Вестник Конституционного Суда Республики Ингушетия (стр. 2 )

В силу статьи 5 (часть 2), статьи 11 (части 2 и 3), статьи 76 (часть 2) Конституции Российской Федерации Республика Ингушетия может самостоятельно осуществлять правовое регулирование по вопросам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов при отсутствии соответствующего федерального закона либо в случаях неурегулирования в федеральном законе тех или иных общественных отношений, соблюдая при этом конституционные требования о непротиворечии законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации федеральным законам и о соблюдении прав и свобод человека и гражданина.

2.1. Федеральным законодателем, действующим в рамках своих полномочий, вытекающих из статей 72 и 76 Конституции Российской Федерации, принят Федеральный закон от 01.01.01 года «О государственной социальной помощи». Статьей 6.1 данного федерального закона определен перечень категорий граждан, имеющих право на получение государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг, которые в соответствии с действующим законодательством включаются в Федеральный регистр лиц, имеющих право на получение государственной социальной помощи. В соответствии со статьей 6.5 названного федерального закона и Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.01 года № 000 «О порядке финансового обеспечения расходов по предоставлению гражданам государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг и установлении платы за предоставление государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг лицам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, а также вследствие ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне, и приравненным к ним категориям граждан», финансирование мероприятий по оказанию мер социальной поддержки этим категориям граждан осуществляется за счет средств федерального бюджета.

Реабилитированные лица и лица, признанные пострадавшими от политических репрессий, в указанный перечень не включены, так как Федеральным законом от 01.01.01 года «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» установлено, что этим категориям граждан меры социальной поддержки предоставляются в соответствии с законами субъектов Российской Федерации. Финансирование этих расходов согласно статье 16 Закона Российской Федерации от 01.01.01 года № 000-1 «О реабилитации жертв политических репрессий» относится к расходным обязательствам субъектов Российской Федерации.

В целях реализации положений данных федеральных законов принят Закон Республики Ингушетия от 5 мая 2008 года «О мерах социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий», которым предусмотрены меры социальной поддержки названной категории лиц, в том числе и первоочередное получение путевок для санаторно-курортного лечения и отдыха.

2.2. В соответствии со статьей 4.1 Федерального закона «О государственной социальной помощи» ряд федеральных полномочий в области оказания государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг переданы органам государственной власти субъектов Российской Федерации. Кроме того, между Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации и Правительством Республики Ингушетия на основании статьи 26.8 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» заключено Соглашение о передаче Правительству Республики Ингушетия осуществления части полномочий Российской Федерации по оказанию государственной социальной помощи в виде социальных услуг по предоставлению при наличии медицинских показаний путевок на санаторно-курортное лечение и бесплатного проезда на междугородном транспорте к месту лечения и обратно. Данное Соглашение утверждено Распоряжением Правительства Российской Федерации от 4 февраля 2011 года .

Постановление Правительства Республики Ингушетия, конституционность которого оспаривается Уполномоченным по правам человека в Республике Ингушетия, издано, как указано в его преамбуле, в соответствии с Федеральным законом от 01.01.01 года «О государственной социальной помощи» и вышеуказанным Соглашением, подпункт 1.1 пункта 1 статьи 2 которого предусматривает, что порядок предоставления отдельным категориям граждан санаторно-курортных путевок и бесплатного проезда на междугороднем транспорте к месту лечения и обратно устанавливается Правительством Республики Ингушетия с учетом соответствующего порядка, утвержденного Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации.

Исходя из указанного положения Соглашения, Порядок предоставления отдельным категориям граждан путевок на санаторно-курортное лечение и бесплатного проезда на междугородном транспорте к месту лечения и обратно, утвержденный Постановлением Правительства Республики Ингушетия от 10 мая 2011 года № 000, определяет условия и порядок оказания государственной социальной помощи гражданам, включенным в Федеральный регистр лиц, имеющих право на получение государственной социальной помощи, в виде предоставления путевок на санаторно-курортное лечение и бесплатного проезда к месту лечения и обратно. Следовательно, Постановление Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 № 000 регулирует правоотношения, связанные с предоставлением гражданам мер социальной поддержки в соответствии с Федеральным законом «О государственной социальной помощи» за счет субвенций из федерального бюджета.

