Взаимосвязь личности и государства в казахстанском обществе (стр. 2 )

Модернизация рассматривается казахстанскими политологами как процесс перехода от традиционного к современному обществу (modern society). Теория модернизации направлена на выявление последовательных стадий общественного развития, которые одновременно являются фундаментальной характеристикой сосуществующих, но находящихся в разных фазах эволюции современных обществ. Именно характерное для этой теории стремление учесть особенности и многообразие факторов, характеризующих различия стран, народов, регионов, делает ее более сложной и во многом дискуссионной.

Процесс модернизации неразрывно связан с утверждением в обществе ценностей либерализма и формированием гражданского общества.

Гражданское общество на современном уровне человеческой цивилизации — это общество с развитыми экономическими, культурными, правовыми, политическими отношениями между индивидами, группами и сообществами, не опосредованными государством. В Концепции развития гражданского общества в Республике Казахстан подчеркивается, что это общество - такое, где «главным действующим лицом и субъектом общественных процессов выступает человек со всей системой его потребностей, интересов и ценностей» [34].

Автор отмечает, что, несмотря на значительное число работ по данной проблематике, среди политологов и политиков до сих пор нет единства по поводу понимания сущности гражданства. Можно выделить, по крайней мере, два качественно различных подхода.

Один из них основывается на том, что в качестве основного критерия гражданства используются, прежде всего, индивидуальные права и прин­цип равенства перед законом, а также осуществление практики управления, которая учитывает предпочтения граждан. Способность быть гражданином состоит, таким образом, в спо­собности актуализировать эти права и добиваться соблюдения принципа равенства перед законом, а также оказывать влияние на лиц, принимающих решения. Участию в управлении как тако­вому не придается особого значения. При другом подходе к пониманию гражданства, основным критерием является участие в управлении, как наиболее существенная компонента способности быть гражданином. Это различие нашло свое отражение в различных определениях гражданского общества казахстанскими учеными

Необходимо отметить, что существующее в литературе различие подходов к пониманию гражданского общества обусловлено, прежде всего, слабой разработанностью и внутренней противоречивостью концепции личности в политической теории.

В третьем подразделе «Концепции политической личности и политического лидерства» обобщены и сформулированы представленные в различных источниках базовые научные положения, описывающие взаимосвязь личности и государства:

- личность формируется из индивида (любой человек по праву рождения, как представитель биологического вида) в индивидуальность (человек, показавший свою особенность, чем-то выделившийся из строя биологически равных индивидов);

- личность - такой субъект политической рефлексии, который оценивает ситуацию, отождествляет себя с ней, реагирует на нее и делает это единственным и неповторимым, только ему присущим способом;

- личностью (гражданином) индивида признают общество (государство), исходя из наличия у него соответствующих качеств; для личности - это соответствие тем требованиям-ожиданиям, предъявляемым человеку группой или всем социальным окружением, включая цели и ценности группы, умение исполнять социальные роли, быть адекватным принятым нормам; для гражданина - это законопослушность и лояльность к государству, его политической системе и господствующей политической культуре;

- политическая деятельность осуществляется людьми, с помощью людей и для людей; поэтому личность может быть как субъектом, так и объектом власти;

- основой властных отношений выступает неравенство в личностном измерении - детерминирующий фактор разнообразных способов самоопределения индивида;

- власть, с одной стороны, объективируется через человеческую деятельность: личность – важная детерминанта политического поведения, с другой - выполняет в жизни личности важнейшую функцию регламентации процессов социальной самоорганизации;

- взаимосвязь личности и государства обусловлена а) политическими установками, формирующимися в структуре личности в ходе социализации, б) таким определением индивидом ситуации, когда он ощущает возможность или даже необходимость прибегнуть к политическим действиям;

- за последние столетия был разработан целый ряд различных концепций, отражающих соотношение личности и государства; наиболее известные среди них - патернализм, либерализм, анархизм, солидаризм, этатизм, демократизм;

- начиная с 60-70 гг. XX века во всем мире все более отчетливо проявляется тенденция ослабления государственного вмешательства в жизнь общества: взаимодействия личности с государством происходит не только в рамках политико-правовой связи личности и государства, но и с помощью институтов гражданского общества и местного самоуправления; общая тенденция ослабления государственного вмешательства в жизнь социума нашла свое отражение в современных принципах политико-правовой связи личности и правового государства: верховенство права, связанность личности и государства правом, взаимная ответственность личности и государства, разделение властей и др;

- проблема взаимодействия государства и личности сводится, таким образом, к трем направлениям исследования: место и роль самой политики в системе ценностных ориентации личности; формирование политических качеств личности, путей и средств ее политической социализации и политической культуры; организации политического поведения личности, в том числе, осуществления контроля за этим поведением.

