Структура потребления алкоголя в крупных городах России (стр. 1 )

Правительство Российской Федерации

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Национальный исследовательский университет
«Высшая школа экономики»»

Факультет социологии

Кафедра экономической социологии

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

На тему

«Структура потребления алкоголя в крупных городах России»

Студент группы № 000

Руководитель ВКР

доцент кафедры

экономической социологии

факультета социологии, к. э. н.

Москва, 2013

ОГЛАВЛЕНИЕ

1. Введение.. 3

1.1. Актуальность темы исследования.. 3

1.2. Постановка проблемы... 4

2. Обзор исследований потребления алкоголя.. 7

2.1. Исследование потребления алкоголя в экономической науке.. 7

2.2. Социологический взгляд на потребление алкоголя.. 8

2.3. Современные исследования потребления алкоголя в России.. 12

2.4. Факторы потребления алкоголя.. 14

3. Методология исследования структуры потребления алкоголя.. 20

3.1. Цель и задачи исследования.. 20

3.2. Объект и предмет.. 21

3.3. Гипотезы... 21

3.4. Интерпретация понятий.. 24

3.5. Информационная база.. 25

3.6. Методы анализа данных.. 26

3.7. Ожидаемые результаты исследования.. 27

4. Эмпирический анализ структуры потребления алкоголя в крупных городах России. 28

4.1. Динамика доли потребления различных алкогольных напитков.. 28

4.2. Связь доли потребителей алкоголя и социально-экономических характеристик. 28

4.3. Связь социально-экономических характеристик и доли потребителей различных видов алкоголя. 32

4.4. Связь социально-экономических характеристик с частотой и объемом потребления алкогольных напитков.. 36

4.5. Связь доли потребителей, частоты, объемов потребления и социального класса.. 43

4.6. Анализ соответствий потребления алкогольных напитков и социально-экономических характеристик.. 45

4.7. Типология потребителей алкоголя в зависимости от структуры потребления и описание социально-экономических характеристик типов потребителей.. 49

5. Заключение.. 53

Литература.. 56

Приложение.. 60

1. Введение

1.1. Актуальность темы исследования

Потребление алкоголя представляет собой большой интерес для исследователей общества. Потребление алкоголя связано с различными сферами жизни, оно влияет не только на здоровье населения, но и на поведение индивидов на рынке труда. Чрезмерное потребление алкоголя оказывает отрицательное влияние на вероятность занятости и размер заработной платы мужчин, а также на вероятность занятости женщин (Ким Рощин 2011: 30). Потребление алкоголя также является объектом наблюдения государственной статистики. Получаемые данные являются необходимыми для принятия решений об объемах производства спирта и алкогольных акцизах. Следовательно, существует потребность в данных и работах, затрагивающих проблематику потребления алкоголя.

Особого интереса заслуживает структура потребления алкоголя. С начала 1990-х годов в России она претерпевает существенные изменения: уменьшается потребление водки и самогона, а также возрастает доля потребления пива, сухих и шампанских вин (Рощина 2012: 245). Впрочем, изменение доли потребления различных напитков – очевидно не единственные изменения в структуре потребления алкоголя. Вероятно, изменилась частота потребления и объемы, в которых потребляются различные алкогольные напитки. Работы, посвященные факторам потребления алкоголя (Демьянова 2005, Рощина 2012, Roshchin Roshchina 2013, Тапилина 2006) позволяют нам предположить, что различия в структуре потребления связаны с социально-экономическими характеристиками индивидов. Таким образом, представляется важным исследование новой структуры потребления алкоголя, а также факторов, которые лежат в ее основании.