Таким образом, данное Постановление принято Правительством Республики Ингушетия в пределах компетенции, определенной федеральным и республиканским законодательством, не ущемляет права реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, а потому не противоречит Конституции Республики Ингушетия.

3. Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» определяет круг лиц, подвергшихся политическим репрессиям и подлежащих реабилитации, а также пострадавших от политических репрессий, порядок разрешения вопроса о реабилитации, а также ее общие правовые последствия.

Статья 16 названного Закона в редакции, действовавшей до 1 января 2005 года, содержала перечень льгот для реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, в том числе при обращении за медицинской помощью и санаторно-курортным лечением, пользовании транспортом, оплате жилой площади и коммунальных услуг.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 мая 1994 года № 000 было утверждено Положение о порядке предоставления льгот реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, которым в том числе определялись порядок и условия реализации реабилитированными лицами и лицами, признанными пострадавшими от политических репрессий, права на первоочередное получение путевок для санаторно-курортного лечения. Указанный порядок применялся до передачи соответствующих полномочий органам государственной власти субъектов Российской Федерации.

3.1. Конституционный Суд Российской Федерации в ряде своих решений сформулировал правовую позицию о том, что предоставление реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, льгот было направлено на создание благоприятных условий для реализации прав и свобод названными категориями граждан и обеспечение их социальной защищенности. По своей правовой природе эти льготы носили компенсаторный характер и в совокупности с иными предусмотренными Законом Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» мерами были призваны способствовать возмещению причиненного в результате репрессий вреда. Следовательно, льготы, которые устанавливались федеральным законодателем для реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, в их материальном (финансовом) выражении входят в признанный государством объем возмещения вреда, который должен соблюдаться. Предназначение мер социальной поддержки, их правовая природа предопределяют характер обязанностей государства по отношению к реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, имеющим право на их получение (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 1997 года

№18-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 2005 года ).

Федеральным законом от 01.01.01 года перечень этих льгот из статьи 16 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» был исключен и одновременно установлено, что указанные лица обеспечиваются мерами социальной поддержки на основании законов субъектов Российской Федерации, а соответствующие расходные обязательства являются расходными обязательствами субъектов Российской Федерации. При этом частью 2 статьи 153 указанного федерального закона прямо предусмотрено, что при изменении после 31 декабря 2004 года порядка реализации льгот и выплат, предоставлявшихся отдельным категориям граждан до указанной даты в натуральной форме, совокупный объем финансирования соответствующих льгот и выплат не может быть уменьшен, а условия предоставления ухудшены.

По смыслу приведенных положений федеральных законов и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, при переходе к новому правовому регулированию обеспечения мерами социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, должны быть предусмотрены соответствующие правовые механизмы, позволяющие с учетом специфики правового статуса этих лиц обеспечить сохранение достигнутого уровня защиты их прав и свобод, гарантий их социальной защищенности, созданы необходимые, в том числе финансовые, условия для надлежащего осуществления субъектами Российской Федерации мер социальной поддержки названных категорий граждан. Субъекты Российской Федерации, которым федеральным законодателем переданы соответствующие полномочия, не могут произвольно отказываться от выполнения взятых государством на себя публично-правовых обязательств.

3.2. Закон Республики Ингушетия «О мерах социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий», принятый в соответствии с Федеральным законом от 01.01.01 года , устанавливает меры социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, в том числе и право на первоочередное получение путевок для санаторно-курортного лечения и отдыха (пункт 1 части 1 статьи 2).

Часть 2 статьи 3 указанного республиканского закона предусматривает, что меры социальной поддержки, предусмотренные пунктами 1 - 4 и 7 - 9 части 1 статьи 2 данного закона, предоставляются в натуральном выражении, а предусмотренные пунктами 5, 6 и 10 части 1 статьи 2 настоящего закона, в денежном выражении в порядке, установленном Правительством Республики Ингушетия.

