Пауза.
ТЕНИНА Ты же знаешь, что бывает с золотыми родителями. Ты же знаешь, что бывает с родителями детей, рожденных не в любви? Ты же знаешь, что бывает с такими родителями? Ты же знаешь, что таким родителям раньше или позже, позже – самое худшее, приходится платить по счетам?
ВИРХОВ Что ты имеешь в виду?
ТЕНИНА Ах, как ты оживился при упоминании знакомого слова! Счета. Это – твое.
ВИРХОВ Что ты имеешь в виду?
ТЕНИНА Такие золотые родители однажды превращаются в нечто наподобие итальянского дворика.
ВИРХОВ Итальянского дворика?
ТЕНИНА Да, да, итальянского дворика, знаешь, такого с фонтанчиком и мертвой птичкой на усыпанном монетками дне. Полушками, гривенничками или другими монетками, не важно. Итальянского дворика, что живет, единственное, ожиданием. Ожиданием своих золотых детей. А вместо них, Павел Анисимович, вместо них являются совсем другие дети. Чужие дети. Взрослые и сильные. (Пауза.) А знаешь, Павел Анисимович, зачем они заходят туда? (Пауза.) Они заходят туда всего лишь помочиться. (Смеется.) Золотой дождь! А?! Павел Анисимович?! Знакома вам эта забава?! (Пауза. Серьезно) Почему ты стал предлагать мне деньги?
ВИРХОВ (Подавлен) Что?
ТЕНИНА Почему ты стал предлагать мне деньги?
ВИРХОВ Ах, деньги? (Пауза.) Распродал коллекцию. (Пауза.) Да. (Пауза.) Все. (Пауза.) Больше ничего нет. (Пауза.) И потом… потом, я ухожу от тебя.
Сигнал к выходу мужчин рабочих сцены. Начинается озвученная их голосами перемонтировка четвертого интерьера. Долгая пауза.
ТЕНИНА (Внезапно осипшим голосом) Что?
ВИРХОВ (Очень спокойно) Ухожу от тебя. (Пауза.) Завтра.
Пауза.
ТЕНИНА К ней?
ВИРХОВ Кого ты имеешь в виду?
ТЕНИНА Молоденькую женщину, кого же еще? Молоденькую женщину, похожую на самовар, потому что она только и думает о том, чтобы кто – нибудь ее обрюхатил. Молоденькую женщину, которая, собственно, и родит тебе ребеночка, которому ты, в свою очередь станешь золотым родителем.
ВИРХОВ Грубо и глупо. (Пауза.) Но не лишено здравого смысла. (Пауза.) Прости, но ты, как мне показалось, недолюбливаешь меня. (Пауза.) В тебе совсем не осталось солнца. (Пауза.) А мужчина – как цветок. Он распускается, когда…
ТЕНИНА Из – за чего задержка?
ВИРХОВ А?
ТЕНИНА Что медлишь?
ВИРХОВ Нужно собраться.
Пауза.
ТЕНИНА Много вещей?
ВИРХОВ Да нет, не особенно. Возьму только самое необходимое.
Пауза.
ТЕНИНА А меня не возьмешь? (Наигранно пытается смеяться.)
ВИРХОВ (Наигранно пытается отшутиться) Только золото.
Пауза.
ТЕНИНА Выходит, я – больше не золото?
ВИРХОВ (Подходит к гамаку с молоденькой женщиной, кладет руку ей на грудь) Вот - золото.
ТЕНИНА (Не видит молоденькой женщины) Гамак?
ВИРХОВ Гамак.
Пауза.
ТЕНИНА ( Зажмуривается, открывает глаза. Вновь зажмуривается, вновь открывает глаза.) Ну вот, все разрушено.
ВИРХОВ А разве было что – то кроме руин?
ТЕНИНА Да. Тишина. (Прислушивается.) Божественная композиция. (Прислушивается) Богатство. Нечто шелковое и мерцающее. (Прислушивается.) Все. Больше нет. Шум. Какой – то шум! Черт бы его побрал, этот шум! (Будто проснувшись. Даже потягивается. С очень теплыми интонациями.) Ты давно здесь?!
ВИРХОВ Что?
ТЕНИНА Давно ты здесь, я спрашиваю?
Пауза.
ВИРХОВ (Зачем – то оглядывается по сторонам) Я что – то не пойму.
ТЕНИНА Я спрашиваю, давно ли ты пришел?
Пауза.
ВИРХОВ (Недоуменно) Давно.
ТЕНИНА (Поднимает цветы.) Боже мой, цветы! Откуда такие цветы?
Пауза.
ВИРХОВ С верхней террасы.
ТЕНИНА Это ты для меня собрал?
Пауза.
ВИРХОВ Да.
ТЕНИНА (Подходит к Вирхову, целует его в щеку) Спасибо. (Пауза.) Ты хороший.
ВИРХОВ (В полном недоумении) Что с тобой?
Пауза.
ТЕНИНА Ничего. Просто сегодня я не могу бороться с хорошим настроением. А знаешь, о чем я думала весь день? Все утро и весь день думала? И знаешь о чем? (Пауза.) У меня нет ни одной твоей фотографии.
ВИРХОВ Зачем тебе моя фотография?
ТЕНИНА Ну как же… Зачем жене может быть нужна фотография мужа?