1.2. Постановка проблемы

Многие российские и зарубежные ученые исследуют потребление алкоголя в России. Большая часть этих работ посвящена измерению количества потребляемого алкоголя и уровню избыточного потребления (Тапилина 2006), оценке факторов потребления алкоголя (Демьянова 2005, Рощина 2012, Roshchin Roshchina 2013, Massin Kopp 2011) а также анализу связи между потреблением алкоголя и смертностью (Немцов 2003). Однако существует сравнительно небольшое количество исследований, которые содержат анализ структуры потребления алкоголя по видам алкогольных напитков в зависимости от социально-демографических характеристик индивидов. Эти работы, как правило, рассматривают структуру потребления алкоголя в разрезе основных социально-демографических параметров населения, таких как пол, возраст, доход, семейное положение и уровень образования (напр. Демьянова 2005,Андриенко Немцов 2005, Рощина 2012: 243-244, Тапилина 2006). Важно заметить, что в данных исследованиях используются всероссийские данные, и результатом оценки структуры потребления алкоголя является структура потребления, общая для городов и сел. В то же время, эти работы указывают на существенные различия потребления алкоголя в городах и сельской местности. Действительно, между городом и сельской местностью существует ряд количественных различий в таких аспектах, как плотность населения[1], количество малоимущих домохозяйств[2], располагаемые ресурсы на члена домохозяйства[3]. Помимо этого, существуют качественные различия потребительских практик городского и сельского населения. К примеру, престижное потребление более характерно для городского населения, нежели для жителей сельской местности (Козырева Дорофеева 2008: 73). Более того, существует различие в структуре потребления алкоголя по видам между селами и городами. Так в больших городах доля потребителей вина в 1,5-2 раза выше, также выше в 2 раза количество потребителей коньяка, а потребление самогона вдвое меньше (Климова 2007: 35). В то же время, ни последовательное сравнение структур потребления алкоголя в городе и на селе, ни детальное рассмотрение одной из этих структур не было реализовано в рамках исследований потребления алкоголя. На фоне урбанизации[4] России, наиболее актуальным представляется исследование аспектов именно городской жизни.

Также необходимо обратить внимание на теоретический аспект подобного исследования. В работах Бурдье (Бурдье 2005) и Торнтон (Thornton 1987) практики потребления представлены как индикатор социального класса, которому принадлежит индивид. Соответственно, структуры потребления алкоголя различных социальных классов должны различаться. В то же время, существуют работы, в которых рассматривается феномен «постклассового» общества: общества, в котором привычные социальные единицы, такие как социальный класс и социальный слой, все меньше и меньше определяют практики индивидов (Beck 1992: 2-3). К таким «постклассовым» обществам исследователи склонны относить и Россию (Ионин 1998: 252). Исходя из этого противоречия, кажется необходимым проверить, насколько структура потребления алкоголя связана с принадлежностью к некоторому социальному классу в случае России. Вместе с тем, возникает вопрос, насколько другие факторы потребления алкоголя, такие как пол, возраст, образование и доход, семейное положение и статус занятости способны объяснить вариацию структуры потребления алкоголя. Для ответа на этот вопрос необходимо исследование структуры потребления алкоголя и ее связи с указанными выше социально-экономическими характеристиками индивидов.

2. Обзор исследований потребления алкоголя

2.1. Исследование потребления алкоголя в экономической науке

Корпус литературы, посвященной проблеме потребления алкоголя, включает в себя как теоретические исследования, необходимые для понимания социальных механизмов, лежащих в основе потребления алкоголя, так и эмпирические модели, которые позволяют проверять релевантность теоретических построений эмпирическим данным. Что более важно, исследование потребления алкоголя происходит в различных дисциплинарных областях.

Одной из таких областей является экономическая наука. Потребление алкоголя, как и потребление любого другого материального блага, интуитивно ассоциируется с хозяйственной деятельностью, поэтому экономическое исследование потребления алкоголя не кажется чем-то удивительным. Исследования, тесно связанные с потреблением алкоголя, существовали еще в 70-х годах XX века. Так Поллак описывает эконометрическую модель, которая учитывает аддиктивное поведение (Pollak 1970). Между тем, активное изучение потребления алкоголя в рамках экономической науки началось после публикации серии работ американского экономиста Гэрри Беккера (Becker Stigler 1977, Becker Murphy 1988). В данных работах автор разрабатывает теорию рациональных пристрастий [theory of rational addiction], которая объясняет приверженность экономического агента тем или иным благам на протяжении длительного периода времени. Используя понятие потребительского капитала, Беккер указывает, что привычка – это результат максимизации полезности от потребления блага, связанный с накоплением потребительского капитала (Becker Murphy 1988: 677). Еще один важный вывод данной модели заключается в том, что индивиды, ориентированные на текущее потребление (и, соответственно, на текущий временной период), более склонны к потреблению «вредных» благ [harmful goods], нежели индивиды с долгосрочной ориентацией (Becker Murphy 1988: 682). Вместе с тем, отдача от образования, как правило, происходит в долгосрочной перспективе. Следовательно, индивиды с более высоким уровнем образования будут менее склонны к потреблению алкоголя, поскольку последнее увеличивает вероятность недополучить доход с человеческого капитала.

