- Ты, дед, читай лекции в другом месте! - сердито бросила кассир. И очередь тоже зашушукала, зашумела - привыкли эти ветераны права качать...
: может, в самом деле повсеместно отменили эту льготу? Позвонил однополчанину в Минск. «Нет, - отвечает тот, - белорусские ветераны могут ехать в любой город СНГ бесплатно. Я лично проверял - собираюсь в Казахстан в гости». Набрал киевского друга, того самого, к кому собрался на праздники, и услышал: «Куда хочу - туда и качу. Темнят что-то ваши депутаты».
И тогда ветеран решил докопаться до истины сам. На запрос в Исполком СНГ ему ответили, что Соглашение, которое якобы отменили в России, было подписано 12 марта 1993 года, но по-прежнему действует. Более того, в него внесены дополнения, расширяющие круг льготников.
Интересно, что на это скажут теперь железнодорожники?
Первый заместитель начальника Департамента дальних пассажирских перевозок железные дороги» А. Емельянович не заставил долго ждать с ответом: «В соответствии с Соглашением о взаимном признании прав на льготный проезд для участников и, инвалидов Великой Отечественной, подписанным 12 марта 1993 года главами государств - участников СНГ, вы имеете право бесплатного проезда в межгосударственном сообщении один раз в год, а в период с 1 октября по 15 мая - с 50-процентной скидкой без ограничения количества поездок».
- Но почему же тогда билетов не дают? - не унимался защитник Отечества. - Кто имел право отменить международное Соглашение?
Столь серьезные вопросы надо задавать серьезным людям. И Александр Павлович написал челобитную первому заместителю председателя Госдумы Любови Слиске. Вежливый ответ из секретариата народной избранницы хочется привести дословно:
«!
Ваше обращение рассмотрено Секретариатом. Замечания и предложения, высказанные в Вашем письме, будут учтены в законопроектной деятельности Государственной Думы по результатам изучения и обобщения писем, поступивших в связи со вступлением в силу Федерального закона от 01.01.2001 г. «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об общих принципах организации местного самоуправления Российской Федерации» (о замене льгот денежной компенсацией). Всего Вам самого доброго! Руководитель секретариата ».
Вы что-нибудь поняли? Вот и Александр Павлович не понял: писал о Фоме, а ему про Ерему. Может, всезнающий Жириновский объяснит, за что в год 60-летия Победы лишили ветеранов войны возможности встречи с однополчанами, живущими в других бывших республиках Союза?
«! - Владимир Вольфович оказался еще вежливее коллеги Слиски. - Излагаемые Вами доводы и предложения рассмотрены и приняты во внимание. Я, как и Вы, понимаю всю плачевность положения народа, доведенного до отчаяния нищетой и отсутствием видимого выхода из сложившейся кризисной ситуации. Хочу сказать Вам, что мне небезразлична судьба каждого жителя России, особенно незащищенных слоев населения. ЛДПР неоднократно вносила и вносит предложения, которые реально бы позволили улучшить положение простого народа. К сожалению, депутаты других политических партий блокируют принятие подлинно народных законов.
Благодарю Вас за оказанное мне доверие, за Ваши добрые слова в мой адрес, за Ваше участие и неравнодушие к судьбе России. Для меня очень важно мнение избирателей и Ваша поддержка. Желаю Вам успехов и крепкого здоровья.
С уважением, В. Жириновский».
Вот и Владимир Вольфович - о своем, вечном. Если перевести на русский, Жириновский все силы отдает битве за интересы маленького человека, только вот остальные, сволочи, палки в колеса вставляют.
Ситуацию же прояснил зам. председателя Комитета труда и социальной защиты населения Новгородской области Ю. Александров:
- Дело в том, что порядок предоставления оговоренной известным Соглашением социальной поддержки ветеранов и инвалидов войны до органов социальной защиты населения Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации до сих пор не доведен.
Вот, оказывается, где собака зарыта! В ведомстве господина Зурабова не удосужились (или, как это было с «письмами счастья», не успели?) определить этот самый порядок и разослать во все 89 объектов России талоны для ветеранов, по которым и должны были приобретаться бесплатные проездные билеты.
