Аналитический вестник (стр. 5 )

Также можно было предположить, что молодежь как социально активная группа в большей степени склонна самостоятельно решать проблему своего трудоустройства и изменения своего социально-профессионального статуса. Однако мнение части опрошенной молодежи (44,1%) склонялось к тому, что именно государство должно гарантировать работу каждому желающему. В этой группе почти 46% юношей и около 54% девушек. Другая часть молодых людей (31,9%, среди них мужчин - 60,0%, женщин - 40,0%) полагает, что государство может не гарантировать работу, но обязано создать систему помощи безработным в трудоустройстве. Лишь только немногим более 12% молодежи (юношей - 69,8%, девушек - 30,2%) считает, что трудоустройство - личное дело каждого. Среди тех, кто ориентирован на самостоятельный поиск работы: - 12,6% составляла молодежь с неполным средним образованием, 14,6% - с полным средним и специальным образованием и 15,3% с высшим и незаконченным высшим образованием.

С повышением образовательного уровня молодых людей возрастает социальная активность, появляется больше уверенности в возможности самостоятельного трудоустройства. Но образование постепенно становится платным и, в силу этого, малодоступным для значительного числа юношей и девушек. Почти треть высших учебных заведений в России является платными и их число будет увеличиваться. Полностью доступно платное образование лишь для 9,З% молодежи, а каждому второму оно недоступно. Половина опрошенных считает, что образование должно быть всеобщим и бесплатным. Частично оплачиваемые формы обучения допускают 26,5% опрошенных, и 17,4% готовы оплатить свое пребывание в ВУЗе при наличии гарантий заработка. Социальная политика российского государства в отношении высшего образования противоречит интересам большинства молодежи и создает возможность для возникновения социального конфликта.

В настоящее время население Российской Федерации хорошо образовано. Две трети Россиян имеют законченное среднее, высшее и незаконченное высшее образование. Образование стало традиционной ценностной ориентацией в массовом сознании, причем в глазах современной молодежи оно ценится больше, чем её предшественниками. Между тем, переход к системе платного образования при падении уровня жизни ограничивает возможности молодежи для продолжения учебы и получения качественного образования. Сохранение такого положения дел будет приводить к массовой интеллектуальной деградации молодой части населения России.

Итак, в обществе существуют неравные фактические возможности для получения образования. Это может стать предпосылкой для формирования в России в недалеком будущем меритократии. Под меритократией подразумевается власть, основанная исключительно на личных достоинствах и заслугах, среди которых самыми ценными являются высокий уровень образования и исключительно большие знания.[19] Иными словами речь идет о возможной власти интеллектуальной элиты общества.

В условиях макроэкономической трансформации действуют противоречивые тенденции: с одной стороны расширение возможностей молодежи для получения элитарного образования, с другой - падение образовательного уровня общества в целом. Возможно в результате часть молодежи начинает формироваться как будущая меритократическая группа, другая же часть все более приобретает маргинальные черты. Усиление маргинализации, приобретение ею массового характера приводит к распространению в обществе системы ценностей свойственной маргиналам. Со временем она находит своих теоретиков и превращается в идеологические модели, которые могут служить альтернативной мировоззренческой базой для молодежи.

Все больше молодых людей ориентируется на получение гуманитарных, а не технических знаний. Это приведет к сокращению научно-технической интеллигенции, которой в постиндустриальном обществе принадлежат ведущие позиции. Получение качественного и престижного, платного, гуманитарного образования незначительной по размерам молодежной элитой не будет способствовать научно-техническому прорыву страны в ближайшие десятилетия. А без этого невозможно преодоление нынешнего экономического кризиса.

Материально-технические проблемы стали одной из причин того, что вне школы оказалось более 1,5 млн. подростков школьного возраста. Можно предвидеть дальнейшее ухудшение технического состояния школ, среднетехнических и высших учебных заведений в ближайшее десятилетие. Отсутствие материально-технической базы образования молодежи будет способствовать росту низко квалифицированных работников, сокращению научно-инновационной сферы экономики и деградации структуры российского производства.

В настоящее время численность ежегодно увольняющихся из НИИ в 4-5 раз превышает число принимаемых на работу. Причем среди поступающих на работу в научно-исследовательские учреждения выпускники Вузов составляют не более 8%.

