Энергоэффективность в российской национальной стратегии топливно-энергетического комплекса (стр. 1 )

Глава 3

ЭНЕРГОЭФФЕКТИВНОСТЬ В РОССИЙСКОЙ

НАЦИОНАЛЬНОЙ СТРАТЕГИИ ТОПЛИВНО-

ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО КОМПЛЕКСА

3.1 Энергоэффективность как ключевой фактор экономического роста

Стратегическая цель государственной политики России в сфере ТЭК – обеспечение оптимального воспроизводства, рационального и сбалансированного использования и охраны топливно-энергетических ресурсов для повышения качества жизни людей, реализации прав нынешнего и будущих поколений на природные ресурсы, благоприятную природную среду обитания, а также для создания основы в целях перехода к устойчивому экономическому росту, соблюдению геополитических интересов и национальной безопасности России. [1]

Неотъемлемой частью экономических стратегий развитых государств мира в области достижения устойчивого экономического роста и формирования благоприятной для человека окружающей среды становятся национальные стратегии в области энергоэффективности. Стратегии в области энергоэффективности являются не просто каким то дополнением к энергетической политике, а фактически представляют собой ее качественно новую концепцию. Автор отдает себе отчет, что анализ новой концепции - это достаточно сложная задача, требующая для своего решения как практической реализации, так и теоретического осмысления многих исследователей.

Мировые энергетические кризисы 1973-1974 и 1979-1980 годов убедительно показали взаимозависимость энергетики и экономики и заставили развитые страны вплотную заняться активной энергоэффективной политикой, ускорив тем самым наступление новой эры высоких технологий, нового технологического уклада.

Энергоэффективность и устойчивый экономический рост представляют собой взаимосвязанные и взаимообусловленные процессы. Устойчивый экономический рост стоит в повестке дня государств всего мира, особенно после Конференции по устойчивому развития в Рио-де-Жанейро в 1992 году. Правительства стран постоянно анализируют и сверяют свою экономическую политику, программы и реальную практику с концепцией устойчивого экономического роста. Что касается энергоэффективности в целом и в энергетическом секторе, в частности, то она играет важную роль, поскольку предполагает не просто эффективное использование ресурсов, в том числе и в топливно-энергетическом секторе, но и является особым средством регулирования благоприятной среды обитания. А это соответствует и способствует целям устойчивого экономического роста.

Впервые категория «энергетическая эффективность» была озвучена и использована в основополагающих документах на Конференции министров окружающей среды в Орхусе (Дания, 23-25 июня 1998г.) «Окружающая среда для Европы». В частности, в Декларации Конференции было заявлено, что «политика в области энергоэффективности является одним из важнейших элементов, обеспечивающих достижение стоящих перед нами национальных и международных задач в области экономики, охраны окружающей среды, устойчивого энергоснабжения и технологии, оказывающих воздействие на качество жизни».[2]

Активно применять концепцию энергоэффективности для целей экономического роста развитые страны мира начали в последнее двадцатилетие прошлого столетия. Во всех промышленно развитых странах были разработаны меры как на правительственном уровне, так и на уровне частного бизнеса, направленные на снижение энергоемкости ВВП. Эти меры касались прежде всего прямой экономии энергии во всех отраслях экономики, включая жилищно-коммунальный сектор, постепенное ограничение развития энергоемких и высоких технологий. Поэтому в этих странах наблюдается энергоэффективный экономический рост: на 1% прироста ВВП приходится не более 0,4% прироста потребления энергоносителей и 60-65 % экономического роста обеспечивалось за счет энергоэффективности.

Приведем данные энерго - и нефтеемкости ВВП за период 1970-2000 годы в экономике США (таблица 26).

