Лекционное занятие на тему: Психолого-педагогические основы общего развития ребенка

Вопрос 1. Психолого-педагогическая характеристика развития и поведения детей подросткового возраста

Известно, что процесс интеллектуального развития детей начинается и завершается несколько раньше, чем процесс их личностного развития. Если интеллект ребенка, понимаемый, как способность ставить и решать задачи в практическом, образном и символическом планах, представляется развитым уже к началу подросткового возраста, то становление ребенка как личности активно продолжается и завершается гораздо позднее, в годы юности. В течение трех-четырех лет обучения в старших классах школы оформляется мотивационная сфера человека, определяются его личные и деловые интересы, проявляются профессиональные склонности и способности.

Главным содержанием подросткового возраста является его переход от детства к взрослости, который характеризуется глубокими изменениями условий, влияющих на личностное развитие ребенка. Они касаются физиологии организма, отношений, складывающихся у подростков с взрослыми людьми и сверстниками, уровня развития познавательных процессов, интеллекта и способностей. Все стороны развития подвергаются качественной перестройке, возникают и формируются новые психологические образования. Этот процесс преобразования и определяет все основные особенности личности детей подросткового возраста.

Отличительная черта психического развития состоит в том, что оно носит прогрессивный характер и вместе с тем противоречивый, гетерохронный характер на протяжении всего школьного периода.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Процесс развития характеризуется двумя противоположными тенденциями: с одной стороны устанавливаются все более тесные межиндивидуальные контакты, усиливается ориентация на группу. С другой стороны происходит рост самостоятельности, усложнение внутреннего мира и формирование личностных свойств

Психологический кризис подросткового возраста связан с формирующимися личностными новообразованиями, среди которых главное место отводится чувству взрослости и возникновению нового уровня самосознания. Переоценкой своих возросших возможностей определяется стремление подростков к своей независимости и самостоятельности. Болезненное самолюбие и обидчивость, повышенная критичность по отношению к взрослым, острая реакция на попытки окружающих умалить их достоинство, принизить их взрослость, недооценить их правовые возможности, является причинами частых конфликтов в подростковом возрасте.

Ориентация на общение со сверстниками часто проявляется в боязни быть отвергнутым сверстниками. Эмоциональное благополучие подростка все больше и больше начинает зависеть от того места, которое он занимает в коллективе, начинает определяться, прежде всего, отношением и оценками товарищей, появляется тенденция к группированию, что обуславливает склонность к образованию группировок братств, готовность безоглядно следовать за лидером. Для подростка важно непросто быть вместе со сверстниками, но и главное занимать среди них удовлетворяющее его положение. У некоторых это стремление может выражаться, в желании занять в группе позицию лидера, для других – быть признанным любимым товарищем, для третьих – непререкаемым авторитетом в каком-то деле, но в любом случае оно является ведущим мотивом поведения детей в средних классах.

Исследования показывают, что именно неумение и невозможность добиться такого положения чаще всего является причиной недисциплинированности и даже правонарушений подростков. Это сопровождается повышенной конформностью подростков по отношению к подростковым компаниям.

Если взрослые обеспокоены дурным влиянием какой-то группы на молодого человека, то, прежде всего, следует помочь ему повысить в ней свой статус, тогда влияние группы на него ослабнет и возникнет возможность либо скорректировать это влияние, либо вывести молодого человека из группы. В это время особенно важно создать все условия для своевременного включения молодого человека в трудовую деятельность старшего поколения. Чем меньше у него таких возможностей и чем меньше о нем заботятся родите­ли, тем более он восприимчив к давлению со стороны сверстников.

Интенсивно формируются нравственные понятия, убеждения, принципы, которыми подростки начинают руководствоваться в своем поведении, зачастую у подростков формируется система своих требований и норм, не совпадающих с требованиями взрослых.

Одним из важнейших моментов в личности подростка является развитие самосознания самооценки. У подростков возникает интерес к качествам своей личности, потребность сравнить себя с другими, оценить себя, разобраться в своих чувствах и переживаниях. Самооценка формируется под влиянием оценок других людей, сравнения с другими. Важнейшую роль в формировании самооценки играет успешность деятельности. Если в младшем школьном возрасте самооценка неотделима от оценки окружающих, то в подростковом возрасте происходят значительные изменения: переориентация внешних оценок на оценку самого себя, усложняется содержание самооценки, в нее включаются нравственные проявления, отношение к окружающим, собственные возможности, обостряется восприятие внешних оценок и самовосприятие. Насущной задачей подростка становится оценка собственных качеств.

