История государства и права зарубежных стран (стр. 3 )

Все это благоприятствовало возвращению изгнанного импе­ратора, но повлекло за собой многие утраты для страны и сторон­ников монархии. Союзные войска захватили Наполеона, вступили в Париж и навязали Франции возвращение Савойи и некоторых областей на Рейне, большую контрибуцию и пятилетний постой 150-тысячного войска во французских крепостях.

Следующим шагом восстановленной королевской власти яви­лась попытка воссоздать неограниченную королевскую власть, что стало главной заботой брата и наследника короля Карла, графа Артуа. Вокруг него сформировалась партия единомышленников, получившая наименование ультрароялистов (сверхмонархистов), которые во имя расправы с изменниками устроили "белый террор" (белый цвет имел в то время королевский флаг). Став королем под именем Карла X, монарх начал явно покровительствовать дворян­ству и духовенству, а также ордену иезуитов. Для подавления воз­никшей оппозиции он издал серию законов по ограничению свободы печати, сокращению избирательных прав, роспуску представитель­ного собрания и назначения ультрароялистов членами Государ­ственного совета. Обнародование этих законов вызвало революцию 1830 г., которая по имени месяца получила название Июльской.

Революционное временное правительство, возникшее в Пари­же, объявило короля низложенным и пригласило на престол гер­цога орлеанского Луи-Филиппа. После отречения короля от престо­ла представительное собрание выработало новую Конституцию, в которой уменьшались королевские полномочия в пользу нации: у короля изымалось право изменять основные законы, вновь вводи­лась ответственность министров перед парламентом, имуществен­ный ценз для выбора в палату был понижен. Председатель совета министров Гизо стал автором популярного лозунга тех времен, который звучал так: "Обогащайтесь, господа, и вы станете избира­телями!" При вручении короны Луи-Филипп был вынужден дать свое согласие на новых конституционных условиях, а весь режим правления, получивший название Июльская монархия, просуще­ствовал до нового подъема революционных выступлений в 1848 г.

Июльская монархия стала периодом экономического подъема, индустриализации и образования новых колоний. Вместе с тем это был период сильных социальных возмущений — восстаний в Лионе и Париже в 1834 г., голодных бунтов 1846—1847 гг. В респуб­ликанизме этих лет возникает наряду с реформистским также со­циалистическое учение, которое разрабатывали и проповедовали Сен Симон и Фурье. В эти же годы появились коммунисты, пос­ледователи философа уравнительного коммунизма гр. Бабефа, каз­ненного за свои взгляды и заговорщическую деятельность еще во времена термидорианской реакции.

Радикальные требования типа "Гизо в отставку или смерть" сопровождались устройством баррикад и республиканскими лозун­гами "Свобода, равенство и братство". Все это началось после зап­рета правительства на проведение банкета в пользу реформы из­бирательного права 22 февраля в Париже и затем переросло в кровопролитные столкновения манифестантов с войсками. Король отрекся от престола, а временное правительство под руководством А. Ламартина провозгласило республику.

Среди политических требований этого периода выделяются требования "права на труд" и вспомоществования беднякам, вклю­чая освобождение их от судебных расходов, что привело к созда­нию специальной правительственной комиссии под руководством социалиста Луи Блана и с участием члена правительства от рабо­чих Альбера. Число таких требований постоянно росло, а возмож­ности были более чем скромные. Частичный выход нашли в созда­нии "национальных мастерских", где не имеющие средств к жизни граждане могли найти себе работу.

2 марта был принят Декрет о 10-часовом рабочем дне. Декре­том 9 марта были отменены аресты за долги и долговые тюрьмы, которые воспринимались к этому времени не столько гарантией возврата долга, сколько удовлетворением чувства мести кредитора. Затем аресты за долги были восстановлены. Национальная гвардия сохранила право выбирать себе офицеров. Выдвигалось множество проектов по реформированию армии, включая превращение ее в национальную милицию (предложение Прудона). Предложение Пьера Леру (предшественника позиции Льва Толстого о непротив­лении злу насилием и борьбе за дело не иначе как путем муче­ничества) об освобождении от военной службы лиц, отвергающих войны как варварство, противоречащее божеским и человеческим законам, а также требованиям исповедуемой ими религии, было встречено долгим хохотом.

