Русская культура: понятие, генезис, самобытность, амбивалентность (стр. 3 )

Наша страна – поистине неиссякаемый родник народного творчества, воплотившегося в промыслах и ремеслах. Взять, к примеру, одно лишь Подмосковье, сколько здесь уникального создал русский народный талант. Это - федоскинская лаковая миниатюра, жостовская роспись, абрамцево-кудринская резьба по дереву и хотьковская резьба по кости, богородский игрушечный и павлово-посадский платочный промыслы, гжельский фарфор и майолика, загорская роспись по дереву.

Уникальные народные промыслы и ремесла существуют на бескрайних просторах Сибири и Дальнего Востока. И тому есть серьезное объяснение. Во-первых, огромная территория и оторванность от европейской части России всегда стимулировали творческую смекалку и инициативу сибиряков и дальневосточников. Во-вторых, в Сибири, по мнению исследователей (), сложился своеобразный русско-сибирский этнос, типологически сопоставимый с англо-канадским, австралийским, новозеландским, аргентинским. Русская культура органично соединяется, сочетается с аборигенными культурами. В результате "выплавляется" уникальное искусство 26 малочисленных и 5 достаточно крупных общностей, представленное различными промыслами: древние традиции заготовки и обработки сырья, изготовления и украшения изделий из меха, шерсти, дерева, бересты, корня кедра и других материалов. [48]

До сих пор сохранились оригинальное искусство обработки бересты у народов Приамурья – нанайцев, ульчей, орочей, удэгейцев, нивхов; изготовление из нее различных вещей для своего хозяйства, в частности, посуды. Так, с древних времен передается искусство приготовления посуды для жидкости. Мастер - умелец берет кусок бересты четырехугольной формы, стороны которого широко заворачивает наверх, а образовавшийся на углах треугольные ушки загибает назад так, чтобы их концы сходились точно посередине. Такая утварь годится в качестве ведра, черпалки для воды из лодки, в ней моют посуду, хранят рыбу, мясо, стирают белье и т. д.

Широко в мире известно искусство обработки металлов у народов Северного Кавказа. Одним из крупных центров производства кованных и чеканных изделий из меди и латуни является с. Кубачи Республики Дагестан. Современное кубачинское медночеканное искусство, уходящее своими корнями еще в XII-XVвв., славится литыми бронзовыми котлами, латунными чеканными кувшинами, ритуальными сосудами, декоративными подносами, различными чашами, кубками др.

Народный костюм (одежда) – яркий и наиболее массовый вид художественного творчества любого народа. Именно по костюму раньше можно было безошибочно определить национальную (этническую) принадлежность любого человека. Русского – по косоворотке и кафтану; украинца – по расшитой рубахе с разрезом посреди груди; белоруса – по жилетке, надетой поверх полотняной сорочки; жителя Северного Кавказа – по черкеске или бешмету; узбека – по тюбетейке и традиционному халату, подпоясанному квадратным платком и т. д. Словом, костюм – это визитная карточка человека определенной национальности.

Все народы достигли большого мастерства в изготовлении своей одежды. , профессионально изучающая культуру народов Среднего Поволжья, свидетельствует, что их вышитые рубахи, головные уборы, поясные подвески хранятся во многих музеях страны как предметы народного искусства высокого художественного уровня. У финно-угорских народов Поволжья – марийцев, мордвы, удмуртов и у тюрко-язычных чувашей вплоть до рубежа XIX-XXвв., а иногда и позже продолжала бытовать традиционная одежда, богато украшенная великолепной вышивкой. Наиболее древними и традиционными способами вышивки были так называемые "счетные" техники – набор, косая стежка, роспись, реже – гладь. Вышивка обладала знаково-магической функцией, которая ей придавала роль оберега и благопожелания – на груди и в других местах вышивались орнаменты, символизирующие плодородие, животворные силы. При этом, безусловно, вышивка всегда имела эстетическое значение, украшала одежду. [49]

В стране в течении многих лет большой популярностью и авторитетом пользовались выступления фольклорно-этнографических ансамблей. Специалисты (доктор исторических наук ) выделяют среди них три основных типа:

