Интернационалисты (стр. 10 )

Туркестанские большевики помогали формированию коммунистических ячеек военнопленных, систематически вовлекали их представителей в работу центральных и местных партийных и советских органов. В первой половине ноября 1918 г., например, Временный ЦК Компартии Туркестана предложил организации иностранных коммунистов и национальным коммунистическим организациям Ташкента направить в свой состав по одному представителю. 17 ноября 1918 г. делегаты от местной 36 «Известия» (Ташкент), 12, 13, 20.Х1 1918 г.; «Голос Самарканда», 13.XI 1918 г. и др.

Организации иностранных коммунистов принимали участие в Ташкентской городской конференции большевиков 38.

В ноябре 1918 г. Ташкентский комитет иностранных коммунистов (именовавшийся иногда Временным крайкомом) начал готовить краевую конференцию39. Конференция, состоявшаяся 2—8 декабря 1918 г. в Ташкенте, обсудила текущее положение, доклады с мест, вопросы партийной тактики и дисциплины, организации и агитации, издательские и другие дела. В своей резолюции конференция приветствовала Октябрьскую революцию и рост революционного движения во всем мире. Она призвала трудящихся всех национальностей к решительной борьбе «для уничтожения существующих ныне классовой и социальной системы и устройства нового социального порядка». В резолюции отмечалось, что за эти цели иностранные коммунисты уже целый год борются в Туркестане, помогая своим русским товарищам. Резолюция подчеркивала, что после начала революции на Западе иностранные коммунисты должны готовиться к возвращению в свои страны, чтобы помочь создать «на баррикадах Запада диктатуру пролетариата, диктатуру над капиталом»40. На основе устава и программы РКП (б) конференция объединила ячейки и группы иностранных коммунистов в организацию, которая стала называться Коммунистической партией иностранных рабочих и крестьян в Туркестанской республике, избрала краевой комитет (Ф. Фаглер — председатель, С. Тей-хнер — заместитель председателя, М. Шпитцер, Э. Беднар, Ф. Лоранд, И. Зенфтлебер, И. Браун — члены). В составе комитета были образованы военно-политический и хозяйственный отделы. Конференция приняла решение об издании газеты «Сво • бода народов» 4|. С этого времени параллельно со съездами и конференциями Коммунистической партии Туркестана, которые принимали решения, обязательные для всех партийных организаций, происходили краевые конференции партийных групп и ячеек иностранных коммунистов. Объединившиеся в декабре 1918 г. коммунистические группы бывших военнопленных составили одну из крупных интернациональных организаций Коммунистической партии Туркестана (КПТ). В Туркестане первоначально создавались интернацио

41 «Туркестанский коммунист», 8.VII 1919 г. Газета «Свобода народов» явилась продолжением одноименного печатного органа, созданного еще в августе 1918 г. Ташкентским комитетом иностранных коммунистов. В газете публиковались материалы на венгерском, немецком, позднее и на сербско-хорватском, словенском и румынском языках. 172 нальные, а не национальные организации иностранных коммунистов. Организация иностранных коммунистов в Туркестане занимала сначала формально автономное положение 42.

Эта формальная автономия отражала специфику партийного строительства в Средней Азии, она была вызвана стремлением руководства Коммунистической партии Туркестана возможно быстрее наладить партийно-просветительную работу среди бывших военнопленных разных национальностей, не знавших или плохо знавших русский язык. Практически организации иностранных коммунистов выполняли все решения центральных и местных органов Коммунистической партии Туркестана, а их крайком являлся по существу отделом при крайкоме Компартии Туркестана. Представители организации иностранных коммунистов участвовали во всех съездах и конференциях Компартии Туркестана, в частности в работе II съезда {17—29 декабря 1918 г.). уделившего немалое внимание формированию национальных и интернациональных партийных организаций43. На III съезде КПТ (1 —15 июня 1919 г.), среди делегатов которого были также коммунисты-иностранцы, югославянин А. Бер-надюк сделал доклад о деятельности организаций иностранных коммунистов. Члены краевого комитета иностранных коммунистов участвовали с правом решающего голоса в работе iV чрезвычайного съезда КПТ, состоявшегося 12 сентября — 8 октября 1919 г.44 Представители краевого комитета присутствовали и на I конференции мусульманских коммунистов (24— 30 мая 1919 г.). В сентябре 1919 г. на II чрезвычайной конференции мусульманских коммунистических организаций Туркестана с приветственной речью выступил председатель крайкома иностранных коммунистов Богумил Свобода, член Чешской социально-демократической партии с 1898 г. «Вот уже два года,— сказал он,— как мы вместе с вами... защищаем на фронтах Советскую власть, предоставившую нам и вам все права гражданства. Знайте, что эта помощь оказывается не из-за личных выгод и корыстных целей, а мы действовали руководимые высоким идеалом освобождения человечества от ига капитализма... Да здравствует социальная революция!» 45