- А вы обращались к самому министру Зурабову? - спрашиваю Попивщего.
- Писал ему трижды; но так ответа и не дождался. Дважды обращался в Министерство финансов и даже в Конституционный суд - ответа нет. Как нет ответов ни от Фрадкова, ни от Грызлова, ни от Миронова. Тогда я написал самому президенту. Сказал, что от главы государства скрывают истинное положение дел, а какие-то чиновники из ведомства Зурабова по телефону вешают на уши лапшу, объясняя, что льготы по СНГ сняты с согласия президента. А я не верю! Путин не раз заявлял, что положение ветеранов не должно ухудшаться. Мне, кстати, льготы не нужны. Я получаю приличную пенсию. Я просто хочу узнать, кто из правительственных чиновников в стране творит это безобразие и беззаконие?
Интересно, что ответит Владимир Владимирович Александру Павловичу?
Лекарственный вопрос
Каждый десятый Россиянин — жертва недобросовестной рекламы
(«Российская газета» 22.03.2005)
Татьяна Владыкина
ВСЕРОССИЙСКИЙ центр изучения ОБЩЕСТВЕННОГО МНЕНИЯ (ВЦИОМ) ПРЕДСТАВИЛ ДАННЫЕ О ТОМ, КАК РОССИЯНЕ ОЦЕНИВАЮТ ТЕКУЩУЮ СИТУАЦИЮ С ОБЕСПЕЧЕНИЕМ ЛЕКАРСТВАМИ.
Судя по опросу, который провели социологи, каждый седьмой россиянин «живет на лекарствах». Именно так ответили на вопрос «Как часто вы покупаете лекарства?» 15 процентов опрошенных. Еще 28 процентов покупают медикаменты часто, 40 процентов — иногда и практически никогда не покупают —17 процентов.
Понятно, что чем старше человек, тем актуальнее для него «лекарственный вопрос». Что и подтвердили социологи: среди опрошенной молодежи и респондентов среднего возраста «живут на лекарствах» всего 6—8 процентов. Среди опрошенных 45—59 лет на лекарствах живут 15 процентов, а старше шестидесяти лет — 31 процент.
Среди проблем, связанных с обеспечением лекарствами, самой главной Россияне считают высокую стоимость медикаментов. Купить необходимое лекарство из-за высокой цены не могут 38 процентов, 44 процента опрошенных сталкиваются с недоступностью лекарств время от времени. Из-за дороговизны не может приобрести необходимые медпрепараты практически каждый второй Россиянин с низкими доходами. В группе среднеобеспеченных с этой проблемой сталкивался каждый третий опрошенный, а среди респондентов с доходами выше 5000 рублей — каждый пятый.
Меньше всего опрошенных волнует проблема отсутствия в продаже необходимых лекарств. Постоянно с этим сталкиваются 11 процентов опрошенных, а еще 52 процента — время от времени. Интересно, что с поддельными лекарствами и недобросовестной рекламой лекарственных средств постоянно сталкивается каждый десятый опрошенный. И как минимум один-два раза жертвами подделок и обмана становились еще 44 процента опрошенных.
«РГ» попросила прокомментировать «лекарственный вопрос» Елену Пахомову, социолога-аналитика ВЦИОМа.
— Если говорить о недобросовестной рекламе медикаментов, то чаще всего поддельные лекарства приобретают в Москве и Санкт-Петербурге, — говорит Елена. — У жителей малых городов существует совсем другая проблема — невозможность купить из-за высокой цены. Интересно, что высокодоходные респонденты чаще отмечают, что не смогли найти необходимые препараты, что говорит о повышенном требований к лекарственным препаратам.. Это почти на треть меньше, чем в прошлом году.
Тонкий профиль
Корпоративные программы ДМС приспосабливаются под клиента
(«Известия» 22.03.2005)
Наталья БАРАНОВСКАЯ
В прошлом году добровольное медицинское страхование корпоративных клиентов принесло российским страховщикам около 37 млрд. рублей, рост премии по сравнению с предыдущим годом составил 27%. Причина подъема - не только рост цен на медицинские услуги, но и стремление страховщиков удовлетворить самые разные медицинские потребности корпораций с учетом профиля их деятельности, пола и возраста сотрудников, а также их манеры расслабляться.