Впоследствии тезис об отрицательной связи между высшим образованием и высоким уровнем потребления алкоголя становится объектом верификации или фальсификации в рамках множества исследований (Grossman 1972, Farrell and Fuchs 1982, Kenkel 1991). Впрочем, несмотря на критику прямой связи уровня образования и потребления алкоголя, предложенной Фарелом и Фуксом (1982), образование как фактор потребления алкоголя входит и в последующие работы по данной теме (Zubanov et al. 2013, Демьянова 2005, Тапилина 2006).

Другая линия исследования потребления алкоголя – связь дохода индивида и уровня потребления алкоголя. Одной из первых работ с такой проблематикой стала статья Кука (Cook 1982), в которой он указывает на зависимость потребления алкоголя от налоговых сборов с производителей, которые выражаются в более высоких ценах на алкогольную продукцию. Сходную работу публикует и другой известный экономист, М. Гроссман (Grossman et al. 1993). Цена алкоголя напрямую использовалась в модели, представленной Чалупкой и Векслером (Chaloupka Wechsler 1996), и она также была отрицательно связана с потреблением алкогольных напитков (в случае данной работы, пива).

2.2. Социологический взгляд на потребление алкоголя

Впрочем, экономика является не единственной дисциплиной, которая рассматривает потребление алкоголя. Последнее также становится объектом внимания социологической науки. Основные направления социологических исследований, в рамках которых рассматривалось потребление алкоголя, приводит Я. Рощина (Roshchina 2012):

1. Потребление алкоголя как форма девиантного поведения. Идея рассмотрения потребления алкоголя как нарушения социальной нормы в корпусе литературы связывается с работами американского криминолога Т. Хирши [Hirschi, Travis]. Согласно его теории социальных обручей [social bond theory], человек от природы имеет склонность к девиантному поведению. Эту склонность к нарушению норм ограничивают социальные обручи: положение индивида в социальной структуре и социальные роли, которым индивид должен следовать (Hirschi 1969). Несмотря на то, что идея вывода девиантного поведения из человеческой природы, равно как и наличие оной, подвергалась критике социальных ученых, связь потребления алкоголя и элементов интеграции в социальную структуру стала одной из базовых гипотез исследований, посвященных факторам потребления алкоголя (Демьянова 2005, Рощина 2012, Hajema et al. 1997, Jonas et al. 2000, Prescott and Kendler 2001). В данных работах анализируется связь потребления алкоголя и таких признаков, как семейное положение (состоит или не состоит в браке) (Рощина 2012), сфера занятости (Тапилина 2006: 93, Hajema et al. 1997), наличие детей (Демьянова 2005) и религиозность (Patock-Peckham, Hutchinson, Cheong, Nagoshi 1998).

2. Потребление алкоголя как реакция на психологическое и эмоциональное состояние индивида. В рамках данного подхода целью потребления алкоголя становится снятие психологического и эмоционального напряжения. Так Пирс (Pierce et al 1994) исследует связь потребления алкоголя и финансовых трудностей. В качестве медиаторов используются такие переменные, как хронические финансовые трудности, острые финансовые трудности, частота общения с семьей и друзьями, субъективное ощущение социальной поддержки, индекс индивидуальных ресурсов (в который входят самооценка и ощущения контроля над собственной жизнью), наличие и сила депрессии (Pierce et al 1994: 295-297). В результате автор и его коллеги констатируют наличие связи потребления алкоголя и самооценкой индивида, общением с родными и друзьями, а также субъективным восприятием социальной поддержки. К сходным выводам приходят Паркер и Броуди при рассмотрении влияния работы на потребление алкоголя (Parker Brody 1982): факторами чрезмерного потребления алкоголя могут являться субъективно плохие условия труда, равно как и отсутствие коммуникации на рабочем месте, а также низкий социальный контроль. Впрочем, эти работы не являются единственными в своем роде: существуют работы, связанные с влиянием на потребление алкоголя условий труда (Fennell et al. 1981,).