В ночь с 18 на 19 января 1919 г. в Ташкенте вспыхнул белогвардейский мятеж, возглавленный бывшим офицером К. Осиповым, обманом пробравшимся в партию большевиков и занимавшим пост военного комиссара Туркестанской респуб лики. Еще до мятежа Осипов пытался возбудить среди бывших военнопленных недовольство Советской властью и привлечь их на свою сторону. Однако лишь небольшая часть военнопленных поддержала мятежников. Иностранные интернационалисты, рабочие и служащие — иностранцы при помощи русских большевиков быстро разобрались в произошедших событиях и вступили в отряды, сформированные для подавления мятежа46. Бывшие военнопленные и выходцы из стран Востока, проживавшие в других городах, и красноармейцы-интернационалисты под руководством большевиков также выступили на защиту Советской власти 47. В конце января 1919 г. части Красной Армии освободили от белоказаков Оренбург. На некоторое время, до апреля 1919 г., была восстановлена связь Средней Азии с Европейской Россией. Однако в Закаспии, Семиречье и Фергане продолжалась ожесточенная борьба с силами контрреволюции, а оренбургские белоказаки, систематически нападавшие на железнодорожные станции, могли в любой момент снова прервать сообщение с центром. В этих условиях с 17 марта по 7 апреля 1919 г. проходила II краевая конференция коммунистов-иностранцев. В ее работе участвовали руководители партийных и советских органов Средней Азии, а также член Временной Турккомис-сии , командированный из Москвы. Из докладов и выступлений выяснилось, что организация иностранных коммунистов насчитывала к этому времени около 2 тыс. членов, входивших в 22 местные ячейки и группы48; был налажен систематический выпуск газеты «Свобода народов», брошюр и другой агитационной литературы. Конференция приняла особый устав, в шестом пункте которого, в частности, отмечалось, что «каждый член партии, обладающий (т. е. владеющий.— Ред.) r большей или меньшей степени русским языком, обязан участвовать на собраниях Российской коммунистической партии (большевиков)»49. В новый состав краевого комитета было избрано 11 человек, председателем его стал Б. Свобода, заместителем — И. Штернберг, секретарем — Ф. Фараго.

Одним из важнейших вопросов конференции был вопрос об эвакуации бывших военнопленных. В решении конференции допускался отъезд из Туркестана всех бывших военнопленных, 175

которые пожелают уехать. Но вопрос о вероятности того, что дорога на запад через Оренбург снова окажется отрезанной, даже не обсуждался. Делегаты II конференции и избранный ею краевой комитет не прислушались к совету Кобозева, который рекомендовал предусмотреть возможность такого поворота событий и подготовить к нему всех бывших военнопленных — партийных и беспартийных50.

С 20 сентября по 3 октября 1919 г. проходила III краевая конференция коммунистов-иностранцев. К этому времени их местные организации существовали в Ташкенте, Самарканде, Коканде, Скобелеве, Намангане, Андижане, Кизил-Кие, Сан-то, Драгомирове, Шурабе, Кольце, Копи, Новой Бухаре (Кагане), Чарджуе, Мерве, Керки, Термезе, Полторацке (Ашхабаде), Перовске (Кзыл-Орде), Казалинске, Черняеве (Чимкенте), Пи-шпеке, Аулие-Ате (Джамбуле). В них состояло 1545 членов партии51. «Мы от глубины души скорбим,— указывалось в резолюции конференции, — о гибели Советской власти в Баварии и Венгрии, но мы сознаем..., что Россия является очагом мировой революции и надо напрячь все силы, чтобы защитить рабоче-крестьянскую власть от мировых хищников. Поэтому мы обращаемся ко всем иностранным рабочим и крестьянам с призывом: „Все под ружье! Все под Красные знамена восставшего мирового пролетариата!"»52.

Резолюция о тактике подчеркивала: «Коммунистическая партия иностранных рабочих и крестьян стоит на платформе коммунистической программы и во всех вопросах политики и тактики идет рука об руку с братской Российской Коммунистической партией и всегда готова исполнить каждый приказ III Интернационала»53. Конференция приняла решение о том, что на заводах, фабриках, в учреждениях иностранные коммунисты должны входить в единую первичную организацию «с русскими и мусульманскими товарищами», но в ее составе создавать секции иностранных коммунистов. Эти секции одно­временно должны подчиняться и городским комитетам иностранных коммунистов. Для установления непосредственных связей с Федерацией иностранных групп при ЦК РКП (б), а также с высшими советскими учреждениями конференция избрала и направила в Москву особую делегацию в составе Кадлеца, Ф. Фараго, И. Секея, М. Гроссера. Конференция избрала новый краевой комитет из 13 членов. Председателем его стал Йожеф Габор, 176 ыместителями председателя — Йожеф Секей и Ференц Лоранд, секретарями — Изак Штернберг и Стефан Тульнер 54.