а) аутентичные, или собственно народные ансамбли, участниками которых являются носители фольклорной традиции – народные певцы, музыканты, танцоры;

б) экспериментальные ансамбли, формирующиеся в городской молодежной среде, усваивающие и воспроизводящие репертуар и региональные стили народного искусств;

в) так называемые стилизаторские ансамбли, исполняющие произведения фольклора в обработках профессиональных композиторов и руководителей коллективов художественной самодеятельности. [50]

Таким образом, изначально объединяясь на полиэтнической основе, народы России сформировали уникальное социально-экономическое пространство, обеспечили жизнеспособность и разнообразие своей материальной и духовной культуры, создали яркое и самобытное искусство, ставшее их общим достоянием и национальной гордостью. В такой многонациональной стране, как Россия, значение опыта каждой нации, каждого народа в сфере искусств (как и культуры в целом) огромно, поскольку важнейшие духовные ценности становятся доступны другим народам, обогащают и оплодотворяют единую многонациональную культуру.

"Учитывая весь тысячелетний опыт русской истории, мы можем говорить об исторической культурной миссии России, - пишет академик . – В этом понятии "исторической миссии" нет ничего мистического. Миссия России определяется тем, что в ее составе объединилось до трехсот народов – больших, великих и малочисленных, требовавших защиты.

… Культура России сложилась в условиях этой многонациональности. Россия служила гигантским мостом между народами. Мостом прежде всего культурным".[51](выделено мной – В. С.)

Наряду с полиэтничностью русской цивилизации свойственна еще одна важнейшая особенность – многоконфессиональность. И это также исторически наложило свой отпечаток на русскую культуру. Традиционными религиями в России всегда были и остаются христианство, ислам (мусульманами являются большинство верующих татар, башкир, северокавказских народов), буддизм (калмыки, буряты, тувинцы). Веками существуют в России иудаизм, лютеранство, целый "блок" протестантских течений.

Значительная роль в формировании и развитии российской цивилизации в целом, в том числе и русской национальной культуры принадлежит православной религии. Она оказала большое воздействие на образ жизни русского народа, его историю, литературу, изобразительное искусство, философию, нравственность, психологию, словом, на всю систему нашей национальной культуры. Следует подчеркнуть, что в России помимо русского народа православными были большинство верующих коми, карелов, марийцев, мордвы, осетин, чувашей, хакасов, якутов и других. Это позволяет православию выступать одной из важнейших цивилизационно-культурных основ огромной не только конфессиональной, но и полиэтнической общности, сближая культуру, обогащая ее лучшими взаимными достижениями и ценностями.

Словом, культурное влияние церкви и религии было, безусловно, значительным в исторической жизни народа, в выработке его социокультурных ценностей. Впрочем, таким оно всегда бывает у всех народов, находящихся на одинаковой ступени развития. Однако и в прошлом, и в настоящем широко распространено мнение, считающее религиозность и влияние церкви специфической особенностью русского народа. "Основная, наиболее глубокая черта характера русского народа, - считал , - есть его религиозность и связанное с нею искание абсолютного добра, следовательно, такого добра, которое осуществимо лишь в Царстве Божием".[52] Русский религиозный философ, правовед и общественный деятель () полагал, что "открытие иконы дает нам возможность глубоко заглянуть в душу русского народа", в ней "выявилось все" (!) жизнепонимание и все (!) мирочувствие русского человека с XII и XVII век. "… Когда мы проникнем в тайну этих художественных и мистических созерцаний, открытие иконы озарит своим светом не только прошлое, но настоящее русской жизни, более того – ее будущее".[53]

Сторонники подобного взгляда выводили все достоинства и достижения русской жизни, русской культуры из православия. Но были и другие точки зрения, диаметрально противоположные предыдущей. Так, склонен был все недостатки России и русского народа объяснять чрезмерным влиянием православия на нашу жизнь и культуру.

Информация к размышлению.