Теоретические предпосылки природы потребления алкоголя, содержащиеся в каждом из подходов, активно используются в эмпирических работах, нацеленных на проверку частных гипотез. Однако каждый из подходов рассматривает потребление алкоголя с функциональной точки зрения: в первом случае алкоголь – способ нарушить социальную норму, во втором – средство снятия эмоционального и психологического напряжение. Социальный аспект потребления алкоголя при такой постановке вопроса ускользает из поля нашего зрения. В то же время, потребление является индикатором и способом социальной дифференциации и стратификации (Радаев 2005: 9). При таком взгляде потребление алкоголя перестает быть исключительно средством удовлетворения индивидуальной потребности, пусть и связанной с социальными параметрами индивида, и становится средством воспроизводства структуры социальных позиций.

Рассмотрение потребления (и потребления алкоголя, в частности) как механизма воспроизводства социальной структуры является одной из базовых идей французского социолога Пьера Бурдье [Pierre Bourdieu], изложенной в труде «Различение. Социальная критика суждения». Следует более подробно описать теоретическую рамку, которую Бурдье использует для анализа потребления.

Прежде всего, на Бурдье оказало сильное влияние творчество Карла Маркса. Поэтому в основании социальной дифференциации по Бурдье лежит различие в объемах капиталов, на которых базируются различные классы условий существования. Впрочем, в отличие от Маркса, для которого дифференцирующим являлся только экономический капитал, Бурдье рассматривает многомерную схему стратификации, в которой положение индивида определяется объемом различных видов капитала, которым обладает индивид (Бурдье 2005: 25). К примеру, Бурдье описывает двумерную классификацию условий существования по уровню экономического и культурного капитала, сравнивая промышленников и коммерсантов с профессурой и учителями.

Бурдье замечает, что различные классы условий существования порождают различные практики. Так, для профессоров и учителей, обладающих большим объемом культурного капитала по сравнению с промышленниками и коммерсантами, характерно потребление различных продуктов питания. «Преподаватели, обладая бóльшим культурным, нежели экономическим, капиталом, отличаются аскетическим типом потребления во всех областях и стремлением к оригинальности с наименьшими экономическими издержками, что приводит их к экзотике (итальянская, китайская кухня и т. д.) и кулинарному популизму (крестьянские блюда), почти сознательно противопоставляют себя богатым (нуворишам) с их обильной пищей, продавцам и потребителям «обильной еды» («grosse bouffe»), тем, кого иногда называют «шишками» («gros»), толстыми физически и грубыми духовно, владеющими экономическими средствами, достаточными для того, чтобы утверждать с высокомерием, воспринимаемым как «вульгарность», свой стиль жизни, который остается все же очень близким стилю жизни низших классов в том, что касается культурного потребления и экономической структуры потребления» (Бурдье 2005: 36-37). Таким образом, практики потребления производят классифицируемое различие между индивидами, относящимися к различным классам условий существования.

Работа Бурдье представляет собой пример структурного подхода к потреблению. Анализируя различия в практиках потребления, характерные для специфических классов условий, Бурдье восстанавливает структурный аспект потребления. Вместе с тем, он анализирует то, каким образом классифицируется та или иная практика потребления.

Также к структурному подходу относится работа Торнтон (Thornton 1987), в которой автор рассматривает потребление двух видов алкогольных напитков – секта и шнапса – в контексте их социального значения. Так сект – напиток формальный, индивидуализирующий, употребляемый в случае праздников и важных дат. В противоположность ему, шнапс – напиток, не привязанный к какому-то формальному событию, более неформальный и располагающий к употреблению в тесном кругу родных или друзей. Соответствуя определенному социальному отношению, потребление того или иного напитка может многое сказать о том, кто его пьет. Так потребление секта в большей степени свойственно классу работников-профессионалов, которые предпочитают формальные отношения и в большей степени индивидуализированы, тогда как шнапс чаще потребляют рабочие и фермеры, склонные к установлению более тесных, почти дружеских отношений (Thornton 1987).