ВИРХОВ У тебя есть моя фотография.
ТЕНИНА Нет ни одной.
ВИРХОВ А та, где я в форме летчика?
ТЕНИНА Она улетела.
ВИРХОВ Как улетела?
ТЕНИНА Очень просто, взяла и вылетела. (Смеется) В трубу.
Пауза.
ВИРХОВ Ты потеряла ее?
ТЕНИНА Да ничего я не потеряла. Просто на фотографии изображен не ты.
Пауза.
ВИРХОВ А кто же?
ТЕНИНА Ну, не знаю. Другой человек. Кажется, совсем другой, не знакомый мне человек. Я хочу фотографию тебя нынешнего. Пополневшего, вот с этой бородкой. С этими румяными щечками. (Трепет его за щеку. Вирхов отстраняется.)
ВИРХОВ Перестань.
ТЕНИНА Не перестану. (Пытается ухватить его за бородку)
ВИРХОВ Да что с тобой?
ТЕНИНА Дурачусь.
ВИРХОВ Дурачишься?
ТЕНИНА Дурачусь. Я же говорю тебе, что не могу бороться с хорошим настроением. (Пауза.) Вот что, Вирхов. Можешь ты ответить мне на один вопрос?
ВИРХОВ Не знаю. В свете этой твоей дурашливости…
ТЕНИНА Видел ли ты когда - нибудь, Павел Анисимович, не побоюсь этого слова, идиотов?
ВИРХОВ Ну вот, а я уж было подумал…
ТЕНИНА Так видел или нет?
ВИРХОВ Ты смеешься?
ТЕНИНА Ничуть не бывало. Вполне серьезно. Настоящих, клинических идиотов?
ВИРХОВ Нет, конечно.
ТЕНИНА А знаешь ты, что они пахнут цветами?
ВИРХОВ Глупость какая?!
ТЕНИНА Ничуть не глупость. От них исходит точно такой же запах, что и от цветов.
Пауза. Наконец, Тенина не выдерживает и разражается смехом. Вирхов смеется вместе с ней.
ТЕНИНА А много у тебя денег?
ВИРХОВ Почему ты спрашиваешь?
ТЕНИНА Ты же предлагал мне деньги?
Пауза.
ВИРХОВ Когда?
Пауза.
ТЕНИНА Ну, как то, давно. Я уже и не припомню когда.
Пауза.
ВИХРОВ Почему ты спрашиваешь?
ТЕНИНА Ты давно не катал меня на карусели! Хватит у тебя денег на то, чтобы прокатить меня на карусели?
ПАВЛУША Ах, карусель! Мечта моя! Как же я мог про карусель – то забыть!
ВИРХОВ Карусель?!
ТЕНИНА Это мой сюрприз!
ВИРХОВ Карусель – сюрприз?
ТЕНИНА Конечно. Бьюсь о заклад, ничего подобного ты от меня ожидать не мог!
ВИРХОВ Это так.
ТЕНИНА А ты не помнишь, как мы с тобой когда – то катались на карусели? (Пауза.) Давно, совсем давно? В Пороховом парке. Не помнишь? Карусель была сломана, и на ней было запрещено кататься. Но мне очень хотелось. Мне очень, очень хотелось. И ты был внимателен ко мне. Ты уговорил сторожа, заплатил ему какие – то деньги, и мы все равно стали кататься. (Пауза.) Она страшно пела на каждом повороте. Звук такой, как будто ребенок плакал. На каждом повороте. (Пауза.) А потом сторож никак не мог остановить ее. А она все набирала и набирала обороты. Набирала и набирала обороты. И пение становилось все громче. Все громче и громче! (Пауза.) А потом вдруг наступила тишина. Абсолютная тишина. Ватная тишина. (Пауза.) И она мерцала. (Пауза.) Мерцающая тишина. (Пауза.) Помнишь? (Пауза.)
ВИРХОВ Давно это было.
ТЕНИНА Очень давно.
Пауза.
ВИРХОВ Я вот о чем подумал сейчас, а ведь мы с тобой уже старенькие, Оля.
Пауза.
ТЕНИНА Да. Пора платить по счетам. (Смеется.) Ну, так что? Хватит у тебя денег на три билета?
Пауза.
ВИРХОВ Три билета?
ТЕНИНА Три. А сколько же?
Пауза.
ВИРХОВ Но нас двое?
ТЕНИНА Двое?
ВИРХОВ Да. Ты это раз, я – это два.
ТЕНИНА А Павлуша?
Пауза.
ВИРХОВ Какой Павлуша, Оленька?
Пауза.
ТЕНИНА Ой, да что же это я? Совсем забыла. Вот что получается, я так редко вижу тебя, что когда, наконец, ты возник, забыла о главном. Да как же это я?! Я же не познакомила тебя с Павлушей! Вот, дура бестолковая!
ВИРХОВ Кто такой Павлуша?
ТЕНИНА Наш сын.
Пауза.
ВИРХОВ Кто?!
ТЕНИНА Наш сын. Павлуша.
Пауза.
ВИРХОВ Какой сын?
ТЕНИНА Тот самый сын. Он вернулся. Он теперь будет жить с нами. Павлуша, да где же ты? Где ты прячешься? Выходи, не стесняйся. (Вирхову) Стесняется очень. (Павлуша остается у фотоаппарата. Он не может двинуться с места. Он не может поверить в происходящее.)