Точка зрения () – выдающегося русского мыслителя и публициста на роль православия в истории русской культуры:

"Одна из самых прискорбных особенностей нашей (т. е. русский – В. С.) цивилизации состоит в том, что мы все еще открываем истины, ставшие избитыми в других странах и даже у народов, гораздо более нас отсталых. Дело в том, что мы никогда не шли вместе с другими народами … Мы стоим как бы вне времени, всемирное воспитание человеческого рода на нас не распространилось.

… Взгляните вокруг. – Разве что-нибудь стоит прочно? … Ничего устойчивого, ничего постоянного; все течет, все исчезает, не оставляя следов ни во вне, ни в вас. В домах наших мы как будто определены на постой; в семьях мы имеем вид чужестранцев; в городах мы похожи на кочевников, мы хуже кочевников, пасущих стада в наших степях, ибо те были привязаны к своим пустыням, нежели мы к нашим городам … Бедные наши души!

… Мы как бы чужие для себя самих. Мы так удивительно шествуем во времени, что, по мере движения вперед, пережитое пропадает для нас безвозвратно. Это естественное последствие культуры, всецело заимствованной и подражательной. У нас совсем нет внутреннего развития, естественного прогресса … Мы воспринимаем только совершенно готовые идеи, поэтому те неизгладимые следы, которые отлагаются в умах последовательным развитием мысли и создают умственную силу, не бороздят наших сознаний …Мы подобны тем детям, которых не заставили самих рассуждать, так что, когда они вырастают, своего в них нет ничего; все их знание поверхностно, вся душа вне их. Таковы же и мы.

… Если Россия отстала от Европы, если прошлое ее жалко, а будущее темно, если она рискует навеки застыть в своей китайской неподвижности, то это есть вина растленной Византии. Ведь оттуда, то есть из отравленного источника Русь взяла христианство".[54]

Как видим, по Чаадаеву, влияние византийской церковности на русскую культуру было велико, но это было – влияние разрушительное. Два вывода, две позиции: с одной стороны, Лосский, Трубецкой, Бердяев и многие другие, с другой, - Чаадаев. Сходясь в одном, – в признании за православной вероисповедной формой, самой по себе, огромного культурного значения в истории русского народа, они расходятся в оценке его последствия. Кто же прав? Есть, однако, и иная, третья, на наш взгляд, более умеренная и взвешенная точка зрения на эту проблему. Ее выразил () в своих "Очерках по истории русской культуры". Да, говорит он, культурное влияние церкви и религии было безусловно преобладающим в исторической жизни русского народа. Но таким оно всегда бывает у всех народов, находящихся на одинаковой ступени развития. К тому же из этой особенности одни выводили все достоинства русской жизни, тогда как другие склонны были этим же объяснять ее недостатки.

На самом деле, по мнению , ни то, ни другое утверждение неверны. Древняя Русь восприняла только внешнюю форму, обряд, а не дух и сущность христианской религии. "Уже по одному этому вера не могла оказать ни такого благодетельного, ни такого задерживающего влияния на развитие русской народности, как думали славянофилы и Чаадаев. – утверждает . – Считать русскую народность, без дальних справок, истинно христианской значило бы сильно преувеличивать степень усвоения русскими истинного христианства. Таким же преувеличением влияния религии было бы и обвинение ее в русской отсталости. Для отсталости были другие, органические причины (читай - социальные, экономические, природно-климатические, внутренние и внешние – В. С.), действие которых распространялось и на религию. Религия не только не могла создать русского психического склада, но, напротив, она сама пострадала от элементарности этого склада".[55] (выделено мной. – В. С.)

Таким образом, выявляя исторические, природно-климатические, геополитические – внутренние и внешние условия и факторы формирования русской национальной культуры, надо учитывать,

во-первых, все их многообразие и многоликость, ведь культура существует в самой жизни и истории, а значит, реализует себя во всем богатстве движущих сил этой истории, противоречий,- длится, меняется и живет в них.