Порядок предоставления мер социальной поддержки гражданам Российской Федерации из числа реабилитированных лиц, проживающих на территории Республики Ингушетия, утвержден Постановлением Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 года . Однако в указанном Постановлении Правительства Республики Ингушетия не содержится положений, устанавливающих порядок предоставления указанным льготникам такой меры социальной поддержки, как первоочередное получение путевок для санаторно-курортного лечения и отдыха. Правительством Республики Ингушетия не издан также какой-либо другой нормативный акт, который регулирует соответствующие правоотношения.

Таким образом, отсутствие в республиканском законодательстве положений, устанавливающих порядок предоставления реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, такой меры социальной поддержки как первоочередное получение путевок на санаторно-курортное лечение, свидетельствует о наличии пробела в правовом регулировании, препятствующего реализации права реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, на получение предусмотренной законом меры социальной поддержки.

Отсутствие в системе действующего правового регулирования четкого и непротиворечивого правового механизма предоставления меры социальной поддержки в виде первоочередного получения реабилитированными лицами и лицами, признанными пострадавшими от политических репрессий, путевок на санаторно-курортное лечение создает неопределенность в вопросе как о самом наличии, так и о способе реализации этого права.

Признание оспариваемого положения Постановления Правительства Республики Ингушетия соответствующим Конституции Республики Ингушетия не означает, что с Правительства Республики Ингушетия снимается обязанность, исходя из требований Конституции Республики Ингушетия и с учетом настоящего Постановления - внести в действующее правовое регулирование необходимые изменения, определяющие порядок предоставления меры социальной поддержки в виде первоочередного получения реабилитированными лицами и лицами, признанными пострадавшими от политических репрессий, путевок на санаторно-курортное лечение и отдых.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью первой статьи 68, статьями 69-71, 75, 83 Конституционного закона Республики Ингушетия «О Конституционном Суде Республики Ингушетия», Конституционный Суд Республики Ингушетия

постановил:

1. Признать положение пункта 1.3 Порядка предоставления отдельным категориям граждан путевок на санаторно-курортное лечение и бесплатного проезда на междугородном транспорте к месту лечения и обратно, утвержденного Постановлением Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 года № 000, которым определен круг лиц, имеющих право на получение государственной социальной помощи в виде предоставления при наличии медицинских показаний путевок на санаторно-курортное лечение и бесплатного проезда к месту лечения и обратно, соответствующим Конституции Республики Ингушетия.

2. Правительству Республики Ингушетия надлежит в двухмесячный срок обеспечить правовое регулирование, направленное на определение порядка предоставления реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, такой меры социальной поддержки как первоочередное получение путевок на санаторно-курортное лечения и отдых, с учетом настоящего Постановления.

3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

4. Согласно статье 74 Конституционного закона Республики Ингушетия «О Конституционном Суде Республики Ингушетия» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в официальных изданиях органов государственной власти Республики Ингушетия.

Конституционный Суд

Республики Ингушетия

№3-П

Именем Республики Ингушетия

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ ИНГУШЕТИЯ

по делу о проверке конституционности Постановления Правительства Республики Ингушетия от 25 августа 2012 года № 000 «О внесении изменений в Постановление Правительства Республики

Ингушетия № 000» в связи с жалобой гражданина

город Магас 21 февраля 2013 года

Конституционный Суд Республики Ингушетия в составе Председателя , судей , ,

с участием:

полномочного представителя Правительства Республики Ингушетия в Конституционном Суде Республики Ингушетия ,

руководствуясь статьей 96 (часть 3) Конституции Республики Ингушетия, пунктом 3 части 1 статьи 3, статьями 34, 92-96 Конституционного закона Республики Ингушетия «О Конституционном Суде Республики Ингушетия»,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело о проверке конституционности Постановления Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 года № 000 «О внесении изменений в Постановление Правительства Республики Ингушетия № 000».

Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина . Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Республики Ингушетия оспариваемый заявителем нормативный акт.

