Муниципальное казенное учреждение культуры
«Централизованная библиотечная система»
Автозаводского района
Информационно-библиографический отдел
...лучшие из книг - те,
которые дают больше всего пищи для размышлений
, и при этом на самые различные темы.
А. Франс
В последнее время не утихает спор: что же такое христианская литература. Для понимания вопроса обратимся к рассуждениям молодой писательницы Лары Лонд (http://www. *****/christianfiction. html): «Считается, что христианская художественная литература — это художественные произведения, написанные христианами и, главным образом, для христианской аудитории. Но каждый автор хотел бы, чтобы его читали как христиане, так и неверующие, но для этого нужно достичь определенного уровня писательского мастерства
Что считать христианской литературой? Тут сколько людей, столько и мнений… Раз не про веру и Бога прямо с первой страницы, значит нехристианская книжка. Художественная — значит, выдумки, сказки, зачем их читать-то?
Что делает произведение «христианским»? Сюжет? Персонажи? Многие почему-то считают, что автор-христианин должен писать только о церкви и верующих, главной темой произведения должны быть путь к вере, духовная борьба, прозрение и обращение.
Конечно, христианская художественная литература может, конечно же, обращаться к темам церковной жизни и веры, но отнюдь ими не ограничивается. Автор-христианин вполне может выбрать себе одну какую-то тему — прощение, жадность, смирение, самопожертвование, эгоизм, гордость — и посвятить этой теме произведение. Не следует утверждать, что книга «нехристианская» лишь потому, что вы не увидели там темы спасения, искупления и ясного указания на Христа. Возможно, автор хотел поговорить о другом.
Так что же делает произведение «христианским»? Я бы ответила так: мировоззрение автора. Христианское мировоззрение автора должно отражаться в его произведениях, и, если автор действительно настоящий, серьезный христианин, книга его будет нести соответствующее духовное содержание. Будь это фантастическая повесть, детектив, или даже, представьте себе, роман о любви, христианская книга не станет оправдывать грех, не будет защищать общепринятые нормы морали, если нормы эти не соответствуют библейским. Даже если герой оправдал свой грех для себя, успокоил свою совесть, вы увидите, что автор с ним не согласен. Хороший автор, развивший свое мастерство, покажет это изящно и тонко».
Вы согласны с таким утверждением?
Уважаемые читатели! Предлагаем Вам список литературы, в которой, так или иначе, говорится о христианской вере. Прочитав эти произведения, вы сами сможете определить, можно ли их отнести к христианской художественной литературе.
Произведения эти были напечатаны на страницах литературно-художественных журналов в последние десять лет. Описания произведений располагаются в обратной хронологии. Ко всем произведениям даны небольшие аннотации.
Приятного и полезного чтения!
Ключи от рая : повесть // Москва. – 2002. - № 7. – С. 17-54
Отец Владимир – бывший офицер-афганец восстановил монастырь в глухой деревне, около целебного ключа. Послушники монастыря – ребята из его роты, которые до сих пор своими мыслями в Афганистане. Сослуживец отца Владимира – «босс» мафии Борис привез к нему своего брата-наркомана, чтобы тот наставил его на путь истинный.
Лавр : роман // Звезда. – 2002. - № 7. – С. 4-67 ; № 8. – С. 10-76 ; № 9. – С. 28-100
Которую роль играет Церковь в жизни общества. Может ли церковь дать спасение и убежище инакомыслящим? Является ли подчинение церкви спасением для человека? Ответы на эти вопросы и пытается найти героиня романа, от лица которой ведется повествование.
Там, где престол сатаны. (Современный апокриф) : роман // Звезда. – 2003. - № 1. – С. 8-90 ; № 2. – С. 31-130 ; 2007. - № 3. – С. 6-55 ; № 4. – С. 23-90.
Внук расстрелянного в 1937 году священника пытается добраться до причин гибели своего деда. Священник скрыл тайну завещания патриарха Тихона, и теперь внук считает своим нравственным долгом раскрыть тайну.