Во-вторых, надо видеть и понимать, что русская цивилизация (как своеобразная империя) исторически была и остается универсальным объединением народов, считающих Россию своей Родиной. Именно степенью универсальности Российская Империя отличалась от других подобных имперских образований как в прошлом, так и в настоящем. (Увы, многие на Западе не могут понять этого обстоятельства!). В-третьих, в сложном и противоречивом облике России надо видеть определенные несоответствия между её "душой и телом", иначе говоря, - её культурной зрелостью и ещё недостаточной цивилизованностью – экономической, политической, хозяйственно-производственной, да и просто бытовой.[56] С одной стороны, она в течение длительного времени отстает от развитых стран Запада ("цивилизационно"), а с другой – находится наравне и ними и даже превосходит их. Самобытность России, её историческая уникальность ни в чём не проявляется так ярко, как в её культуре, особенно в культуре духовной. В этом заключается, во-первых, одна из главных особенностей (характеристик) её субъекта (создателя и хранителя) – русского народа, а, во-вторых, тех сложнейших исторических условий, в которых ему пришлось жить, трудиться, воевать и создавать собственные ценности "второй природы". Это надо видеть и понимать объёмно, глубоко и системно, в противном случае всё рассыплется на "мелочи", детали, историческая панорама исчезнет, за "деревьями" не станет видно леса…

III. Характер русского народа как социокультурный феномен

Но что такое "Русский Народ" как создатель и хранитель своей "второй природы" - культуры, каково его внутреннее содержание (мировоззрение, самосознание, самоидентификация и т. д.) и историческая устремленность?

Информация к размышлению.

Точка зрения (1856–1919) на культуру и её связь с национальным характером:

"Всякая культура налагает на индивидуум определённые, постоянные черты, и, зная её общий характер, мы можем угадывать под ней единичные, живые лица, хотя мы их и не видели вовсе; как и наоборот, видя подобные лица, мы можем понять общий смысл культуры, который для нас почему-либо стал неясен или мы забыли его. В этом соотношении между общим и единичным кроется многозначительность частных исторических изысканий: одна подробность из давно пережитого восстанавливает для мыслящего наблюдателя это пережитое в его целом, и притом с убедительностью, равной той, какую мы находим в рассуждениях натуралиста, который по одной сохранившейся части давно исчезнувшего организма восстанавливает перед нами весь его отряд".[57]

Этот глубокий по своему смыслу тезис сформулировал в 1892 году в своей небольшой (объёмом всего одиннадцать печатных страниц), но очень содержательной работе под примечательным названием "Черта характера Древней Руси". Здесь, как нам кажется, он обозначил методологическую посылку, с одной стороны, к пониманию характера русского народа как исторического субъекта культуры, а с другой, - к пониманию "общего смысла культуры". Ведь понять сущность той или иной культуры можно лишь через призму деятельности человека, народа, образующего соответствующую цивилизацию. Поскольку человек является не только объектом, но и субъектом культуры, постольку проблема характера русского человека предстаёт перед нами как центральный вопрос о его месте и роли в системе нашего культурного достояния.

Говоря о решающей роли человеческой деятельности как единственном движущем начале в историческом процессе в целом, в социокультурном творчестве, в частности, полезно вспомнить и некоторые методологические положения великих немецких мыслителей ХIХ века К. Маркса и Ф. Энгельса. Изучив ход всемирной истории, они пришли к выводу, что "история не делает ничего", она "не обладает никаким необъятным богатством", она "не сражается ни в каких битвах"! Не "история", а именно человек, действительный, живой человек – вот кто делает всё это, всем обладает и за всё борется. "История" не есть какая-то особая личность, которая пользуется человеком как средством для достижения своих целей. История – не что иное, как деятельность преследующего свои цели человека".[58]

Итак, мы можем смело утверждать:

1) история и культура развиваются по своим объективным законам, имманентно (т. е. внутренне) им присущим;

2) историю и культуру творят люди.