Направленная III конференцией делегация 22 октября 1919 г. отчиталась в Москве перед руководством Федерации о деятельности организации иностранных коммунистов в Туркестане. Руководство Федерации приняло решение «переорганизовать существующую организацию в Туркестане» на принципах, которых требовал «новый устав РКП в абзаце, касающемся национальных меньшинств»55. В решении конкретизировалось, что если в интернациональной организации иностранных коммунистов Туркестана «имеется надлежащее число партийных товарищей отдельных национальностей», то должны быть выделены «национальные секции». Секции были обязаны поддерживать «связь с соответствующими языковыми центральными группами в Москве» 56. Для оказания помощи в проведении этой работы в начале 1920 г. Федерация направила в Среднюю Азию группу своих представителей. В феврале 1920 г. руководящие органы Туркестанской организации иностранных коммунистов приняли решение о более тесном слиянии ячеек и групп иностранных коммунистов с Компартией Туркестана57.

В конце февоаля 1920 г. Ташкентская группа иностранных коммунистов была реорганизована в Ташкентское отделение Федерации. Затем реорганизация прошла и в других городах Туркестана. Весной и летом 1920 г. коммунисты-иностранцы прошли перерегистрацию и стали членами объединенных организаций Коммунистической партии Туркестана. Для ведения партийно-политической и пропагандистской работы среди иностранных трудящихся и членов партии, не владевших русским языком, при местных комитетах КПТ были образованы венгерские, чехословацкие, немецкие, югославские58 и другие национальные (языковые) группы и секции 177

анийцнп и пропаганды. Руководство ими ЦК КПТ осуществлял через созданный при нем во второй половине 1920 г. Отдел национальных меньшинств, возглавлявший краевые бюро немецких, венгерских, чехословацких, югославских, польских и других национальных секций. Национальные краевые бюро непосредственно руководили партийно-политической и культурно-просветительной работой на соответствующих языках в пределах всего Туркестана.

На протяжении второй половины 1920 — начала 1921 г. краевые бюро национальных (языковых) секций при ЦК КПТ были расформированы в связи с тем, что большинство коммунистов-иностранцев выехало за пределы Средней Азии или эвакуировалось на родину, а оставшиеся к этому времени уже овладели русским языком.

После победы революции в Туркестане выходцы из сопредельных стран Востока независимо от подданства получили все права советских граждан. Они имели возможность активного участия в общественно-политической жизни республики, многие из них вступили в местные профессиональные и другие общественные организации, а наиболее политически зрелые начали вступать в коммунистическую партию. При Кокандской, Мерв-ской, Ташкентской и некоторых других коммунистических организациях уже в 1918 г. возникают группы и секции выходцев из сопредельных стран Востока59. Принятие в конце апреля 1918 г. на V краевом съезде Советов постановления об образовании Туркестанской Автономной Советской Социалистической Республики, создание в Москве в ноябре Центрального бюро мусульманских коммунистических организаций, образование на II краевой конференции КПТ (март 1919 г.) Краевого бюро мусульманских коммунистических организаций (Мусбюро) при крайкоме КПТ, приезд из Москвы в конце 1919 г. Комиссии ВЦИК, СНК РСФСР и ЦК РКП (б) по делам Туркестана (Турккомиссии) и их деятельность повели к усилению политической и партийной работы среди коренного трудящегося населения и среди выходцев из стран Востока60. Это облегчалось тем, что языки коренного населения были близки и понятны большинству из них.