Пауза.
ВИРХОВ (Почему – то шепотом) Оленька.
ТЕНИНА Павлуша, да где же ты!
ВИРХОВ (Шепотом) Оленька!
ТЕНИНА Сейчас, сейчас!
ВИРХОВ (Шепотом) Оля!
ТЕНИНА Ну, что?!
ВИРХОВ (Шепотом) Ты сделала аборт.
Некоторое время Тенина немигающим взглядом смотрит на Вирхова, но затем вновь принимается за свое.
ТЕНИНА Павлуша!
ВИРХОВ Перестань. Это становится невыносимым! Долго ты еще намерена культивировать этот ад?! (Пауза.) За что, за что ты мстишь мне?! Разве сделал я что – то плохого тебе?! (Пауза.) И прекрати кричать! (Пауза.) Мне, в конце концов, становится страшно за тебя. (Пауза.) Мне просто становится страшно!
ТЕНИНА Павлуша!
ВИРХОВ Это вновь закончится больницей. Ни ты, ни я не хотели бы этого.
ТЕНИНА (Уже в слезах) Павлуша!
ВИРХОВ Ну вот, теперь ты убедилась, что никакого Павлуши здесь нет?!
Павлуша оставляет фотоаппарат и выходит на самое освещенное место. Его лицо излучает счастье. Однако просто освещенного места ему недостаточно. Это его звездный час. Он берет одно из плетеных кресел и взбирается на него. Тенина бросается к нему и становится на колени, и обнимает его ноги.
ПАВЛУША (Как будто про себя, но достаточно громко, чтобы быть услышанным) Хотя бы какое то время побыть человеком над. (Пауза.) Особые ощущения. (Пауза.) О, да, конечно, это – особые ощущения. (Пауза.) Ничего удивительного в том, что все только и стремятся туда. (Указывает наверх. Пауза.) О, Павел Анисимович, теперь я понимаю вас. Ах, как я понимаю вас! (Пауза.) Отсюда все видно! И верхнюю террасу, и богадельню, и Москву! (Пауза.) Какие ощущения! Боже мой! (Пауза.) Как понимаю я вас теперь, Павел Анисимович. (Пауза.) Но, однако, как кружится голова?! Это у меня, больного человека, кружится. А что говорить о здоровых? (Пауза.) О здоровых, из тех, кто забирается так высоко? (Пауза.) Для них это просто смерть. И никакого малинового вина не нужно. (Пауза.) Нет. Определенно. Так высоко может и должен находиться исключительно больной человек. В идеале - идиот!
ВИРХОВ Кто это?
ПАВЛУША Это я. (Пауза.) Разве вы не узнаете меня, Павел Анисимович?!
Пауза.
ВИРХОВ Я вижу вас первый раз в жизни.
ПАВЛУША Что это вы меня «на ты»? Я не привык. Я привык, чтобы меня «на ты» называли. (Пауза.) У нас в богадельне…
ВИРХОВ Оленька, встань немедленно!
Тенина повинуется. Отступает от кресла с Павлушей, но продолжает смотреть на него влюбленными глазами, проговаривая про себя, чуть слышно, «Павлуша, Павлуша, Павлуша…»
ВИРХОВ Так кто же это?
ПАВЛУША А разве вы не слышали ответ этой благородной женщины?
ВИРХОВ Я не с вами разговариваю.
ПАВЛУША И совершенно напрасно. Разве вы не знаете, что она не в себе? (Пауза.) Кому как не вам знать это?
ТЕНИНА Павлуша.
Пауза.
ВИРХОВ Хорошо, отвечайте вы. Кто вы?
ПАВЛУША Вообще – то я – ваш племянник. Ваш родной племянник. Но, пожалуй, не имеет смысла принимать во внимание мое заявление, ибо то время, что мы с вами не виделись, Павел Анисимович, а не виделись мы никогда, не позволит мне изыскать сколько – нибудь убедительных доказательств, кроме нашего с вами необычайного внутреннего сходства, но понадобится срок, чтобы убедиться в этом, а коль скоро срока такого нам с вами не отпущено, а так же, принимая во внимание скоротечный уход ваш из семьи, позвольте мне отрекомендовать вам себя просто и без затей. Павел. Фотограф. Из богадельни. (Пауза.) Вообще – то все, обыкновенно, называют меня Павлушей.
Пауза.
ВИРХОВ У меня нет племянника.
ПАВЛУША А потому, Павел. Фотограф. Из богадельни. Лучший фотограф. Специалист по интерьерам. Знаком с Ломоносовым. Михаилом Васильевичем. Лично.
Пауза.
ВИРХОВ У меня, действительно, был племянник, но он погиб. В раннем детстве.
ПАВЛУША И его, так же как и меня, звали Павлуша?
ВИРХОВ Его звали Павлик.
ПАВЛУША Ах, простите. Это, конечно, меняет дело. Это – прямое доказательство моего самозванства. Впрочем, это не важно. (Спускается с кресла и усаживается в него. В позе – независимость) А важно, Павел Анисимович, другое, - вот я обратил внимание на то, что в нашем, в вашем, простите, роду, дети, преимущественно, умирают в раннем возрасте. (Пауза.) Что – то им не климат. (Пауза.) Почему? (Пауза.) Верно, никто, кроме Создателя не сможет дать точного ответа на этот вопрос. (Пауза.) А вообще – то, любая семья – трагедия. Мне думается, что, по большому счету, еще ни один человек, не простил ни одному человеку близости. (Пауза.) Как вы думаете?