"Культура есть неотвратимый путь человека и человечества. Нельзя миновать его".[59]

В создаваемой человеком, как историческим субъектом, культуре формируется, раскрывается и проявляется социальный мир этого человека, его "сущностные силы": способности, потребности, мировоззрение, знания, умения, социальные чувства, ценностные ориентации и т. д. Этим самым любая национальная культура выступает как мера реализации и развития сущности человека в процессе его социальной деятельности, иначе говоря, - "как мера человека". Создавая продукт материальный или духовный, человек опредмечивает в нём самого себя: во-первых, свою общественную сущность, а, во-вторых, в той или иной мере – свою индивидуальность. Следовательно, культура – это самосознание самого народа, каждого периода его жизни, каждой эпохи, пройденной и прожитой им.

Являясь самостоятельным социальным организмом, социальной общностью, народ (нация) самостоятельно определяет своё культурное развитие во всём богатстве его содержания и многообразии "красок". У каждой национальной культуры есть свои конкретные плоды:

Язык – её реликтовое образование;

Фольклор (мифы, сказания, легенды, сказки, былины и т. д.);

Литература и искусство;

Наука, философия, образование;

Нравственно-этические и эстетические ценности;

Система жизнеустройства;

Способы жизнедеятельности в конкретных условиях исторического бытия и т. д. и т. п.

И в каждой из этих сфер культуры заложено и проявляется непосредственно-жизненное взаимодействие человека с действительностью, происходит общественно-исторически детерминированное отражение форм и способов такого взаимодействия во внутреннем, т. е. духовном, мире людей, в их поведении, отношениях друг к другу, повседневном быту.[60] В конечном счёте всё это спрессовывается, выкристаллизовывается, входит в норму и проявляется в национальном характере.

О русском характере как историческом и социокультурном явлении создана огромная литература: научная, художественная, публицистическая, мемуарная. Среди авторов этой темы немало замечательных, ярких имён: , , -Щедрин, , , , и многие другие авторы.

Даль в своём "Толковом словаре" не обошёл вниманием это понятие. "Характер", - писал он, - нрав человека, нравственные свойства, качества его, свойства души и сердца. …Характерный человек, твёрдый, стойкий, с убеждениями…"

Конечно, в приведённом отрывке нет развёрнутой характеристики понятия "характер", но здесь уже намечены некоторые важные подходы к нему. За 100 с лишним лет наука существенно продвинулась в изучении этого феномена. В частности, а может быть и в особенности, в психологии – это одно из основополагающих понятий, характеризующих "личность". Оно означает (от греч. Charakter – печать, чеканка) совокупность индивидуальных психических свойств, складывающихся в деятельности и проявляющихся в типичных для данного человека способах деятельности и формах поведения. Характер не является врождённым, - он формируется в жизни и деятельности человека, и что важно подчеркнуть, как представителя определённой социальной группы, определённого общества. В индивидуальном характере отражаются многообразные типические черты: национальные, профессиональные, возрастные. Так, люди одной национальности находятся в сложившихся на протяжении многих поколений условиях жизни, испытывают на себе специфические особенности национального быта; развиваются под влиянием сложившейся национальной структуры, языка, религии, морали, педагогики, этики; вырабатывают и следуют целой системе ценностно-смысловых ориентаций.

Отсюда нет одинаковых народов по своему характеру, ибо люди одной национальности по своему мировидению и мироощущению, по образу жизни, по привычкам и наклонностям, по приоритету ценностей, то есть по своему характеру, отличаются от людей другой. Характер народа, как и отдельно взятого человека, проявляется прежде всего в системе отношений:

в отношении к другим людям и народам (при этом можно выделить такие черты характера, как общительность – замкнутость; правдивость – лживость; дружелюбность (тактичность) – грубость и т. д.);

в отношении к делу (ответственность – недобросовестность; трудолюбие – леность и т. д.);

в отношении к собственности (щедрость – жадность; бережливость – расточительность; аккуратность – неряшливость и т. д.);

в отношении себя в контексте отношения к другим людям (скромность – самовлюблённость; самокритичность – самоуверенность; гордость – приниженность (уничижительность) и т. д.).