2.3. Современные исследования потребления алкоголя в России

Динамика структуры потребления алкоголя

Важным аспектом, который рассматривается в рамках исследований потребления алкоголя, является динамика его структуры. В различных источниках, в том числе и тех, что находятся за пределами академического дискурса, можно встретить описание типов потребления алкоголя, которые основываются на структуре потребления. Так «южный тип» алкоголя характеризуется потреблением слабоалкогольных напитков (как правило, вина) в малых количествах. В таком случае потребление «встроено» в повседневную жизнь индивидов: большая часть населения потребляет алкоголь. Этому типу потребления алкоголя соответствует структура, в которой важное место занимают слабоалкогольные напитки, такие как вино. Данный тип потребления алкоголя ассоциируется со странами Западной Европы, такими как Испания, Италия и Франция (странами, в которых развито виноделие). В противовес этому, существует «северный» тип потребления алкоголя, характеризуемый более высокой долей тех, кто не потребляет алкоголь вовсе, равно как и потреблением спиртных напитков в большом количестве, потреблением крепких алкогольных напитков, приводящим к интоксикации организма. Такому типу потребления соответствует структура потребления, в которой главной компонентой являются крепкие спиртные напитки [spirits], такие как водка. Этот тип потребления, как правило, приписывается скандинавским странам, США и Канаде, а также России. В академическом дискурсе данное различение проводится с помощью различения культур потребления алкоголя [drinking cultures]. Так Блумфилд делит культуры потребления алкоголя на «влажные» [wet] и «сухие» [dry]: первым соответствует описанный нами «северный» тип потребления, вторым – «северный» тип (Bloomfield et al. 2003: 96).

В одной из своих работ Рощина описывает изменения структуры потребления алкоголя в России, происходящие с середины 1990-х. Так за данный период существенно уменьшилась доля тех, кто потребляет водку, и увеличилась доля тех, кто потребляет пиво (Рощина 2012: 245). Тапилина представляет схожие данные, которые демонстрируют спад потребления водки, увеличение доли потребителей пива и небольшой спад потребления сухих и шампанских вин за период с 1994 по 2002 годы (Тапилина 2006: 89). Таким образом, в рамках концептуального аппарата, описанного выше, мы можем классифицировать динамику структуры потребления в России как уход от северного типа потребления алкоголя. Впрочем, переход к южному типу (и к «влажной» культуре потребления алкоголя) нельзя считать успешным, поскольку доля потребителей вина по-прежнему мала.

2.4. Факторы потребления алкоголя

Помимо этого, весомую часть исследований потребления алкоголя представляют собой работы, анализирующие факторы потребления спиртных напитков. Следует подробно остановиться на исследованиях такого типа, поскольку факторы потребления алкоголя могут быть использованы в качестве дифференцирующих признаков в нашем исследовании.

Петтигрю и Донован (Pettigrew Donovan 2003) в своей обзорной статье приводят подробный список работ, посвященных различным факторам потребления алкоголя. Следует обозначить некоторые факторы, которые приводят Петтигрю и Донован (Pettigrew Donovan 2003:22-45), а также соотнести выводы указанных в обзоре исследований с выводами, полученными в работах, выполненных на российских данных:

1. Пол и гендерные установки. Различия в потреблении алкоголя мужчинами и женщинами были описаны еще П. Бурдье (Бурдье 2005), на основании работы которого можно сделать вывод о том, что мужчинам потребление алкоголя свойственно в большей степени, нежели женщинам. Этот тезис находит подтверждение и в современных исследованиях потребления алкоголя: множество зарубежных исследователей приходит к выводу, что мужчины пьют чаще и больше, чем женщины (Duncan et al. 1998, Amonini 2001, Forthun et al. 1999, Turner et al. 2000). Схожая связь пола и потребления алкоголя прослеживается и в рамках российских исследований: Исследования гендерной специфики потребления алкоголя на российских данных показывают, что мужчины являются более активными потребителями алкогольной продукции (Тапилина 2006: 93, Демьянова 2005: 84-85).