Пауза.
ВИРХОВ Зачем вы здесь?
ПАВЛУША Совсем не трудно догадаться, принимая во внимание мою профессию. С тем, чтобы сделать несколько снимков.
Пауза.
ВИРХОВ Вас кто – то пригласил?
ПАВЛУША Нет, я пришел по собственной инициативе. (Пауза.) Мне нравится у вас.
ВИРХОВ Какая наглость!
ТЕНИНА Не смей! Не смей! Это я пригласила его! Нет! Я не просила, я умоляла его придти к нам и остаться! Остаться навсегда! Простить нас, придти и остаться навсегда!
Пауза.
ПАВЛУША Ольга Витальевна накормила меня изумительным малиновым вареньем. (Пауза.) Бабушкиным вареньем. (Пауза.) Выясняется, что бабушка, а ваша, Павел Анисимович, стало быть, мама, готовила варенье выше всяческих похвал.
ВИРХОВ Вы не похожи на мальчика из богадельни.
ПАВЛУША Гены, Павел Анисимович. Гены и итальянский дворик. С фонтаном.
Пауза.
ВИРХОВ Если я правильно вас понял, Павел из богадельни, немедленно покинуть нас вы не собираетесь?
ПАВЛУША Собираюсь. Но не немедленно, и не один.
Пауза.
ВИРХОВ Оленька…
ПАВЛУША Говорите, лучше, со мной. (Пауза.) Что даст вам беседа с этой сумасшедшей?
ВИРХОВ (Пытается броситься на Павлушу с кулаками, но Тенина удерживает его. Павлуша невозмутим.) Пошел вон!
ПАВЛУША Пользой от моего длительного пребывания в богадельне является то, что я привык относиться к этим и подобным им фразам философски, и каждый раз, трактовать сообразно ситуации. В настоящем исполнении я трактую их так, - Мне бы очень не хотелось, дорогой племянник, тратиться на то, чтобы катать вас с Ольгой Витальевной на карусели. Вполне можно обойтись и без этого. (Пауза.) Но, хотелось бы заметить, Павел Анисимович, что вы еще не знаете, какого уровня фотографии вы получите в результате дружбы со мной, дружбы, которая, не смотря на болезненность привыкания ко мне, что, за исключением, разве что Ольги Витальевны, прослеживается сплошь да рядом, непременно вспыхнет у нас с вами. (Пауза.) И произойдет это в тот момент, когда вы, наконец, поймете, какую выгоду можно будет извлечь из этой дружбы. (Пауза.) Давайте – ка, выпьемте – ка с вами вина? И Ольге Витальевне нальем. (Разливает вино по бокалам. К столику устремляются рабочие сцены. Разливают вино. Оживление.) С одного бокала с вашей печенью ничего не будет. Опять же, избавиться от меня будет проще, когда я захмелею. (Пауза.) Открою секрет. Когда я захмелею, меня непременно потянет домой. (Пауза.) Человека, который всю жизнь провел в богадельне, хоть утопи в золоте, все равно в богадельню тянуть будет. (Пауза.) И это правильно, что нас таких, не особенно то оттуда выпускают. Мы на воле дуреем. (Пауза.) Если, конечно, можно так выразиться, учитывая и без того присущие нам особенности. (Пауза.) И еще. Замечательная, вечная, самая лучшая и всегда актуальная фраза из всех фраз, когда - либо произнесенная человеком «я тебя породил, я тебя и убью» именно к нашей с вами ситуации, как раз и не подходит. Вернее подходит, но со знаком минус. (Пауза.) Не поленюсь объяснить, что это значит, и как это будет звучать в новейшей транскрипции. (Пауза.) Звучать. Применительно к нашей ситуации это будет приблизительно так, - «Я тебя убил, я тебя и верну к жизни». (Пауза.) Разумеется, звучит несколько коряво, как коряво звучит любая фраза, несущая в себе мажорные интонации, но очень точно отражает суть. Ибо, чего уж греха таить, на данный момент все мы мертвы. (Пауза.) И, признаться, мне в голову периодически приходит мысль, навязчивая мысль. от которой чрезвычайно трудно избавиться. Мысль, разумеется, сумасшедшая, но для вас, я уверен, уже не секрет, кто, волею судеб, избран вашим тамадой. (Пауза.) Мысль такая, - А где, собственно мы все теперь находимся? Где сей момент вершатся наши чаяния и прочее все вершится? Уж, не на том ли мы самом дне фонтанчика в итальянском дворике, что так живописала страстно любимая мною Ольга Витальевна?! (Пауза.) Впрочем, это не имеет значения, когда впереди нас ждут чудеса и большое счастье. (Пауза.) Ваше здоровье, Ольга Витальевна! (Пауза.) И ваше здоровье, Павел Анисимович. (Пауза.) Будьте счастливы люди, живые и мертвые! (Подносит бокал к губам.)
ТЕНИНА Не пей, вино отравлено!
Пауза.
ПАВЛУША Из какой – то постановки. Я видел. (Пьет)
Ольга Витальевна вслед за Павлушей выпивает свое вино и, смеясь, разбивает бокал.