Конечно, эти черты легче всего фиксируются в действиях и поступках отдельного индивида как представителя той или иной культуры. Но типические, наиболее часто повторяющиеся черты, легко фиксируются не только теоретическим (научным), но и обыденным (повседневным) сознанием в различных установках и стереотипах. Не случайно у большинства людей есть сформировавшийся образ типичного представителя той или иной страны, а, значит, и культуры: китайца, немца, итальянца, француза, американца, русского. В этом образе, как правило, фиксируется то качество, которое отличает одного человека от другого, но не как индивида ("Это – Иван, а тот – Джон или Ганс"), а как собирательное явление. Не случайно говорят: "Что русскому хорошо, то немцу – смерть"...

Социальный характер – это проблема культурной антропологии, связанной с влиянием общества на личность. Разные учёные по-разному употребляют само понятие "ХАРАКТЕР". , говорили "характер народа". – "модусы поведения" нации, народа. Карл Юнг предпочитал применять термин "архетип" (от греч. arche – начало; tupas – образ) – т. е. исходный, первоначальный образ (прообраз), сложившийся в древних слоях той или иной культуры и оформившийся прежде всего в фольклоре, сказках, мифах. Архетип – это результат творческого осмысления и фиксации человеческих типов и характеров. Немецко-американский антрополог, культуролог и философ Эрих Фромм (1900–1980 г. г.), один из реформаторов психоанализа, в книге "Душа человека" использует понятие "социального характера". "С помощью этого понятия, - пишет он, - я обозначаю ядро структуры характера, свойственное большинству представителей данной культуры, в противовес индивидуальному характеру, благодаря которому люди принадлежащие одной и той же культуре, отличаются друг от друга".[61]

Социальный характер – это совокупность наиболее устойчивых, существенных признаков, свойственных определённой группе, значительному слою людей, тому или иному классу (крестьянам, рабочим, интеллигенции, буржуазии) и являющихся продуктом длительного общественного, социокультурного развития. Социальный характер – результат именно исторического развития, в этом смысле он достаточно устойчив и даже консервативен. Однако, несмотря на свою стабильность и консерватизм, он также подвержен изменениям, колебаниям, деформациям. Изменения социального характера обусловлены многими причинами и факторами, но ведущими среди них являются следующие: изменение общественной структуры и общественных отношений (политических, социально-экономических); урбанизационные и миграционные процессы; демографические сдвиги; рост (или сокращение) населения; воздействие средств массовой информации; внешнее целенаправленное и длительное воздействие (завоевание народа, его оккупация, колонизация и т. д.); смена (ломка) ценностно-смысловых ориентиров в культурном ядре и др. Структуру, содержание, формы проявления национального характера на генетическом уровне определяет исторически сложившаяся система культурных ценностей.

Ценности в системе культуры – это обобщающее понятие, включающее в себя исторически и социально выношенные, апробированные, а потому наиболее устойчивые идеи, идеалы, цели к которым стремится народ в процессе бытия, и которые составляют единую ценностно-нормативную систему, регулирующую поведение людей и обеспечивающую консолидацию социальных групп в обществе. Существуют различные ценности:

универсальные (любовь к Родине и её защита; безопасность страны, своего города, деревни, жилища, семьи; свобода; здоровье; знания; уважение к достижениям родной культуры; сохранение нравственных, этических, эстетических, правовых норм и т. д.);

классовые, внутригрупповые (политические, религиозные, философские);

индивидуальные (любовь к человеку; привязанность к определённому виду деятельности, месту жительства и т. д.).

Ценности объединяются в систему, представляя собой определённую иерархическую структуру, которая меняется, уточняется с течением времени и обстоятельствами жизни. Функции ценностей весьма разнообразны:

они являются ориентиром (нравственным, этическим, эстетическим) в жизни как отдельного человека, так и целых поколений людей;

они выступают в качестве механизма социального контроля, а потому необходимы для поддержания социального равновесия и порядка в обществе;

они обеспечивают преемственность в развитии общества и непрерывность в развитии культуры;

конфликт ценностей, как правило, выступает источником развития и условием рождения новых ценностей.