Автором доказывается, что эта устоявшаяся система научных взглядов на взаимодействие государства и личности имеет весьма существенный недостаток: она хорошо объясняет сложившееся положение, но совершенно не приспособлена для прогнозирования и разработки практически значимых рекомендаций, выработки реальных политических решений.

В четвертом подразделе «Взаимосвязь личности и государства в рамках политического технологического процесса» сформулирован авторский подход к методологии исследования. Анализ основных закономерностей взаимодействия личности государства и общества, проведенный в предыдущих подразделах, позволил автору сделать вывод о целесообразности использования в политологическом анализе подхода, основанного на закономерностях политического технологического процесса.

Политический технологический процесс понимается в диссертации как направленное, контролируемое, организованное воздействие на мотивационную сферу людей, рассматриваемых в качестве объекта политического управления, с целью побудить их к действиям, отвечающим целям субъекта управления.

С одной стороны, государство как политическая система воспроизводит себя, рекрутируя и обучая, приспосабливая к себе все новых членов. Политическая система в этом процессе играет роль механизма сохранения политических ценностей и целей. С другой стороны, требования политической системы переводятся в структуры индивидуальной психики, становятся политическими свойствами личности или, иными словами, свойствами личности как «политической ипостаси» индивида.

В диссертации отмечается, что за понятиями «субъект» и «объект» политического технологического процесса стоят реальные люди, вступающие в управленческие отношения. Фактически действия субъекта, инициирующего политико-технологический процесс, сводятся к превращению потенциального объекта в реального участника управленческого процесса. Для решения этой задачи приходится преодолевать индифферентность потенциального объекта к целям субъекта управления, вести борьбу за влияние с политическими соперниками.

Исследование показывает, что главный путь решения этой задачи – вовлечение людей во взаимодействия с субъектом управления, так как только в ходе прямого или опосредованного взаимодействия можно добиться изменения ценностных ориентаций, установок, поведения тех людей, от действий которых зависит достижение, поставленных субъектом политического технологического процесса, целей. Вот почему политический технологический процесс – это целая цепь усилий, предпринимаемых субъектом с целью вовлечения потенциального объекта в различные виды взаимодействий.

Во втором разделе «Политически активная личность в современном казахстанском государстве» (три подраздела) подробно рассмотрены три группы процессов, являющиеся основными компонентами взаимодействия личности и государства: мотивационные процессы указывают на наличие или отсутствие потенциальной внутренней готовности, предрасположенности к политическому взаимодействию; коммуникационные процессы позволяют актуализировать необходимые для данного случая мотивы путем распространения информации, вызывающей в сознании людей образы ситуаций, требующих от них определенного реагирования; процессы структуризации ведут к закреплению определенных моделей взаимодействия, делают возможным их воспроизводство без дополнительных усилий в новой ситуации.

В первом подразделе «Процессы коммуникации: особенности политической социализации личности в казахстанском информационном пространстве» изучено влияние коммуникации на политическую социализацию личности

В диссертации подчеркивается, что политическая социализация личности – активное воспроизводство личностью политического опыта, определенной системы норм, ценностей и установок поли­тической деятельности и политических отношений, двусторонний коммуникативный процесс, в котором личность: 1) испытывает на себе воздействие различного рода по­литических субъектов; 2) сама оказывает воздействие на окружающих.

Необходимо отметить, что феномен политической социализации личности в Республике Казахстан подробно и всесторонне был исследован в работе [22]. Поэтому в диссертации рассматривается только один из аспектов - политическая социализация личности как процесс коммуникации.