ПАВЛУША Ну, что же вы, Павел Анисимович?! Такой героический человек! Не мальчик, как я, но муж. Что же вы не пьете? (Пауза.) Дважды не умирают, Павел Анисимович!
Вирхов вслед за Ольгой Витальевной выпивает вино и тотчас же падает без чувств. Рабочая сцены, молоденькая женщина склоняется над ним и принимается стенать. Павлуша бросается к фотоаппарату.
ПАВЛУША Человеческая комедия. Безутешность. Нет, сперва, провидение, а уж потом, безутешность. Кто, если не я запечатлеет это?
ТЕНИНА Что ты наделал, Павлуша?
Молоденькая женщина ложится на бездыханное тело Вирхова, и целует его, и гладит его волосы. Фотоаппарат изрыгает звуки и пламень.
ПАВЛУША Сколько страсти?! Сколько чувства! Умели вы так любить Павла Анисимовича, Ольга Витальевна?! Только честно?!
Тенина видит молоденькую женщину.
ТЕНИНА Кто это?
ПАВЛУША Я не знаю. Но она – таки вернет его жизни.
Пауза.
ТЕНИНА Кто это, Павлуша?
ПАВЛУША Судя по всему – молоденькая женщина.
Пауза.
ТЕНИНА Откуда она взялась?
ПАВЛУША Из гамака.
Пауза.
ТЕНИНА Павлуша, сдается мне, я ее уже встречала.
ПАВЛУША Определенно встречали, Ольга Витальевна.
ТЕНИНА И ты знаешь где?
ПАВЛУША Конечно.
ТЕНИНА И где же, Павлуша.
ПАВЛУША В зеркале, Ольга Витальевна, в зеркале. Лет этак двадцать назад. А может быть и меньше, много меньше. (Пауза.) А может статься, что и вообще вчера. Все это – вопрос освещения. (Пауза.) Вот видите, Ольга Витальевна, вновь мы возвращаемся к освещению. Без него – никуда.
Пауза.
ТЕНИНА И ты думаешь. Она, действительно вернет его к жизни?
ПАВЛУША Можете не сомневаться. (Пауза.) Да вы и сами уже проделывали этот трюк однажды. Он ведь уже не первый раз лишается печени?
ТЕНИНА Нет.
ПАВЛУША Прометей.
Пауза.
ТЕНИНА А с чего это вдруг, ты назвал меня сумасшедшей, Павлуша?
ПАВЛУША Когда?
ТЕНИНА Да вот только что. Совсем недавно.
Пауза.
ПАВЛУША Недавно?
ТЕНИНА Ну да, совсем недавно. Только что.
Пауза.
ПАВЛУША А что, не надо было?
ТЕНИНА Да как – то… я даже не знаю. Как будто… некрасиво это.
Пауза.
ПАВЛУША Это – секрет?
ТЕНИНА Что?
ПАВЛУША То, что вы сумасшедшая?
Пауза.
ТЕНИНА А я разве сумасшедшая?
ПАВЛУША Факт. Разве смог бы я вас полюбить так горячо, когда бы это было не так?! (Пауза.) Но вот что интересует меня очень и очень, - вам на самом деле удалось скрыть это?
Пауза.
ТЕНИНА (Грустно) Нет. Думаю, что нет.
ПАВЛУША Тогда, какие проблемы?
Пауза.
ТЕНИНА Но Павел Анисимович делает вид, что не знает этого.
ПАВЛУША А вы делаете вид, что не знаете, что Павел Анисимович знает это?
ТЕНИНА Да. (Пауза.) А как ты догадался?
ПАВЛУША А так происходит у всех. (Пауза.) Потому мы и болеем. (Пауза.) Что говорят врачи?
ТЕНИНА Они стараются не разглашать, стремятся как бы скрыть…
ПАВЛУША Ну, это естественно. А что между собой – то говорят?
ТЕНИНА Между собой?
ПАВЛУША Ну да, вы же знаете о чем они говорят между собой.
ТЕНИНА Знаю.
ПАВЛУША И это естественно. Кто же не знает, кроме, разумеется, самих врачей, что не слышат друг друга, того, о чем они говорят между собой?
ТЕНИНА Рачок – с.
Пауза.
ПАВЛУША Как говорите?
ТЕНИНА Рачок – с.
Пауза.
ПАВЛУША Как бы это не рак?
ТЕНИНА Ну да, так и есть, опухоль мозга.
Пауза.
ПАВЛУША Так вам немного и осталось – то?
ТЕНИНА Наверное. Никто не может поручиться.
Пауза.
ПАВЛУША Что?
ТЕНИНА Никто не может поручиться.
Пауза.
ПАВЛУША Ну что же, это, как бы, это - ничего.
ТЕНИНА Конечно, конечно. (Пауза.) Ничего. (Пауза.) Я уже давно знаю.
Пауза.
ПАВЛУША Бывает и похуже.
ТЕНИНА Да разумеется. Что же я не знаю? (Пауза.) Бывает, такое случается, что и не приведи Господи…
ПАВЛУША И то.
ТЕНИНА И то, и то.
Павлуша подходит к Тениной, нежно обнимает ее. Так долго стоят они в тишине.
ПАВЛУША Раз уж так оно все неожиданным образом повернулось… я уж, тогда закончу свою историю?