Заслушав сообщение судьи-докладчика , объяснения представителей сторон, выступления приглашенных в заседание представителя прокуратуры Республики Ингушетия , представителя Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия и представителя Уполномоченного по правам человека в Республике Ингушетия , исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Республики Ингушетия установил:

1. Постановлением Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 года № 000 «О внесении изменений в Постановление Правительства Республики Ингушетия № 000» изменена предельная штатная численность Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Ингушетия, предусмотрено сокращение должности первого заместителя министра и признано утратившим силу Постановление Правительства Республики Ингушетия от 26 апреля 2011 года № 000 «О внесении изменений в Постановление Правительства Республики Ингушетия от 7 июля 2004 года № 000».

Во исполнение этого постановления сокращена должность первого заместителя министра сельского хозяйства и продовольствия Республики Ингушетия, которую замещает заявитель. вручено уведомление о предстоящем увольнении по сокращению штата.

Заявитель полагает, что данное постановление противоречит требованиям статей 83, 87 и 88 Конституции Республики Ингушетия по порядку его принятия. Постановление принято единолично исполняющим обязанности Председателя Правительства Республики Ингушетия 25 августа 2012 года. Между тем, по мнению заявителя, исходя из названных статей Конституции Республики Ингушетия, Правительство Республики Ингушетия, являясь коллегиальным органом, обязано принимать решения коллегиально на заседании путем проведения голосования членами Правительства Республики Ингушетия. Заявитель считает, что незаконным принятием данного нормативного акта нарушено его конституционное право на труд и на равный доступ к государственной службе.

Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда Республики Ингушетия по настоящему делу является Постановление Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 года № 000 «О внесении изменений в Постановление Правительства Республики Ингушетия № 000» в целом по порядку его принятия. При этом, согласно части третьей статьи 70 Конституционного закона Республики Ингушетия «О Конституционном Суде Республики Ингушетия» Конституционный Суд Республики Ингушетия при принятии решения не связан основаниями и доводами, изложенными в обращении.

2. В соответствии с частью 2 статьи 11 Конституции Российской Федерации государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти. Система органов государственной власти республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов устанавливается субъектами Российской Федерации самостоятельно в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации и общими принципами организации представительных и исполнительных органов государственной власти, установленными федеральным законом (часть 1 статьи 77 Конституции Российской Федерации).

Статьей 2 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» предусмотрено, что систему органов государственной власти субъекта Российской Федерации составляют: законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации; высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации; иные органы государственной власти субъекта Российской Федерации, образуемые в соответствии с конституцией (уставом) субъекта Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 64 Конституции Республики Ингушетия систему органов государственной власти Республики Ингушетия образуют Глава Республики Ингушетия, Народное Собрание (Парламент) Республики Ингушетия, Правительство Республики Ингушетия, республиканские и территориальные органы исполнительной власти Республики Ингушетия, Конституционный Суд Республики Ингушетия и мировые судьи Республики Ингушетия.

Статья 83 Конституции Республики Ингушетия предусматривает, что Правительство Республики Ингушетия является высшим исполнительным органом государственной власти Республики Ингушетия и состоит из Председателя Правительства Республики Ингушетия, его заместителей и министров Республики Ингушетия. Статьей 87 Конституции Республики Ингушетия определены полномочия Правительства Республики Ингушетия.

В соответствии со статьей 88 Конституции Республики Ингушетия порядок организации и деятельности Правительства Республики Ингушетия определяется Конституцией Республики Ингушетия и республиканским конституционным законом. Правительство Республики Ингушетия на основании и во исполнение Конституции Российской Федерации, федеральных законов, Конституции Республики Ингушетия, республиканских законов, актов Главы Республики Ингушетия, Народного Собрания Республики Ингушетия, а также нормативных правовых актов органов государственной власти Российской Федерации издает постановления и распоряжения, контролирует их исполнение. При этом акты высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации не должны противоречить Конституции Российской Федерации, федеральным законам, принятым по предметам ведения Российской Федерации и предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, указам Президента Российской Федерации, постановлениям Правительства Российской Федерации, конституции (уставу) и законам субъекта Российской Федерации (пункт 3 статьи 22 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»).