В диссертации показано, что казахстанское коммуникативное пространство порой принимает формы государственной или корпоративной опеки, поскольку у нас все еще доминируют вертикальные связи и отно­шения, которые принима­ют форму патрон-клиентных отношений. В решении своих люди проблем полагаются не столько на коллективные, солидарные действия с себе подобными, а, скорее, на личные (дружеские, деловые, родственные, клановые и т. п.) связи с вышестоящими в социальной иерархии личностями. В казахстанском коммуникативном пространстве доминируют именно эти информационные каналы.

Исследование особенностей политической социализации личности в казахстанском коммуникативном пространстве показало, что налицо системное несовершенство, незрелость информационного пространства, которая является отражением переходного характера казахстанского общества.

Автор приходит к выводу, что специфику коммуникативного пространства детерминируют 1) характеристики переходного характера казахстанского общества, такие как кризис идентичности, кризис распределения культурных и материальных благ, кризис участия, кризис проникновения, кризис легитимности, противоречие между дифференциацией ролей в политической системе, императивами равенства граждан (на участие в политике, перераспределение ресурсов) и возможностями власти в интеграции социума и 2) факторы отрицательной мотивации, влияющие на уровень доверия личности к государственным институтам.

Во втором подразделе «Факторы мотивации, отрицательно влияющие на уровень доверия личности к государственным институтам» выявлены факторы, отрицательно влияющие на уровень доверия личности к государственным институтам.

В диссертации отмечается, что основные факторы отрицательной мотивации, влияющие на уровень доверия личности к государственным институтам: теневая экономика, административные барьеры, коррупция и низкое качество государственного менеджмента.

Наши исследования показали, что под влиянием процессов социально-политической коммуникации активизируются процессы мотивации личности. При этом особенное значение для общества имеет мотивация элиты и ее лидеров.

Казахстанское общество испытывает определенные трудности, поскольку для него характерно не идеологическое (побуждающее элиты воплощать интересы широких социальных слоев), а корпоративное размежевание элит, свидетельствующее о преобладании во власти интересов кланов, олигархических группировок и т. д. Преодоление этого типа внутриэлитарных связей обусловливает основные пути укрепления демократических тенденций в развитии нашей страны.

Следует отметить, что в казахстанской политической практике клиентелизм получил широкое развитие в связи с тем, что иерархические оболочки были ослаблены постоянными преобразованиями. Клиентелизм вышел наружу и обнаружил себя в такой яркой и недвусмысленной форме, что его приоритет над рациональной бюрократией стал очевиден. Новая казахстанская элита стала стремительно воз­вращаться к патримониальным устоям прошлого. Но в отличие от но­менклатурных обойм с их геометрией мини-пирамид, встроенных в большие пирамиды политических иерархий, казахстанский клиентелизм приобрел иные формы.

Автор показывает, как возникшие множественные центры власти раскололи элиту на кланы, которые представляют иерархически организованные структуры. Первый уровень представлен публичным политиком, являющимся символом клана. Второй — группа его политической поддержки. Третий — группа экономической поддержки, представленная финансово-промышленным капиталом. Далее — обслуживающие интересы данной группы средства массовой информации.

В диссертации отмечается, что кланы функционируют вне рамок какой-либо одной властной корпорации, пронизывая многие структуры. Клан формируется вокруг одного или нескольких политических деятелей, вербует сторонников, разраста­ется, стремясь к покрытию всего политического поля. Чем больше членов клана работают в разных иерархиях, тем больше его капитализация.

В диссертации анализируется, что политическая элита казахстанского общества представляет собой принципиально новый тип властной группы, сочетающий в себе тенденции к моноцентричности, неконкурентности, приоритету персонифицированных отношений над институциональными и особенности элит западного образца: усиление влияния экономических субэлит, ориентацию на технологии управления общественным мнением для установления культурной и идеологической гегемонии. Ее структуру характеризует моноцентризм. Ее внутреннее строение определяется доминированием экономических и политических субэлит, интегрированных вокруг центра и организующих свою деятельность на основе неформальных контактов. Каждый территориальный уровень политической элиты, с одной стороны, строит собственную моноцентричную, неконкурентную структуру, с другой, создает условия для формирования полицентричной модели на уровне ниже рангом.