От пола и возраста сотрудников компании зависит, как часто и от каких болезней они будут лечиться, а значит, половозрастной состав коллектива определяет наполнение и стоимость корпоративной программы ДМС.
- Факт, что мужчины меньше живут, а женщины чаще болеют, сказывается на цене страхования при значительном половозрастном дисбалансе в коллективе, - говорит заместитель генерального директора Московской страховой компании Александр Федонкин. - Страховщики могут увеличить размер премии, если коллектив более чем на 3/4 женский или если в нем преобладают лица предпенсионного возраста.
При страховании коллектива, в котором мужчин гораздо больше, чем женщин, тариф, наоборот, может быть несколько меньше. "И это не дискриминация по половому признаку - просто мужчина обращается к врачу только в том случае, когда "очень сильно припечет", а женщина как минимум раз в полгода", - утверждает Дмитрий Соколов, директор дирекции ДМС страховой группы "УралСиб". Правда, по мнению Тимура Ильмуратова, руководителя отдела продаж продуктов ДМС страхового общества "Стандарт-Резерв", учитывать половой и возрастной состав наиболее актуально при страховании физических лиц и коллективов малой численности, а если застрахованных больше 10, их пол можно не учитывать.
Наполнение программ тоже имеет половые различия.
- В женском коллективе всегда должна быть широкая программа по гинекологии, обязательно включаются осмотр маммолога, первичный осмотр онколога; в мужском коллективе в программу включается консультация уролога, андролога, кардиолога, сосудистого хирурга, - рассказывает Владимир Рекунков, руководитель управления личного страхования Национальной страховой группы. - Если средний возраст сотрудников коллектива старше 40 лет, то в программы мы стараемся включать ежегодную диспансеризацию, осмотры узких специалистов (эндокринолог, окулист и т. д.).
По данным руководителя Центра ДМС Страхового дома ВСК Татьяны Горожанкиной, реже всего обращаются за медицинской помощью мужчины от 18 до 45 лет. "Если к этой группе относится большинство сотрудников компании, это служит основанием для применения понижающих коэффициентов от 0.75 до 0.9", - говорит она.
Как же зависит наполнение программ от профиля деятельности компании? Начальник отдела ДМС "Согласие-Вита" Максим Авдеев считает, что никак: "Существующие программы ДМС предполагают компенсацию определенных медицинских услуг, фактически оказанных медучреждением застрахованному. Их список является общим для предприятий любого профиля независимо от того, охранное это предприятие или детский сад". Однако, по словам Натальи Клименко, директора департамента личного страхования СК "Энергогарант", программа ДМС в основном и предлагается в зависимости от вида деятельности корпоративного клиента.
- Например, им становится строительная организация. Статистика отмечает увеличение обращаемости строителей в лечебно-профилактические учреждения в связи с острыми заболеваниями, повышенным травматизмом, обострением хронических заболеваний опорно-двигательного аппарата. В связи с этим корпоративная программа ДМС усиливается травматологами, невропатологами, пульмонологами. Проводится иммунотерапия для больных с частыми простудными заболеваниями, - говорит Наталья Клименко.
Татьяна Горожанкина выделяет следующие категории корпоративных страхователей в зависимости от профиля: банки и финансовые институты, предприятия промышленности, предприятия сферы услуг и торговли, предприятия агропромышленного комплекса: "Для предприятий промышленности, например, привлекательны расширенные программы, предусматривающие лечение опорно-двигательного аппарата и возможность прохождения ежегодных профосмотров, введение дополнительных программ диспансерного наблюдения и углубленного медицинского обследования для сотрудников, работающих в условиях производственной вредности".
- В то же время страховщики могут устанавливать лимиты в отношении выплат по ряду заболеваний, которые в силу специфики конкретного предприятия могут иметь повышенную вероятность возникновения, - предупреждает Александр Федонкин.