ТЕНИНА «Свою историю»? Что за история?
Пауза.
ПАВЛУША Да с тем чердаком, помните?
ТЕНИНА Нет.
Пауза.
ПАВЛУША Я еще говорил вам, что, дескать, раскрыл там одно преступление – не преступление, помните?
ТЕНИНА Да, что – то такое как будто…
ПАВЛУША Я закончу, чтобы… ну, чтобы, во – первых и вам открыть самое такое, не знаю как и сказать, ну, неприятное что ли, одним словом, такое, после чего как бы все остальное мелочи, ну, как вы открыли мне, хотя могли бы и не открывать, и я теперь не смогу успокоиться, пока… пока не отвечу так же искренне, что ли, одним словом, вы понимаете меня… (Меняет интонацию на напускную веселость) А во – вторых, чтобы уже больше не говорить о грустном никогда! Никогда, никогда больше!
ТЕНИНА Не говорить о грустном никогда?
ПАВЛУША Ну да, поклянемся или как – то по другому… представим себе, что мы сами доктора себе, раз уж те доктора не те доктора, которые... (Пауза.) Не знаю. (Пауза.) Одним словом, о грустном больше ни слова. (Пауза.) И все. (Пауза.) Я, пожалуй, даже и рассказывать ничего не стану.
Пауза.
ТЕНИНА Нет – нет, ты уж расскажи.
ПАВЛУША Какой смысл? Теперь уже все это позади.
ТЕНИНА Мне будет приятно, что ты рассказал мне.
Пауза.
ПАВЛУША Да такие вещи, они вовсе не нужны…
ТЕНИНА Мне будет приятно, что ты рассказал мне.
ПАВЛУША Правда?
ТЕНИНА Правда.
Пауза.
ПАВЛУША Эта молоденькая женщина… та, что сейчас возвращает к жизни Павла Анисимовича – это не та молоденькая женщина из богадельни, что, помните показывала язык, мы вместе показывали язык друг другу и я фотографировал ее, помните? (Пауза.) Это как бы вступление. (Пауза.) На всякий случай, потому что, во – первых, вы случайно могли сопоставить, что та молоденькая женщина, и эта молоденькая женщина, не одно ли это лицо (?), могли вы подумать, и не привел ли я ее с собой на малиновое варенье(?). Это во – первых. (Пауза.) А во вторых, вы должны знать, что та, моя, ну, как бы моя женщина, ну, которая еще получилась на снимке маленькой девочкой, она действительно походила на вас. Совсем не так, как эта, что возвращает к жизни Павла Анисимовича, а по - другому, по – настоящему. Вот что, непременно вы должны знать.
ТЕНИНА И?
Пауза.
ПАВЛУША Не торопите меня.
ТЕНИНА Хорошо, не буду.
Пауза.
ПАВЛУША Это же прекрасно, что вам мало осталось!
ТЕНИНА Разве?
ПАВЛУША Конечно, и мне, точно так же как и вам, мало осталось. Не сомневайтесь. (Смеется. Смех обрывается.)
Пауза.
ПАВЛУША Вот и Павел Анисимович не признал во мне племянника. (Пауза.) Все к одному. (Пауза.) Бывает же так, когда дело заладится? Уж если дело заладилось, все. Буквально все складывается одно к другому, одно к другому, одно к другому…
ТЕНИНА Не волнуйся. Ты расскажешь, и тебе сразу легче станет. Только ты рассказывай все – все, всякую мелочь рассказывай. Так нужно, чтобы легче стало.
ПАВЛУША Это вы точно подметили, Ольга Витальевна. (Пауза.) Вы еще не знаете, какой я сюрприз вам на десерт заготовил. Предупреждаю, это будет не малиновое варенье.
Пауза.
ТЕНИНА Ну же, Павлуша.
ПАВЛУША Я быстро расскажу.
ТЕНИНА Хорошо. Пусть быстро.
Пауза.
ПАВЛУША Там, на чердаке была она.
ТЕНИНА Молоденькая женщина?
ПАВЛУША Молоденькая женщина.
ТЕНИНА На чердаке?
Пауза.
ПАВЛУША На том чердаке. Помните, я рассказывал вам о преступлении – не преступлении, которое, тем не менее открыл не кто – нибудь, а ваш покорный слуга?
Пауза.
ТЕНИНА Молоденькая женщина?
ПАВЛУША Да, та самая.
ТЕНИНА Да, да, я помню, ты не волнуйся. (Пауза.) Не волнуйся, я постараюсь уследить за твоими мыслями.
ПАВЛУША Она уже не была живой.
Пауза.
ТЕНИНА Что это значит?
ПАВЛУША Когда я поднялся на чердак, он уже не была живой.
Пауза.
ТЕНИНА Что это значит?
ПАВЛУША Она умерла.
Пауза.
ТЕНИНА Умерла?
ПАВЛУША Умерла. (Пауза.) Вот. И теперь ее нет.
Пауза.
ТЕНИНА А что случилось? (Пауза.) Ее убили?
ПАВЛУША Не знаю.
Пауза.
ТЕНИНА Была кровь?
ПАВЛУША Нет. Крови не было.
Пауза.
ТЕНИНА Нет?
ПАВЛУША Нет.
Пауза.
ТЕНИНА Что же ты увидел?