Количество специалистов с ученой степенью сократилось со 144 тысяч до 117 тысяч. Число диссертаций, защищенных российскими учеными, уменьшилось на 25%, в полтора раза уменьшилось число аспирантов. Из научной сферы за эти годы ушло примерно 23,7% ученых со степенью кандидата наук (осталось около 90 тыс.). Зато на 23,4% возросло количество докторов наук (около 20 тыс.). Ученые, имеющие степень доктора наук, как правило, относятся к более старшей возрастной категории. Поэтому эти процессы свидетельствует не только о росте квалификации ученых, но и о тенденции кадрового старения российской науки, оттоке научной молодежи в другие сферы деятельности.

Средний возраст исследователей с учеными степенями составил в 1996 году немногим менее 60 лет, а около 52% всех докторов наук и примерно 37% кандидатов наук находится в пенсионном возрасте. Это особенно тревожно, поскольку интерес к науке как к сфере своей будущей деятельности среди учащейся молодежи в последнее время в России остается невысоким. Согласно проведенным исследованиям 30% аспирантов не собираются продолжать заниматься наукой, докторские диссертации собираются защищать лишь 18,6% нынешних аспирантов. Интеллектуальным трудом в России намерены заниматься лишь 26,8% опрошенных студентов.[20] Приток молодежи в науку резко сокращается. Происходит быстрое старение научных кадров.

Образовательные возможности и ориентации современной молодежи приведут через несколько десятилетий к снижению образовательных характеристик населения, количественному и качественному изменению состава российской интеллигенции, что сделает Россию пролетарской страной, где большая часть населения будет трудится в отраслях промышленности, технологически зависящих от научно-технических комплексов развитых стран.

Начиная с 1991 года на протяжении ряда лет происходит снижение уровня жизни населения России. В 1990-м году к категории бедных, то есть к тем у кого уровень доходов не превышал прожиточный минимум, относилось около 2% населения. В основном это были люди попавшие в экстремальные и экстраординарные ситуации, вызванные стихийными бедствиями, национальными конфликтами, потерей кормильцев и т. д. Состояние бедности для ряда социальных категорий было, безусловно, болезненным, но временным состоянием. После либерализации цен и инфляционного взрыва в 1992 году произошло резкое 50% падение личных доходов на душу населения, а также снижение объема и качества потребления благ и услуг. В итоге почти 18% молодых людей перешли в категорию бедных. В 1993-94 годах темпы снижения уровня жизни сократились и даже наметилась тенденция их стабилизации. Однако в 1995 году произошло снижение реальных доходов на 13%, заработной платы - на 26%. В этот год была рекордно низкая минимальная заработная плата, которая составляла приблизительно 10% от средней заработной платы. Бедным стал уже каждый пятый молодой человек. В результате экономической трансформации в настоящее время приблизительно 30% населения (около 45,1 млн. чел.) стали относиться к категории бедных. Эта социальная группа увеличилась в сравнении с 1990 годом более чем в 15 раз.

По признанию молодых людей едва сводят концы с концами - 14%, хватает заработанных денег только на питание - 30%, на покупку недорогой одежды - 24,8%. Нужда стала устойчивым и воспроизводимым социальным явлением. Она принимает хронический характер для миллионов людей, причем не только оказавшихся в экстремальных условиях (беженцев, вынужденных переселенцев, безработных, одиноких пенсионеров и других) или испытывающих временные материальные затруднения (учащиеся, студенты), но и для вполне трудоспособных молодых граждан, которые раньше могли обеспечивать себя и еще оказать финансовую и материальную помощь своим близким, друзьям, коллегам по работе.

Среди них ранее вполне благополучные молодые работники оборонной промышленности, машиностроения, легкой промышленности, сельского хозяйства. Заработная плата молодых работников в этих отраслях не обеспечивает минимального уровня для простого воспроизводства рабочей силы и нередко находится ниже прожиточного уровня. Снижение их доходов обусловлено особенностями текущей экономической ситуации: бюджетный дефицит, сокращение и неоплата госзаказа, нарушение торгово-экономических связей, реструктуризация производства.

Таким образом, ранее материально благополучные категории работающей молодежи стали формировать армию «новых бедных» и данная тенденция действует на протяжении нескольких лет.

Более чем для половины молодых людей основным источником доходов является заработная плата по основному месту их работы, которая повсеместно задерживается.[21] Фонд оплаты труда (без социальных трансфертов) составляет всего 37% от уровня 1990 года и сократился с 42 до 22% от объема валого внутреннего продукта.

Невыплата зарплаты воспринимается молодыми людьми не просто как нарушение их законных прав или злоупотребления со стороны хозяйственных руководителей. Многие из них относят это к издержкам новой социально-экономической системы. Сохранение этих проблем в дальнейшем приведет к росту отрицательного отношения молодежи к экономическим преобразованиям в российском обществе.