Чтобы избежать выплат за лечение таких заболеваний, страховщики предлагают включать в программы ДМС их профилактику. "Если у сотрудников коллектива сидячая работа, а значит, высокий уровень риска развития остеохондроза, в программу могут быть включены лечебный массаж, лечебная физкультура, а если работа сотрудников связана с длительным пребыванием на ногах - консультация флеболога, хирурга-ортопеда", - объясняет Владимир Рекунков.
Наталья Клименко приводит такой пример: "По программе корпоративного ДМС компания застраховала сотрудников одной из шахт. Известно, что профессиональное заболевание шахтеров - хронический пылевой бронхит. В этой связи страховая программа усилена пульмонологом, аллергологом, а также комплексом реабилитационно-восстановительных мероприятий".
Однако профилактику профзаболеваний включают в корпоративные программы не все страховщики. "По правилам ДМС профилактика профзаболеваний не является страховым событием, поскольку не носит случайного характера", - объясняет Максим Авдеев. Его мнение целиком разделяет и Тимур Ильмуратов. "Когда угроза заболевания актуальна для 100% сотрудников, профилактика необходима всем сотрудникам и всегда. Поэтому профилактические мероприятия не могут быть признаны страховыми событиями и включены в программу страхования".
При разработке корпоративных программ страховщики принимают во внимание и другие факторы, например, манеру сотрудников расслабляться. Правда, лечение заболеваний, полученных вне работы, включается обычно только в страховку топ-менеджеров. Для руководства предприятий, составляющих, как правило, отдельный сегмент рынка, по словам Татьяны Горожанкиной, корпоративные программы ДМС часто включают расширенный объем медицинских услуг - зубопротезирование по медицинским показаниям, реконструктивно-восстановительные операции, лечение и диагностику инфекций, передающихся половым путем, а также программу ведения беременности и родовспоможения.
НОВЫЙ РУССКИЙ
Вопреки реформе здравоохранения в деревне Жвалово появился Антошка Нечаев (рост — 54, вес — 3250)
(«Новая газета» 21.03.2005)
Ольга ГОНЧАРОВА, наш спец. корр., Костромская область
После провала первых социальных реформ Государственная Дума России все откладывает и откладывает рассмотрение четырех первых законопроектов реформы здравоохранения. Но и эта реформа надвигается неизбежно. Врачи уже бьют тревогу.
По их прогнозам, в России может исчезнуть система бесплатного здравоохранения, будет закрыто большинство региональных больниц, а медработники попадут под сокращение. И это совсем не истерические прогнозы. Дело в том, что подготовка к этой реформе в регионах давно идет. «Новая газета» уже писала о том, чем закончился пилотный проект в Тверской области: врачи так и не увидели денег, выделенных на больницы, а область осталась обремененной долгом в семь миллионов долларов. А в Ленинградской, Калужской, Воронежской, Астраханской, Костромской и других областях уже закрывают родильные отделения и целые больницы. И пациентам по любому поводу приходится ездить в областной центр.
Редакционное задание найти в среднестатистическом селе женщину, готовящуюся стать мамой, и сопровождать ее вплоть до появления нового гражданина России получила наш корреспондент Ольга ГОНЧАРОВА. Она отправилась в отдаленный район Костромской области, уже испытавшей первые удары реформы.
Наша справка:
Судиславский район. Главный город — Судиславль, в 51 км к северо-востоку от Костромы. Население — 5,8 тыс. человек. Кроме райцентра, есть еще десять больших сел. В деревню Жвалово автобусы ходят раз в неделю. Почту, больницу и школу здесь закрыли несколько лет назад. В отдаленных селах дорог нет. Недавно в деревне Калинки убили человека. Милиционеры не смогли доехать до места преступления. Пришлось тащить труп на пододеяльнике до самой трассы.
