** - достоверно при р <0,05 по Т- критерию Стьюдента
Таким образом, в полных семьях при противоречии материальной стабильности и воспитательных принципов устанавливается такой психологический климат в семье, который способствует возникновению нервно – психического напряжения средней степени у единственных детей. В то же время отсутствие материального обеспечения и последовательности в воспитании не сопровождается нервно – психическим напряжением у детей, а приводит к повышению чувства вины у единственных детей.
2) Относительно неполных семей (см. таблицу 9).
Установлено, что единственные дети в неполных условно благополучных семьях достоверно (при р <0,05) чаще используют аутоагрессию (направленность фрустрационных реакций на себя) и достоверно (при р <0,05) реже агрессию против других, чем дети из благополучных и неблагополучных.
По уровню нервно – психического напряжения дети всех трех типов семей не различаются.
Таблица 9.
Направленность агрессивных реакций у единственных детей из неполной семьи с разной степенью социально – педагогической благополучности.
Вид полной семьи | Степень нервно – психического напряжения ребенка (балл) | Направленность реакций | ||
На себя | На других | Чувство вины | ||
благополучная | 14,5 | 7,5** | 7,8 | 8,8** |
Условно благополучная | 15,8 | 9,3** | 7,7 | 7,0** |
неблагополучная | 14,7 | 8,3 | 8,3 | 7,3 |
* - достоверно при р <0,01 по Т- критерию Стьюдента
** - достоверно при р <0,05 по Т- критерию Стьюдента
Таким образом, в неполных семьях единственные дети не испытывают нервно – психических перегрузок. Непоследовательность в воспитании в сочетании с материальным благополучием приводит к нарастают аутоагрессивных реакций и снижению переживания чувства вины.
Итак, наблюдается зависимость интенсивности нервно – психического напряжения и направленности агрессивных реакций ребенка в зависимости от степени социально – педагогического благополучия полных и неполных семей.
2. 3.5. Результаты корреляционного анализа
Проведенный корреляционный анализ подтвердил результаты сравнительного анализа: имеются связи степени социально – педагогического благополучия с особенностями воспитания единственного ребенка в полной и неполной семье. Корреляционные матрицы приведены в приложении.
Относительно полных однодетных семей обнаружены следующие достоверные связи:
1) повышение степени социально – педагогического благополучия связано с нервно – психическим напряжением в семье , частотой отвержения ребенка и ужесточением контроля за его действиями (при р <0,01).
Это означает, что повышенное материальное благополучие сопровождается чрезмерными переживаниями родителей по поводу его поддержания, поэтому не находится времени на эмоциональную поддержку подростка и установление доверительных отношений с ним. Вопросы воспитания решаются через наказание с регламентом возможных вариантов поведения.
2) нервно – психическое напряжение в семье коррелирует с повышенной семейной тревожностью (при р <0,05) и отвержением ребенка (при р <0,01), а также со снижением нервно – психического напряжения подростка (при р <0,05).
Данные факты можно объяснить тем, что повышенное внимание к благосостоянию семьи не позволяет адекватным образом оценить родителям эмоциональное благополучие ребенка.
3) Семейная тревожность связана с либеральным отношением родителей к неудачам детей (при р <0,05) и со снижением возможности создания с ними симбиотических отношений (при р <0,05).
Это означает, что тревожные родители единственных детей погружены в решение семейных вопросов, не связанных с воспитанием, поэтому отгораживаются от ребенка.
4) Принятие ребенка коррелирует с предоставлением ему свободы родителями и, наоборот, отвержение ребенка сопровождается ужесточением контроля (при р <0,01).
Данные факты объясняются тем, что доверительные отношения не требуют отчета ребенка за каждый шаг (подросток делится переживаниями) тогда, как отгораживание от ребенка провоцирует родителей на жесткий контроль за действиями детей, чтобы быть в курсе его жизни.