В связи с этим следует сказать, что достигнутый консенсус стал одним из вариантов соглашений, которые ограничивают конкуренцию, преграждают соперникам путь к успеху и распределяют выгоды, связанные с политической властью, только «среди своих». Краткосрочные выгоды для каждого из участников «навязанного консенсуса» от такого рода равновесия явно превышали их ожидания долгосрочных выгод. В то же время, «навязанный консенсус» элит был частичным и ограниченным. Хотя он позволял обеспечивать успешную реализацию текущего политического курса, но был недостаточен для институциональных изменений, которые позволили бы полностью элиминировать автономию акторов.

Таким образом, автор приходит к выводу, что «навязанный консенсус» представляется своего рода моделью политического развития Казахстана, принятой всеми сегментами элит.

В третьем подразделе «Процессы структуризации: реформа государственно-административного управления и особенности казахстанской политической элиты как личности» исследуются проблемы структуризации как вопросы реформы государственно-административного управления в контексте особенностей казахстанской политической элиты.

Автор исходит из положения, что особенности политической социализации личности в казахстанском коммуникативном пространстве, специфика политического лидерства и мотивации представителей казахстанской элиты наиболее остро проявляются в процессе структуризации политической власти. Административная реформа в Казахстане происходит «на переднем крае» столкновения интересов государства, отдельных групп элиты и их лидеров.

В диссертации отмечается, что различия в механизмах социализации нашего системоцентричного общества от западного персоноцентричного настолько сильно влияют на мотивацию и механизмы социализации членов политической элиты, что «классическая» менеджериальная модель государственного управления вряд может быть эффективно использована у нас без, скажем так, существенной ее переработки и переосмысления.

Следует отметить, что в «Стратегии развития Казахстана до 2030 года», были сформулированы синергетические принципы организации государственного управления, которые нашли свое развитие в «Концепции развития гражданского общества в Республике Казахстан» и «Стратегии территориального развития Республики Казахстан». Исходя из этого, следует отметить, что модернизация государственной службы в Казахстане должна основываться на создании качественно новых структур для разработки государственной политики, образующих открытую сеть государственного регулирования. Должны поощряться элементы здоровой конкуренции, в том числе, конкуренции региональных идеологий развития на основе самоорганизации - но речь не должна идти о копировании, о внедрении «классической» менеджериальной модели, разработанной на Западе в середине прошлого века.

В диссертации показано, как и почему приходится отказываться от реализации этих идей. По мнению автора, именно активное сопротивление значительной части политической элиты привело к тому, что задачи модернизации системы государственного управления до настоящего времени сводятся у нас к перенесению в нее управленческих методов, технологий и приемов из коммерческой сферы, т. е. заимствованию западной менеджериальной модели государственного управления.

В третьем разделе «Инновационные подходы к пониманию и оценке взаимосвязи личности и государства в казахстанском обществе» (три подраздела) проблема взаимодействия личности и государства на материалах Казахстана, рассмотрена на основе системной парадигмы научного знания и современных подходов к методологии политической науки. На основе концепции доверия, как базового параметра системы взаимодействия личности и государства, автором предложены новые методы оценки уровня взаимодействия личности и государства.

В первом подразделе «Системная методология политической науки и проблема взаимодействия личности и государства» раскрывается положение о том, что в современных условиях инновационные подходы к пониманию и оценке взаимосвязи личности и государства в казахстанском обществе должны основываться на системной парадигме научного знания и, соответственно, системной методологии политической науки

В диссертации отмечается, что в последние десятилетия произошло качественное изменение основных закономерностей развития социально-экономических систем. «Человечество столкнулись с качественным изменением скорости протекания основных процессов» [35], когда «пришла пора перестать мыслить категориями линейного мышления в сложной системе нелинейных координат - это все равно, что пытаться ученической линейкой измерить неевклидово искривление пространства и времени»[36].

Осознание научным сообществом принципиально нового характера развития человечества, в том числе Казахстана привело к возникновению новой - системной парадигмы научного знания.

Системная методология политической науки существенным образом меняет представление об отношениях самоорганизации, организации и управления ориентируют на принципиально новые формы взаимодействия личности и государства, как в казахстанском обществе, так и в мировом сообществе. Исходя из системной парадигмы научного знания взаимосвязь между государством, обществом и личностью выглядит следующим образом: государство (структура, форма организации) представляется локализованным процессом, который перестраивается и перемещается в обществе (среде), адекватно встраиваясь в него и, тем самым, определяя конкретные формы и пути развития личности. Этот процесс полностью зависит от того, какие властные управленческие отношения в обществе доминируют.