Как сокращали больницу
Врачи Судиславской ЦРБ два года отстаивали роддом, даже собрали совет в районной администрации. Но потом пришел приказ из области, и роддом все равно закрыли. Теперь от целого отделения осталась одна женская консультация и два врача: Светлана Валентиновна Бубнова и Валентина Васильевна Тарасова. Медсестры ушли работать в самый вредный цех химического производства на завод, где трудится муж Лены Нечаевой, одна акушерка — в Костромскую психиатрическую больницу строгого режима для преступников, признанных судом невменяемыми. Теперь ее почти каждый день кто-то «берет в заложники» или пытается задушить. Психиатрическая больница — источник дохода и для медперсонала Судиславской ЦРБ. В свободное время здесь подрабатывают лор, рентгенолог и кожный врач. Больницу финансирует федеральный бюджет, поэтому у душевнобольных пациентов — четырехразовое питание, у медработников — московские зарплаты, а в палатах — евроремонт.
Судиславскую больницу не ремонтировали 15 лет, не реконструировали — 150. С тех пор, как ее подарил городу граф-меценат Третьяков. Напротив старого обветшавшего здания — недостроенный четырехэтажный корпус. Двадцать лет назад здесь начали строить новую поликлинику, но потом в районном бюджете не хватило денег. Так что у врачей в кабинетах осыпается краска, течет потолок, а в стационаре инфекционные и неинфекционные больные могут лежать в одной палате.
Сейчас врачам предстоит испытать на себе прелести реформы здравоохранения. Несколько лет назад в Костромской области ее уже начинали. Тогда в некоторых селах сократили медперсонал больниц и фельдшерско-акушерских пунктов. Сильно пострадала, правда, только деревня Сорож — областная резервация для костромских пьяниц и бомжей. Сюда их отправляют прямо из «обезьянников» и вытрезвителей. В деревне много опустевших полуразрушенных домов и одно пустое здание фельдшерского пункта. Каждый день сюда приходит санитарка, чтобы вымыть полы и полить цветы. Фельдшер и медсестра тут давно не работают — «попали под реформу».
Чтобы найти Лену, мне пришлось прошагать семь километров пешком от райцентра Судиславль до ее деревни через лес и поле. Раз в неделю, если не бывает поломок, сюда ходит рейсовый автобус.
Лена живет в старом кирпичном двухэтажном доме. У ее подъезда меня встретила большая лохматая собака. А через минуту она уже с лаем догоняла меня в конце улицы. Смотрю: около деревянной изгороди качается пожилой мужчина и с интересом за нами наблюдает.
— Могли бы и помочь, — говорю ему.
— А я эту псину сам боюсь, — он быстро слез с изгороди и скрылся в доме.
Мужчины в Жвалове бывают двух видов. Одни трудятся на ферме, получают пятьсот рублей в месяц и страдают алкоголизмом. Другие работают на частных заводах в районном центре.
Можно сказать, что Лене повезло. Каждое утро ее муж Алексей Нечаев встает в 4 утра, уходит пешком в Судиславль и целый день работает в цехе производства электродов. А на выходные ездит в лес — «рубить делянку». За все это он получает около 6 тысяч рублей в месяц. Лена в своем управлении социальной защиты — около двух тысяч. Они здесь вроде местного среднего класса. Часть денег Нечаевы откладывают на ремонт дома, который они недавно купили в городе. Этим летом семья переберется туда. Но пока Алексей собирается покупать камин, чтобы «не заморозить» в квартире сына. У Нечаевых две маленькие комнатки и одна печка-буржуйка. К вечеру, когда с работы приходит муж, а дочка возвращается из школы, Лена нагревает печку докрасна. Вся семья ходит по дому в валенках, куртках и пуховых платках. У Лены сейчас бронхит. Врачи не разрешали ей долго гулять на морозе и поднимать тяжести. На морозе она старается не гулять. (В последние дни. А до этого работала — нарезала километры по соседним деревням.) Утром, чтобы постирать, надевает валенки и идет на промерзшую кухню. Там набирает огромный котел воды, с усилием поднимает его и ставит на плиту…
В последнюю неделю перед Антошкиным рождением Алексей очень переживал — не получалось найти машину, чтобы отвезти Лену в роддом, когда у нее начнутся схватки. Сельским роженицам приходится на собственном транспорте добираться до перинатального центра в Костроме (час пути). В прошлом году рожала Ленина соседка: машина сломалась — дочь появилась на свет прямо на трассе.
