесении защитительной речи возникает нема­ло проблем этического характера, гораздо более сложных, чем в обвинительной речи. На это серьезное внимание об­ращал . В своей работе «Нравственные начала в уголовном процессе» он пишет о том, что существуют диа­метрально противоположные взгляды на защитника.

Одни считают, что он является лишь правозаступником, а не слугою своего клиента, не пособником ему в стремле­нии уйти от заслуженной кары правосудия. Другие утверждают, что защитник есть «производитель труда, составляющего известную ценность, оплачиваемую эквивалентом в зависимости от тяжести работы и способ­ности работника». Для защитника нет чистых и грязных, правых и неправых дел. Он служит ближайшим интересам клиента и не заглядывает на далекий горизонт обществен­ного блага.

высказывает свою озабоченность по поводу того, что защита преступника порой обращается в оправда­ние преступления, а «широко оплаченная ораторская помощь отдается в пользование притеснителю слабых, развратителю невинных или расхитителю чужих трудовых сбережений».

Следует особо отметить, что непрофессионально подго­товленная и неумело произнесенная защитительная речь может превратиться в обвинительную, принести непопра­вимый вред подзащитному, не только не помочь ему, а зна­чительно усугубить его положение.

Важнейшая задача защитника, по мнению ­мирова, состоит в том, чтобы правильно понять, на чем именно в деле сосредоточено внимание судей, и на этот предмет направлять всю силу своего доказывания и крас­норечия.

Содержание и построение защитительной речи во мно­гом определяются результатами судебного следствия, харак­тером предъявляемого обвинения, особенностями доказа­тельного материала, а также избранной защитой позицией. Защитник обязан четко определить свою процессуальную позицию по данному делу. Он не имеет права выступать перед судом с альтернативными предложениями: оправдать подсудимого или, если суд все же признает его виновным, изменить квалификацию обвинения, назначить ему мини­мальную меру наказания и т. п. Защитник должен сделать только один вывод, наиболее правильный с его точки зре­ния и наиболее благоприятный для его подзащитного.

Судебная практика выработала основные виды защити­тельной позиции. Исходя из конкретных обстоятельств дела, защитник может:

—  оспаривать обвинение в целом, доказывая невинов­ность подсудимого за отсутствием в его действиях состава преступления, за отсутствием самого события преступления или за непричастностью к нему подсу­димого;

—  оспаривать обвинение в отношении отдельных его ча­стей;

—  оспаривать правильность квалификации преступле­ния, данной прокурором, доказывая необходимость изменения предъявленного обвинения, что привело бы к назначению более легкого наказания;

—  обосновать меньшую степень вины и ответственнос­ти подсудимого, приводя смягчающие его вину обсто­ятельства;

—  доказывать невменяемость подсудимого, исключаю­щую наступление уголовной ответственности.

Выбирая линию защиты, приводя доказательства, гово­рящие в пользу подсудимого, защитник строго связан од­ним условием: если подсудимый отрицает свою вину, за­щитник не вправе считать это отрицание необоснованным и предлагать суду лишь изменить обвинение или назначить более мягкое наказание. В противном случае защитник фактически обвинил бы подсудимого. Защитник не впра­ве отказываться от принятой на себя защиты по мотивам, которые могут ухудшить положение подзащитного, и при всех условиях обязан произнести защитительную речь.

рекомендует защитникам при постро­ении речи руководствоваться следующими правилами:

1.  Защитник в речи своей должен окончательно и в пол­ном объеме раскрыть перед судом систему своей защиты. Он должен опровергнуть те положения обвинения, которые направляются против системы защиты. Если отвергается самый факт совершения преступления, то главное содержа­ние речи и будет состоять в опровержении основ обвине­ния подсудимого в совершении преступного действия.

Если защита, вследствие признания подсудимого, что он действительно совершил преступление, основывается на том, что он был приведен к своему образу действий ходом жизни, несчастным стечением обстоятельств, душевным негодованием, психической болезнью, то части речи сло­жатся у него сообразно этим оправдания.