Состоявшаяся в июне 1919 г. I краевая конференция мусульманских коммунистов приняла специальную декларацию — «Угнетенным братьям, трудящимся Индии, Афганистана, Пер сии, Китая, Бухары, Малой и Восточной Азии»61. В избран ном на ней новом составе Мусбюро при крайкоме КПТ было оставлено по два места для представителей иранских и азербайджанских коммунистов62. В сентябре 1919 г. в приветственной телеграмме, направленной II краевой конференцией мусульманских коммунистов Исполкому Коминтерна, констатировалось, что «Советский Туркестан является революционной школой для всего Востока», что в Туркестан идут «революционеры соседних государств, которые становятся здесь убежденными приверженцами Коммунистической партии»63. Постепенно усиливался приток азиатских выходцев в коммунистические организации, возникающие в Средней Азии. В конце 1918 г., например, в мусульманской секции при Верненском городском партийном комитете состояло 45 уйгуров; руководителем секции был уйгур Абдулла Розыбакиев. В партийных ячейках некоторых красногвардейских отрядов Семиречья состояли дунгане и уйгуры64. Весной 1919 г. в Термез-Гиссарской организации мусульманских коммунистов имелась небольшая группа уйгуров — выходцев из Синьцзяна. В конце 1919 г. в Ташкентской партийной организации состояли китайские подданные65. В 1918—1919 гг. активное участие в политической жизни Средней Азии принимало сравнительно небольшое число выходцев из Западного Китая, преимущественно русских подданных. Благодаря интенсивной деятельности партийных и советских органов, Турккомиссии, приезду из Москвы представителей ЦИК Союза китайских рабочих66 в общественную жизнь включилось немало трудящихся — китайских подданных. С конца 1919— начала 1920 г. в Средней Азии начали создаваться Союзы китайских подданных, в которых сначала объединялись представители почти всех социальных групп. Однако по инициативе трудящихся во главе с коммунистами Союзы постепенно освобождались от классово чуждых элементов. К концу 1920 г. в Союзах остаются рабочие, ремесленники, крестьяне-эмигранты и отходники из Западного Китая. Изменения в социальном составе и в деятельности объединений синьцзянских выходцев, сближающейся с деятельностью советских профсоюзов, от рачилнеь и в названиях. Вместо Союзов китайских подданных они стали называться Союзами кашгарских рабочих, Джунгаро-кашгарскими союзами67 и т. п. Вся общественная жизнь в Туркестане способствовала дальнейшему подъему политической активности выходцев из Синьцзяна68. С начала 1921 г. при Кашгаро-джунгарских союзах в Ташкенте, Бухаре, в городах Семиреченской и Ферганской областей сложились коммунистические группы и секции69. В начале июля 1921 г. в Ташкенте состоялся I Всетур-кестанский съезд Союзов кашгаро-джунгарских рабочих, среди 117 делегатов которого было 50 коммунистов. Съезд объявил о полной поддержке Советской власти и III Интернационала, объединил ранее существовавшие местные Союзы в Революционный союз уйгуров алтышаар-джунгарских рабочих, избрал руководящий орган (ЦК) из коммунистов и беспартийных и делегатов на очередной конгресс Коминтерна. Для политического руководства Революционным союзом уйгуров, его отделениями на местах и партийными ячейками коммунистическая фракция съезда избрала организационное бюро коммунистических ячеек. Это бюро было подотчетно ЦК Коммунистической партии Туркестана.

В отделениях Революционного союза уйгуров к сентябрю 1921 г. состояло не менее 1200 членов. По национальной принадлежности большинство были уйгурами70 и дунганами; в Союзе состояло примерно 100 человек китайцев. Многие из членов его являлись коммунистами71. Так как языки коренного населения Средней Азии были понятны выходцам из Синьцзяна — уйгурам и дунганам, то при ЦК КПТ не было образовано краевого синьцзянского (уйгурского) бюро агитации и пропаганды, аналогичного венгерскому, чехословацкому, югославскому, иранскому и другим краевым бюро национальных (языковых) групп. Как и выходцы из Синьцзяна, некоторые выходцы из других стран Востока становились коммунистами в рядах мусульманских или территориальных организаций КПТ. В конце 1919— начале 1920 г. в Ново-Бухарской мусульманской коммунистиче ской организации, например, кроме советских граждан, состояло свыше 140 персидских и около 30 афганских подданных.

В конце 1919 — начале 1920 г. многие члены существовавших в Туркестане ячеек организации иранских трудящихся «Ада-лят» («Справедливость») выступили за преобразование их в коммунистические группы. Большую работу в этом направлении провел в Ташкенте иранский коммунист Хайдар-хан Аму-оглы. В апреле 1920 г. в Ташкенте состоялась I краевая конференция иранских коммунистических групп. На основе устава и программы РКП (б) они объединились в персидскую (иранскую) коммунистическую партию «Адалят» в Туркестане. В ней насчитывалось свыше 50 местных групп и организаций и более 6 тыс. членов72. Конференция приняла тезисы по текущему моменту, в которых, в частности, подчеркивалось, что социалистическая революция в России создала предпосылки для успешной национально-освободительной работы в странах Азии, что «при помощи российского и мирового пролетариата рабочие и крестьяне Персии под красным знаменем коммунистической партии «Адалят» добьются освобождения своей страны»73. Конференция избрала краевой комитет, в который вошли Фатхулаев, Алиханов, Султан-заде и другие, послала приветствие IX съезду РКП (б). Как автономная организация интернационального типа, персидская коммунистическая партия «Адалят» в Туркестане просуществовала до середины 1920 г. Потом ее члены после перерегистрации влились в объединенные организации КПТ. В октябре 1920 г. при ЦК КПТ было образовано краевое персидское бюро агитации и пропаганды74, аналогичное краевым бюро венгерских, немецких, чехословацких и других национальных (языковых) групп.