Таблица 26

Динамика энергоемкости и нефтеемкости ВВП США

Показатель	1970г.	1980г.	1990г.	2000г.
ВВП в ценах 1992г. (млрд. долл.) Потребление первичных энергоресурсов (млн. т у. т.) Потребление нефти	3388,2 2417,1 1063,3	4615,0 2734,4 1231,3	6136,3 2926,3 1208,0	8048,1 3358,8 1376,6
Энергоемкость ВВП (т у. т./1000 долл. ВВП) Нефтеемкость ВВП (т у. т./1000 долл. ВВП)	0,713 0,314	0,592 0,266	0,477 0,197	0,417 0,171

Источник: Oil and Gas Journal 2000. January 31. P. 54

В среднем в мире энергоемкость национального дохода уменьшилась за последнее двадцатилетие на 18%, а в развитых странах – на 21-27%. В России, напротив, энергоемкость ВВП в 1990-1998 годах увеличилась на 22%. За период с 1998-2001 годы в стране наметилась тенденция снижения энергоемкости с 0,123 до 0,1218 т у. т. на 1 тыс. рублей ВВП.

Динамика энергоемкости ВВП в разрезе крупных регионов мира приведена в таблице 27.

Таблица 27

Динамика энергоемкости ВВП и ее прогноз (1997 год)

т у. т. на 1 тыс. долларов США

Наименование	1990г.	1995г.	2000г.	2010г.	2020г.
Развитые страны Развивающиеся страны Россия	0,39 0,82 1,27	0,37 0,80 1,51	0,36 0,71 1,47	0,29 0,66 1,07	0,23 0,56 0,78

Источник: International Energy Outlook 2001/ Wash., March 2001; Энергетическая стратегия России на период до 2020 года. М., 2003.

О количественно-качественной составляющей энергоемкости косвенно можно также судить по величине потребления нефти, приходящейся на выпуск единицы ВВП, приведенной на рис. 11.

Рис.11

Анализ показывает, что в России за 1990-2000 годы из-за глубокого экономического кризиса, нарастающей технологической отсталости энергоемких отраслей промышленности и жилищно-коммунального хозяйства, а также недооценки стоимости энергоресурсов, прежде всего газа, произошел значительный рост энергоемкости. Недостаток инвестиций в обновление производственного аппарата в этот период привел к ускоренному физическому износу основных фондов промышленности с соответсвующим ухудшением их энергопотребляющих характеристик.

В 2000 году энергоемкость единицы ВВП в России была почти в четыре раза выше, чем в развитых странах, и в два раза выше, чем в развивающихся. Расчеты показывают, что если не будут приняты особые государственные меры в сфере энергопотребления, то к 2020 году энергоемкость ВВП страны будет превышать аналогичный показатель промышленно развитых стран почти в 3,5 раза, а развивающихся стран – в 1,5 раза.

Развитые мировые державы продолжают наращивать усилия в сфере энергоэффективности. В апреле 1998 года Министерством энергетики США была опубликована Энергетическая стратегия страны, в которую входят 5 глобальных целей, определяющих приоритетные направления Энергетической стратегии на период до 2010 года. В частности, «Глобальная цель Ι. » формулируется в этой Стратегии так: «Повышение эффективности энергетической системы – более продуктивное использование энергоресурсов, что приведет к улучшению экономической ситуации, экологии и национальной безопасности», а «Глобальная цель ІІІ.» фиксирует – «Способствовать соответствию энергетики необходимым запросам экологии и здравоохранения».

Если обобщить имеющийся опыт развитых стран в области энергоэффективности, то ее содержанием являются энергосбережение, снижение энергоемкости, уменьшение зависимости от импорта энергоресурсов, диверсификация топлива, снижение выбросов СО₂, увеличение использования нетрадиционных источников энергии.

Важнейшей характеристикой энергоэффективности является одна из ее составных частей – энергосбережение, суть которого заключается в том, что оно не производит энергию и энергоносители, а экономит их. Отсюда вытекает, что энергоэффективность, в форме энергосбережения, как задача государственной важности, должна быть не просто составной частью экономической политики государства, присуща не только сфере ТЭК, а стать главным направлением деятельности практически всех отраслей экономики, предприятий и организаций не зависимо от форм собственности.

Кроме сокращения энергопотребления повышение энергоэффективности способствует росту конкурентноспособности продукции, сокращает импорт энергии. Поэтому повышение энергосбережения и снижение энергоемкости рассматриваются многими развитыми странами в качестве приоритетных задач.

Другой задачей, на которой в последнее время сосредотачивается внимание мировой общественности, является сохранение среды обитания, снижение вредных выбросов в атмосферу.