3. Система в речи, произносимой после судебного след­ствия, должна заключаться в постоянном изложении тех пунктов дела, от решения которых зависит исход дела. Это система не научная, а практическая, система важнейших кусков судебного следствия. Ко времени речей сторон, у присяжных и судей уже складывается мнение о деле, но оно еще не оформилось окончательно. Тут защитнику необхо­димо действовать решительно, угадать, в чем заключается опора складывающегося мнения суда и подорвать ее или подкрепить.

Рассматривая отношения защитительной речи и речи обвинительной указывает на два важных обстоятельства:

1.  Если защита имеет свое собственное, совершенно са­мостоятельное построение, то можно совсем игнорировать речь обвинителя, а представить суду свое построение. Мож­но представить себе такой случай, когда построение защит­ника совершенно уничтожает все здание обвинения, по­строенное на подозрениях.

Если же защита не имеет собственного построения, то она должна разрушать здание обвинения, но не в мелких подробностях, а в самих его основах.

Задача вступительной части речи — подготовить слушателей к делу, возбудить их интерес, сделать аудиторию более благосклонной и внима­тельной к позиции оратора.

Защитительная речь адвоката, как правило, включает следующие составные части: 1) вступление; 2) анализ фак­тических обстоятельств дела; 3) анализ юридической сто­роны предъявленного обвинения; 4) характеристика лично­сти подсудимого; 5) заключение.

Вступление. Защитник должен с самого начала произвести благоприятное впечатление на присут­ствующих. Излишняя уверенность оратора во вступлении, по мнению Квинтилиана, может не понравиться судье, так как тот все же сознает свою власть и потому внутренне все­гда желает, чтобы этой власти выражали почтение.

Во вступлении защитительной речи используются, как и в обвинительной речи, различные приемы: оценка обще­ственного и морально-этического значения рассматривае­мого дела, описание картины преступления, изложение программы выступления и т. д.

Довольно распространенным приемом начала защити­тельной речи является апелляция к речи предыдущих ора­торов, т. е. обвинителя и защитника противной стороны, анализ этих речей, разбор их отдельных положений, указа­ния на те или иные погрешности и др.

Иногда судебные ораторы прибегают к так называемо­му «искусственному» вступлению. Чтобы ослабить впечат­ление, оказанное сильной речью процессуального против­ника, разрушить сложившееся предвзятое, неблагоприятное мнение о клиенте, защитник начинает свою речь издалека, с философских рассуждений, исторических экскурсов, притчей, бытовых картин и т. п. Это позволяет снизить на­пряжение страстей в зале суда, успокоить слушателей, рас­положить их к восприятию другой точки зрения на рассле­дуемое дело.

Анализ фактических обстоятельств дела и юридической стороны предъявленного обвинения. Эта часть составляет основу защитительной речи, готовит аудиторию к принятию позиции защиты. Приводимые адвокатом доказательства должны быть тесно связаны с рассмотрением вопросов, ко­торые подлежат выяснению судом при постановлении при­говора. Эти вопросы определены законодателем. К ним относятся: 1) имело ли место деяние, в совершении кото­рого обвиняется подсудимый; 2) содержит ли это деяние состав преступления и каким именно уголовным законом оно предусмотрено; 3) совершил ли это деяние подсудимый; 4) виновен ли подсудимый в совершении этого преступле­ния; 5) подлежит ли подсудимый наказанию; 6) какое имен­но наказание должно быть назначено подсудимому; 7) под­лежит ли удовлетворению гражданский иск и др.

Все доказательства защиты должны быть весомыми, про­изводить глубокое и серьезное впечатление. От защитника ждут не отвлеченных положений и абстрактных рассужде­ний, а детального и конкретного разбора материалов дела.

Следует иметь в виду, что нередко защита и обвинение придерживаются противоположных взглядов на одни и те же факты и доказательства, имеющиеся в деле. Об этом в свое время писал известный бельгийский юрист Пикар в своем «Парадоксе об адвокате».

Характеристика личности подсудимого.

Характеристика личности подзащитного играет очень важную роль в защитительной речи. Она позволяет вскрыть морально-этические и социально-психологические меха­низмы поведения подзащитного, помогает суду и всем при­сутствующим в зале по-новому взглянуть на те или иные обстоятельства данного дела.