Вне контекста ценностно-смысловых образований нельзя правильно понять, оценить русский национальный характер, а без него – осознать, что есть русская культура в своём историческом развитии. Национальный характер – это совокупность качеств, заложенных в русском народе, представлений русских об окружающем мире и о самих себе в этом мире. Наш национальный характер – это генотип плюс культура. Иначе говоря, генотип – то, что каждый из нас получает от природы, через гены, а культура – то, к чему мы приобщаемся с рождения, с колыбели, то есть через воспитание, социализацию ("обработку", "возделку") своей индивидуальности.

Итак, что же такое "РУССКИЙ ХАРАКТЕР" в своём конкретном социокультурном проявлении, где те "опорные точки", которые образуют его ценностно-смысловое содержание?

Во-первых, сразу подчеркнём, что это – сложное, антиномичное явление, целостная структура коллективных представлений, имплицитно[62] содержащихся в осознании национальных ценностей и выражающихся в моделях поведения и стереотипах реакций на различные процессы, факты, стороны общественной жизни.

Во-вторых, отметим также (ещё раз!), что структура русского характера, как сложная, многоуровневая пирамида явных и неявных умонастроений, автоматических навыков, стереотипов сознания и поведения, формировалась в процессе многовековой истории и культуры народа.

В-третьих, русский характер выражает повседневный облик коллективного сознания определённой социокультурной общности и, будучи независимым от личной жизни индивида, не совпадает с характером отдельного человека. Здесь "социальный русский характер" и "характер русского человека" соотносятся как "общее" и "особенное", "единичное"…

Информация к размышлению.

Точка зрения (1870–1965 г. г.) – выдающегося русского философа (крупнейшего представителя интуитивистского персонализма) на характер русского народа:

"Пытаясь дать характеристику русских людей, приходится говорить, конечно, о тех общих свойствах, которые чаще всего встречаются у русских и потому выразимы в общих понятиях. Эти общие свойства представляют собой нечто вторичное, производное из индивидуальной сущности каждого отдельного лица, но всё же они заслуживают исследования, потому что дают представление о том, с какими чертами характера чаще всего можно встретиться в среде данного народа.

Не следует думать, что общие свойства, которые удастся найти, принадлежат каждому русскому человеку. В жизни каждого народа воплощены пары противоположностей, и их особенно много среди русских людей. Многие из этих противоположностей встречаются также и у других народов, но у каждого народа они имеют своеобразный характер"[63] (выделено мной – В. С.).

Если рассматривать феномен русского характера диалектически, т. е. в историческом развитии на основе различных системообразующих элементов – природно-географического, социально-экономического, как доминантных, а также религиозных, культурных, как субдоминантных, то он предстанет перед нами действительно как сложное, многообразное явление. Иначе говоря, русский характер многогранен и противоречив. Лихачев в своей статье "О национальном характере русских" заимствует образ России у Максима Грека[64]: Россия – это женщина, "сидящая при пути в задумчивой позе, в черном платье. Она чувствует себя при конце времен, она думает о своем будущем. Она плачет…"[65] Поразительный образ создал наш древний мыслитель!

В русском характере, как отмечают различные философы, историки, художники слова прошлого и настоящего времени, много своеобразного, связанного с многими и многими факторами, определявшими жизнь народа во всем ее многообразии.

Первый мощный фактор, повлиявший на становление характера русского народа и, следовательно, его культуры была географическая среда и природа. Постоянный риск на грани жизни и смерти; на протяжении столетий, по существу, "мобилизационно-кризисный" режим выживания человека и всего социума; огромные, порой нечеловеческие затраты труда и нервное напряжение – всё определяло жизнь русских: труд, быт, жилище, одежду, пищу, мироощущение, сознание, психологию…

Природа Великороссии, считал выдающийся русский историк , часто "смеялась над самыми осторожными расчётами русского человека", своенравие климата и почвы обманывали самые скромные его ожидания. Привыкнув к этим обманам, расчётливый великоросс любил подчас, очертя голову, выбрать самое что ни есть безнадёжное и нерасчётливое решение, противопоставляя капризу природы каприз собственной отваги.