Таким образом, энергоэффективность – это не только энергетическая и экономическая задача, но и социально-политическое условие достижения принятых странами основных направлений развития на перспективу, связанных с обеспечением устойчивого социально-экономического роста.

С научных позиций объективная основа энергоэффективности заложена в ускорении научно-технического прогресса, находящего отражение в мировой тенденции перестройке структуры ВВП в сторону расширения сферы интеллектуальных услуг и структурных высокотехнологичных сдвигов в реальном секторе. Высокотехнологичные отрасли и производства, отличаясь повышенной наукоёмкостью, а в ряде случаев повышенной капиталоёмкостью (в терминах интеллектуального, а не физического капитала), имеют низкую материалоемкость. Отсюда снижение энергоемкости даже при стабильной капиталоемкости продукции все более становятся главным источником роста совокупной эффективности капитала в реальном секторе экономики и связано с большей или меньшей модернизацией, реконструкцией или структурной перестройкой производства.

Проблемы энергоэффективности постоянно находятся в центре внимания мировой общественности. Ведущие правительственные и общественные международные организации ставят на первое место проблемы повышения энергетической эффективности экономики, снижения непроизводительных потерь топлива и энергии, охраны окружающей среды от загрязнений при использовании и производстве топлива и энергии. В числе их Европейская Экономическая Комиссия ООН (ЕЭК), Организация Объединенных Наций по промышленному развитию (ЮНИДО), Мировой Энергетический Совет (МИРЭС), Международное Энергетическое Агентство (МЭА) и др.

Так, ЕЭК, объединяющая страны Европы и Северной Америки, реализовала крупную программу "Энергетическая эффективность - 2000". Цель программы заключалась в содействии странам с переходной экономикой. В ее рамках, в частности, было создано ряд демонстрационных зон высокой энергетической эффективности, в том числе и в России.

Масштабная реализация энергосберегающих проектов как составная часть энергоэффективности осуществляется во всех развитых странах мира. Так, по данным МЭА расходы на эти мероприятия ежегодно составляют 9,5 долл./чел. в США, 7,1 долл./чел. в Германии, 4,3 долл./чел. в Ирландии. Как показывают расчеты специалистов, энергосбережение способствует экономии инвестиций по сравнению с приобретением дополнительных объемов энергетических ресурсов.

С 1970 по 1985 годы средний уровень использования всех видов энергии США в расчете на доллар ВВП снижался на 2,3% в год в результате интенсивного перехода на более экономичные производственные технологии и ускоренного вывода за пределы страны устаревших энергоемких производств. В дальнейшем по мере замедления роста цен на топливное сырье темпы удельного энергопотребления в США в период с 1986 до 2001 года снижались на 1,4% в год. До 2025 года этот показатель, как ожидается будет продолжать уменьшаться на 1,5% в год по мере продолжения структурной перестройки экономики и увеличения удельного веса сферы обслуживания.

В Китае за последние 15 лет энергоемкость ВВП снизилась вдвое. Этого нельзя было добиться без существенного повышения средней технической оснащенности реального сектора экономики. В последнее десятилетие соотношение приростов энергопотребления и ВВП в Китае составляло около 0,5 (такой же уровень и в США) – ниже чем в Японии (1,0), Южной Корее (0,8). На охрану окружающей среды централизованно ассигнуется 0,7% ВВП.

Важным фактором, способствующим реализации государственной энергосберегающей политики в развитых странах, является правительственная поддержка научно-иссследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) в сфере энергосбережения. Финансовая поддержка НИОКР проводится за счет средств государственного бюджета, исходя из приоритетности направления, и с привлечением средств частного сектора. Например, расходы США на НИОКР в сфере энергосбережения за 1991 год составили более 3,2 млрд. долл., из которых правительственные расходы - 217,54 млн. долл. Удельная часть расходов на НИОКР в сфере энергосбережения (% от общих расходов на НИОКР в сфере энергетики) наибольшая в Швеции: в 1991 году она составила 37,86%. В Японии же НИОКР в сфере энергосбережения практически полностью финансируется частным сектором.