Тенденции в развитии характерологических особенностей у детей подросткового возраста заключаются в том, что от 12 к 17 годам заметно увеличиваются показатели общительности, легкости в общении с людьми, доминантности, соревновательности. В то же время отмечается тенденция к снижению импульсивности, возбудимости. В этом возрасте особенно остро проявляются некоторые свойства характера.

В подростковом возрасте изменяется содержание и роль подражания в развитии личности. Если на ранних ступенях онтогенеза оно носит стихийный характер и мало контролируется сознанием ребенка, то с наступлением подросткового возраста подражание становится управляемым, начинает обслуживать многочисленные потребности интеллектуального и личностного самосовершенствования ребенка.

Новый этап в развитии этой формы начинается с научения подростков подражанию внешним атрибутам взрослости. считает, что характерологическая особенность 10-15-летнего ребенка проявляется в обостренном стремлении утвердить себя в обществе, добиться от взрослых признания своих прав и возможностей. На первой стадии для детей специфично стремление получить признание факта их взросления. Причем у части младших подростков оно выражается в желании лишь утвердить свое право быть как взрослые, добиться признания своей взрослости (на уровне, например, «я могу одеваться так, как я хочу»). У других детей стремление к взрослости заключается в жажде получить признание их новых возможностей, у третьих – в желании участвовать в разнообразных делах наравне с взрослыми.

Если в младшем подростковом возрасте наиболее интенсивные изменения происходят в физическом развитии, то в старшем подростковом и юношеском возрастах наиболее высокими темпами развивается личность ребенка.

И. Гезелл, С. Кон и другие авторы считают, что если десять лет — это возраст, когда ребенок уравновешен, легко воспринимает жизнь, доверчив, ровен с родителями, еще мало заботится о своей внешности, то в одиннадцать лет (с началом полового созревания) меняется поведение. Подросток становится более импульсивным, демонстри­руя частую смену настроения, он нередко ссорится со сверстниками. Поскольку именно в этом возрасте наблю­дается развитие волевой сферы, авторитарность со стороны родителей и педагогов воспринимается уже иначе, чем в детстве. Если взрослые не хотят обсуждать с подростком своих указаний, а прямым нажимом тре­буют их исполнения, то это может привести к некоторому негативизму. В этом возрасте особенно болезненно пе­реносится стиль воспитания, подавляющий активность и инициативу, однако и излишняя свобода — тоже еще непосильный груз (, 1979).

Безапелляционная требовательность и неуважение родителей к своим детям приводят к нежеланию общаться с ними и порождают у подростков замкнутость и лживость, способствуя формированию забитого, пассивного, не уверенного в своих силах че­ловека. Подросток, воспитанный в атмосфере жесткого контроля и непрерывной опеки, вырвавшись из-под роди­тельского крыла, оказывается беспомощным и чрезвы­чайно зависимым от постороннего влияния. Чрезмерная регламентация со стороны взрослых в этом возрасте при­водит к тому, что он становится несамостоятельным, у него повышается агрессивность, а чрезмерная свобода порождает у него асоциальные, эгоистические тенденции в поведении, бессистемность и беспорядочность. Напротив, доверительность в отношениях между родителями и подростком развивает у него самоуважение, чувство собственного достоинства, помогает снимать напряжение, усиливает чувство безопасности и эмоционального комфорта, обучает умению устанавливать хорошие отношения с другими людьми.

Избыточная регламентация проявляется, прежде всего, в различных запретах взрослых. Любопытный анализ того, кто из членов семьи что-то запрещает детям, про­веден в работе (Ф. Райс, 2000). Запреты, касающиеся безопасности подростка, составляют 42%, направленные на сохранение вещей и порядка в доме — 28, связанные с охраной покоя взрослых — 22. Запреты нравственного характера, не затрагивающие непосредственных интере­сов семьи,— всего 8%. При этом матерей больше всего волнует безопасность ребенка и сохранение вещей и порядка в доме. Отцов — охрана собственного покоя, бабушек и дедушек — безопасность ребенка.