5) Подчеркивание родителями неудач ребенка связано со снижением возможности создания с ним симбиотических отношений (при р <0,01) или кооперации (при р <0,05).
Данный факт объясняется тем, что акцентирование внимание на неуспехах ребенка отгораживает подростка от родителей и лишает их возможности установления доверительных с ним отношений.
6) Увеличение интенсивности переживания чувства вины подростками коррелирует со снижением агрессивных реакций на себя (при р <0,01) и на других (при р <0,01).
Таким образом, в полных однодетных семьях повышенное внимание к материальному благополучию сопровождается нервно – психическим напряжением и семейной тревожностью. Вопросы воспитания решаются единолично членом семьи с осуществлением жесткого контроля за действиями подростка с авторитарной позиции. В материально стабильных семьях, как правило, доверительные отношения родителей и детей отсутствуют.
Относительно неполных однодетных семей обнаружены следующие достоверные связи:
1) Увеличение степени социально – педагогического благополучия сопровождается снижением общей неудовлетворенности (при р <0,01) и контроля за действиями единственного ребенка (при р <0,01), а также увеличением возможности создания с ним кооперативных отношений (при р <0,05).
Это означает, что одинокие матери при возможности обеспечить потребности ребенка больше доверяют ему либо не могут обеспечить контроль в силу постоянной занятости, поэтому кооперируются с подростком.
2) Повышение общей неудовлетворенности коррелирует с повышением нервно – психического напряжения (при р <0,01), а также с более либеральным отношением к неудачам подростка (при р <0,05) и снижением возможности создания с ним кооперации (при р <0,01).
3) Нервно – психическое напряжение в семье коррелирует с семейной тревожностью (при р <0,01) и с более либеральным отношением к неудачам подростка (при р <0,01).
Эти факты означают, что концентрирование матери на собственных проблемах приводит к ослаблению эмоциональной связи ее с ребенком и его отдалением.
4) Повышение семейной тревожности связано со снижением возможности кооперации с ребенком (при р <0,05), а также увеличением у него аутоагрессивных реакций (при р <0,05).
5) Принятие ребенка коррелирует с установлением кооперативных отношений (при р <0,05).
Эти факты означают, что тревожная мать, отдаляясь от ребенка в эмоциональном и коммуникативном планах, склонна к его отвержению, чем к принятию, поэтому доверительные отношения отсутствуют и способствуют повышению аутоагрессии у подростка.
6) Нервно – психическое напряжение у единственного ребенка сопровождается снижением агрессивных реакций, направленных на других (при р <0,05).
Это означает, что психологическое неблагополучие ребенка, не связанное с нервно – психическим напряжением в семье, способствует смещению цели агрессии с внешней на внутреннюю.
7) Увеличение интенсивности переживания чувства вины подростками коррелирует со снижением агрессивных реакций на себя (при р <0,01) и на других (при р <0,01).
Таким образом, в неполных однодетных семьях социально – педагогическое благополучие сопровождается доверительными отношениями с детьми на основе кооперации и более либеральным отношением к неудачам ребенка. Повышение семейной тревожности и нервно – психического напряжения приводит к увеличению аутоагрессивных реакций подростка.
Сравнительный анализ корреляционных матриц позволил выявить сходства и различия в связях социально – педагогического благополучия, особенностях психологического климата в полной и неполной семье, детско – родительских отношений, направленности агрессивных реакций единственного ребенка и его эмоционального благополучия.
Сходства корреляционных связей полных и неполных семей заключаются в следующем:
1) семейная тревожность коррелирует с нервно –психическим напряжением в семье,
2) переживание подростком чувства вины сопровождается снижением интенсивности агрессивных реакций на себя и на других.
Различия корреляционных связей полных и неполных семей заключаются в следующем:
1) Социально – педагогическое благополучие в полных семьях сопровождается ужесточением контроля за действиями ребенка, а в неполных, наоборот, снижением контроля.