Научно-технический прогресс способствует рациональному ресурсопотреблению в основном в двух направлениях: во-первых, выпуск новых видов сырья и материалов с улучшенными техническими и экономическими параметрами, обусловливающими рациональное использование топливно-энергетических ресурсов; во-вторых, техническое перевооружение предприятий и совершенствование технологических процессов, обеспечивающие структурную перестройку экономики в направлении широкого использования высоких технологий.

Опыт стран с рыночной экономикой, достигших значительных успехов в ресурсосбережении, наряду с обозначенными двумя направлениями, широко используют и третье – использование вторичного сырья как полноценного заменителя традиционных сырьевых ресурсов, что является одной из важнейших задач развития мировой экономики. В последнее время количество разнообразных остаточных продуктов производства и потребления увеличивается быстрее, чем годовой прирост общественного продукта, их общий объем составляет примерно половину всего добываемого сырья.

Если рассматривать, например, новейшие энергосберегающие технологии и нетрадиционные энергоресурсы, использование которых обеспечит существенные энергоэффективные сдвиги, то к базовым научным разработкам последних лет можно отнести: высокоэффективные миниэнергетические установки, новые технологии повышения нефтеотдачи пластов, энергосберегающие способы передачи энергии; нетрадиционные энергоресурсы и новые поколения генераторов энергии (эффективные гидростанции, атомные генераторы нового поколения, эффективные технологии использования солнечной, ветровой энергии); новые средства контроля за расходом и потерями энергии.

Другими словами, под ресурсосбережением в широком смысле понимается более рациональное и эффективное использование всей совокупности ресурсов производственного и непроизводственного назначения в процессе реализации целевых установок социально-экономического развития, то есть оказывается тождественным интенсификации воспроизводственных процессов. В узком смысле под ресурсосбережением понимается рост эффективности использования традиционных (первичных) природных, сырьевых и энергетических ресурсов.[3]

Развитые страны мира придают этой проблеме, в том числе и формированию законодательной базы роста инвестиций для широкого применения альтернативных источников, огромное значение. Так, в Конгрессе США в настоящее время обсуждаются много численные мероприятия по формированию инвестиционной базы развития и расширения использования солнечной энергии, гибридных транспортных средств на топливных элементах и топливных газов, получаемых из биологических отходов. Придавая особое значение вопросу энергоэффективности, Конгресс продлил действие всех имевшихся ранее налоговых льгот на использование технологий чистого угля, энергии ветра и биомассы, а также бензина, смешиваемого с этиловым спиртом из сельскохозяйственных отходов. Думается, этот опыт Конгресса США вполне может быть применим и в России.

В середине 60-х годов прошлого столетия научная общественность и многие хозяйственные руководители Советского Союза пытались привлечь внимание к проблеме ресурсо-и энергосбережения. Однако данному вопросу так и не был придан статус государственной политики и результаты оказались весьма скудными.

Работа по формированию принципов и механизмов новой государственной политики в области энергоэффективности в рыночных условиях России началась в области энергосбережения как важнейшей составной части энергоэффективности. Начало этой работе было положено выходом в свет в 1992 году постановления Правительства Российской Федерации “О неотложных мерах по энергоснабжению...”[4] и решением совместного заседания коллегий Минтопэнерго РФ и Миннауки РФ[5]. Речь в постановлении Правительства РФ шла о необходимости «усиления работы по рациональному и экономному использованию нефти, газа и нефтепродуктов в отраслях российской экономики, вовлечения в оборот в ближайшие 2-3 года крупных резервов экономии этих ресурсов за счет осуществления конкретных проектов по созданию, производству и использованию энергетически эффективных и экологически чистых технологий и энергосберегающей техники».

В тот же период были опубликованы некоторые теоретические работы и практические материалы, раскрывающие взгляд на стратегию энергосбережения в условиях рыночных преобразований в стране, обобщающие первый опыт по реализации проектов в новых условиях хозяйствования.[6] В обществе наметился определенный перелом в понимании необходимости заниматься энергосбережением на государственном уровне.