Выработкой новой конституции занималось Учредительное собрание, большинство в котором получили республиканцы. Затем шли монархисты (легитимисты, орлеанисты, бонапартисты), мел­кобуржуазные демократы и совсем немного мест получили соци­алисты.

Временное правительство ушло в отставку, а на его место избрали исполнительную комиссию из пяти членов. По но­вой Конституции законодательная власть вручалась Законодатель­ному собранию, исполнительная — президенту. И депутаты и пре­зидент избирались на основе всеобщего (для мужчин) избиратель­ного права — с 21 года и с цензом оседлости не менее шести ме­сяцев. Право собственности включало право собственности на куп­ленные общественные должности. Богатые сограждане могли от­купить своих сыновей от службы в армии, поставляя в армию на­емников.

Конституция Второй республики от 4 ноября 1848 г. ничего не говорила о естественных правах и содержала множество деклара­тивных положений. Провоз­глашалось также, что свобода, равенство и братство — это прин­ципы республики, а основа республики — это семья, труд, соб­ственность и общественный порядок. Республика будет строиться без новых потрясений. Республикан­ские правительственные учреждения состояли из президента, из­бираемого на четыре года, Национального собрания с трехлетни­ми полномочиями и Государственного совета, избираемого на шесть лет и наделяемого совещательными полномочиями при под­готовке законопроектов и незначительными контрольными функци­ями.

Избранный 10 декабря 1848 г. президентом Луи Бонапарт осу­ществил через три года военный переворот и 2 декабря 1851 г. провозгла­сил восстановление империи и ряд других новаций, которые за­тем были одобрены плебисцитом. В Конституции от 01.01.01 г. президент, избираемый теперь уже на 10 лет, возвышал­ся над всей пирамидой исполнительной власти и получал также возможность делать назначения в Государственный совет и восстановленный сенат, оставив избирателям только участие в форми­ровании третьего учреждения высшей власти — Законодательного корпуса. После реставрации империи президент уже председатель­ствует в сенате и Государственном совете.

Луи Бонапарт, коронованный под именем Наполеона III (1808—1873), был третьим сыном голланд­ского короля Людовика Бонапарта. Добрый и щедрый по натуре, он рано и фанатично поверил в свое особое призвание и всюду де­монстрировал романтическое преклонение перед дядей и свою пре­данность наполеоновским идеям. В молодости он увлекался социа­листическими и демократическими идеями. Полагая, что рабочий класс следует сделать собственником, он носился с фантастическим планом создания государственных ферм, где будут поселены не­имущие (пролетарии). Затем его идеалом стало полицейское госу­дарство, контролирующее печать, суды и парламентские выборы. На военном поприще ему вначале сопутствовал успех — в Авст­рии, Китае, Японии, Сирии, Мексике. В 1866 г. Наполеон III не­дооценил значение войны Пруссии с Австрией, закончившейся бле­стящей победой его будущей погубительницы. Развязав авантюр­ную войну с Пруссией в 1870 г., он потерпел сокрушительное по­ражение под Седаном, попал в плен и был быстро низложен воз­мущенными соотечественниками.

Один из ощутимых итогов второго бонапартизма — создание централизованной правительственной власти с гораздо более ши­рокими полномочиями императора и превращение "вечных прав человека" в единственное право правителя — повелевать, а всех остальных — повиноваться. Наполеон III стал учредителем еще одной разновидности правительственной власти, именуемой обычно "бонапартистским режимом". Для режима Второй империи стало характерным подчинение основных рычагов власти — армии, по­лиции, администрации — императору. Вместе с тем этот режим, выглядевший, по отзыву Ф. Энгельса, "шайкой политических и финансовых авантюристов", способствовал спекуляции, промыш­ленному развитию и вообще невиданному до тех пор экономиче­скому подъему и обогащению всей буржуазии, что сопровождалось продажностью и массовым хищничеством лиц, группировавшихся вокруг императорского двора и извлекавших "крупный процент из этого обогащения".

Революция до 2 декабря 1851 г. закончила половину своей под­готовительной работы, пишет Маркс, она "довела до совершенства парламентскую власть", а затем стала доводить до совершенства власть исполнительную.