Раньше в Судиславском районе каждого третьего малыша (неважно, мальчик или девочка) называли Пашей. В честь врача-гинеколога Павла Александровича. Тогда в городе еще работал роддом.
— Каждую женщину наблюдать было просто, потому что они все к нам поступали на сохранение. Потом в Костроме построили перинатальный центр. Роддома в Сусанине, Красном и у нас, в Судиславле, закрыли, а медиков сократили, чтобы «зря не финансировать», — объясняет гинеколог Судиславской центральной райбольницы Светлана Бубнова.
От родильного отделения, где было восемь коек, остался только один бокс с кроватью и кушеткой. По идее, здесь должны рожать женщины, которые не успевают со схватками доехать до Костромы. Но таких каждый раз оказывается слишком много, поэтому всякая беременность для врача-гинеколога Светланы Валентиновны — испытание на прочность. Чтобы доставить беременную женщину в костромской роддом, нужно обзвонить как минимум пять инстанций.
— Приезжает женщина с преждевременными родами, ребенок рождается недоношенным. А у нас в больнице сейчас нет кювезов. Без этих аппаратов такой малыш не выживет. В Костроме наших часто отказываются принимать, у них все переполнено. Мы звоним, и только с криками, с нервами их соглашаются определить в палаты, — говорит Светлана Валентиновна Бубнова.
Последний раз роженицу, присланную из района, так и продержали в машине до родов, не принимали ни в первый городской роддом, ни в перинатальный центр. Поэтому теперь Светлана Валентиновна отправляет будущих мам в Кострому с единственной оставшейся в больнице акушеркой Наташей. В среду Наташа будет сопровождать в роддом и Лену Нечаеву, но до этого я провела еще четыре дня с ней и судиславскими врачами.
Жвалово, воскресенье
Алексей наконец нашел машину — договорился с соседом, что в четверг они вместе повезут Лену в Кострому, а потом его срочно вызвали на завод. Когда он уехал, Лена чуть не упала в обморок. Хорошо еще, что рядом оказалась дочка Юля. Год назад Лена сломала позвоночник, перенесла тяжелую операцию, долго лежала в больнице. Она знала, что всю беременность будет страдать от тошноты и сильных болей в спине, но Антошку все равно решила оставить. Сейчас у Лены еще одна беда: ее и дочку мучает кашель.
— Нам еще повезло, что в нашей квартире потолок не течет, — говорит Лена.
У Нечаевых в подъезде остались только одна соседка и медицинский пункт с медсестрой тетей Валей. Остальные жильцы съехали пять лет назад, когда в доме начала протекать крыша. Сначала она протекала только летом от очень сильных дождей. Теперь — почти каждый день. Сначала соседки не отчаивались: накрывали телевизор и остальную мебель пластмассовыми тазиками и каждую неделю ходили в жилищно-коммунальную инспекцию Судиславского района. Наконец крышу отремонтировали, а через два месяца она обвалилась совсем.
Судиславль, понедельник
В Судиславле нет гостиницы. Приезжим предлагают воспитательскую комнату в общежитии поварского ПТУ с диваном и телевизором. У комнаты есть недостаток: она не запирается изнутри.
— Ты возьми шнурок и привяжи покрепче от дверной ручки к гвоздю. А то у нас обычно ребята по ночам могут в дверь ломиться, — объясняла мне комендант Надежда Николаевна.
Когда комната пустует, сюда приходят будущие повара смотреть телевизор. В остальное время выселяют постояльцев. В первый же вечер они устроили митинг у дверей воспитательской, а потом порвали шнурок… С тех пор почти все время я старалась проводить в больнице, пока гинеколог Светлана Валентиновна не забрала меня к себе. В ноябре управление ЦРБ помогло ей купить квартиру на окраине Судиславля, а до этого она 13 лет жила в общежитии. Она могла бы уехать. Два года назад ей предлагали место в Костромском перинатальном центре. Светлана Валентиновна уже собрала вещи, но потом подумала и поняла, что не сможет бросить своих больных.
В коридоре кричит… невысокий пожилой человек в старом тулупе.
— Где мой пакет?!
— Вокруг него столпились пенсионеры. Они явно решили взять штурмом ординаторскую.