Центральное место в характеристике личности подза­щитного занимает анализ мотивов совершенного преступ­ления или обоснование отсутствия таких мотивов.

Задача защитника нарисовать правдивый портрет подсу­димого, отметить те стороны его характера, которые позво­ляют лучше понять его поведение. Необходимо выделить такие черты личности подзащитного, которые помогут со­здать о нем благоприятное впечатление.

Чтобы поддержать своего подзащитного, как-то оправ­дать его, ораторы в своей речи ссылаются на тяжелые жизненные обстоятельства, с которыми столкнулся обвиня­емый, говорят об отсутствии у него достаточного образова­ния, общей культуры, профессионального опыта, о различ­ного рода психических отклонениях, болезнях и т. п.

Заключение. Это одна из наиболее важных частей защи­тительной речи. Заключение речи должно быть по возмож­ности кратким, но ярким, воспроизводящим основные по­ложения защиты.

В заключительной части подводятся итоги анализа фак­тических и юридических обстоятельств дела, формулируют­ся окончательные выводы по делу, повторяется главная мысль защиты. В этой части речи защитник обращается к суду с просьбой решить вопрос соответствующим образом (оправдать подсудимого, смягчить меру наказания, приме­нить условное осуждение и т. п.). Конкретную меру нака­зания называть не рекомендуется. Довольно часто защит­ники в конце речи взывают к чувству справедливости и милосердия тех, от кого зависит постановление приговора.

Контрольные вопросы:

1.  Из каких структурных частей состоит защитительная речь?

2.  Что следует включить в характеристику личности подсудимого стороне защиты?

3.  Каким образом следует провести защитнику анализ фактических обстоятельств дела и юридической стороны предъявленного обвинения?

4.  Какие риторические приемы следует использовать защитнику в судебном процессе во вступительной и заключительной частях речи?

Тема 8. Искусство прений в суде присяжных

Для того чтобы на этапе прений сторон действовать в суде присяжных с какими-то шансами на успех, судебный оратор должен уметь при помощи речи эффективно решать следующие взаимосвязанные задачи с целью убеждения при­сяжных заседателей и председательствующего судьи:

1)  доказывать им правильность и справедливость сво­ей позиции;

2)  располагать к себе присяжных заседателей и предсе­дательствующего судью;

3)  направлять их мысли и чувства в нужную для дела сторону.

Основная задача судебного оратора, связанная с убеж­дением присяжных заседателей и председательствующего судьи, заключается в доказывании им правильности и спра­ведливости позиции при помощи логической аргументации. Остальные две задачи определяют тактическую линию про­цесса убеждения, направленную на формирование благо­приятных социально-психологических условий для дока­зывания, т. е. для достижения основной (стратегической) задачи процесса убеждения.

По таким делам, когда прокурор и адвокат в обоснование своей позиции приводят одинаково весомые доводы, нередко побеждает сторона, превосходящая своего процессуального противника только за счет умения располагать к себе при­сяжных заседателей и председательствующего судью и на­правлять их мышление в нужную для дела сторону, что вы­ражается в способности прокурора внушать им уважение и доверие к себе, в связи с чем формируются благоприятные социально - психологические условия для эффективного усвоения ими убеждающего сообщения речи государственного обвините­ля, его аргументации.

Для эффективного решения указанных задач при произ­несении судебной речи стороны должны использовать раз­личные методы, которые лежат в основе прямого и косвен­ного (периферийного) способов убеждения.

Прямой (центральный) способ убеждения, или соб­ственно убеждение, представляет собой способ вербаль­ного (словесного) влияния, который включает в себя систе­му доводов, выстроенных по законам формальной логики и обосновывающих выдвигаемый индивидом тезис. Прямое убеждение оказывает воздействие на сознание личности че­рез ее собственное мышление. При этом человеку, до кото­рого доведена определенная информация, прямо или кос­венно предлагается:

—  осмыслить ее, соотнести ее с хранящимися в памяти знаниями и убеждениями;

—  критично подойти к ней, отобрать существенное, ис­тинное, отбросить ложное;

—  определенным образом систематизировать воспри­нятую информацию;

—  выработать суждение, высказать либо оставить при себе оценку;

—  в зависимости от результатов прохождения перечис­ленных этапов принять решение.