Первая Французская революция должна была развить далее то, что было начато абсолютной монархией: централизацию, а вместе с тем объем, атрибуты и число прислужников правитель­ственной власти. Наполеон завершил эту государственную машину. Легитимная (1814 г.) и Июльская (1830 г.) монархии ничего не при­бавили, кроме большего разделения труда, увеличивавшегося по мере того, как разделение труда внутри гражданского общества создавало новые группы интересов, следовательно новые объек­ты государственного управления.

После поражения под Седаном и капитуляции 100-тысячной французской армии возмущенные парижане ворвались в Законо­дательное собрание и заставили декретировать упразднение им­перии и восстановление республики, что и произошло 4 сентяб­ря 1870 г. В январе следующего года было подписано перемирие, здесь же Бисмарк устроил коронование германского императора.

После выборов нового состава Национального собрания правитель­ство возглавил Тьер, начавший свою деятельность с непопулярных мер: отменил пособие национальным гвардейцам и отсрочку по квартирным платежам, возобновил выплату по векселям. Намеча­лась также тайная операция по разоружению Национальной гвар­дии (около 200 батальонов), созданной за шесть месяцев осады Парижа пруссаками. Все эти меры встретили сопротивление рес­публиканских антиправительственных группировок, которые спло­тились вокруг Центрального комитета Национальной гвардии, объявившего себя 19 марта 1871 г. Временным правительством. Он же провел выборы в Совет Коммуны по городским округам на ос­нове всеобщего избирательного права и свободного обсуждения кандидатов. В итоге был сформирован совет из 80 депутатов, по­ловину которых составили рабочие. Среди рабочих заметно пре­обладали последователи анархиста Прудона и ультрарадикала Бланки.

Парижские коммунары выдвинули и стали проводить в жизнь несколько новых для республиканской традиции лозунгов: дешевое правительство, новая форма организации законодатель­ной и исполнительной власти, отказ от постоянного войска, об­новление карательного аппарата и др.

Удешевление расходов на содержание правительства планировалось осуществить путем, приравнивания зарплаты государственного служащего к зарплате квалифицированного рабочего. Предполагался роспуск старой полиции, отмена содержания постоянного войска и замена пос­леднего вооруженным народом. Совет Коммуны подлежал превра­щению в совокупность комиссий, работающих совместно и не так, как в парламенте, "где каждый стремится сказать свое сло­во". Принцип сотрудничества был таков: обсуждение коллегиаль­ное — ответственность единоличная. Для координации работы 9 комиссий предназначалась так называемая Ис­полнительная комиссия, которая формировалась на паритетных началах всеми остальными комиссиями — финансовой, просвеще­ния, юстиции, внешних сношений, труда, промышленности, общественных служб, обороны, общественной безопасности. Во главе комиссий стоял делегат — член коммуны, наделенный широкими полномочиями.

Совет Коммуны сочетал высшие законодательные и исполни­тельные полномочия в одном учреждении. Комиссии в делах ис­полнительной власти заменяли министерства. Характерно, что в округах исполнительная власть вверялась особенно доверенным членам Коммуны, которым, согласно соответствующим законода­тельным установлениям, разрешалось "для ведения дел... взять себе в помощь комиссию по своему выбору и под свою ответствен­ность".

В области судопроизводства отдаленной задачей стало на­мерение "поднять существующее судопроизводство на высоту де­мократических и социальных учреждений" — очень туманная формула, оставшаяся без должных пояснений. Более приземлен­ной, но менее сложной стала реформа существующей системы образования. Здесь планировалось ввести специальным декретом "бесплатное, обязательное и исключительно светское образо­вание".

Уже декретом от 2 апреля 1871 г. был установлен макси­мальный размер зарплаты чиновника — 6 тыс. фр. в год. Предус­матривалось сокращение штатов разных ведомств на 75%. Вво­дился принцип выборности, подотчетности и сменяемости в лю­бое время всех должностных лиц. Для некоторых должностей предусматривалось либо конкурсное замещение должности, либо на основе экзаменационных испытаний, либо стажировки в должности.