Оппозиция подростка ко всему, что навязывается и избыточно регламентируется, часто ведет к тотальному отрицанию ценностей и авторитетов. Например, нежелательно требовать от него немедленного исполнения своих приказаний. Иногда следует предоставить ему возможность сначала закончить свои дела, даже если на взгляд взрослого они незначимы, ведь подростку они кажутся важными, а проявление внимания к ним со стороны взрослых повышает его самоуважение и приучает его завершать начатое дело. Попутно отметим, что приемы, которыми родители добиваются желаемого поведения своих детей, различны. обратил внимание на ряд способов формирования ложного родительского авторитета: подавление инициативы детей родительской властью, сохранение жесткой дистанции между собой и детьми, педантичная требовательность, бесконеч­ное резонерство о том, что следует и чего не следует делать, и достижение нужного поведения детей подкупом. Всем этим подходам он противопоставлял истинный авто­ритет, опирающийся на любовь, доброту и уважение к своим детям (, 1997).

В двенадцать лет импульсивность у подростка частично сглаживается и отношение к миру становится положительным. Растет его автономия в семье и одно­временно усиливается влияние на него сверстников. Он охотно проявляет инициативу, начинает заботиться о своей внешности и интересоваться представителями противопо­ложного пола. Интенсивное развитие логической памяти и мышления определяет главные черты этого возраста: разумность, терпимость и юмор.

К 13 годам продолжение гормо­нального созревания усиливает перестройки организма и поддерживает колебания настроений.

Кризис подросткового возраста является одним из самых сложных среди кризисов возрастного развития человека. Вообще кризисы определяются принципиальным изменением системы мотивов — их сдвигом на новые цели, изменением их иерархии, рождением новых. Для подростка перестройка системы мотивов проявляется в понижении ценности общения в семейном кругу: самыми большими авторите­тами становятся друзья, а не родители. Требования, идущие со стороны родителей, в период кризиса со­храняют свое влияние на подростка лишь при условии, что они значимы и за пределами семьи, в противном случае они вызывают протест. В одном психологическом ис­следовании испытуемым разного возраста задавали воп­рос: «Чувствовали ли вы когда-нибудь, что вам легче обсуждать вопросы с друзьями, чем с родителями?» Положительный ответ дали 61% подростков 11—13 лет, 90% юношей 15—18 лет и 75% молодых людей 20—24 лет. Эти данные показывают, что по мере того, как молодой человек мужает и сам сталкивается с житейскими труд­ностями, авторитет родителей и воспитателей вновь начи­нает подниматься. Таким образом, снижение авторитета взрослых имеет временный характер.

В четырнадцать лет центр внимания опять переносится в окружающий мир — интраверсия сменяется экстраверсией. Это связано с завершением полового созревания. В этот период подросток экспансивен, энерги­чен, общителен, уверен в себе. Одновременно у него растет интерес к другим людям и их внутреннему миру и появляется склонность сравнивать себя с другими. Особенно быстро развиваются мыслительные операции, поэтому подросток приписывает безграничные возможно­сти своему мышлению, способному, по его мнению, пре­образовать окружающую жизнь. Постепенно фаза философской интоксикации проходит, и он превращается из абстрактного реформатора в активного члена общества.

Максимализм самостоятельности — главная особенность пятнадцатилетних подростков. Это доказывает исследование испанского психолога Прадо, который отобрал 25 мальчиков 8—11 лет и 25 подростков 14—17 лет, среди них были только те, которые считали своего отца самым любимым и уважаемым человеком, и провел с ними следующий эксперимент. Все они должны были оценить показатели своего отца и своего лучшего друга (сверстника) в физических упражнениях. Испытуемые сами не наблюдали за физическими упражнениями, а должны были просто указать, кто, по их мнению, имеет большие шансы выиграть соревнование. 20 мальчиков выше оценили шансы своих отцов, 19 подростков — шансы своих друзей. После этого в реальных соревнованиях проверили, кто же был прав. Обнаружилось, что в обоих случаях отцы показали более высокий результат, чем сверстники испытуемых. Почему же подростки переоценили успехи друзей? Оказалось, что за переоценкой результатов сверстника стоит неосознан­ная, но резко повышенная самооценка: подростку хочется самоутвердиться и обогнать отца, поэтому он переоцени­вает своего друга.