— Какой пакет? — спрашиваю.
Как это — какой?! Мне его министр Зурабов обещал по телевизору, а я от врачей что-то до сих пор ни пакетов, ни сумок не дождался.
После Нового года пенсионеры перестали сдерживаться. В Костроме почти полностью разгромили кабинку регистрации в больнице на улице Фестивальной, а в макарьевской аптеке разбили витрину. Больше всех в ЦРБ достается Светлане Валентиновне. Она, как и все врачи, совмещает две должности: гинеколога и начмеда (остальные работают так: окулист — за онколога, невропатолог — за психиатра, заведующий стационаром — за врача УЗИ, и только в качестве анестезиолога никто не работает).
Началось с того, что с нового года всех судиславских врачей «зашифровали»: прислали тысячу рецептов нового образца. Каждый рецепт — разлинованная бумажка с 13 пунктами: шифр врача, шифр его больницы, шифр отделения, шифр лекарства, шифр дозы и т. д. Если врач ошибется хотя бы в одной цифре, льготникам не выдают лекарства, и они с криками возвращаются в больницу. Сами врачи давно назвали монетизацию льгот «бумажной революцией». Каждый день после работы они приносят домой целую кипу документов нового образца и ночью заполняют.
Жвалово, вторник
Вечером Лена повела Юлю в баню на другой конец деревни. В последнее время девочка боится ходить по улицам одна. Месяц назад в область пришла телефонограмма: усилить охрану всех организаций и промышленных объектов. Паника продолжалась до тех пор, пока местная газета наконец не опубликовала объявление: «Не бойтесь. В районе шахидок нет». Только Юля и другие дети не поверили и до сих пор боятся темноты и незнакомых людей на улице. Поэтому Лена решила отправить ее к бабушке, пока сама будет находиться в роддоме. Больше всех не повезло Юлиной пятилетней подружке Алле. Недавно ее маму увезли в Кострому с пятой беременностью, папа целыми днями на работе, так что на время девочка стала главой семьи. Утром она провожает отца на работу, а потом готовит обед и присматривает за младшими.
До восьмого месяца Лена занималась проблемами многодетных матерей в управлении соцзащиты Судиславля. Ходила пешком в отдаленные деревни. Разговаривала с мамами и знает, что в некоторых районах к роженице даже «скорая» приехать не сможет. Будущие мамы идут со схватками несколько километров пешком до большой дороги и уже там ждут врачей.
Судиславль, среда
Антошка появляться на свет не спешил. У Лены начиналась 41-я неделя беременности, а признаков приближающихся родов все не было. Скоро за Лену уже переживала вся Судиславская районная больница, а потом и весь город. «Ну что, еще не родила?» — спрашивали врачи, продавцы в магазинах, комендант общежития и даже повара из ПТУ. В больнице ее ждали в четверг: они с мужем должны были приехать на предварительную «явку».
Но уже в среду я увидела побледневшую Лену у кабинета Светланы Валентиновны… Утром Алексей уехал по делам в Кострому, а Юля — в школу. Лена начала стирать и почувствовала резкую боль в животе. Бросилась к телефону, но до «скорой» дозвониться не смогла (здесь иногда отключают связь). Тетя Валя из медпункта на первом этаже уже ушла домой.
В перерывах между схватками Лена побежала к дороге — ловить машину, но тут вернулся сосед из города. Он довез ее до Судиславской ЦРБ. Светлана Валентиновна ее осмотрела, а оттуда уже на «скорой» вместе с Наташей отправила в Кострому. Там Лену, к счастью, приняли без вопросов.
— Ну вот и дождалась, — сказала мне Лена уже перед дверью роддома, а потом улыбнулась и добавила: — Я тебя имею в виду.
Через пять часов родился Антошка.
P. S. Когда Костромской перинатальный центр осенью закрывали на плановую мойку, женщины со всей области ездили рожать в родильный дом города Нерехты. Это третий в области родовспомогательный центр. Вот уже несколько лет областные власти каждый раз по разным причинам пытаются закрыть и его. Сейчас идет плановая профилактическая проверка. Сотрудники санэпидемстанции заговорили о том, что больница не соответствует санитарным нормам, поэтому врачи должны на несколько лет прекратить работу. Медики пока не сдаются.