2) Нервно – психическое напряжение в полной семье коррелирует с эмоциональным неблагополучием ребенка, в неполных семьях связей не обнаружено.
3) В неполных семьях обнаружена связь психологического климата семьи (в виде семейной тревожности) с направленностью агрессивных реакций подростка (на себя), а в полной семье таких связей не выявлено.
Таким образом, корреляционный анализ подтвердил гипотезу о том, что в зависимости от структуры семьи и ее социальной стабильности (материальной обеспеченности) наблюдается изменение в воспитательных установках родителей единственных детей.
Выводы по эмпирическому исследованию
1) Выявлена схожесть решения вопросов воспитания единственного ребенка в семьях с разным социально – педагогическим уровнем. Наблюдается его зависимость от полноты состава семьи: полная семья в большинстве случаев более материально обеспечена и не имеет конфронтации по воспитательным вопросам, чем неполная семья, воспитывающая единственного ребенка.
2) Определено, что психологический климат в однодетных полных и неполных семьях, в целом, благоприятный. В обоих типах семей наблюдается изменение психологического климата в зависимости от степени социально – педагогического благополучия.
В неполных однодетных неблагополучных и условно благополучных семьях родители чаще переживают общую неудовлетворенность, имеют нервно – психическое напряжение и семейную тревожность, чем благополучные.
В полных однодетных неблагополучных семьях родители чаще переживают общую неудовлетворенность, а благополучные чаще испытывают нервно – психическое напряжения.
3) Выявлены различия в детско – родительских отношениях в полной и неполной однодетной семье. В полных семьях более либеральное отношение к неудачам ребенка, а в неполных – жесткий контроль. Наблюдается изменение типа детско – родительских отношений в зависимости от степени социально – педагогического благополучия.
4) Наблюдается зависимость интенсивности нервно – психического напряжения и направленности агрессивных реакций ребенка в зависимости от степени социально – педагогического благополучия полных и неполных семей.
В полных семьях при противоречии материальной стабильности и воспитательных принципов устанавливается такой психологический климат в семье, который способствует возникновению нервно – психического напряжения средней степени у единственных детей. В то же время отсутствие материального обеспечения и последовательности в воспитании не сопровождается нервно – психическим напряжением у детей, а приводит к повышению чувства вины у единственных детей.
В неполных семьях единственные дети не испытывают нервно – психических перегрузок. Непоследовательность в воспитании в сочетании с материальным благополучием приводит к нарастают аутоагрессивных реакций и снижению переживания чувства вины.
5) Корреляционный анализ подтвердил гипотезу о том, что в зависимости от структуры семьи и ее социальной стабильности (материальной обеспеченности) наблюдается изменение в воспитании единственных детей.
Итак, в ходе исследования все поставленные задачи решены, гипотеза доказана.
Заключение
Исследование посвящено изучению особенностей воспитания единственного ребенка в полной и неполной семье, что является актуальным вопросом на настоящий момент.
Сравнительный анализ особенностей психологического климата в семье, детско – родительских отношений, а также степени эмоционального благополучия ребенка и направленности агрессивных реакций произведен с учетом параметра « социально – педагогическое благополучие». В этот параметр нами включены особенности социального положения семьи и воспитательных установок родителей. Введение данного критерия сравнения позволило установить принципиальные различия в разных типах однодетных семей.
Показано, что неблагополучные неполные семьи переживают нервно – психическое напряжение, а неблагополучные полные – общую неудовлетворенность.
Более доверительные отношения между матерью и ребенком устанавливаются в неполных семьях, где матери стремятся к симбиозу и кооперации с ребенком. В полных семьях, наоборот, чаще наблюдается эмоциональная отгороженность и отвержение ребенка.
Единственные дети в полной семье реагируют на неблагоприятный психологический климат в семье повышением чувства вины, а дети из неполных семей – нарастанием аутоагрессивных реакций.