Нормативно-правовые акты Правительства РФ дали определенный толчок развороту работ в области энергосбережения, но, к сожалению, эти решения полностью не были выполнены, поэтому и результаты работ были не адекватны потребностям экономики с точки зрения эффективности. Так, реального формирования источников Российского внебюджетного межотраслевого фонда энергоснабжения для целевого финансирования межотраслевых и крупных отраслевых энергосберегающих проектов и программ, о чем шла речь в постановлении Правительства РФ, произведено не было, что фактически привело к его невыполнению в целом.

Дальнейшее развитие вопроса энергосбережения нашло в законе «Об энергосбережении»[7], обобщившим накопленный в стране и развитых странах опыт и давший толчок к принятию многими субъектами Федерации своих законодательных и нормативно-правовых актов. Закон дал толкование понятия «энергосбережения» [8], определил объект государственного регулирования в этой области, а также принципы энергосберегающей политики государства. В настоящее время почти все регионы страны имеют законы или другие нормативно-правовые акты об энергосбережении, что дает определенный прогресс в реализации энергосберегающей политики.

В развитие закона «Об энергосбережении» были разработаны и приняты федеральные целевые программы “Топливо и энергия” и “Энергосбережение России (1998-2005 гг.)”, а также ряд специальных постановлений Правительства РФ, в которых предусмотрен комплекс мер организационного и экономического усиления работ по энергосбережению, включая обязательность энергоаудита, применения стандартизации и сертификации для энергопотребляющего оборудования, оснащения приборами учета и регулирования расхода энергоносителей предприятий бюджетной сферы, поддержку создания в регионах демонстрационных зон высокой энергоэффективности в рамках проекта ООН “Энергоэффективность - 2000”, создание Госэнергонадзора за рациональным расходом энергоносителей на предприятиях всех отраслей экономики независимо от форм собственности, совершенствования статистической отчетности по энергопотреблению.

Значимость ФЦП «Энергосбережение России» заключается прежде всего в том, что вопрос эффективного использования энергии стал рассматриваться в качестве государственного приоритета в энергетической политике. Отсюда не только на федеральном уровне, но и на региональных были разработаны целевые программы по энергосбережению.

Потенциал России для проведения энергосберегающих мероприятий весьма значителен. По разным оценкам в период 1973-1995гг. потери от расточительного потребления энергоресурсов ежегодно составляли 500-700 млрд. долларов США, то есть порядка 20-30 млрд. долл. в год.[9] Свыше 40% всех используемых в стране энергоносителей используются нерационально как в связи с прямыми потерями при производстве, в энергосистемах, так и по причине непроизводительного их потребления в реальном секторе экономики и в социальной сфере.

Так, глубина переработки нефти в России находится на уровне 62%, а за рубежом она достигает 85-90%. Это отражает не только специфику потребления нефтепродуктов в стране, уровень научно-технического прогресса в отрасли, но и во многом нерациональность использования данного вида углеводородов. Повышение рассматриваемого показателя даже до 75% позволили бы дополнительно выработать 12-13 млн. т моторного топлива, что равнозначно переработке по старой технологии 20-23 млн. т нефти. Расчеты по эффективности углубленной переработки нефти показывают, что продажа 1 т нефти на международном рынке приносит прибыль от 20 до 30 долларов, в то время как 1 т нефти, затраченная на производство зерна, - 80, а на производство мяса – от 300до 400 долларов. [10]

ФЦП «Энергосбережение России» нацелена на снижение к 2005 году энергоемкости ВВП на 13,4%. Реализация программы требует для своего полного осуществления инвестиций в объеме 9,2 млрд. долларов США, которые распределяются между частными компаниями (47%), банковскими кредитами (30%), бюджетов субъектов Федерации (20%) и федерального бюджета (3%).

Решение вопроса энергосбережения часто увязывают с необходимостью повышения цен на энергоносители. Это якобы вынудит потребителей снижать объем потребления энергоресурсов на единицу выпуска продукции. В действительности же полученные результаты оказались противоположными.