В последние три года под реформу здравоохранения попали и были закрыты роддома в городах:
Екатеринбург, Невьянск, Среднеуральск (Свердловская область), Североморск, Сызрань, Нижневартовск, Тула, Псков, Кузнецк, Шахты (Ростовская область), Омск, Киржач (Владимирская область).
Статистические данные ВОЗ по Европе:
Финансирование здравоохранения как процент от ВВП:
1. Швейцария – 10,7…
43. Украина – 3,4
44. Россия – 2,9
45. Молдова – 2,6
Коэффициент рождаемости (число новорожденных на 1000 человек)
1. Таджикистан – 27,2…
44. Белоруссия – 9,2
45. Россия – 9,1
46. Армения – 9
Младенческая смертность на 1000 новорожденных
1. Турция – 40
8. Босния и Герцеговина – 15
9. Россия – 14,6
10. Болгария – 14,4
За три дня до смерти
24 марта отмечается Всемирный день борьбы с туберкулезом. Прежде эта болезнь считалась спутником нищеты. В России XXI века она косит средний класс, ежегодно убивая 30 тысяч наших сограждан.
(«Профиль» № 10)
Елена КОРОП
«Посмотрите в окно, напротив нас — здание оперного театра. Среди его посетителей могут быть и больные туберкулезом, которые заражают свое окружение. Не исключено, что все, кто сидит сейчас в этой комнате, инфицированы туберкулезом» — так встретили корреспондента «Профиля» в офисе Программы Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) по борьбе с туберкулезом в России.
Эксперты ВОЗ не сгущают краски. Чтобы заразиться туберкулезом, сегодня не обязательно жить впроголодь или отсидеть в тюрьме. Достаточно проехаться в московском метро, посетить кинотеатр или ресторан, оказаться в одном салоне самолете рядом с больным. По имеющимся данным, в России до 30% больных туберкулезом — социально благополучные граждане. Болеют бизнесмены и дети в обеспеченных семьях. Далеко не бедные родители, у которых пятнадцатилетняя дочь умерла от туберкулеза, хотели подать в суд на врачей за то, что те не сумели вовремя выявить болезнь. Они не могли понять, как ребенок, который полноценно питается и регулярно проходит медицинские обследования, мог погибнуть от потенциально излечимого заболевания. Врачи-фтизиатры могут рассказать много подобных историй. «Бывает, что человек месяцами лежит в пульмонологическом отделении, его лечат от пневмонии и бронхита, делают дорогие анализы, и никому не придет в голову провести трехдолларовую микроскопию. К сожалению, наше население и врачи забыли о туберкулезе», — выражают озабоченность специалисты в Программе ВОЗ.
В свое время советские власти поторопились объявить о победе над туберкулезом. Однако эту болезнь невозможно полностью ликвидировать, ее только можно взять под контроль, что и было частично сделано. «Чахотка» продолжала существовать в тюрьмах и исправительных колониях, которые попросту не включались в общую статистику Минздрава. С распадом Союза система административного контроля и учета инфицированных была разрушена. Врачи вспоминают, как в 90-х годах начались перебои в снабжении лекарствами, как больных туберкулезом лечили чуть ли не святой водой.
Теперь и лекарств, и специалистов хватает. Но и сегодня в России отмечается один из самых высоких уровней заболеваемости туберкулезом, выше которого были лишь эпидемии, связанные с такими потрясениями, как Октябрьская революция и Великая Отечественная война. Получилось так, что наша страна, добившись членства в «Большой восьмерке», по ситуации с туберкулезом оказалась в одном ряду с Кенией, Зимбабве и Бангладеш. Ежегодно регистрируется примерно 120 тыс. новых случаев заболевания туберкулезом. Каждый день палочка Коха убивает в России более 70 человек. И это только официальная статистика. Множество людей просто не знают о том, что у них туберкулез, а в группе риска, даже по официальным данным, находятся 90% взрослого населения. Причем часто речь идет о молодых мужчинах 25—44 лет.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