Также Рощина указывает, что существуют различия в способе и месте потребления алкоголя в зависимости от пола: мужчины чаще, чем женщины, пьют до еды и без принятия пищи, а также пьют в парках или на улице (Рощина 2012: 251). В связи с этим выводом возникает вопрос: существуют ли различия по какому-либо критерию (напр., уровню образования и доходу) между группой мужчин, которая употребляет алкоголь до еды и без приема пищи, а также в парках или на улице, и группой мужчин, которые не делают этого? На часть вопроса ответ дает автор, замечая, что люди без высшего образования чаще склонны к подобным практикам потребления, нежели люди, имеющие высшее образование (Рощина 2012: 251).

Помимо этого, с потреблением алкоголя могут быть связаны гендерные установки индивидов. Рейс и Райли замечают, что гендерные установки положительно связаны с частотой потребления алкоголя в случае студентов колледжа (Reis and Riley 2000). Значимость гендерных установок в качестве предиктора потребления алкоголя также проявляется и в исследованиях, выполненных на российских данных. Так Демьянова замечает, что гендерные установки (установки в отношении гендерных ролей) отрицательно влияют на потребление алкоголя: «люди, характеризующиеся традиционными установками в отношении гендерных ролей, с меньшей вероятностью склонны потреблять алкоголь» (Демьянова 2005: 85). Также установки в отношении гендерных ролей оказывают небольшое отрицательное влияние на частоту потребления алкоголя (Демьянова 2005: 85).

Потребление алкоголя имеет гендерную специфику и в структурном разрезе. Так Андриенко и Немцов замечают, что женщины более склонны к потреблению вина (Андриенко Немцов 2005: 27).

2. Возраст. Доля, частота и количество потребляемого алкоголя, представленное в виде функции потребления от возраста, имеет вид параболы с ветвями, направленными вниз. Это значит, что потребление алкоголя увеличивается до определенного возраста, а потом стремится к нулю (Duncan et al. 1998, Hughes et al. 1997). На практике это означает, что для самых молодых и для самых старых потребителей доля, частота и количество алкоголя будут меньше, чем для людей среднего и старшего возраста. Этот вывод находит подтверждение и на российском материале: потребление увеличивается вплоть до максимального возраста (44 года для мужчин, 33 года для женщин), после чего снижается (Андриенко Немцов 2005: 20). Впрочем, представляется проблематичным произвести однозначное суждение касательно характера связи возраста и потребления алкоголя. Так, Демьянова приводит в своей статье результаты построение регрессионной модели, одним из предикторов которой является возраст, а откликом – количество потребляемого алкоголя, и согласно этим результатам, существует значимое отрицательное влияние возраста на количество потребляемого алкоголя (Демьянова 2005: 86).

Впрочем, доля, частота и количество потребляемого алкоголя – не единственное различие в потреблении различных возрастных групп. Так Рощина указывает, что с увеличением возраста можно наблюдать уменьшение популярности пива и сухого вина, а также увеличение популярности крепленого вина и самогона (Рощина 2012: 246-247). На вопрос о том, насколько изменение структуры связано с изменением предпочтений, а насколько – с эффектом когорты, автор отвечает следующим образом: в изменение структуры потребления делают вклад оба фактора, однако в случае старших возрастов структура потребления в меньшей степени подвержена изменениям (Рощина 2012: 247).

3. Доход. Рассмотрение дохода как предиктора потребления алкоголя отсылает нас к экономическим исследованиям потребления алкоголя. В числе прочих, связь дохода индивида и уровня потребления алкоголя отмечал американский экономист Гроссман (Grossman et al. 1993). Автор замечает, что уровень дохода отрицательно связан с уровнем потребления алкоголя. Подобный способ объяснения потребительских практик индивидов имеет ограничение, которое отмечает Бурдье: рассмотрение потребления в качестве функции от дохода «не может объяснить случаи, когда одинаковый доход сочетается с типами потребления, имеющими совершенно разную структуру» (Бурдье 2005: 32). Впрочем, это не мешает использовать доход индивида в качестве одного из предикторов.