19 апреля была выпущена Декларация Коммуны к француз­скому народу, в которой страна объявлялась республикой, где все самоуправление в городах и деревнях должно строиться по образ­цу Парижской Коммуны. Местные органы власти наделялись пол­номочиями утверждать местный бюджет и разверстку налогов, управлять всеми местными службами (суд, полиция, просвещение, управление местным имуществом). Каждой коммуне дозволялось иметь военную силу , свободно из­бирающей своих офицеров. Коммуны объединялись в округа, окру­га посылали своих депутатов в национальную делегацию, заседа­ния которой должны проходить в Париже. Определяя характер движения 18 марта, Декларация объявляла республику "един­ственной формой, совместимой с правами народа, с правильным и свободным развитием общества", а в числе главных и перспектив­ных задач провозглашала задачу "сделать власть и собственность всеобщим достоянием".

Парижской Коммуне пришлось позаботиться о передаче по­кинутых владельцами предприятий в руки кооперативных рабочих обществ. Уставом Луврских мастерских вводился рабочий контроль за производством (21 мая). Вводилась отмена ночной работы булоч­ников, запрет штрафов и вычетов из заработной платы рабочего. Устанавливались льготы на возвращение заложенной в ломбарды мебели, одежды, белья и орудий труда.

Судейские должности заполнялись по назначению, что счи­талось временной мерой. Раздавались призывы поставить следствие под контроль гласности. Прокурор Риго категорически возразил против намерения депутатов посещать заключенных и беседовать с ними и пригрозил уходом в отставку. Коммуна не прибегала к казни военнопленных и заложников, и только в конце был осуще­ствлен в качестве чрезвычайной меры расстрел 64 из 240 залож­ников. Расправа правительственных служб была жестокой и мас­совой: 30 тыс. коммунаров были расстреляны, 50 тыс. отправлены на каторгу, в ссылку или тюрьму.

Классики научного социализма — Маркс, Энгельс, Ленин — расценили опыт Парижской Коммуны как образец высшего типа демократии, которую должен взять на вооружение борющийся за свое освобождение рабочий класс.

Первая республика просуществовала во Франции семь лет, Вторая — три года, а самой продолжительной оказалась Третья республика, просуществовавшая 70 лет с 4 сентября 1870 г. Сюда же входит и срок существования Парижской Коммуны — 72 дня начиная с 18 марта 1871 г.

Единой конституции в республике не было, а были Конституционные законы (три органических зако­на), регулировавшие организацию и деятельность учреждений го­сударственной власти: Закон об организации сената от 01.01.01 г., Закон об организации государственной власти от 25 фев­раля 1875 г. и Закон об отношениях между государственными вла­стями от 01.01.01 г. Во всех трех законах насчитывалось всего 34 статьи, поэтому многие вопросы конституционного уст­ройства регулировались текущим законодательством. В это время происходила довольно напряженная борьба и соперничество меж­ду несколькими группировками — сторонниками восстановления монархии и республиканцами. Противостояние было примерно равным, и первый из названных законов принимался большин­ством всего в один голос (353 против 352).

Президент республики избирался на семь лет и обладал все­ми полномочиями, присущими конституционному монарху, — пра­вом законодательной инициативы, промульгации и контроля за законами. Он мог отсрочить заседание парламента и распустить нижнюю палату, его декреты подлежали контрасигнации одним из министров. Первым президентом Третьей республики стал маршал Патрис Мак-Магон.

Законодательство осуществлялось палатой депутатов, изби­равшейся на четыре года, и сенатом, составленным из 75 пожиз­ненных и 225 избиравшихся на девять лет особыми коллегиями вы­борщиков депутатов. В отношении министров действовал принцип: "министры солидарно ответственны за общую политику правитель­ства и индивидуально — за свои личные действия". Не избирали депутатов женщины, военнослужащие и лица мужского пола, не достигшие 21 года.

Период до начала Первой мировой войны обычно рассматри­вается французскими историками как расцвет либеральной демок­ратии и апогей парламентаризма. С 1893 г. в парламент входят со­циалисты. На следующий год в правительстве появляется новое министерство — по делам колоний. К началу Первой мировой вой­ны Франция делается второй державой-метрополией с населением колоний в количестве 55,5 млн человек.