Каких-либо значительных позитивных перемен в материальном положении молодых людей в течение последних 5-ти лет не произошло. По крайней мере, более 70% молодых людей не заметили улучшения собственного материального положения.

Увеличилась дифференциация материального положения населения. К началу интенсивных экономических реформ 1992 года дифференциация текущих доходов выражалась соотношением 1:4, в 1996 году это соотношение уже составляло 1:13. Экспертные оценки, скорректированные с учетом сокрытия доходов от налогов, выражаются большей пропорцией - 1:25.

Можно утверждать, что по объему личных финансово-материальных накоплений произошла поляризация населения. На одном полюсе находится 10% населения, у которого сосредоточены контрольные пакеты акций крупнейших предприятий и банков, дорогостоящая недвижимость. На них приходится более трети всех личных доходов. В настоящее время в России приблизительно 1,5 млн. человек, имеющих доходы в размере 15 тыс. долл. в месяц на душу населения. На другом - 10% населения, имеющего в лучшем случае муниципальное жилье и менее 3% доходов. Дифференциация общества по доходам достигает крайних, а потому социально опасных рубежей. По мнению почти 40% молодых людей, она является одной из самых тревожных экономических проблем.

Социальное расслоение ведет не только к финансово-материальной поляризации, но и выступает предпосылкой для поляризации и радикализации политических взглядов молодежи. Сохранение его будет способствовать росту радикальных политических суждений и экстремистских поступков молодых людей.

Многие молодые люди полагают, что происходящая макроэкономическая трансформация российского общества усиливает и закрепляет социальное неравенство. В представлении многих из них «неравенство и угнетение являются синонимами».[22] Нарастающее в массовом сознании молодежи ощущение социальной несправедливости и социальной незащищенности сопровождается консолидацией молодых людей по признакам материального достатка. Ряд молодежных групп, члены которых находятся в худших материальных условиях, готовы объявить войну существующему обществу.

В условиях происходящих экономических преобразований социальное расслоение среди молодежи по материальному признаку будет возрастать. Поскольку в молодежной среде нет единого представления о социальной справедливости, а имеющиеся взгляды на эту проблему базируются на пропагандировавшихся в течение многих десятилетий идей социальной уравниловки, возможно возникновение разногласий по поводу её достижения в процессе дальнейшей макроэкономической трансформации российского общества. В итоге увеличивается вероятность социальных конфликтов с участием молодежи.

Профессиональные ориентации современной молодежи, распространенные на нынешнем этапе макроэкономической трансформации, дают основания для предположения о сохранении и даже увеличении тенденции оттока сельского населения. Прогнозируемые природно-климатические изменения будут благоприятными для России и приведут к снижению доли рискованного земледелия и увеличению земель, находящихся в сельскохозяйственном обороте. Сокращение численности сельского населения России при увеличении сельскохозяйственных угодий создаст условия и потребности для ввоза в страну иностранных сельскохозяйственных рабочих. Религиозная терпимость, опыт совместного сосуществования разных этносов создаст вполне комфортную обстановку для использования в сельском хозяйстве иностранной рабочей силы. Продажа земли в частную собственность повысит привлекательность не только для иностранных инвестиций, но и для эмиграции в Россию трудовых ресурсов из сопредельных перенаселенных стран. Не следует думать, что это коснется только слабо освоенных и малозаселенных регионов России - Дальнего Востока и Сибири. Демографические и экономические процессы, умонастроения современных молодых людей говорят о том, что данный сценарий макроэкономических перемен также возможен и для регионов средней полосы - российского Нечерноземья.

Большинство работающих в России молодых людей являются промышленными рабочими. Это образованные и квалифицированные работники. Значительная их часть сосредоточена на крупных предприятиях и проживает в промышленных центрах, представляющих из себя “города-заводы”. Предприятия, на которых трудятся молодые люди, обеспечивали их не только заработной платой, но и жильем, медицинским обслуживанием, продовольствием, образованием, различными видами социально-экономической помощи. В результате макроэкономической трансформации предприятия машиностроения, электронной и легкой промышленности и некоторых других отраслей стали, в своем большинстве, нерентабельными. Многие из них простаивают и месяцами не выплачивают заработной платы. На тех предприятиях, где заработная плата выплачивается она крайне низка и не обеспечивает прожиточного минимума. Почти у половины молодых промышленных работников она ниже официального уровня бедности. Часть молодых работников, как наиболее мобильная возрастная группа, в поисках более высокого заработка оставляют свою работу.