Автор отмечает, что к настоящему времени в политологии в рамках системной парадигмы научного знания возникло качественно новое понимание сущности процессов взаимодействия личности и государства в казахстанском обществе: государство представляется как форма взаимодействия социумов; управление - как продукт этого взаимодействия. Властные полномочия политика состоят в уровне его допуска к коммуникационной системе, позволяющей подавать обществу сигналы – но не команды: в системе есть «командный пост», но установленные там органы управления не связаны

Исходя из предположения, что механизмом взаимодействия личности и государства в казахстанском обществе в рамках процесса социальной самоорганизации является система социумов, автор проводит анализ системы, состоящей из двух социумов: гражданского общества и властвующей элиты. В диссертации доказано наличие в казахстанском обществе конфликта базовых и провозглашаемых ценностей властвующей элиты, совпадение базовых и провозглашаемых ценностей гражданского социума. Изменение сложившихся общественно-политических отношений по поводу распределения ресурсов становится не только источником изменений распределения власти в социальной системе, но и источником изменения отношения к власти в самом гражданском социуме, активизируя актуализацию его управляющего потенциала через новые общественные движения.

Следует отметить, что в «Стратегии развития Казахстана до 2030 года» были сформулированы синергетические принципы организации государственного управления, базирующиеся на исследованиях нелинейных процессов и явлений самоорганизации и социальной динамики.

Однако дальнейшего развития ни в научных исследованиях, ни в практике государственного управления Республики Казахстан, эти принципы так и не получили развития.

Рассмотрев методики исследования, разработанные российскими учеными В. Л. Романовым [37] и [38], автор приходит к выводу, что описание и прогнозирование результатов взаимодействия личности и государства в рамках системной парадигмы основанное на использовании новых понятий (таких как «уровень согласованности ценностей», «уровень самоорганизации», «уровень информациональности») представляется весьма проблематичным.

Автор предлагает использовать в качестве базового параметра системы взаимодействия личности и государства в казахстанском обществе доверие: то, какие властные управленческие отношения доминируют в обществе, определяется доверием личности - к государству и к отдельным сообществам (организациям, институтам).

Во втором подразделе «Доверие, как базовый параметр системы взаимодействия личности и государства» проведен анализ различных научных подходов к пониманию феномена доверия и представлена разработанная автором динамическая модель формирования доверия в Казахстане.

В диссертации отмечается, что доверие как пакетное понятие, предполагает интерпретацию в контексте, задаваемом понятиями веры, уверенности, социально-экономических ситуаций, риска, глобализации, управления. Это, в свою очередь, позволяет конкретизировать значения доверия (как разновидности веры, т. е. иррациональное отношение, как социальную привычку и как рациональное отношение к будущему).

В исследовании на материалах Казахстана доказывает, что, используя системную методологию политического знания, процесс развития доверительного отношения личности к окружающим ее социальным феноменам можно представить как взаимодействие «потенциального» и «воспринятого» доверия.

Системная методология позволила разработать динамическую казахстанскую модель развития доверительного отношения личности к окружающим ее социальным феноменам. Доверие личности - казахстанца изменяется а) под воздействием субъективного восприятия ею объективно существующих в обществе факторов, и б) в результате целенаправленных политических действий, проводимых в рамках политического технологического процесса.

Следует отметить, что выявленные автором с помощью динамической модели формирования доверия закономерности полностью соответствуют положениям политической теории о динами­ческом характере политической социализации.

Конкретно-историческое содержание общественной жизни казахстанского народа вы­нуждает каждое новое поколение по-своему адаптироваться к политической ситуации и реагировать на нее. В стабильном обществе этот процесс плавный и безболезненный, а в обществе, где происходит резкая смена политических норм и ценностей, политических отношений и форм политической деятельности, часто возникает кризис системы политической социализации, политическая аномалия, отчуждение личности от политики. Этот кризис проявляется, прежде всего, в том, что утрачиваются или не воспринимаются старые политические идеалы и/или разрушаются старые механизмы их трансляции, что особенно наглядно обнаруживается при смене одного типа общества другим. Это подтверждается на примере Казахстана.