Происходит усиление правительственной власти за счет пре­зидентской, но этот процесс сопровождается интенсивной мини­стерской чехардой: некоторые правительства существуют не доль­ше шести месяцев. За 39 лет правительства сменились 48 раз. К концу XIX в. сложилась доктрина и практика так называемой регламентарной власти. Согласно этой доктрине, правительство может издавать нормативные акты без специального делегирования ему законодательных полномочий от парламента. Формально эти акты должны по своему назначению лишь уточнять законы и носить подзаконный характер, но фактически это были "декреты-законы".

3. Первые кодификации уголовного и

гражданского права Франции

Каждое современное государство имеет свое собственное законодательное учреждение, которое готовит отдельные законы или кодексы (сборники, букв. — книги законов), действующие на его территории. Кодификация обычно заключается в упорядочении и объединении разрозненных законов местности или всей страны в виде отдельной книги. Так, уголовный кодекс представляет со­бой книгу законов о преступлениях и наказаниях. Гражданский кодекс состоит из законов о личных и имущественных правах в семье и за ее пределами, связанных с обязательствами из договора или одностороннего волеизъявления либо в силу требований суще­ствующих законов о порядке разрешения лично-имущественных споров (например, при разделе наследства).

Бывает так, что внутри одного государства сосуществует несколько обособленных собраний законов и законодательных ус­тановлений (кодексов, статутов, ордонансов, сборников системати­зированных норм по отдельным правовым институтам — устойчи­вым видам правового общения или норм обычного права). Напри­мер, в таком сложно устроенном государстве, каковым являются Соединенные Штаты Америки, помимо федеральных законов су­ществуют законы штатов. В Англии наряду с законодательством Великой Британии действует местное законодательство Шотлан­дии и Северной Ирландии. В старой Франции было огромное ко­личество кутюмов (правовых обычаев), собранных примерно в 360 отдельных книг.

В течение долгого времени законодательство как источник права имело не главенствующее, как сегодня, а второстепенное значение. Право существовало независимо от приказов и пожела­ний верховных правителей. Суверен (король) не был уполномочен ни создавать, ни изменять право. Он выполнял чисто администра­тивные функции и мог вмешиваться в правоотношения главным образом только в целях облегчения отправления правосудия: помо­гать формулировать правомочия, которые сам не создавал, гаран­тировать исполнение решения судов и др. Во Франции даже аб­солютные монархи не считали себя полностью свободными в сфе­ре законодательства. Ордонансы Кольбера, созданные в период правления Людовика XIV, касались преимущественно админист­ративных сторон деятельности юстиции (ордонанс о гражданском судопроизводстве, ордонанс о следствии по уголовным делам, "черный кодекс" об условиях труда и быта негров в колониях) либо кодификации обычного права (ордонанс о торговле, ордонанс о мореплавании). Ордонансы канцлера д'Агессо (XVIII в.) затронули область частного права, но их можно рассматривать главным об­разом как систематическое изложение норм, уже вошедших в судебную практику и правовые обычаи. Король даже в этот период не считал, что он по своей воле может вносить изменения в право. В этот же исторический период французское правоведение испытывает сильное влияние теории естественного права, кото­рая усилиями голландского философа права Гуго Греция (начало XVII в.), публицистов периода английской революции и француз­ских просветителей-энциклопедистов стала выводить право из природы и из некоторых разумных начал. Она же стала проводить идею права как незыблемого и общего для всех времен и народов требования (права человека), она же ввела в понимание частного и публичного права понятие субъективных прав (немецкий фило­соф права С. Пуфендорф, XVII в.). Кроме того, она заставила при­знать, что право должно распространяться и на область взаимо­отношений властвующих и подвластных, взаимоотношений между властными учреждениями и частными лицами. Однако лишь пос­ле американской и особенно после французской революции пуб­личное право выросло в самостоятельную отрасль, дополняющую традиционное частное право и уточняющую содержание уголов­ного права, административного и конституционного права, и само оно продолжало все более дробиться под влиянием их усложне­ния и специализации (Р. Давид).

Работа над первым Уголовным кодексом началась в 1789-м и закончилась его принятием в 1791 г. Составление Кодекса сопровождалось обсуждением в собрании законодателей, где с докладом об основных принципах и положениях Кодекса выступил якобинец Лепелетье. Новшества эти были изложены в виде пяти пунктов с тремя дополнениями. Не все из перечисленных докладчиком пун­ктов являлись новыми в деле уголовного законодательства и поли­тики, но были и действительно новые. Таков пункт первый: каж­дый уголовный кодекс должен быть гуманным. Далее следовало: наказание должно быть соразмерным с преступлением (п. 2); дол­жно соблюдаться соответствие между природой преступления и природой наказания (п. 3); необходимо проводить принцип равен­ства перед законом, который карает или покровительствует (п. 4); за каждое преступление должно быть установлено точное и оп­ределенное наказание (п. 5).