Крестный ход : рассказ // Новый мир. – 2003. - № 2. – С. 45-58
У старушек Прохоровых стала мироточить икона Царя Мученика Николая II. И решили жители совершить крестный ход в Екатеринбург, где была расстреляна семья последнего российского императора.
Мене, текел, фарес : конспект романа // Знамя. – 2003. - № 5. – С. 7-73
Несколько эпизодов из жизни монахов Свято-Троицкого монастыря.
Белый свет : роман // Наш современник. – 2003. - № 3. – С. 3-78
Автор повествует о многотрудной жизни «маленького человека», светлой сути его характера и о пути героя от безбожия к Богу.
Последний апостол : повесть о необычайных приключениях святого Петра // Октябрь. – 2003. - № 6. – С. 38-82
И вновь обращение к евангельской теме. Апостол Павел – одна из сложнейших фигур Нового Завета. Чаще всего он представляется крепким мужчиной, который еще вчера был свирепым гонителем христиан. Чураева дает совсем другой образ: ее Павел – это зажавший себя в кулак, колеблющийся и глубоко тоскующий человек.
Кучерская М, Чтение для впавших в уныние : современный патерик // Знамя. – 2004. - № 1. – С. 76-101
Небольшие зарисовки из жизни церкви и священников. Автору хочется рассказать о самом простом: современная церковь живет и дышит, в ней происходит своя удивительная, разнообразная, богатая жизнь.
«…Всего мира надеждо и утешение» // Наш современник. – 2004. - № 4. – С. 40-64
В родной деревне писателя, Михайловке, построили храм и освятили во имя Табынской иконы Божией матери, древней покровительницы уральского казачества. В 1919 году икона вместе с отступающими сотнями атамана Дутова покинула пределы России. Среди наиболее прославившихся и знаменитых икон Божией матери, Табынской принадлежит особое место. Возможно ли сегодня возвращение чудотворной иконы на Родину?
Небеса : роман // Звезда. – 2004. - № 6. – С. 5-93
По разному складываются судьбы двух сестер – героинь романа. У старшей – любящий муж-бизнесмен, ребенок; у младшей – несчастная, неразделенная любовь. Одна из них через сомнения приходит к вере в Бога, другая, вовлечена в религиозную секту.
(священник) Мы очень нужны друг другу : рассказы // Наш современник№ 12. - С. 10-28.
Цикл рассказов посвящен церковной жизни.
В рассказе «Друзья» спустя много лет после окончания духовной семинарии встречаются три бывших сокурсника. Двое сделали карьеру: один из них – митрополит, второй – архиепископ. Третий же – сельский священник. Когда-то в молодости оба архиерея предали своего друга. Сейчас они пришли к нему с покаянием.
Рассказ «Внук Шаляпина» написан с теплым юмором. Протодиакон, возвращаясь с престольного праздника домой на теплоходе выдает себя за внука Шаляпина. Красивый тембр голоса, рассказы о знаменитом «деде» вызывают восторг слушателей. Во время поездки пассажиры и капитан оказывают ему повышенное внимание.
Герои третьего рассказа «Мы очень нужны друг другу» - молодая вдова, потерявшая мужа на фронте и священник, у которого погибла дочь во время бомбежки. Моральная, духовная поддержка, в которой они нуждались помогают им выжить, выдержать страшные дни Ленинградской блокады.
Ангел мой ненаглядный // Дружба народов. – 2006. - № 11. – С. 74-102.
Повесть о том, как человек приходит к вере в Бога. Кому - то это, как героине повести - Кате, предначертано самой судьбой. А кто-то приходит к вере случайно. Хотя все случайности скорее всего не случайны, просто мы не всегда знаем причину.
Крестный ход // Наш современник. – 2007. - № 3. – С. 106-115.
Молодой священник отец Иоанн поехал в Сибирь в один из дальних приходов. Он принялся служить ревностно, с присущим его возрасту максимализмом, пытаясь достучаться до каждого погрязшего в грехах человека. Приехав в один из поселков лесорубов, он обнаружил, что там процветает поголовное пьянство, драки, в день зарплаты в поселке нельзя найти трезвых, исключая древних старух.