2.1. В развитие положений статьи 88 Конституции Республики Ингушетия статья 22 Конституционного закона Республики Ингушетия «О Правительстве Республики Ингушетия» (далее – Конституционный закон) закрепляет, что Правительство Республики Ингушетия на основании и во исполнение федерального законодательства и Конституции Республики Ингушетия, республиканских конституционных законов, республиканских законов, нормативных указов Главы Республики Ингушетия издает постановления и распоряжения, обеспечивает их исполнение. Акты, имеющие нормативный характер, издаются в форме постановлений Правительства Республики Ингушетия. Постановления и распоряжения Правительства Республики Ингушетия подписываются Председателем Правительства Республики Ингушетия.

В соответствии со статьями 24 и 25 Конституционного закона заместители Председателя Правительства Республики Ингушетия и министры Республики Ингушетия участвуют с правом решающего голоса в заседаниях Правительства Республики Ингушетия. Решения Правительства Республики Ингушетия принимаются большинством голосов от общего числа членов Правительства Республики Ингушетия и реализуются через акты Правительства Республики Ингушетия (абзац восьмой статьи 26 Конституционного закона). Статьей 27 Конституционного закона определен перечень вопросов, которые рассматриваются исключительно на заседаниях Правительства Республики Ингушетия.

Полномочия Председателя Правительства Республики Ингушетия определены статьей 23 Конституционного закона, согласно которой, в числе прочего, ему предоставлено право подписывать акты Правительства Республики Ингушетия. Данная норма, однако, не означает полномочие Председателя Правительства по принятию таких актов. Системное толкование статьи 23 во взаимосвязи со статьями 22, 24-28 Конституционного закона позволяет сделать вывод о том, что данное полномочие в отношении нормативных правовых актов заключается в подписании от имени Правительства Республики Ингушетия решения, принятого в установленном порядке Правительством Республики Ингушетия, и не предполагает самостоятельного принятия такого решения Председателем Правительства Республики Ингушетия или лицом, исполняющим его обязанности.

2.2. Конституционный Суд Российской Федерации, касаясь вопросов, связанных с процедурой принятия нормативных правовых актов, сформулировал правовую позицию о том, что соблюдение такой процедуры является существенным процессуальным элементом надлежащего, основанного на Конституции Российской Федерации порядка принятия актов, гарантирующим соответствие их содержания реальному волеизъявлению правотворческого органа, а несоблюдение вытекающих из Конституции Российской Федерации процедурных правил, имеющих существенное значение и влияющих на принятие решения, позволяет констатировать противоречие этого решения Конституции Российской Федерации (Постановления от 01.01.01 года №12-П, от 5 июля 2001 года №11-П, от 01.01.01 года №8-П, от 01.01.01 года №9-П).

Исходя из этого, установленная Конституционным законом во исполнение Конституции Республики Ингушетия процедура принятия нормативных правовых актов высшим исполнительным органом государственной власти Республики Ингушетия является обязательной для соблюдения Правительством Республики Ингушетия. Принятие нормативного правового акта с нарушением таких процедурных норм противоречит требованиям Конституции Республики Ингушетия.

Таким образом, по смыслу статей 83, 87 и 88 Конституции Республики Ингушетия во взаимосвязи с конкретизирующими их нормами Конституционного закона Республики Ингушетия «О Правительстве Республики Ингушетия», Правительство Республики Ингушетия должно принимать нормативные правовые акты коллегиально.

Иное означало бы осуществление полномочий Правительства Республики Ингушетия и установление общеобязательных правил поведения (правовых норм) одним лицом, не наделенным Конституцией Республики Ингушетия такими полномочиями, что противоречит конституционным принципам организации органов государственной власти и правовой природе деятельности Правительства Республики Ингушетия как коллегиального органа государственной власти.