Следует отметить, что поляризация базовых ценностей властвующей элиты казахстанского общества и гражданского социума, порождает взаимное недоверие. Недоверие граждан к власти подрывает готовность соблюдать законы - основу успешного функционирования казахстанского общества в условиях роста индивидуальной свободы и личной независимости.

В диссертации на материалах Казахстана доказывает, что непрерывность и динамич­ность процесса политической социализации личности — харак­теристики объективные и необходимые для ее развития. Для того, чтобы жить нормальной политической жизнью, человек должен постоянно социализироваться. Хотя это вовсе не означает, что нормальная личность каждый день должна менять свои ценностные ориентации в политике или вообще отказываться от своих стержневых политических убеж­дений.

В казахстанском обществе политическая социализация личности характеризуется динамическим равнове­сием. Оно выражается в том, что личность, адаптируясь к но­вым политическим условиям, вместе с тем активно воздейству­ет на них, не теряя своей политической самоидентификации. При этом доверие личности к государству постоянно изменяется - как под воздействием субъективного восприятия ею объективно существующих в обществе факторов, так и в результате целенаправленных политических действий, проводимых в рамках политического технологического процесса.

В третьем подразделе «Измерение уровней лояльности личности и латентности социально-экономических и политических процессов для оценки взаимодействия личности и государству» доказывается на примере Казахстана, что доверие, как базовый параметр системы взаимодействия личности и государства может быть измерен с помощью хорошо известных и апробированных методов оценки уровня лояльности личности (сообщества) и уровня латентности экономических и социально-политических процессов.

В 2гг. была реализована Государственная программа патрио­тического воспитания граждан Республики Казахстан. Следует отметить, что планирование мероприятий осуществляется «по старинке», затрачиваются весьма значительные средства на их реализацию. На XV сессии Ассамблеи народов Казахстана Президентом Республики Казахстан (Астана, 26 октября 2009 года) был предложена Доктрина национального единства Казахстана, «реализация которой должна быть направлена на активизацию и мобилизацию человеческого, интеллектуального потенциала страны в целях ускоренного развития Казахстана, достижения достойного уровня жизни каждого казахстанца, соблюдение и защиту гарантированных Конституцией Республики прав и свобод граждан», которая выступает основой для создания целостной системы юридических, социально-экономических, политических, государственно-управленческих мер, направленных на укрепление единства народа» [39]. Автор анализирует, как оценить и как прогнозировать эффективность этих мероприятий? Данная задача представляется нам настолько масштабной и значимой для Казахстана, что, следует использовать весь накопленный опыт оценки эффективности взаимодействия государства, организаций, социумов и личностей, выйдя за рамки политологических подходов.

Автором рассмотрены различные подходы к пониманию феномена и исследованию лояльности казахстанца. Лояльность в  диссертации понимается как верность личности действующим законам, постановлениям органов власти; корректное, благожелательное отношение к кому-либо или чему-либо. Отмечается, что на Западе исследованию проблем лояльности уделялось большое внимание на протяжении последних четырех десятилетий. (Так, например, в маркетинге стало привычным и общеупотребительным понятие «customer loyalty» – лояльность потребителей; в то же время для обозначения лояльности персонала в английском языке используется другой термин - «commitment».) В то же время в базе данных Национального центра научно-технической информации Республики Казахстан нет ни одной диссертации или научно-исследовательской работы, посвященной проблемам лояльности.

В диссертации проведен анализ различных научных подходов и методов измерения лояльности. По его результатам автором сделан вывод о том, что существует достаточно широкий выбор апробированных методов измерения лояльности, на основе которых может быть осуществлена оценка уровня доверия различных социумов, составляющих общество, к государству.

Взаимосвязь личности и государства в казахстанском обществе может быть подвергнута инструментальной оценке, при которой в качестве интегрального показателя выступает уровень лояльности личности, соотнесенный с уровнем лояльности социума. В каждый момент времени лояльность отдельной личности, как и лояльность определенного социума (организации) может быть оценена относительно 1) уровня лояльности другой личности (социума, организации) 2) уровня лояльности этой же личности (социума, организации) в другой момент времени.