Часто возникающие лесные пожары подступали вплотную к поселку, особенно сильно огонь разгорелся в день приезда священника. Люди, опасаясь за свою жизнь, обратились к нему за помощью. Что же тут можно предложить, кроме молитвы?
19. Иринарховский крестный ход : повесть // Наш современник. – 2007. - № 4. – С. 24-49.
Писатель в конце апреля на все лето приезжает в деревню, расположенную возле Борисоглебского монастыря. А в июле его жена, дети, внуки, знакомые съезжаются сюда, чтобы принять участие в крестном ходе. Их путь лежит из Борисоглебского монастыря в Кондаково на колодчик преподобного Иринарха. Жители сел и деревень, через которые идет крестный ход, еще долго вечерами слышат пение молитв. И весь год ждут они, когда к ним придет крестный ход. А сами крестоходцы говорят: «Для нас теперь год начинается и заканчивается крестным ходом».
(протоиерей) Воскресение из мертвых : рассказы // Наш современник. – 2007. - № 6. – С. 52-77.
Герои трех рассказов («По щучьему велению», «Чаю воскресения мертвых», «Вика с Безымянки») попадают в трудные, порой трагические ситуации, но вера в Бога поддерживает их и помогает найти выход из самых сложных жизненных обстоятельств.
Говоря словами одного из героев рассказов Николая Ивановича: «…с Богом человеку завсегда хорошо жить. Любые беды с Ним не страшны».
24. Грешен, батюшка : рассказ // Москва. – 2007. - № 7. – С. 109-117.
Свой полувековой юбилей Алексей Павлович Печекладов отмечал пять дней, пока его жена не сказала: «Хватит!». Была она человеком верующим, да и Палыч считал себя таковым. Вот и решил он сходить в церковь на исповедание, очистить от грехов свою душу. Перед этим он делал все как положено: три дня постился, молился, духовные книги читал. Делал он все, что жена говорила. После исповедания и причастия на душе у Палыча было светло и умиротворенно. Как вдруг неожиданно он увидел друзей своего детства и понял, что снова придется грешить.
25. Здешние : повесть // Новый мир. – 2007. - № 6. – С. 7-65.
Рассказ ведется от лица молодой женщины, которая работает в монастыре редактором православного сайта. Здесь же работает ее одноклассник Алексей. Он принес ей прочитать дневник своего друга, служившего в Чечне. Между одноклассниками завязываются некие отношения. Она чувствует к нему нечто большее, чем просто дружбу, но неожиданно Алексей принимает постриг и становится отцом Киприаном.
26. Статиръ // Звезда. – 2007. - № 6. – С. 71-103.
еще до революции, после окончания Духовной академии в архивах наткнулся на уникальную рукопись, автор которой предпочел остаться неизвестным. Рукопись представляла собой сборник страстных, философско-публицистических церковных проповедей. Богослов провел громадное исследование и по старым писцовым книгам открыл имя автора. А выйдя на след автора «Статира», уже нельзя было не увлечься, не устремиться за его удивительной судьбой – и не в библиотечных и архивных розысках, но и в путешествиях по тем местам, где все происходило.
Будьте как дети : роман // Знамя. – 2008. - № !. – С. 5-96 ; № 2. – С. 44-132.
У молодой четы Звягинцевых после болезни умерла четырехлетняя дочь Сашенька. Близкая их семье известная в Москве юродивая Дуся вместо утешения родителям сказала, что она сама выпросила для девочки смерть. Если бы ей была оставлена жизнь, девочка превратилась бы в исчадие ада, многих бы погубила. Пока Сашенька не совершила ничего предосудительного, ее ждет спасенье и вечная жизнь, а матери невинных детей после смерти пребывают с ними в одном месте. Для Дуси здешняя земная жизнь – краткий испытательный срок перед вечностью. Дуся считала, что Сын Божий показал всем дорогу, по которой следует идти, сказав: «Будьте как дети, ибо их есть Царствие Небесное». Поэтому она так настойчиво повторяла членам своей общины, что любое взросление есть уход от Господа. Каждый день, который прожил человек на земле, до краев наполнен грехом и лишь отдаляет от Господа.
Корфу : повесть // Знамя. – 2008. - № 6. – С. 13-48.