В дополнительных требованиях значилось следующее: наказа­ния должны быть длительными (имелась в виду их действенность, в частности действенность "законов-мстителей"); наказания должны быть публичными ("воспитательно действовать на душу народа"); наказания должны отбываться в месте преступления (иначе о нем будут только знать, но не будут видеть его воздействие).

Наиболее общими чертами первого Кодекса стали принципы законности, формального равенства перед законом, соответствие наказания тяжести преступления, а также общая нацеленность на точность и исправляющее воздействие наказания. Он в значитель­ной своей части исходил из принципов и положений Декларации прав 1789 г.: "закон вправе запрещать только поступки, вредные для общества, все, что не запрещено законом, дозволено" (ст. 5); "закон есть выражение общей воли. Он должен быть одинаков для всех и тогда, когда оказывает покровительство, и тогда, когда ка­рает" (ст. 6); "закон должен устанавливать только строго и очевид­но необходимое наказание: никто не может быть наказан иначе, как в силу закона, установленного и обнародованного до соверше­ния преступления и законно примененного" (ст. 8).

Исходная позиция в выборе наказания формулировалась в докладе Лепелетье следующим образом: "… при установлении наказания надо исходить из наиболее выраженных черт безнравственности или опасностей для социального порядка". Цель наказания — исправление (надежда на раскаяние преступника и возрождение его к честной жизни).

В 1795 г. был разработан еще один карательный кодекс. Это вызвано было отчасти потребностью внести коррективы в кара­тельно-исправительную политику после якобинской диктатуры и связанного с ней террора. В ходе обсуждения кодекса разверну­лась полемика по вопросам сохранения суда присяжных и приме­нения смертной казни. Кодекс получил довольно редкое и точное название — Кодекс (т. е. книга) законов о преступлениях и нака­заниях.

Работа над следующим наказательно-исправительным кодек­сом началась в 1801 г. и была закончена в 1804 г. Руководитель комиссии Таржье оставил интересные комментарии к этому про­екту, который состоял в тот момент из 1207 статей. Вот некоторые из его комментариев и обобщений:

1. Конечная цель закона не в том, чтобы виновный страдал, а чтобы были предупреждены преступления.

2. Гуманность страдает оттого, что наказание является необ­ходимостью, она взывает во всяком случае к умеренности и мяг­кости.

3. Разум законодателя использует плоды философии, но счи­тается с фактами, окружающими его, изменить которые вне его власти.

4. Когда издаются законы для общества, то надо иметь в виду общество, каким оно является в действительности, а не каким может быть.

Весьма редкое и характерное толкование давал Таржье со­отношению правовых обычаев и карательного законодательства для обществ с различным уровнем развития: "Народ, который еще молод, малочислен, близок к природе, у которого нравственный инстинкт сохранился во всей своей силе, а естественная магистра­тура старцев свято почитается, народ, у которого нравы просты, господствует общественное мнение, честь почитается большой на­градой, а бесчестье невыносимым наказанием, — такой народ дол­жен управляться принципами, а не указами, следовать скорее нравам, чем законам... Там мягкое наказание не представляет никакой опасности..."

Работа над Кодексом продолжалась в течение 10 лет. Он был утвержден без прений Госсоветом в январе 1810 г. и введен в силу в 1811 г. вместе с Уголовно-процессуальным кодексом.

Кодекс состоял из четырех книг, включающих две части, одна из которых излагала принципы различения деяний и лиц, подлежащих наказанию по закону, а вторая содержала нормы для оцен­ки наказуемых законом деяний. Первую часть составляют краткие предварительные положения из первых двух книг (они напоминают общую часть современных кодексов). Третья и четвертая книги образуют так называемую особенную часть Кодекса. Дефиниция преступления очень проста — преступлениями являются деяния, которые запрещены законом (ст. 1).