Таким образом, прямое убеждение основано на система­тических обработке, анализе и оценке каких-либо сведений или идей, критическом, осмысленном принятии слушателя­ми убеждающего сообщения. В процессе судебного следствия и прений сторон прямой способ убеждения реализуется при помощи логической аргу­ментации позиции соответственно обвинения и защиты.

Основанный на внушении косвенный (периферийный) способ убеждения применяется ораторами параллельно с соб­ственно убеждением (прямым убеждением) для склонения в процессе убеждения к своему мнению той части аудито­рии, которую трудно убедить одними лишь рациональны­ми доводами вследствие того, что большинство аудитории или кто-то из слушателей:

—  не проявляет достаточного интереса к обсуждаемым вопросам;

—  не располагает достаточными знаниями, способно­стями и временем для того, чтобы как следует обду­мать убеждающее сообщение;

—  не проявляет достаточной самостоятельности при анализе убеждающего сообщения, в своих суждениях не хочет убедиться и вследствие этого не прислуши­вается к аргументам убеждающего сообщения и не вникает в них. Эта проблема возникает еще и в свя­зи с тем, что присяжные заседатели нередко с повы­шенной критичностью и даже с недоверием относят­ся к аргументации прокурора или адвоката. Объективному отношению присяжных заседателей к ар­гументации государственного обвинителя и защитника в оди­наковой степени препятствуют как недостаточно критичное, так и слишком критичное отношение к позиции и доводам прокурора и адвоката. Слишком критичное отношение к ар­гументации судебного оратора обычно проявляется в боль­шей или меньшей степени недоверия, нежелании вникать в доводы оратора.

В суде с участием присяжных заседателей самопрезен­тация с использованием адекватных ситуации общения не­вербальных, вербальных и паравербельных средств общения представляет собой своеобразный социальный макияж, на­правленный на формирование положительного имиджа, до­стойного высокого социального статуса, выполняемой слож­ной и ответственной социальной роли. Практика свидетельствует, что на формирование положи­тельного или отрицательного имиджа в суде присяжных вли­яют следующие основные элементы его вербального (сло­весного) и невербального поведения:

1)  внешность и стиль самопрезентации, их соответ­ствие или несоответствие статусу, сложной и ответ­ственной обстановке рассмотрения уголовного дела в суде присяжных;

2)  культура речи.

Представляется, что именно эти элементы вербального и невербального поведения являются имиджеформирующими, поскольку, как будет показано ниже, на основании их восприятия и оценки у присяжных заседателей и председа­тельствующего судьи складывается более или менее устойчивое представ­ление о благоразумии, здравомыслии, нравственной и профессиональной состоятельности оратора; формируется общее впечатление о том, заслужи­вает ли он расположения, уважения и доверия, и эмоционально-положительное или эмоционально-отрицательное отношение.

Нечистая, неправильная судебная речь, изобилующая ошибками, режет слух, отвлекает внимание от содержания речи, затемняет и затуманивает смысл слов и выражений, из которых соткана речь, а значит, и смысл всей речи, что вызы­вает у присяжных и председательствующего судьи негатив­ную реакцию, недоверие к оратору, сомнение в правильности его позиции и доводов. И наоборот, правильная речь, соответ­ствующая общепринятым языковым нормам, особенно, если она состоит из простых, общеупотребительных слов и выра­жений, поддерживает внимание и интерес слушателей, облег­чает понимание ее содержания, что предрасполагает присяж­ных и судью-профессионала с большим доверием относиться к оратору, а значит, и к его позиции и доводам.

Понятности, ясности речи способствует еще одно очень важное коммуникативное качество — ее логичность. Любая речь, в том числе судебная, представляет собой совокупность суждений, относящихся к одному и тому же вопросу, кото­рые позволяют развить и глубже понять то, что уже извест­но о каком-либо предмете речи.