Автору редакция поручила написать серию рассказов о любви. Но как-то не получалось. Однажды знакомые пригласили ее с мужем на остров Корфу, покровителем которого был святитель Спиридон. Рассказывая о нелегкой жизни этого святого О. Николаева, как бисер, нанизывая на ниточку, повествует о невероятной истории замужества своей матери, о пророческой встрече со своим мужем, о светлой любви юного семинариста, отказавшегося от личного счастья ради счастья любимой. И многие другие житейские были, связались в одну повесть о любви.
Колокола : роман-хроника // Москва. – 2008. - № 9. – С. 19-111 ; № 10. – С. 51-142.
уникальное явление во всей русской литературе ХХ века. Стержень всего творчества писателя-исповедника - это вопрос о Божием бытие и вере.
Действие в романе «Колокола» происходит в губернском городе Темьян. Время – от царя Бориса до революции 1917 г. На соборной колокольне города Темьяна висели колокола, у каждого из них было свое имя: Воеводин, Голодай, Разбойный, Плакун, Княжин, Наполеон, Васин, Соборный. Каждое имя подымало целый пласт старины и новизны города. Автор описывает историю каждого колокола, а через них ведет рассказ и о судьбах звонарей, и как замер город, когда в 1917-м сняли колокола со звонницы, чтобы переплавить на тазы и кастрюли, да так и не довезли до завода.
Сударь кот : семейная повесть // Москва. – 2009. - № 2. – С. 9-75 ; № 3. – С. 123-158.
См. также Наш современник. – 2009. – № 2. – С. 96-120.
Большинство произведений Сергея Дурылина пронизаны биографическими мотивами. Вот и в основу этой повести положены его воспоминания о детстве, родной семье. Он описывает жизнь купеческой семьи, ее уклады и судьбу своей бабушки, которая ушла в монастырь, т. к. ей не разрешили выйти замуж за своего любимого. Это и повесть о восхождении к Богу, служении Богу в монастыре и в повседневности
Встреча : повесть // Знамя. – 2009. - № 2. – С. 39-66.
Повесть состоит из трех частей, сцепленных, как в классической сонате.
У Наташи погибает муж. Она проводит беседы с православным священником. Душа ее оттаивает, и она вскоре узнает, что в ней теплится новая жизнь, у нее будет ребенок. Своей радостью она делится совсем с незнакомым человеком на кладбище. Он недавно похоронил мать и винил себя за то, что он – врач не смог ее спасти. Но жизнь дает ему еще один шанс – от неминуемой смерти он спасает совершенно незнакомого человека и это возвращает его к жизни.
«Ты, жгучий отпрыск Аввакума…» // Наш современник. – 2009. - № 1. – С. 8-38 ; № 2. – С. 136-155.
Родина поэта Николая Клюева – Олонецкий край. Его мать – из староверческого рода, его семья была книжной семьей, как издавна велось у староверов. Старые иконы, старые книги с тяжелыми переплетами, дивные сказки и дивное материнское пение, в такой атмосфере рос Клюев. Живая старина была бытом, а древние иконы и старопечатные книги – домашними университетами. Поэтический дебют поэта совпал с дебютом революционным. Клюев мечтал о революции, как о свободном развитии духа. О революции, творимой «все выносящим народом», который «факел свободы зажжет», и исчезнет «кошмар самовластья», и земля и леса станут Божьими, и принадлежать будут народу. И сам он, «не раб, а орел», готов вместе с братьями петь «новые песни» и слагать «новые молитвы».
Небесный снайпер : рассказ // Новый мир. – 2009. - № 4. – С. 65-77.
Кто-то там наверху следит за нами, за нашими поступками. Герой рассказа Романчук определил для себя, что это – Небесный Снайпер. Он за просчеты людей щелбаном сшибает их с ног, давая понять о неправильности поступка. Изменив жене Романчук, бросает вызов: «Ну, где твои девять граммов неба, Небесный Снайпер?» Но он остался жив, рука Небесного Снайпера не покарала его. А дома он узнает, что, наконец-то, его жена ждет столь долгожданного ребенка, его ребенка.