В этой связи доводы полномочного представителя Правительства Республики Ингушетия о том, что решения по вопросам, которые в соответствии со статьей 27 Конституционного закона не подлежат рассмотрению исключительно на заседаниях Правительства Республики Ингушетия, могут быть, исходя из положений Регламента Правительства Республики Ингушетия, приняты посредством согласования с заинтересованными органами исполнительной власти, в том числе с членами Правительства Республики Ингушетия, являются безосновательными, при том, что Регламент Правительства Республики Ингушетия, утвержденный Постановлением Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 года № 000, также не предусматривает возможности принятия нормативных правовых актов Правительства Республики Ингушетия путем заочного согласования проекта соответствующего акта. В соответствии с пунктами 51, 54, 57 и 61 Регламента согласование является элементом процедуры подготовки проекта решения к внесению на рассмотрение Правительства и не может подменять согласованное решение членов Правительства Республики Ингушетия.

При этом не исключается право законодателя в рамках реализации своих дискреционных полномочий определить в Конституционном законе порядок принятия Правительством Республики Ингушетия нормативных правовых актов с учетом коллегиального характера его деятельности.

3. Пунктом 3 оспариваемого постановления признано утратившим силу Постановление Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 года № 000 «О внесении изменений в Постановление Правительства Республики Ингушетия от 7 июля 2004 года № 000», которым были изложены в новой редакции отдельные нормы Положения о Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Республики Ингушетия. В результате принятия рассматриваемого акта из структуры министерства исключается должность первого заместителя министра, а также изменяется редакция нормы, регламентирующей отдельные вопросы организации работы министерства, включая порядок замещения министра в случае его отсутствия и назначения первого заместителя министра. Тем самым рассматриваемый акт по существу вносит изменения в Положение о Министерстве сельского хозяйства и продовольствия Республики Ингушетия, определяющее правовой статус этого государственного органа.

В соответствии с абзацем восьмым статьи 27 Конституционного закона утверждение положений о министерствах Республики Ингушетия и об иных республиканских органах исполнительной власти отнесено к числу вопросов, подлежащих рассмотрению исключительно на заседании Правительства Республики Ингушетия.

Акт о внесении изменений в нормативный правовой акт не может рассматриваться как самостоятельный документ, действующий в отрыве от основного акта, в который вносятся изменения. Таким решением корректируется действующая норма права и, соответственно, изменяется регулирование существующих правоотношений, то есть рассматривается по существу тот же вопрос, который в силу названной нормы Конституционного закона должен быть предметом рассмотрения на заседании Правительства Республики Ингушетия.

Положения статьи 27 Конституционного закона по своему конституционно-правовому смыслу предполагают, что требование об обязательности принятия решений по отдельным вопросам исключительно на заседании Правительства Республики Ингушетия распространяется и на процедуру принятия решений о внесении изменений в нормативный правовой акт, принятый по такому вопросу, и, следовательно, подобные решения должны также приниматься на заседании Правительства Республики Ингушетия.

Вопреки указанной норме закона Постановление Правительства Республики Ингушетия от 01.01.01 года № 000 «О внесении изменений в Постановление Правительства Республики Ингушетия № 000» принято не на заседании Правительства Республики Ингушетия, в связи с чем оно не соответствует Конституции Республики Ингушетия, ее статьям 83, 87 и 88, по порядку принятия.

4. Конституция Республики Ингушетия (статья 36, часть 1) гарантирует каждому право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Согласно части 1 статьи 31 Конституции Республики Ингушетия граждане Российской Федерации имеют право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей. В Республике Ингушетия граждане Российской Федерации имеют равный доступ к государственной службе (статья 31, часть 4).

Данные нормы не предполагают наличие у гражданина безусловного права занимать определенную должность или выполнять конкретную работу в соответствии с избранным им родом деятельности и профессией, а также обязанность государства предоставить ему такую работу или должность либо создавать и сохранять в неизменном виде определенные должности.

Республика Ингушетия в силу части 2 статьи 11 Конституции Российской Федерации, статей 64 и 70 Конституции Республики Ингушетия обладает правом самостоятельного установления и изменения системы и структуры органов государственной власти, компетенции и порядка организации этих органов. Согласно статье 12 Конституционного закона Правительство Республики Ингушетия в соответствии с Конституцией Республики Ингушетия осуществляет руководство работой республиканских органов исполнительной власти и контролирует их деятельность, утверждает положения о республиканских органах исполнительной власти, предельную численность работников их аппаратов.