В конце 1919 — начале 1920 г. приехавшие из Москвы турки-коммунисты и примкнувшие к ним революционно настроенные турки — бывшие военнопленные75 образовали в Ташкенте немногочисленную турецкую коммунистическую группу (Обид-Алим, Якуб Халилов, Амир-оглы и др.). На протяжении первой половины 1920 г. коммунисты-турки под руководством Муста-фы Субхи занимались, по его словам, изучением опыта «социаль -

72 «Коммунистический интернационал», 1920, № 14, стр. 28—98.

73 «Известия» (Ташкент), 8, 17.IV 1920 г.; «Коммунистический Интернационал», 1920, № 14, стр. 28—98;\f. А. Ибрапимов (Шапин). Иран Коммунист парти]'асынын ]'аранмасы. Бакы, 1963, стр. 158—161 (на азерб. яз. Очерк истории парторганизации Туркменской области Туркестанской АССР (1920—1924 гг.). Ашхабад, 1959, стр. Царское правительство сознательно не расквартировывало турецких пленных в Средней Азии. Но после Октябрьской революции несколько сот освобожденных турецких военнопленных из Сибири и с Урала перебралось в Туркестан, где наиболее политически зрелые из них втянулись в общественно-политическую жизнь (ЦГА УзССР, ф. Р-621, on. 1, д. 35, л. 23 и др.). Часть бывших пленных турок была обманом вовлечена в борьбу с Советской властью, особенно на территории Бухары.

181 пой революции и строительства новой жизни в Туркестане, социально-экономические условия которого до некоторой степени тождественны условиям Турции»76, а также принимали деятельное участие в местной общественной и партийной жизни.

Под влиянием Октябрьской революции часть радикально настроенных индийских революционных демократов, обосновавшихся в Афганистане, постепенно переселилась в Советский Туркестан 77. Партийные и советские органы Туркестанской республики и Турккомиссия гостеприимно принимали индийских эмигрантов, щедро передавали им свой опыт классовой борьбы78. В конце 1919—1920 г. индийские эмигранты и отдельные индийские выходцы создали в Средней Азии свои революционные группы и объединения; в декабре 1919 г. в Ташкенте возникла индийская революционная ассоциация; в 1920 г. в Бухаре — несколько революционных групп79. Представители ассоциации Абани Мукерджи и Трималь Ачария участвовали с правом совещательного голоса на II конгрессе Коминтерна. В сентябре 1920 г. более десяти представителей индийских революционных групп были активными участниками созванного в Баку по инициативе Коминтерна I съезда народов Востока80. В октябре 1920 г. несколько индийских эмигрантов образовали в Ташкенте немногочисленную (сначала в ней было 7, а к концу 1920 г. 17 членов) индийскую коммунистическую группу, которую они называли Индийской коммунистической партией. Руководство индийской коммунистической группой осуществлял образованный в декабре исполнительный комитет (Т. Ачария — председатель, М. Шафик — секретарь и М. Рой — член комитета) 81. Индийская коммунистическая группа работала под руководством Туркестанского бюро Коминтерна. В первой половине 1921 г. члены этой группы были направ­лены в Москву на учебу в Коммунистический университет народов Востока Группа индийских революционеров. Каган, 1919 г. Для улучшения работы антиимпериалистических, революционных и коммунистических организаций, образованных находившимися в Туркестане выходцами из стран Азии, Турккомиссия при своем Отделе внешних сношений образовала Отдел агитации и пропаганды, который в начале 1920 г. был реорганизован в самостоятельный Совет интернациональной пропаганды на Востоке83. В качестве национальных секций в этот Совет входили иранская коммунистическая организация «Адалят», индийские, синьцзянские революционные ассоциации и группы, турецкая коммунистическая группа, а также коммунистические партии Бухарского эмирата и Хивинского ханства84. Председателем Совета интернациональной пропаганды до середины 1920 г. был турецкий коммунист М. Субхи. В конце ноября 1920 г. на конференции индийских, синьцзянских, бухарских и хивинских революционных и коммунистических организаций Совет интернациональной пропаганды на Востоке был распущен, а его функции перешли к Туркестанскому бюро Коминтерна Политико-просветительная и трудовая деятельность зарубежных интернационалистов