Крестная : рассказ // Москва. – 2010. - № 4. – С. 26-37.
уникальное явление во всей русской литературе ХХ века. Стержень всего творчества писателя-исповедника - это вопрос о Божием бытие и вере.
должна была скоро родить пятого ребенка, но все дети у нее умирали, не прожив и месяца. Она считала, что это ее Бог испытывает, не дает им жизни. Несколько лет прошло после четвертого, и вот у Анны Ефимовны скоро будет пятый. Чувствовала она, что, родив пятого, умрет, а у ребенка, чтоб он выжил должна быть легкая крестная.
Деньги для Саваофа : двадцать рассказов // Знамя. – 2011. - № 2. – С. 7-43
Двадцать коротких рассказов из церковной и околоцерковной жизни. Юмор и тонкая наблюдательность автора раскрывают глубокий духовный мир верующего человека без частого, почти неизбежного в сочинениях такого рода налета ханжества. Предмет исследования писательницы — пути возвращения человека, рожденного в атеистическом государстве, к Богу.
От Рождества до Покрова : рассказ // Наш современник. – 2012. - № 1. – С. 92-102.
Рассказ поделен на набольшие части, каждая из которых посвящена православным праздникам в течение календарного года. Автор с большой теплотой делится воспоминаниями из детства, как эти праздники с сохранением многолетних традиций отмечались в деревне Игино на Орловщине.
Описание бытовых сцен подготовки к праздникам настолько ярко прописаны, что читатель может почувствовать запах елки в доме, вкус и аромат моченых яблок и масленичных блинов, а на Крещенье дух томленого в печке гуся, что текут слюнки. А какие постные вкусности-разности готовятся во время Великого поста: рыжики с мелко нарубленным чесноком, жареная картошка на конопляном масле, моченая антоновка, свежевыловленная красноперка.
Предатель : роман // Москва. – 2012. - № 6. – С. 85-144 ; № 7. – С. 91-147.
Герои романа - братья-близнецы Аспинины. Андрей живёт и работает за рубежом спортивным тренером, а Валерьян – писатель, на родине ему жить комфортнее.
Однажды ночью Андрею позвонила мама и сказала, что Валерьяна положили в психиатрическую больницу. Андрей срочно вылетает в Россию и узнаёт много нового. Оказывается, его брата обвиняют в том, что «на днях в московском храме Христа Спасителя во время церковного празднества Валерьян выкрикнул чиновникам: «Встаньте лицом к Богу, а не ж….й». А ещё его считают автором размещённых в интернете экстремистских высказываний. В общем, при желании можно состряпать целое дело о раскрытии экстремистской организации.
Андрей затевает своё расследование с целью помочь брату. В ходе этого частного расследования ему приходится прочитать черновики рукописей брата (причём, рукопись-то не о чём попало, а об Иисусе Христе) и его дневники, в которых много интересных и злободневных мыслей.
Но это лишь одна сюжетная линия романа. Вторая же – это сам неоконченный роман Валериана Аспинина о жизни Иисуса Христа – с его детства до смерти и чудесного воскресения.
(протоиерей). Старец Зосима (Захария) : повесть // Москва. – 2012. - № 8. – С. 114-137.
Повесть основана на записках, которые ходили по рукам в советские времена. Ныне на могилке старца стоит часовенка. Молитвенная помощь его продолжается и по сей день.
Старец Захария был лаврским духовником - не только монахов, но и паломников. Его духовные чада знали, что он обладает особыми духовными дарами. Ему можно было ничего не говорить, он знал все прошлое и будущее.
До последней минуты, до закрытия Троице-Сергиевой Лавры, молился старец за тех, кто нарушил заповедь Бога, и за братию, изгоняемую из Лавры. Старец Зосима последним ушел из Троицкой лавры. Перебравшись в Москву, он жил у духовных чад, куда к нему приходило множество людей. Прозорливость старца невозможно описать. Он видел далеко вперед жизнь каждого человека. Некоторым людям предсказывал их близкую кончину, других же, как нежная заботливая мать, ничего не говоря, подготавливал к переходу в вечность.
Сост.: зав. ИБО