Именно природа приучила русского человека к чрезмерному кратковременному напряжению сил: работать споро, лихорадочно, быстро. Ни один народ в Европе, по мнению и других отечественных исследователей, не способен был к такому напряжению труда – на короткое время, на какое был способен русский. Однако это же обстоятельство порождало и обратную сторону "медали": нигде в Европе не было такой непривычки к ровному, умеренному и размеренному труду.

Отсюда борьба с природой, постоянная и опасная для жизни "игра с ней" - породили русское "авось", "аврал"…

По мнению исследователей, видимо страх, порождаемый капризностью и непредсказуемостью природы и её стихийности ( 3/4 – это Север!), многовековой опыт суровой жизни выработали у русских определённое "мировидение", а именно: уважение к природным силам, переходящее нередко в удивление и восхищение как красотой, гармонией, так и могуществом, силой, величием природы.

Отсюда ещё один результат: пассивно-созерцательное, фаталистическое отношение к миру. Русский человек не позволял себе роскошь "трансцендентной медитации": жизнь заставляла упорно трудиться, а борьба за существование принимала весьма конкретные формы. Поэтому в характере русских людей фатализм сочетается со стихийно-реалистическим отношением к жизни.

Невозможность рассчитать всё наперёд, заранее разработать план действий и прямо по нему идти к намеченной цели заметно отразились на складе ума русских, на манере их мышления. Отсюда – не рационализм, а интуитивизм доминировал в их коллективном сознании.

По мнению многих учёных, у русских больше всего восточной (т. н. "византийской") иррациональности, чем западной рациональности, а поэтому эмоции у них чаще преобладают над разумом, страсти над интересами. Русский человек чаще всего идёт за "голосом сердца", чем за рассудком. Если у русских людей преобладает наглядно-образное, наглядно-действенное мышление, то у западных – вербально-логическое…

Русский человек более склонен обсуждать пройденный путь, чем продумывать дальнейший, больше оглядываться назад, чем заглядывать вперёд. Не случайно родилось в народе выражение: "Русский мужик крепок задним умом"…Это делает его более осмотрительным, чем предусмотрительным. Он лучше замечает следствия, чем ставит цели и предвидит способы их достижения.

Концепция бытия русского народа, формируясь на протяжении веков в экстремальных условиях, выработала в общественном сознании самобытную и исключительно жизнеспособную идеологию коллективного спасения, идею человеческой солидарности. Отсюда в русском социальном характере и сформировалась такое качество, которое принципиально отличает его от менталитета западного человека – коллективизм, общинность, соборность (в разные исторические периоды это качество, имея одно ценностно-смысловое содержание, звучало по-разному). На Западе весь исторический период – от гибели Римской рабовладельческой империи и до сегодняшнего бытия буржуазного общества формировался индивидуализм. Культ индивидуальности, наиболее полно заявивший о себе в эпоху Возрождения, затем развился и закрепился в эпоху Просвещения и в период торжества капитализма – в XIX веке.

Общинные традиции, уходящие в глубокую древность и пронизывающие весь уклад жизни русского народа – труд, быт, досуг – это самобытное явление не только русского характера как такового, но и всей русской национальной культуры. Понять это – значит, "расшифровать" архетип нашей культуры.

Общинный уклад жизни русских – это не зигзаг, не отход от "нормы", не брак социального творчества народа, а объективный и оправданный результат многовекового культурно-исторического развития России. Общинная форма землевладения и в целом жизнеустройства – это исконная форма борьбы за существование народа, которая обусловливалась как минимум тремя обстоятельствами: трудными природно-климатическими условиями, необходимостью освоения огромных территорий, постоянными и многочисленными нападениями соседних народов. По словам известного в XIX веке геолога, социолога и публициста (), "смерть или солидарность, других путей у русского народа не было, чтобы не погибнуть, - он должен был прибегнуть к солидарности и общему коллективному труду для борьбы с окружающими неблагоприятными условиями физико-географической среды".[66] Одно только монголо-татарское иго, длившееся около трёх столетий, вынудило русских (дабы не исчезнуть, не раствориться в массе кочевников) выработать механизм общинного жизнеустройства. Всё это побуждало русских держаться друг возле друга и приучало сообща работать, сообща обороняться, сообща жить.