При содействии крайкома и местных организаций Коммунистической партии Туркестана зарубежные интернационалисты проводили значительную культурно-просветительную и политическую работу среди бывших военнопленных, отходников, зарубежных выходцев и эмигрантов. К примеру, в состав коллектива агитпоезда, направленного в феврале 1919 г. ташкентским культурно-просветительным отделом на Закаспийский фронт, был включен иностранный коммунист И. Вайскопф. С 17 февраля по 11 апреля 1919 г. им было прочитано в Самарканде, Чар-джуе, Новой Бухаре, Катта-Кургане и на других железнодорожных станциях только для красноармейцев-интернационалистов свыше 20 лекций и докладов86.

С весны — начала лета 1919 г. политическую и агитационную работу среди красноармейцев — бывших пленных проводили секция интернационалистов, а среди красноармейцев — выходцев из стран Востока — мусульманская секция, созданная в апреле 1919 г. при политотделе РВС Туркестанской республики, и их отделения на фронтах и в городах. В мусульманской секции Закаспийского фронта, например, функционировала особая персидская коллегия, проводившая политическую работу среди иранских и афганских выходцев87. С конца 1919 г. на дальнейший подъем партийно-политической работы иностранных коммунистов (как и всех коммунистов Туркестана) решающее влияние стала оказывать Турккомиссия В ЦИК, СНК и ЦК РКП (б) и созданный вместо Политотдела РВС Туркестанской республики Политотдел РВС Туркестанского фронта. В ноябре — декабре 1919 г. под руководством Политотдела РВС большую агитационную деятельность на станциях Ташкентской железной дороги раз­вил особый культурно-просветительный поезд, среди сотрудников которого был и агитатор секции интернационалистов Канюк Антал88.

На русском отделении партийной школы, открытой в Ташкенте в начале 1919 г., обучалось небольшое число зарубежных славян; на мусульманском — иранцы, уйгуры и другие выходцы из стран Востока. В конце июня 1919 г. для коммунистов— бывших пленных — при партийной школе были организованы одномесячные политические курсы; в конце июля состоялся первый выпуск 27 курсантов. В феврале 1920 г. при содействии Турккомиссии эти курсы были реорганизованы в партий - 184

,tvio школу с 2—3-месячным сроком обучения. В середине 1920 г. были организованы партийно-политические курсы для иранцев. В октябре их окончило 25 человек. Военную и политическую подготовку иностранные коммунисты получали также на пехотных командных курсах им. , где в конце 1919— начале 1920 г. были созданы специальные отделения: мусульманское, где наряду с курсантами коренных национальностей обучались и выходцы из стран Востока, и интернационалистское — для бывших пленных.

В конце 1920 г. было создано также специальное отделение для индийцев89. Выпускники партийных школ, политических и командных курсов сырали видную роль в налаживании идейно-политической и культурно-просветительной работы среди зарубежных интернационалистов.

С декабря 1919 по июль 1920 г. группа турецких коммунистов издавала в Ташкенте газету «Ени дунья» («Новый мир»), ее редактором был М. Субхи. В 1920 г. Иранская коммунистическая партия «Адалят» выпускала в Ташкенте газету «Байрак адалят» («Знамя справедливости»), а в Самарканде — журнал «Шо'лейе ингилаб» («Заря революции»). Индийские революционеры публиковали воззвания и прокламации, начали выпускать журнал «Земиндар» («Земледелец») на урду и персидском языках. В 1921 г. ЦК Революционного союза уйгур издавал на уйгурском языке газету «Камбагалляр авази» («Голос бедняков»)90.

В мае 1920 г. представители иностранных коммунистов участвовали в работе съезда политработников I армии; в июне они же были делегатами I съезда политических работников Туркестанского фронта в Ташкенте.

Газета иностранных коммунистов «Свобода народов», выходившая сначала один раз в неделю, с июня 1919 г. начала печататься дважды в неделю; при этом один номер выходил на немецком, а следующий — на венгерском языке. В первой половине 1920 г. газета «Свобода народов», являвшаяся в то время органом Федерации иностранных групп при крайкоме КПТ, была переименована в «Красное знамя». Примерно в это же время название «Красное знамя» («Црвени баряк») было присвоено и газете на сербско-хорватском языке «Всемирная революция», издававшейся с конца августа 1919 г. (периодичность— 3—4 номера в месяц)9-1. Выходила в Ташкенте и 89 Там же, д. 431, лл. 17, 19, 25, 27—29; д. 442, лл. 50—52; on. 1, д. 84, л. 1; /'. Л. Дмитриев. Указ. соч., стр. 60, 61, 64; М. Ahmed. Указ. соч., стр. 27.