Анализ показал, что значительный и быстро возрастающий удельный вес затрат топлива и энергии стал результатом взаимодействия нескольких факторов. Во-первых, в условиях падения производства в 90-х годах неизбежно выросли условно-постоянные энергозатраты на единицу продукции. Наибольшая доля затрат производителей на обеспечение промежуточного потребления приходится на оплату топливно-энергетических ресурсов. Во-вторых, лишение предприятий средств на внедрение новых технологий не позволило переходить на энергосберегающие технологии. В-третьих, в полной мере действовал механизм монопольного завышения цен на большинство товаров и услуг, в том числе и на энергоресурсы. Изменение цен на энергоресурсы отражается на издержках производства других отраслей в течение года – фактор длинной волны. По расчетам, увеличение цены на энергоресурсы на единицу продукции на 1 руб. за счет производственных связей увеличивает цену конечной продукции примерно на 5-6 руб. К тому же и заметного изменения соотношения цен на продукцию ТЭК и других отраслей не произошло. Так, доля энергозатрат в цене машиностроительной продукции как была, так и осталась на уровне 6 - 8 %, а в семейном бюджете (в среднем) - сохранилась на уровне 3 - 4 %.

Перекрестное субсидирование, когда за счет более высоких цен на газ, электроэнергию и тепло для промышленности частично поддерживались низкие цены на энергоносители для населения, привело при общем недостатке оборотных средств к массовым неплатежам за энергию, увеличению доли дотаций из местных бюджетов, расходуемых на оплату теплоэнергоснабжения, в отдельных районах до 40 %. В этих условиях повышалась значимость задачи энергосбережения, но одновременно снижались и реальные финансовые возможности как у государства, так и у самих хозяйствующих субъектов, для практической реализации мер по энергосбережению.

Для обеспечения надежного энергообеспечения экономики России и решения ее внешнеэкономических задач на перспективу необходимо осуществить структурную перестройку экономики со снижением доли энергоемких производств в реальном секторе и сфере услуг, обеспечивающий реализацию потенциала энергосбережения в объеме как минимум 45-50% всего современного внутреннего потребления топливно-энергетических ресурсов России.

Вместе с тем анализ исполнения закона «Об энергосбережении», других нормативно-правовых актов, ФЦ программ выявил многие недоработки, в том числе и теоретического плана, которые сдерживают процесс энергосбережения.

Нормативно-правовыми документами были установлены правовые, организационные и технические основы государственной политики в области энергосбережения. Однако до сих пор недостаточно четко проработаны теоретические вопросы экономической сущности процесса энергосбережения, не до конца выявлены и определены интересы хозяйствующих субъектов. Это является одной из главных причин того, что проблема энергосбережения решается крайне медленно.

Действительно, важнейшим стратегическим приоритетом энергостратегии является повышение энергетической эффективности российской экономики. Закон об энергосбережении напрямую призван работать на повышение эффективности всей экономики страны. Для этого он должен содержать положения о формировании механизмов энергосбережения в федеральной бюджетной сфере, формирование основ создания финансирования и функционирования федерального, региональных и муниципальных фондов энергосбережения, формирование механизмов стимулирования энергосберегающих мероприятий, определение мер и механизмов экономического и административного воздействия за нерациональное использование топливно-энергетических ресурсов.

В подавляющем большинстве нормативно-правовых документов, когда речь заходит об энергосбережении, как правило, внимание концентрируется на потребителях энергоресурсов. На это направление работы делался упор в Энергетической стратегия России 1995 года, в законе «Об энергосбережении» 1996 года, в Федеральной программе «Энергосбережение России» 1998 года. Даже в «Энергетической стратегии России на период до 2020 года» в разделе «Энергетическая эффективность» (раздел 4.1.2.) зафиксировано, что «целью политики государства в данной сфере является жесткое и безусловное достижение намеченных стратегических ориентиров роста энергоэффективности – с использованием широкого спектра регулирующих и стимулирующих потребителей (подчеркнуто нами – А. В.) энергоресурсов….», а «задача состоит в том, чтобы …. создать устойчивую и эффективную систему заинтересованности потребителей (подчеркнуто нами – А. В.) энергоресурсов в инвестировании в энергосбережение…»[11]

Данная постановка вопроса правомерна лишь в основном. Во-первых, нельзя сбрасывать со счетов, что почти 30% топливно-энергетических ресурсов потребляет сам ТЭК, следовательно, и производители энергоресурсов также должны быть участниками процесса энергосбережения. Во-вторых, анализ показывает, что в структуре и производителей, и потребителей энергоресурсов хозяйствующие субъекты различны по экономическому содержанию, а следовательно, имеют и различные интересы к проблеме энергосбережения.