На российских данных данная гипотеза была подтверждена во многих исследованиях. В то же время, было найдено подтверждение нелинейности этой связи. Рощина отмечает, что для женщин кривая зависимости потребления алкоголя от дохода имеет U-образную форму. У мужчин же аналогичная кривая представляет собой синусоиду: «по сравнению с самыми бедными объем потребления сначала немного возрастает, затем снижается вплоть до 4-й группы, затем следует подъем к 7-й, снижение и опять подъем в самой богатой группе» (Рощина 2012: 251).

Предположение относительно структуры потребления алкоголя в зависимости от дохода позволяет сделать краткое замечание, высказанное Бурдье в работе «Различение. Социальная критика суждения». Автор замечает, что для вкуса от нужды (и, соответственно, для индивидов, обладающих меньшим объемом экономического капитала) характерна редукция к первичной функции потребляемого блага (Бурдье 2005: 32). Автор разворачивает этот тезис на примере потребления продуктов питания: «народный вкус к пище, наиболее сытной и одновременно наиболее дешевой, можно вывести из необходимости воспроизводить с наименьшими затратами рабочую силу, которая по определению требуется от пролетариата» (Бурдье 2005: 32). По аналогии можно предположить, что для низкодоходных категорий в большей степени будет характерно потребление водки, как вещества, быстрее всего приносящего опьянение.

4. Образование. Данное направление исследований представлено в рамках двух традиций. Первая – экономические исследования, целью которых являлась проверка гипотезы о влиянии уровня образования на потребление алкоголя. Теоретической основой исследований такого рода стала теория рациональных пристрастий Беккера (Becker Murphy 1988, Becker Stigler 1977). Вторая традиция коренится в работах Бурдье: автор замечает, что образование есть источник культурного капитала (Бурдье 2005, Бурдье 2002). Из этого следует, что для людей с разными уровнями образования будут отличаться не только объемы потребления алкоголя, но и его структура.

Проверка гипотезы о связи образования и потребления алкоголя вошла во многие работы. Было замечено, что для людей с низким уровнем образования характерно потребление наибольшего количества алкоголя (Duncan et al. 1998). В то же время, для групп с высоким уровнем образования характерно потребление более дорогого алкоголя (Abdel-Ghany and Silver 1998).

Также ряд исследований связи образования и потребления алкоголя был проведен на российских данных. Тапилина указывает на то, что избыточное потребление алкоголя отрицательно связано с уровнем образования (Тапилина 2006: 93), что можно принять как подтверждение гипотезы, выдвинутой Беккером. Впрочем, Демьянова указывает на увеличение вероятности потребления алкоголя и для людей с высшим образованием (Демьянова 2005: 85).

Что касается структурного аспекта, основание которого можно связать с теорией Бурдье, люди с университетским образованием в меньшей степени склонны потреблять водку, пиво и самогон, однако потребление вина в случае людей с высшим образованием в два раза выше, чем у людей без оного (Рощина 2012: 246-247). Сходные результаты приводит и Демьянова: «при рассмотрении определенных типов потребления алкоголя обнаружено положительное влияние высокого уровня образования на тип потребления винных напитков с положительным знаком и самогон с отрицательным» (Демьянова 2005: 86).

5. Семейное положение. Исследования указывают на то, что вероятность чрезмерного употребления алкоголя ниже у мужчин, состоящих в браке (Hajema et al. 1997). Также в ряде исследований отмечено, что аналогичная связь семейного положения и чрезмерного потребления алкоголя прослеживается и для женщин (Jonas et al. 2000, Prescott and Kendler 2001).

Согласно упомянутому выше теоретическому подходу Хирши, индивид стремится к девиантному поведению «от природы», и ограничением на пути такого желания становится положение индивида в социальной структуре, его принадлежность ряду социальных институтов (Hirschi 1969). Исходя из этого, можно предположить, что связь семейного положения будет прослеживаться не только с чрезмерным, но и с умеренным потреблением алкоголя.

3. Методология исследования структуры потребления алкоголя

3.1. Цель и задачи исследования

Цель исследования - Выявить связь структуры потребления алкоголя с социально-демографическими характеристиками индивидов в больших городах России.

Для достижения цели исследования необходимо решить следующие задачи:

1. Выявить динамику структуры потребления алкоголя в России по видам алкогольной продукции.