Именно в этом возрасте стремление к полной неза­висимости, жажда освобождения от внешнего контроля сочетаются у подростка с развитием самоконтроля и началом сознательного самовоспитания. Обычно в этот период строятся жизненные планы. Одновременно повышается ранимость и восприимчивость к вредным влияниям. Иногда он перестает доверять окружающим взрослым, и его поведение может отклониться от нормы вследствие неправильно сформированной самооценки и неумения адекватно оценивать других. В этом случае подросток предъявляет к себе иные (заниженные) требования, чем к окружающим. Свой идеал, к себе не применяя, он требует от других, чтобы они этому идеалу соответствовали. Такому молодому человеку подчас кажется, что окружающие люди не понимают его и относятся к нему отрицательно.

Для подростка особенно важны ситуации, связанные с напряжением и риском. Предмет его постоянного внимания — такие качества характера, как целеустремленность, решительность, выдержка. Проявляя интерес к во­левым качествам других, он постоянно стремится обнаружить их у себя. Для этого он нередко провоцирует стрессовые ситуации, конфликты, обостряет дискуссии возражениями, резкими выпадами, излишней прямотой. Все это направлено на попытку разрушить позицию противника, провести «разведку боем», испытать других, себя и установить границы своих возможностей.

В шестнадцать лет у юноши снова наступает равно­весие: мятежность уступает место жизнерадостности, зна­чительно увеличиваются внутренняя самостоятельность, эмоциональная уравновешенность, общительность, устремленность в будущее. Однако порой он еще долго не может освободиться от подростковой односторонности в своих оценках, нетерпимости, категоричности. В свете максимализма — завышенного, нереального идеала — любая действительность может показаться ему мрачной, и это подавляет деятельность, рождая пессимизм и отчаяние. Поэтому социальная активность юноши нередко принимает форму негативизма и социальной критики. Рассматривая общественные отношения, как бы со стороны и забывая, что он сам тоже продукт этого общества, юноша склонен фиксировать внимание лишь на том, что не соответствует его идеалу. Умеренная неудовлетворенность стимулирует творческую преобразовательную деятельность, а неумеренное абстрактное недовольство мешает трезвому пониманию социальных проблем. Когда взрослые указывают на необоснованность его мрачного взгляда на жизнь, это его не убеждает. Только активное привлечение молодого человека к решению конкретной трудной ситуации, которая раньше вызывала его отрица­тельное отношение, может изменить это отношение на положительное.

Обобщая особенности подросткового возраста, выделяет в качестве ведущей деятельности учебную, а в качестве важнейшего новообразования — чувство взрослости. Происходит формирование системы личностных ценностей, которые определяют содержание деятельности подростка, сферу его общения, избирательность отношения к людям, оценки этих людей и самооценку (, 1979).

Вопрос 2. Особенности становления мотивационной сферы у подростков. Мотивы учебной деятельности

Формирование себя, как сильной, волевой личности, способной справляться как с внутренними психологи­ческими препятствиями, так и с внешними, в значи­тельной степени становится самоцелью деятельности ребенка в подростковом возрасте. Именно этим и объясняется выявляющаяся у подростков направлен­ность на самоутверждение, отрицательная реакция на «авторитарность» взрослых и т. д. В подростковом возрасте, в период активного формирования воли и самовоспитания, наблюдается тенденция к нарочитой постановке задач, чисто дина­мического преодоления тех или иных потребностей, желаний, независимо от их содержания. Так, подросток ставит задачу «научиться» преодолевать голод, страх, увлечения и другие мощные побуждения. При этом он не всегда обращается к содержанию и оценивает, какие побуждения положительны по содержанию, а какие отрицательны. Для него важно научиться преодолевать любые побуждения, поставить свою волю выше любых желаний.

Таким образом, по мере формирования личности ребенка быстро и резко расширяется активно-действенная область мотивации, уменьшаются, в частности, аффективные реакции. Однако одномодальные области мотивации, как таковые, не исчезают совсем, не поглощаются целиком активно-действенной областью. Они совер­шенствуются, видоизменяются формы их проявлений, меняются функции в общей структуре мотивации, но они остаются, область их расширяется, образуя первичный эмоционально-мотивационный фон, потен­циальное энергетическое поле мотивации, которое по­стоянно обогащается, питая основную активно-действенную область. К моменту взросления мотивационная структура принимает завершенный сформировавшийся характер, являясь показателем общей направленности личности.

Ведущим мотивом поведения в этом возрасте выступает желание утвердиться в коллективе ровесников, завоевать авторитет, уважение и внимание товарищей. При этом члены группы с невысоким статусом в ней наиболее под­вержены влиянию групповой атмосферы. Чем меньше у него таких возможностей и чем меньше о нем заботятся родите­ли, тем более он восприимчив к давлению со стороны сверстников.