Наиболее оригинальной структурной частью Кодекса следует считать способ различения всевозможных видов действий, подле­жащих наказанию по закону. Самих преступных действий суще­ствует несметное количество, однако законодатель и карательные учреждения имеют весьма немногочисленный арсенал видов нака­зания. Вид преступления (наказуемого деяния) определяется очень просто — в зависимости от меры наказания, предусмотренной законом. Всего насчитывается три вида наказаний: полицейское (штраф, непродолжительное тюремное заключение и др.), испра­вительное (если есть надежда, что наказание исправит преступ­ника) и мучительные и позорящие наказания, когда преступник настолько закоренелый и опасный, что его необходимо наказывать самым суровым образом и надежно изолировать от общества.

В итоге получается следующая классификация: полицейски­ми наказаниями караются нарушения (infractiones), исправитель­ными — проступки (деликты), а мучительными и позорящими — преступления (crimes).

Полицейские наказания — это тюремное заключение от од­ного до пяти дней, денежный штраф, конфискация определенных предметов.

Исправительные наказания — тюремное заключение на срок (исправительный дом), временное лишение некоторых прав (по­печительских, гражданских и семейных), штраф.

Мучительные и позорящие наказания включают в себя мно­жество видов и подвидов. Сюда включались: 1. Смертная казнь; 2. Бессрочные каторжные работы; 3. Депортация; 4. Каторжные ра­боты на срок; 5. Смирительный дом (тюрьма строгого режима), иногда с клеймением и конфискацией имущества.

Только позорящие наказания включали в себя следующие: 1. Выставление у позорного столба в ошейнике (до 1832 г.); 2. Из­гнание; 3. Гражданскую смерть (гражданскую деградацию) — ли­шение избирательных прав и запрещение занимать должности присяжного, эксперта, а также выступать свидетелем, быть опе­куном, попечителем; лишение права носить оружие и служить в войсках империи; снятие со всех публичных должностей.

Кодекс включает в себя ряд составов преступлений и нака­заний, которые были упразднены в республиканский период. Вос­становлена пожизненная каторга, смертная казнь с предварительным отсечением руки, депортация в колонии и гражданская смерть. Наряду с этими изменениями в Кодексе увеличилось чис­ло наказаний, карающихся смертной казнью, и число составов в защиту частной собственности. Введен новый и подробный раз­дел о государственных преступлениях, составы которых носят неопределенный характер (призывы в публичных речах — ст. 102; посягательство на изменение формы правления — ст. 87).

Впоследствии наиболее существенным изменениям или полно­му упразднению подверглись составы, унаследованные от средне­вековых обычаев и традиций: отмена клеймения и отсечения руки отцеубийце (1832 г.), гражданская смерть (1854 г.). С 1885 г. вво­дится условное освобождение, которое вначале применялось лишь по отношению к лицам, отбывшим половину положенного срока тюремного заключения, но не касалось лиц, осужденных к депор­тации, каторге, пожизненному заключению.

Французский Кодекс оказал заметное влияние на каратель­ное законодательство многих стран мира — Испании, Бразилии, Швейцарии, Бельгии, отдельных германских государств.

Еще конституция 1791 г. — вторая письменная конституция в истории нового времени — за­фиксировала принцип выборности судей на основе имущественного ценза и ввела суд присяжных. Либеральные правоведы рассматри­вали судей как составную часть аппарата правительственной вла­сти, а присяжных как выразителей общественного мнения и на­строений. Еще в период составления наказов депутатам Генераль­ных штатов в некоторых из них было записано, что судебные должности следует сделать платными и предоставлять бывшим адвокатам в результате конкурса, но сам суд должен производить­ся бесплатно. В наказе третьего сословия Парижского округа го­ворилось о необходимости введения "более мягкого и более гуман­ного уголовного кодекса, соразмеряющего наказание с правонару­шением и сохраняющего смертную казнь лишь для самых тяжких преступлений". Говорилось также о необходимости разделения функций судей, устанавливающих факт преступления, и судей, применяющих закон. Обвиняемому должна предоставляться воз­можность выбрать себе защитника, а тем, кто не в состоянии обеспечить себе защитника, нужно назначать защитника бесплат­но ( Социалистическая история французской революции. М., 1976. Т. 1).