Теоретически понятно, что с государственных позиций экономическая эффективность энергосбережения отражает соотношение стоимости сэкономленной энергии и затрат на ее производство. Однако эта верная в общеметодологическом плане формула находит разное понимание у участников процесса энергосбережения. Другими словами, при реализации ресурсосберегающей стратегии общеметодологический критерий оценки не совпадает с минимизацией затрат участников процесса.

Ресурсосберегающие программы «уменьшают» объем производства энергоснабжающей компании, производителей энергоресурсов. Для них эффективность энергосбережения определяется соотношением прибыли, которую компания может заработать в результате увеличения объемов производства энергоресурсов, с прибылью, получаемой компанией благодаря реализации энергосберегающих мероприятий. Энергосбережение у потребителя в конечном счете ведет к снижению прибыли у поставщика. Отсюда понятно и отношение энергоснабжающих компаний к процессу внешнего энергосбережения: оно не всегда им выгодно. Поэтому без государственного регулирования и соответствующего стимулирования для производителей энергоресурсов этот процесс вряд ли будет развиваться активно.

С точки зрения энергопотребителя экономическая оправданность энергосбережения предполагает, что затраты на энергоресурсы и затраты на реализацию мероприятий по повышению энергетической эффективности, то есть общие расходы на предоставление энергетических услуг, будут уменьшаться. Это также предполагает государственное стимулирование данного процесса.

В 2001 году правительство РФ утвердило Федеральную целевую программу «Энергоэффективная экономика» на 2002-2005 годы и на перспективу до 2010 года.[12]

Основные цели и задачи Программы – перевод экономики России на энергосберегающий путь развития за счет всемерного использования энергосберегающих технологий и оборудования; снижение издержек производства в энергетическом секторе, при переработке и использовании топливно-энергетических ресурсов потребителями; сохранение и расширение экспортного потенциала ТЭК.

Один из главных вопросов, решение которого должна обеспечить реализация ФЦП «Энергоэффективная экономика» - снижение энергоемкости ВВП. В последнее десятилетие в среднем по мировой экономике энергоемкость ВВП уменьшилась на 19%, а в развитых странах – на 21-27%. В Российской же Федерации, из-за глубокого экономического кризиса 90-х годов, энергоемкость ВВП за 1990-1998 годы возросла на 18%. И лишь в годы экономического роста она начала снижаться по 1,5-2.%% в год. В настоящее время, по данным Минэкономразвития РФ, удельная энергоемкость[13] экономики России превышает уровень энергоемкости развитых стран в 3-4 раза и США – в 2,2 раза.

О наличии значительного потенциала энергосбережения свидетельствуют и такие данные. По отдельным регионам энергетические затраты в издержках производства промышленной продукции составляет 8-12%. В совокупности с топливными ресурсами эта величина возрастает вдвое. Доля материальных затрат в целом (включая топливно-энергетические) достигает 60%.Высокая доля энергетических затрат в издержках производства отечественной продукции и тенденция к их увеличению оказывает негативное воздействие на развитие хозяйствующих субъектов, конкурентоспособность их продукции.

Состояние вопроса по энергосбережению на начало 2000 года в Российской Федерации охарактеризуем реальными показателями и данными, ожидаемыми при конечных результатах выполнения ФЦП «Энергоэффективная экономика» (см. таблицу 28).

Как видно из приведенных данных, ФЦП предполагает, что существующий потенциал энергосбережения составляет в среднем 300 млн. т у. т., или почти 25% реального потребления в 2000 году. Открывая в Москве конференцию «Сравнение энергетических стратегий России и ЕС» 17 октября 2003 года, заместитель Председателя