Логичность речи заключается в изложении ее содержа­ния в логической последовательности в соответствии с за­конами логики и связями и отношениями объективной ре­альности. Логичность речи обеспечивается:

1)  четкой структурой выступления;

2)  стройным и последовательным изложением мате­риала речи;

3)  строгим выполнением основных законов логики.

При разработке судебной речи прагматический контекст, определяющий степень подробности описания фактических обстоятельств дела, задается отстаиваемой стороной пози­цией по уголовному делу. Каждая из сторон при изложении фактических обстоятельств дела более или менее подробно, детально описывает и «выпячивает» при помощи тщатель­но подобранных лингвистических средств только те обстоя­тельства, факты, которые ей представляются важными и су­щественными для обоснования своей позиции. Невыгодные для стороны обстоятельства, факты вуалируются при помо­щи их опущения (исключения), искажения, а также путем их очень краткого и осторожного описания.

Прокурор и адвокат обязаны тщательно изучить обви­нительное заключение с правовой и фактической точек зре­ния, сопоставить содержащиеся в нем утверждения и пере­численные в нем доказательства с материалами дела.

Ознакомившись с обвинительным заключением, госу­дарственный обвинитель и защитник должны прежде все­го определить, соответствует ли оно требованиям уголовно-процессуального закона, утверждено ли оно прокурором (п. 1 ч. 1 ст. 221 УПК РФ), вручена ли обвиняемому копия обвинительного заключения (ч. 2 ст. 222 УПК РФ). Согласно п. 1 и 2 ч. 1 ст. 237 УПК РФ невыполнение этих требований препятствует рассмотрению дела в суде и влечет возвраще­ние судьей уголовного дела (по ходатайству стороны или собственной инициативе) прокурору для устранения этих препятствий.

В некоторых случаях несоответствие обвинительного за­ключения требованиям закона можно установить сразу, еще до изучения всех материалов дела, например, когда:

—  формулировка предъявленного обвинения по обви­нительному заключению не соответствует существу обвинения;

—  в обвинительном заключении отсутствует перечень доказательств, подтверждающих обвинение;

—  обвинительное заключение не утверждено проку­рором либо не подписано составившим его следо­вателем;

—  по групповым и многоэпизодным делам не приведен перечень доказательств, подтверждающих обвинение в отношении каждого обвиняемого в отдельно­сти и по каждому вмененному эпизоду.

Эффективность убеждения присяжных заседателей в ходе судебного следствия зависит от умения прокурора и адво­ката избрать в процессе представления и исследования до­казательств обвинения и защиты такой тактической линии, которая позволяет эффективно решать на данном этапе су­допроизводства три взаимосвязанные задачи, связанные с процессом убеждения присяжных заседателей, склонени­ем их к своему мнению (доказать правильность и справед­ливость отстаиваемой позиции, расположить к себе присяж­ных заседателей и направить их мысли в нужную для дела сторону). Эта тактическая линия проявляется, в частности, в том, что государственный обвинитель и защитник в про­цессе судебного следствия:

наиболее убедительные доказательства предпочи­тают исследовать в начале или в конце судебного следствия;

умеют по невербальному поведению присяжных, в частности по их мимике, определять, какое впечатление оказало на них то или иное дока­зательство, как повлияло на их представления, мыс­ли и чувства;

позволяют присяжным «угадать» вывод, вытекаю­щий из исследования доказательств, тем самым как бы вовлекая их в работу на своей стороне; резюми­руют показания в конце допроса, спрашивают у до­прашиваемого: «Правильно ли я вас понял, свиде­тель, что...»;

дают возможность присяжным заседателям понять смысл привлечения того или иного доказательства, не откладывая прояснение этого вопроса до прений сто­рон; если какое-либо доказательство оказалось непо­нятно присяжным, принимают дополнительные меры для того, чтобы они уяснили суть подтверждаемых доказательством фактических данных. С этой целью в ходе допросов демонстрируют вещественные дока­зательства и документы, предварительно разъяснив присяжным заседателям, когда, где и в связи с чем был изъят и приобщен к делу определенный предмет или документ;