ПАВЛУША Ничего. Было темно. Было очень темно, и я сразу убежал.
Пауза.
ТЕНИНА Так ты видел ее?
ПАВЛУША Кого?
ТЕНИНА Женщину.
ПАВЛУША Молоденькую женщину?
ТЕНИНА Ну да, молоденькую женщину.
ПАВЛУША Я же говорю, было темно.
Пауза.
ТЕНИНА И что это значит?
ПАВЛУША Ничего. Только то, что ее нет.
Пауза.
ТЕНИНА Тебе очень больно?
ПАВЛУША Нет.
ТЕНИНА Почему?
ПАВЛУША Я знаю, что ей теперь хорошо. (Пауза.) Теперь и она – над. (Пауза.) Ей хорошо, Ольга Витальевна. Ей так хорошо, что вы даже и представить себе не можете. Будьте моей женой.
ВИРХОВ (Приходя в себя) Я не умер? И вновь я не умер?!
Павлуша вновь бросается к фотоаппарату. Рабочая сцены, молоденькая девушка в слезах стремительно убегает вглубь интерьера. Тенина подходит к Вирхову и склоняется над ним.
ВИРХОВ (Пытаясь улыбнуться) Оленька! Ты снова спасла мне жизнь?
ТЕНИНА Это была не я.
ВИРХОВ А кто же это был?
ТЕНИНА Молоденькая женщина.
ВИРХОВ Какая молоденькая женщина? Кто - нибудь из тех, кто только и мечтает, что бы их обрюхатили?
ТЕНИНА (Улыбается) Наверное. По большому счету все молоденькие женщины рано или поздно начинают задумываться об этом.
ВИРХОВ Но кто она?
ТЕНИНА Может быть и я. Только лет, этак, двадцать тому назад.
ВИРХОВ Это когда я был летчиком?
ТЕНИНА К слову «летчик» никак не подходит слово «бывший».
ВИРХОВ Правда?
ТЕНИНА Да.
ВИРХОВ Ты действительно так думаешь?
ТЕНИНА Конечно.
Пауза.
ВИРХОВ Все равно. Лучше было бы мне умереть.
ТЕНИНА Не говори глупости.
ВИРХОВ Ты думаешь, это было бы не лучше?
ТЕНИНА Это было бы хуже.
Пауза.
ВИРХОВ А для кого это было бы хуже?
ТЕНИНА Для всех.
ВИРХОВ Правда? Ты так думаешь?
ТЕНИНА Да.
Пауза.
ВИРХОВ А помоги – ка мне подняться, Оленька.
ТЕНИНА Не нужно, полежи еще. Когда ты лежишь такой вот беззащитный, чем – то напоминающий ребенка, у меня внутри разливается тепло.
Пауза.
ВИРХОВ Но ты же знаешь, какая в эту пору холодная земля? Не хочется простудиться. Помоги мне встать.
ТЕНИНА (Грубо) Лежи.
ВИРХОВ Как понимать тебя? Твой тон так переменился! Вдруг! (пытается встать, Тенина удерживает его)
ТЕНИНА Лежи!
Пауза.
ВИРХОВ А что, собственно, происходит? (Пауза.) Почему, интересно мне знать, я не имею права подняться? (Пауза.) Я замерз! У меня озноб!
ТЕНИНА Лежи!
Пауза.
ВИРХОВ А что случилось? (Пауза.) Почему мне не позволяется подняться? (Пауза.) Что это такое?!
ТЕНИНА Ты стал взрослым. (Идет к столику. Разливает по бокалам вино. Выпивает.)
ВИРХОВ (Самостоятельно поднимается) Что за человек? Ну что ты за человек такой?
ТЕНИНА Хочешь вина?
Пауза.
ВИРХОВ Хочу. (Пауза.) Очень хочу. (Пауза.) Но не буду. У меня большие планы на будущее.
ТЕНИНА С этой молоденькой женщиной?
ВИРХОВ А хотя бы и так.
ТЕНИНА Она только и думает о том, чтобы кто – нибудь ее обрюхатил.
ВИРХОВ Я и буду «кем – нибудь». Я буду тем самым «кем - нибудь». Она родит мне сына.
ТЕНИНА А с нашим что будет?
ВИРХОВ С нашим?
ТЕНИНА Да, с нашим мальчиком, Павлушей?
ВИРХОВ У нас нет мальчика.
ТЕНИНА Есть. Мальчик. Павлуша. Только теперь он уже взрослый, такой же, как и ты.
ВИРХОВ И ему ты не подашь руки, если он будет лежать на земле?
ТЕНИНА Он не будет лежать на земле.
ВИРХОВ Ну, знаешь, это как сказать. (Пауза.) Знаешь, я встречал разных людей. У мня когда – то было много друзей…
ТЕНИНА Стоп.
Пауза.
ВИРХОВ У нас нет мальчика.
ТЕНИНА Есть.
Пауза.
ВИРХОВ Ты сделала аборт.
ТЕНИНА Он выжил.
Пауза.
ВИРХОВ Так не бывает.
ТЕНИНА Да, так не бывает. Но так случилось.
Пауза.
ВИРХОВ И кто же он?
ТЕНИНА Не летчик.
ВИРХОВ А кто?
ТЕНИНА Фотограф. Очень хороший фотограф.
Пауза.
ВИРХОВ И где он теперь?