Таблица 28

Потенциал энергосбережения по основным группам потребителей

Группы потребителей	Потребление ТЭР 2000г.	Энергосбер. 2002-2005гг.	ТЭР 2006-2010гг.	Всего
млн. т у. т.	%	млн. т у. т.	млн. т у. т.	млн. т у. т.
Топливно-энерг. комплекс	315	23,6	42	44	86
Энергоемкие отрасли (металлургия, машиностроение, строит., материалы, текстильная и легкая), в том числе: - сельское хоз. - транспорт	266	19,9	63-68 5,5-6,5 8,5-9,5	65,3-71,5 6-7 9,3-10,5	128,3-139,5 11,5-13,5 17,8-20,0
Жилищно-коммунальное хозяйство	398,3	29,8	35-38	38	73-76
Общее потребление энергоресурсов	1336,0
Всего:			140-148	147,3-153,5	287,3-301,5

Источник: Данные Минэнерго РФ; ФЦП «Энергоэффективная экономика» на 2002-2005годы и на перспективу до 2010 года». При расчетах приняты коэффициенты пересчета, используемые Госкомстатом России: 1т. угля = 0,6 т у. т.; 1 т нефти = 1,43 т у. т.; 1 тыс. куб. м. газа = 1,15 т у. т.; 1 кВт/ч = 0,34 т у. т.

Правительства РФ Виктор Христенко отметил, что существующий в России потенциал энергосбережения оценивается в 360-430 млн. тонн условного топлива, то есть практически равно объему российского экспорта в Европу.[14]Наибольшая доля энергосбережения – 45% от общего потенциала его снижения приходится на энергоемкие отрасли экономики (машиностроение, строительство, и др.), в том числе на транспорт – 6,2 и сельское хозяйство – 3,3%, на отрасли ТЭК приходится еще 30%, на жилищно-коммунальное хозяйство – 25%.

По данным некоторых экспертов, участников разработки ФЦП «Энергоэффективная экономика», потенциал энергосбережения значительно больший – 460 – 540 млн. т у. т. или приближается к 40-50% общего потребления энергоресурсов в 2000 году.[15]

Анализ показывает, что при достигнутом в 2000-2003 годах экономическом росте (прирост ВВП – 16%) объем потребления энергоресурсов на единицу конечного результата практически не уменьшился, фактически отслеживал, отражал динамику роста ВВП.

Если предположить, что указанная тенденция сохранится и в перспективе, то есть не произойдет изменения структуры экономики в сторону широкого использования высоких технологий, а следовательно, и резкого снижения энергосбережения, то, по нашим расчетам, уже к 2010 году при возможном росте ВВП в 2 раза, энергопотреблении в 1,45-1,55 раза, объем внутреннего потребления первичных топливно-энергетических ресурсов (без нанесения ущерба внешнеэкономической составляющей) может увеличится лишь в 1,25 раза. Другими словами, потребности экономики страны в энергоресурсах при таком развитии сценария может быть обеспечен за счет увеличения добычи и производства топливно-энергетических ресурсов менее чем на 40%. Недостающие 60% возможно восполнить только за счет активного внедрения энергосберегающих высоких технологий.

Другой, еще более жесткий сценарий может возникнуть (а к этому есть определенные предпосылки), если принять во внимание прогнозируемый рост ВВП к 2020 году при оптимистическом варианте развития экономики России с ростом ВВП в 3,3 раза. В этом случае удовлетворить энергетические потребности страны без существенного снижения энергоемкости экономики невозможно ни физически, ни экономически.

С другой стороны, расчеты показывают, что простое, экстенсивное увеличение расходов энергоресурсов при существующей структуре экономики приводит к росту ВВП лишь на одну треть; до половины роста экономики можно обеспечить за счет структурной перестройки без увеличения затрат энергии и свыше 20% роста ВВП можно получить путем технологического энергосбережения.

Проблема энергоэффективности напрямую связана с качеством жизни населения. По нашим оценкам, если рост ВВП России в ближайшие два-три десятилетия будет осуществлен на 60-70% за счет энергосбережения и только на 30-40% за счет увеличения энергопотребления, а это, как свидетельствует мировая практика, вполне реально, то для достижения в стране ВВП на душу населения на уровне 15-20 тыс. долл./год, потребление энергии должно возрасти с 930 до 1300-1500 млн. т у. т. При этом нужно иметь в виду, что в силу суровых климатических условий мы все равно будем вынуждены тратить при прочих равных условиях в 1,8 раза энергии больше на создание единицы ВВП, чем США или страны Европы.