В то же время моральные установки подростка не имеют опоры в подлинных мо­ральных убеждениях, поэтому он их легко меняет при переходе в другой коллектив, где существуют другие традиции, требования, иное общественное мнение. Например, «шалопай», не привыкший подчиняться дисциплине, попадая в дисциплинированный класс, исправляет свое поведение, подчиняясь требованиям коллектива.

У подростков становится ярко выраженной потребность в познании и оценке свойств своей личности, что создает повышенную их чувствительность к оценке окружающих. Отсюда их «ранимость», обидчивость, «беспричинные» и «немотиви­рованные», с точки зрения взрослых, бурные реакции на слова и поступки окружаю­щих, на те или иные жизненные обстоятельства.

Считается, что максимума развития мотив общения со сверстниками достигает в 11-13 лет. Как показано , о стремлении к стихийно-группо­вому общению заявляли только 15% подростков, хотя реальное наличие такой фор­мы общения зафиксировано у 56% детей 11-15 лет. Происходит это потому, что часто не удовлетворяется потребность в социально-ориентированной форме общения, которой отдают предпочтение большинство подростков. Поэтому они вынуждены удовлетворять потребность в общении в стихийно формирующихся группах.

Поскольку учебная деятельность является ведущим видом деятельности подростков, необходимо рассмотреть особенности учебной мотивации на данном этапе возрастного развития.

Как и любой другой вид, учебная мотивация определяется целым рядом специфических для этой деятельности факторов. Во–первых, она определяется самой образовательной системой, образовательным учреждением, где осуществляется учебная деятельность. Во-вторых, - организацией образовательного процесса. В-третьих, субъектными особенностями обучающегося. Это возраст, пол, интеллектуальное развитие, способности, уровень притязаний, самооценка, взаимодействие с другими учениками и т. д. В-четвертых, субъектными особенностями педагога. Прежде всего, системой отношения его к ученику, к делу. В-пятых, спецификой учебного предмета.

Одной из особенностей мотивации учебной деятельности и поведения школьников средних классов является возникновение у них стойкого интереса к определенному предмету. Этот интерес не проявляется неожиданно, в связи с ситуацией на конкретном уроке, а возникает постепенно по мере накопле­ния знаний и опирается на внутреннюю логику этого знания. При этом чем больше узнает школьник об интересующем его предмете, тем больше этот предмет его при­влекает.

Повышение интереса к одному предмету протекает у многих подростков на фоне общего снижения мотивации учения и аморфной познавательной потребности, из-за чего они начинают нарушать дисциплину, пропускать уроки, не выполняют домашние задания. У этих учащихся меняются мотивы посещения школы, не потому что хочется, а потому что надо. Это приводит к формализму в усвоении знаний — уроки учат не для того чтобы знать, а для того чтобы получать отметки. Пагубность такой мотивации учебной деятельности очевидна — происходит заучивание без понимания. У школьников наблюдается вербализм, пристрастие к штампам в речи и мыслях, появляется равнодушие к сути того, что они изучают. Часто они относятся к знаниям как к чему-то чуждому реальной жизни, навязанному извне, а не как к результату обобщения явлений и фактов действительности. У школьников со сни­женной мотивацией учения не вырабатывается правильного взгляда на мир, отсут­ствуют научные убеждения, задерживается развитие самосознания и самоконтроля, требующих достаточного уровня развития понятийного мышления. Кроме того, у них формируется привычка к бездумной, бессмысленной деятельности. Привычка хитрить, ловчить, чтобы избежать наказания, привычка списывать, отвечать по подсказке, шпаргалке. Знания формируются отрывочные и поверхностные

Даже в том случае, когда школьник добросовестно учится, его знания могут оставаться формальными. Он не умеет видеть реальные жизненные явления в све­те полученных в школе знаний, больше того, не хочет ими пользоваться в обыден­ной жизни. При объяснении каких-то явлений он старается больше использовать здравый смысл, чем полученные знания. Когда одного школьника спросили, поче­му он не использует в беседе полученные знания, он заявил: «А разве вы хотите, чтобы я, как в школе, отвечал? Хорошо, вещи плавают, потому что...». Другой, когда его спросили, почему танк раздавит собаку, а человек, если ляжет на нее, — нет, ответил: «Не знаю. По-моему, к собаке физика вообще никакого отношения не имеет».