Из-за хронических вынужденных простоев происходит дисквалификация части наиболее перспективных, с профессиональной точки зрения, молодых промышленных рабочих. Через несколько лет они не смогут самостоятельно выполнять работу, требующую современных технологических знаний и умений. Большей частью они будут пригодны для использования в системе “отверточного производства”.

Экономическая стратегия ряда стран и некоторые результаты российской макроэкономической трансформации позволяют предположить, что наиболее вероятное будущее российского машиностроения - “отверточное производство”, технологически контролируемое зарубежными компаниями-производителями.

Кризис в промышленном производстве не только ведет к сокращению молодых квалифицированных рабочих, но и сокращает потенциал трудовых ресурсов для этой отрасли. Все больше учащейся молодежи ориентируется на работу в будущем в непроизводственной сфере. Отчасти это связано с падением престижности труда в производственной сфере и отчасти с уменьшением возможностей для получения профессионального образования. За 5 лет численность занятых в промышленности сократилось на 30%, в сельском хозяйстве - на 23,5%, в строительстве - 28,3%. В результате через 10-15 лет Россия перестанет иметь самостоятельную промышленную политику и будет страной с технологически несамостоятельным производством.

Создание и существование среднего слоя в обществе “составляет один из важнейших интересов государства”.[23] Средний класс страны, который был характерен для советского общества исчезает. У его представителей практически нет какой-либо значимой собственности, отсутствуют сбережения. Экономические перемены в результате макроэкономической трансформации подрывают его материальные основы. На своих флангах он растворяется в огромной массе населения, не имеющей ни структуры, ни корней. Присущие ему традиции, ценности, ориентации не разделяются современной молодежью. В силу этих причин он является социально бесперспективным.

Формирование нового среднего класса, который будет опорой для власти, может занять длительный период времени. Выявленные тенденции макроэкономической трансформации в стране, направление эволюции экономических установок молодежи, которая со временем может составить основу этого класса, дают возможность предположить, что основной контингент среднего класса будут составлять через 15-20 лет в основном представители непроизводственной сферы.

Этот класс не будет таким многочисленным как в советском обществе и не сможет быть социальной базой для любых политических партий. Его представители, если судить по формирующимся сегодня ориентациям молодых людей, будут ориентироваться в большей степени на политических лидеров и лозунги-символы, а не на массовые политические партии и их социально-экономические программы.

Когда-то Ф. Энгельс утверждал, что самым лучшим мерилом удовлетворения потребностей людей служат показатели их удовлетворенности в жилье.[24] Через несколько лет самым острым социально-экономическим вопросом в российском обществе будет жилищная проблема. Большая часть жилищного фонда страны не отвечает социальным стандартам, не реконструируется и технически не обслуживается на необходимом уровне. Через 10-15 лет жилые микрорайоны, которые были построены в 60-е годы, в период массового дешевого жилищного строительства превратятся в трущобы, заселенные маргиналами

Исследование уровня доходов и экономического положения молодежи позволяет предположить, что большинство из них составят как раз нынешние молодые люди, семьи которых относились ранее к среднему классу и, которые не смогут приобрести новое жилье из-за отсутствия серьезных сбережений и доступных кредитов для его покупки. Дефицит жилья сократит возможности для эмиграции в Россию многих из 25 млн. русских, проживающих в настоящее время в странах ближнего зарубежья. Вряд ли их можно рассматривать как демографический ресурс России.

В результате трансформационных процессов в российском обществе разрушаются традиционные семейные структуры, резко уменьшилась их роль в жизни молодежи. Семья испытывает стрессовые нагрузки, многократно возросло число разводов. Большинство российских семей как в городской, так и сельской местности являются малодетными. Подавляющая часть молодых людей ориентируется на то, чтобы иметь в будущем одного ребенка. Уровень рождаемости, который имел тенденцию к снижению на протяжении ряда лет, в последнее время резко упал. Низкий уровень рождаемости в сочетании со снижением продолжительности жизни ведет к сокращению численности населения.

Возможное в ближайшем будущем абсолютное сокращение численности молодежи будет способствовать нарастанию темпов уменьшения населения, для которого территория России станет слишком велика и будет не под силу её экономическое освоение. Если не изменятся в ближайшее время социально-экономические условия и демографические настроения молодежи, то можно ожидать в ближайшие десятилетия, что российские села не выдержат массового сокращения населения, а экономика городов будет обречена на стагнацию. В условиях громадной экономической задолжности страны, свободной купли-продажи земли, наличия экономически не использованных территорий некоторые земельные угодья могут перейти во владение других стран.