90 «Известия» (Ташкент), 21г.; «Известия» (Коканд), 28г., «Коммунизм туги» (Алма-Ата), 2г. (на уйгур, яз.); /гимов (Шапин). Иран Коммунист парти|'асынин jatoHMacbi, стр. 161 и др.

91 «Известия» (Ташкент), 18.111; 1.1V 1920 г.

185

resctÄ н. ч чешском языке02. Организации зарубежных интернационалистов печатали разнообразные материалы в «Советском Туркестане», «Нашей газете», «Известиях» и иных газетах, выходивших в Ташкенте и других городах Туркестана. Кроме того, в Ташкенте, Самарканде, Полторацке иностранные коммунисты наладили выпуск на немецком и венгерском языках рукописных газет, листовок и сводок РОСТа, а учащиеся-уйгуры с конца 1921 г. выпускали рукописные журналы «Яш уйгур» («Молодой уйгур») в Ташкенте и «Октябрь гулляри» («Цветы Октября») в Верном. С конца 1919 — начала 1920 г. для интернационалистов начала прибывать агитационная литература из Москвы.

Местные секции совместно с краевым и Ташкентским городским комитетами иностранных коммунистов систематически переводили партийную и агитационную литературу на венгерский и немецкий языки. С мая по декабрь 1919 г. было переведено семь брошюр и статей, в начале 1920 г. — пять брошюр и т. д. Не все переведенные брошюры были опубликованы, но и переписанные на машинке или от руки они широко использовались лекторами, агитаторами и политработниками93. Систематически переводились также на многие языки руководящие партийные и советские материалы для газет, листовки, инструкции для школ грамоты, различные тезисы и материалы для докладчиков, лекторов и агитаторов94.

Политическое управление РВС Туркестанского фронта оказывало коммунистам-иностранцам большую помощь в издательской деятельности. С конца 1919 по начало 1921 г. только на венгерском языке были опубликованы брошюры о годовщине Октябрьской революции в Ташкенте, о социализме, о Парижской коммуне, о партии большевиков, материалы I конгресса Коммунистического Интернационала, материалы состоявшейся в Ташкенте в июле 1920 г. I краевой конференции венгерских секций при ЦК КПТ, инструкция для проведения партийных собраний, различные листовки95.

Литературно-агитационный отдел Совета интернациональной пропаганды на Востоке занимался в контакте с входившими в него индийской, турецкой и другими секциями изданием и распространением призывов, воззваний и другой агитационной литературы. В частности, им было издано несколько тысяч экземпляров «Обращения к угнетенным и измученным народам

^ 92 . Братство, скрепленное кровью. М., 1958, стр. 63.

93 ЦГАСА, ф. 110, оп. 2, д. 430, лл. 7, 25, 30; д. 431, л. 29.

94 Там же, д. 430, лл. 7, 25, 30; д. 431, л. 29.

95 Государственный музей Революции СССР. Инв. № 000/31, л. 793 и др.

186

Востока» на персидском, турецком, арабском, английском, урду и других языках96.

При помощи партийных и советских органов Туркестана в июле 1919 г. в Ташкенте был открыт клуб иностранных коммунистов; в 1920 г. — ирано-азербайджанский клуб. Эти и другие клубы стали центрами политико-просветительной работы среди бывших военнопленных и выходцев из стран Востока. В Самарканде, Новой Бухаре, Коканде, Керках и в других городах зарубежные интернационалисты также имели свои клубы или специальные отделы и секции при местных партийных, рабочих и гарнизонных клубах и культурно-просветительных коллегиях97. При многих из них возникли самодеятельные театральные коллективы или хоры. В конце 1919 — начале 1920 г. в Ташкенте при секции интернационалистов политотдела Турк-фронта возникла театральная труппа из 32 венгерских и немецких артистов (руководил труппой Лео Штейнер). Труппа систематически устраивала театральные вечера, ставила спектакли на социальные темы (например, драму «Рабочий и фабри­кант» на немецком языке, автором и постановщиком которой был Карл Людвиг). При мусульманской секции политуправления Туркфронта имелась кавказо-азербайджанская труппа (руководитель— Абдулаев), в которой работало немало иранцев. Иранские, немецкие, венгерские, кавказо-азербайджанские и другие труппы и театральные коллективы разъезжали по всему Туркестану, устраивали для зарубежных выходцев концерты, театральные вечера, спектакли. Во время гастрольных поездок проводилась также большая политико-просветительная и агитационная работа98.