Все это объясняется тем, что у подростков, как и у младших школьников, еще слабо развито понимание необходимости учебы для будущей профессиональной де­ятельности, для объяснения происходящего вокруг. Важность обучения «вообще» они понимают, но другие побудительные факторы, действующие в противоположном направлении, все-таки часто побеждают это понимание. Требуется постоянное подкрепление мотива учения со стороны в виде поощрения, наказания, отметок. Неслучайно выявлены две тенденции, характеризующие мотивацию учения в сред­них классах школы. С одной стороны, подростки мечтают о том, чтобы пропустить школу, хотят гулять, играть, заявляют, что школа им надоела, что учение для них — тяжелая и неприятная обязанность, от которой они не прочь освободиться. С другой стороны, те же ученики, будучи поставленными, в ходе экспериментальной беседы перед возможностью не ходить в школу и не учиться, сопротивляются такой перспективе, отказываются от нее. полагает, что это сопротивление связано с неосознаваемой учащимися потребностью оставаться на уровне тех требований, которые к ним как к школьникам предъявляет общество. Бросить школу, перестать быть учеником, означает для них потерять свое общественное лицо. Но это значит и другое — потерять товарищей, общение с ними, потерять смысл своего существования как члена общества. Вероятно, все это так и есть. Но возможно и другое — борются два мотивационных образования: мотивационная установка, свя­занная с перспективой получения образования, и мотив, отражающий состояние учащихся, их усталость от однообразия и постоянной необходимости делать уроки.

Главным мотивом поведения и деятельности учащихся средних классов в школе является, как считает , стремление найти свое место среди товарищей. Самой частой причиной плохого поведения подростков является стремление (и неумение) завоевать себе желаемое место в коллективе сверстников: проявле­ние ложной отваги, дурашливость и т. п. имеют ту же цель. Иногда недисциплини­рованность в этом возрасте означает стремление противопоставить себя классу, желание доказать свою неисправимость.

Неумение найти свое место среди одноклассников вызывает характерное для подростков стремление, во что бы то ни стало добиться хороших отметок, даже в том случае, если имеющиеся знания не соответствуют им. Фетишизация отметки свиде­тельствует о том большом значении, какое приобретает для подростка положение хорошего ученика: оно определяет его социальный статус в классе. Ни до этого возраста, ни после отметка такой мотивационной роли не играла: у младших школьников она является показателем признания учителем их стараний, а у старших школьников — показателем знаний.

Высокоуспевающие школьники осознают свое отношение к учению, в их мотивации большое место занимают познавательные интересы. Они имеют высокий уровень притязаний и тенденцию к его повышению. Слабоуспевающие школьники хуже осознают свою мотивацию учения. Их привле­кает содержание учебной деятельности, но познавательная потребность выражена слабее; у них выражен мотив «избегания неприятностей» и уровень притязаний невысок. Учителя низко оценивают их мотивацию учения.

Поведение подростков в школе строится с учетом мнения одноклассников, которое теперь имеет большее значение, чем мнение учителей и родителей. Характерной особенностью подростков является стремление всячески избегать критики сверстников и наличие страха быть ими отвергнутыми.

Особенностью мотивации учебного поведения школьников средних классов является наличие у них «подростковых установок» (моральных взглядов, суждений, оценок, часто не совпадающих с таковыми у взрослых и обладающих большой «генетической» устойчивостью, передающихся из года в год от старших подростков к младшим и почти не поддающихся педагогическому воздействию). К таким установ­кам относится, например, осуждение тех учащихся, которые не дают списывать или не хотят подсказывать на уроке, и с другой стороны — поощрительное отношение к тем, кто списывает и пользуется подсказкой.

Интересный эксперимент проведен . Сравнивалась учебно-познавательная мотивация и активность школьников при обычной системе обучения «учитель—ученик» и при системе «ученик—ученик». При этом взаимодействие и взаимопомощь осуществлялись на всех этапах учебной работы: при выборе спосо­ба выполнения и выполнении учебного задания, при контроле и оценке результатов работы. Во втором случае было зафиксировано увеличение силы учебно-познава­тельной мотивации учащихся. В свете этих данных возникает вопрос: может, не сто­ит учителям занимать жесткую позицию в отношении подсказок учеников друг дру­гу? Не лучше ли превратить тайную помощь в открытую коллективную? (, 1997).