Таким образом, гипотезу исследования о том, что в зависимости от структуры семьи и ее социальной стабильности (материальной обеспеченности) наблюдается изменение в воспитательных установках родителей единственных детей, можно считать доказанной.
Список литературы
1. , Котлова воспитания единственного ребенка – дошкольника в семье\ Герценовские чтения. Дошкольник и младший школьник в системе образования. – СПб, 2004. – С.47-49.
2. Антонов семьи: Методология исследования структур и процессов. М., 1998.
3. , Медков семьи. М.,1996.
4. Баландина как фактор развития личностных и межличностных характеристик\ Ананьевские чтения –2004. Материалы научно –практической конференции 26 –28 октября 2004 года. – Спб, 2004. – С. 337 – 338.
5. Большой юридический словарь / Под ред. , , . М., 1997.
6. Борковская психологических характеристик матери на ее взаимодействие с ребенком \ Ананьевские чтения –2004. Материалы научно –практической конференции 26 –28 октября 2004 года. – Спб, 2004. – С. 340-341.
7. Буянов из неблагополучной семьи. – М., 1988.
8. Выготский сочинении. В 6 томах. Т.3. Проблемы развития психики. – М., 1983.
9. Гарбузов дети. – М., 1990.
10. Голик психиатрия. – М., 2003.
11. Голой и брак: историко-социологический анализ. СПб., 1998.
12. Давиденко –родительские отношения в формировании агрессивности и тревожности подростков\ Ананьевские чтения –2004. Материалы научно –практической конференции 26 –28 октября 2004 года. – Спб, 2004. – С. 381-383.
13. Диагностика здоровья. Психологический практикум\ Под ред. . – СПб, 2007.
14. Диагностика уровня воспитанности личности школьника: компетентностно - диагностический подход \ Ред. . – СПб, 2004.
15. Дивицына . –М., 2006.
16. Дружинин семьи. – М.,1996.
17. , Кандыбович . Словарь – справочник.- М., 1998.
18. Елизаров исследования семьи. М.,1987.
19. Захаров неврозов у детей. – СПб, 1998.
20. Предупреждение отклонений в поведении ребенка. – СПб, 1997.
21. Исаев медицина детского возраста. – СПб, 1996.
22. Козырева стилей воспитания и ауто – гетероагрессивности у подростков\ Ананьевские чтения –2004. Материалы научно –практической конференции 26 –28 октября 2004 года. – Спб, 2004. – С. 397-399.
23. Психическая депривация в детском возрасте. – Прага, 1984.
24. Методы и технологии социальной работы/Под ред. , . – Саратов. 2001.
25. Овчарова психология в начальной школе. – М., 1999.
26. , Коваленко . М., 1990.
27. Пидкасистый . – М., 2002.
28. Психология семейных отношений с основами семейного консультирования \ Ред. – М., 2004.
29. Рогов книга практического психолога в образовании.- М., 1995.
30. , Захарова ситуация в России: геополитические аспекты. М., 1997.
31. Семья в психологической консультации / Под ред. , . М., 1989 .
32. Сидоренко методы в психологии. – М., 1998.
33. Ситаров стили взаимодействия с ребенком. – М., 1999.
34. , Исаев человека. – М., 1995.
35. и др. Специфика эмоционально – личностной сферы школьников, живущих в неполной семье\\ Вопросы психологии. – 1999. - № 6. – С. 18 – 28.
36. Соколова на самооценку нарушений эмоциональных контактов между родителями и ребенком и формирование аномалий личности \\ Семья и формирование личности.- М., 1987. – С.62-68.
37. Спиваковская детских неврозов. – М., 1988.
38. Справочное пособие по социальной работе/Под ред. и др. М.,1997.
39. Столяренко психология. – М., 2003.
40. Титаренко и формирование личности. – М., 1987.
41. , Юстицкий психотерапия. – М, 1990.
42. Ярошевский психологии. – М., 2002.
[1] - по Ярошевский психологии.- М., 2002.- С.32.
[2] - там же, С.51.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