Лишь в Ташкенте с конца декабря 1919 до середины февраля 1920 г., по неполным данным, было проведено специально для интернационалистов 68 лекций и докладов, 13 собеседований, 35 собраний, 34 концертов-митингов, театральных постановок и вечеров. В Самарканде в январе 1920 г. еженедельно проводились концерты-митинги, доклады и лекции; в феврале было прочитано 5 лекций и докладов. В январе и феврале 1920 г. в Скобелеве было проведено 20 лекций, 3 собеседования, 10 концертов-митингов и театральных вечеров и т. д.

Коммунисты-иранцы Ташкента, Новой Бухары, Самарканда, Полторацка, Красноводска, коммунисты— уйгуры и дунгане открывали в 1920—1921 гг. .при помощи советских и партийных организаций многочисленные курсы по ликвидации неграмотно -

187

стм, школы, клубы, библиотеки, красные чайханы, музыкаль но-драматические кружки и другие культурно-просветительные центры; они систематически проводили митинги и собрания сре ди своих соотечественников, в ходе которых разъясняли реше ния и постановления советских и партийных органов". Одновременно коммунисты — зарубежные выходцы разоблачали антисоветские происки реакционно настроенных элементов.

Лекции, доклады, беседы давали ответы на актуальные вопросы международного и внутреннего положения Советской России и Туркестана, революционного движения в странах Западной Европы, партийного и советского строительства, укрепляли классовое сознание и воспитывали чувства пролетарской солидарности.

Организаторами работы по интернациональному воспитанию бывших военнопленных и выходцев из зарубежных стран Востока являлись большевики. Начиная с 1918 г. руководители партийных и советских организаций Туркестана — -цев, , представитель Временной Турк-комиссии , а с конца 1919 — начала 1920 г. члены Турккомиссии ВЦИК, СНК РСФСР и ЦК РКП (б) , , Ш. Элива, и другие неоднократно выступали перед зарубежными интернационалистами на митингах, собраниях, конференциях с речами и докладами о внутреннем и международном положении Советской России и Туркестана, о мировом революционном движении, руководили проведением различных агитационно-массовых и партийно-политических мероприятий 10°.

Крайком и местные комитеты Коммунистической партии Туркестана и (с конца 1919 г.) Турккомиссия вовлекали коммунистов-иностранцев в советское и партийное строительство, выдвигали их на ответственные посты в военных и гражданских учреждениях, щедро делились с ними своими знаниями и опытом. В марте 1918 г., например, председателем впервые созданного Верненского городского комитета РКП (б) был избран чех . На III съезде КПТ в июне 1919 г. югославя-нин А. Бернадюк был избран в состав краевого комитета КПТ; V краевая конференция КПТ (январь 1920 г.) избрала в объединенный крайком КПТ турка Мустафу Субхи, венгра Иожефа Табора и чеха Богумила Свободу. Вместе с Турсунходжаевым и Домбровским Йожеф Габор вошел в состав исполнительного

99 «Известия» (Ташкент), 18, 22.11; З. Ш 1920 г.'Уг. Б. Никольская. Из истории общественно-политической жизни уйгуров..., стр. 49.

100 «Известия» (Ташкент), 9, 13, 20.XI 1918 г.; «Наша газета»IV-22.VIII 1918 г.; 13.г.; «Известия» (Наманган), 9.V 1919 г.; «Казахстан в огне гражданской войны», стр. 156, 229 и др.

188

В. В. КУЙБЫШЕВ и М. В. ФРУНЗЕ. Туркестанский фронт. 1919 г.

бюро крайкома КПТ101. Коммунисты-иностранцы и в дальнейшем избирались в центральный и местные комитеты Компартии Туркестана.

Большую школу проходили бывшие военнопленные и в Советах. Во второй половине 1918 г. в числе депутатов Ташкентского Совета было несколько зарубежных интернационалистов (П. Гаваза, С. Репих, А. Артюк, Ф. Голуб и др.), избранных от различных учреждений, организаций и предприятий города. В 1919 г. в Ташкентский Совет избирались иностранные коммунисты И. Габор, Н. Ковянич (И. Габор был одно время управляющим делами президиума исполкома Ташкентского Совета). Во второй половине 1919 г. делегатами Ташкентского Совета были коммунисты-иностранцы Ф. Фаглер, Э. Беднар и И. Вайс-копф (в декабре И. Вайскопф работал управляющим делами Ташкентского исполкома). В 1920 г. в Ташкентский Совет избирались Э. Беднар, И. Габор, Ф. Фаглер, А. Кокотович и другие иностранные коммунисты т. С июля 1918 г. по поручению верненских областных советских и партийных организаций вместе с несколькими русскими товарищами