2. Проверить связь доли потребителей алкоголя и основных социально-экономических факторов, таких как пол, возраст, образование, занятость и тип труда (умственный, физический), доход на члена семьи, семейное положение (с учетом пола).

3. Выявить взаимосвязь частоты и количества потребления различных алкогольных напитков с основными социально-экономическими характеристиками населения, такими как пол, возраст, образование, занятость и тип труда (умственный, физический), доход на члена семьи, семейное положение (с учетом пола).

4. Протестировать наличие связи структуры потребления алкоголя и социального класса.

5. Выявить соответствие потребления алкогольных напитков и социально-экономических характеристик индивидов

5. Построить типологию потребителей алкоголя в зависимости от структуры потребления и рассмотреть их социально-экономические характеристики.

3.2. Объект и предмет

Объект исследования - жители городов с численностью населения более 100 тысяч человек в возрасте от 16 лет. Выбор такого объекта продиктован необходимостью рассмотрения структуры потребления в больших городах (с численностью жителей более 100 тыс. человек), ограничение же по возрасту связано со спецификой используемой информационной базы.

Предмет исследования - зависимость структуры потребления различных видов алкоголя от социально-экономических характеристик.

3.3. Гипотезы

Динамика структуры потребления алкоголя

В работах, анализирующих динамику структуры потребления алкоголя, указывается, что с середины 1990-х годов уменьшилась доля потребителей водки и горьких настоек, a также увеличилась доля потребителей пива. При этом до 2000-го года наблюдалось уменьшение доли потребителей вина, которое в начале 2000-х сменилось плавным ростом (Рощина 2012: 245, Тапилина 2006: 89). Исходя из этого, мы предполагаем, что в крупных городах также снизилась доля потребления водки, увеличились доли потребителей пива и, в меньшей степени, вина. В то же время, мы полагаем, то с уменьшением доли потребителей водки и горьких настоек увеличилась доля потребителей других видов крепкого алкоголя, таких как джин, виски, ром, коньяк и бренди, текила.

Влияние пола

В работах, посвященных гендерной специфике потребления алкоголя, указано, что мужчины в большей степени склонны к потреблению алкоголя (Тапилина 2006: 93, Демьянова 2005: 84-85, Бурдье 2005: 39). Соответственно, мы предполагаем, что среди мужчин доля потребления алкоголя выше, чем среди женщин. В то же время, структура потребления алкоголя для разных полов может различаться. Так Андриенко и Немцов замечают, что женщины более склонны к потреблению вина (Андриенко Немцов 2005: 27). Соответственно, мы предполагаем, что доля женщин, которые потребляют вино, выше, чем доля мужчин. Также мы предполагаем, что в структуре потребления алкоголя мужчин преобладают крепкие алкогольные напитки, такие как водка, виски, джин, коньяк и крепкие настойки.

Влияние возраста

Потребление алкоголя увеличивается во взрослом возрасте и снова спадает к старости (Duncan et al. 1997: 298). Исходя из этого, мы предполагаем, что доля потребителей алкоголя, а также частота потребления и количество потребляемого алкоголя до некоторого возраста будет увеличиваться, а после – уменьшаться. Что касается структуры, с увеличением возраста уменьшается популярность пива и сухого вина, и увеличивается популярность крепленого вина и самогона (Рощина 2012: 246-247). Верно ли, что с увеличением возраста доля, частота и количество потребления крепкого алкоголя увеличивается? Представляется, что доступ к самогону у жителей крупных городов ниже, чем у жителей сельских поселений, поэтому, в отсутствие в городах широкого доступа к самогону, последний будет замещен водкой.

Влияние дохода

Рощина отмечает, что для женщин кривая зависимости потребления алкоголя от дохода имеет U-образную форму, у мужчин же аналогичная кривая представляет собой синусоиду (Рощина 2012: 251). Предположительно, доля, частота и количество потребляемого алкоголя как для мужчин, так и для женщин уменьшается от наиболее низкодоходных групп населения к более обеспеченным, а затем увеличивается к высокодоходным группам. Что касается структуры потребления алкоголя, мы предполагаем, что с увеличением дохода структура потребления алкоголя будет смещаться в сторону вина и ряда крепких алкогольных напитков, таких как виски, коньяк, джин, ром и текила.