ТЕНИНА Здесь. (Пауза.) Хочешь, что бы я его позвала?
Пауза.
ВИРХОВ Не знаю. Я как - то не готов.
ТЕНИНА Вот потому я была категорически против того, чтобы он был летчиком.
Пауза.
ВИРХОВ Но это так неожиданно.
ТЕНИНА Павлуша!
ВИРХОВ Перестань. Ты же знаешь, что никого здесь нет. (Пауза.) Почему ты не даешь мне спокойно уйти? Зачем, каждый раз, ты придумываешь какие – нибудь фокусы? Разве сама ты не знаешь, что без меня тебе будет значительно лучше? Если я уйду, это не значит, что я оставлю тебя без поддержки? Тебе будет легче, поверь.
ТЕНИНА Павлуша!
ВИРХОВ И прекрати кричать! (Пауза.) Мне, в конце концов, становится страшно за тебя. (Пауза.) Мне просто становится страшно!
ТЕНИНА Павлуша!
ВИРХОВ Это вновь закончится больницей. Ни ты, ни я не хотели бы этого.
ТЕНИНА Павлуша!
ВИРХОВ Ну вот, теперь ты убедилась, что никакого Павлуши здесь нет?!
Сияющий Павлуша вновь выходит на освещенное место. На нем одежда, в которой он впервые предстал перед нами в самом начале первого интерьера. Вновь он берет одно из плетеных кресел и взбирается на него.
ПАВЛУША Если быть предельно честным, я и не хотел быть летчиком. Никогда. Летчик, в моем представлении, это все же, и в первую очередь – человек над. А для того, чтобы быть человеком над, необходимо еще иметь талант. (Пауза.) Хотя, я думаю, что вы согласитесь со мной, Павел Анисимович, не так уж это и здорово быть человеком над. Я, прежде всего, имею в виду опасность. Опасность свалиться вниз! (Пауза.) Если ты готов к этому, если ты имеешь такой талант, пожалуйста, будь над. Я же такого таланта не имею. А потому снимаю с себя все полномочия, я имею в виду полномочия человека на стуле, и, разумеется, вместе с тем, полномочия сына летчика. (Пауза.) Это справедливо. Я не могу быть сыном летчика, потому что, если бы я был им, меня непременно тянуло бы в полет. Но этого не происходит. Кроме того, по моему глубокому убеждению, аборт выжить не может. На этом основана одна парадоксальная шутка, довольно часто использующаяся в нашей богадельне. (Пауза.) Сам я, как вы понимаете из богадельни. (Пауза.) Если вдуматься, все мы из богадельни. Но к настоящему моменту это не имеет отношения, а потому заострять на этом внимания я не стану. (Пауза.) Также я снимаю с себя полномочия племянника. Тяга к небу передается и племянникам. (Пауза.) Среди племянников нашей богадельни есть несколько человек, которые хотели бы стать летчиками. Быть может, вам имеет смысл поискать среди них? (Пауза.) Снимаю я с повестки дня и свое предложение, сделанное Ольге Витальевне, провести остаток жизни с ней.
ТЕНИНА Павлуша, что ты говоришь?
ПАВЛУША Это связано не с тем, что я разлюбил ее. (Пауза.) Мало того, я предполагаю, что теперь буду страдать. (Пауза.) Это связано с тем, что вы, Ольга Витальевна и вы, Павел Анисимович по - прежнему любите друг друга. (Пауза.) Я искренен. Вам не суждено расстаться друг с дружкой никогда. Будьте счастливы! И живые и мертвые! (Спускается с кресла.) Позвольте, перед тем как я покину ваш гостеприимный дом, сделать несколько снимков на память. Не возражаете? (Пауза.) А вот, собственно и цыгане. (Удаляется к фотоаппарату.)
Пространство заполняется цыганами. С ними медведь. Все приходит в движение. Музыка. Танец. Рабочая сцены, молоденькая девушка с криками радости бросается на шею одному из шумных гостей. Ольга Витальевна и Павел Анисимович берутся за руки и долго смотрят друг на друга.
Все это действо перекрывается чудовищно громким треском камеры. Интерьер четвертый наполняется огнем.
Затемнение.
5. ИНТЕРЬЕР ПЯТЫЙ
На сцене муляжи диковинных птиц, чем – то напоминающих голубей, но несколько большего размера. Их значительно больше, чем в интерьере третьем. Их очень много. В открытых кабинках карусели Тенина, Вирхов, Павлуша и рабочие сцены. У молоденькой женщины в руках леденец в виде огромного петушка. Действующие лица неподвижны. Они смотрят на нас, как будто позируют невидимому фотографу. Карусель движется медленно и бесшумно. Мерцающая тишина.
ЗАНАВЕС.
Тел. 385—2—245811
Тел. 385—2—343619
Александр Строганов
ИНТЕРЬЕРЫ
Мерцание тишины. ( 1 женск., 2 мужск., массовка )
Сцены из семейной жизни
-------
В этой пьесе все о семейной жизни с трагедиями и тайнами, смехом и волшебством, превращениями и смертью за порогом, птицами и детьми. Взгляд новый, нестандартный. Как будто некий фотограф, балансирующий на грани гениальности и сумасшествия, к изумлению домочадцев, в самый неожиданный момент сотворил ряд снимков и изменил их судьбу.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
