Фольклоризмы как третья семиологическая система . при переводе (стр. 4 )

При анализе языка англо-шотландской народной баллады необходимо учитывать произошедшую в английском смену языкового строя. В историко-лингвистическом аспекте язык англо-шотландской баллады носит полистадиальный характер, то есть в нем запечатлены формы, характерные как для синтетического, так и для аналитического строя. Специфика жанра в англо-шотландской традиции, таким образом, создается не только на лексическом, но и на грамматическом уровнях. В языке русской народной баллады грамматических явлений, затрагивающих языковой строй, отмечено не было. Русский язык в процессе развития не претерпевал столь глубоких изменений, как смена строя.

В разделе, посвященном фольклоризмам, делается обзор существующих исследовательских работ по данному вопросу. С позиций лингвостилистики в данной диссертации под фольклоризмами понимаются фонетические явления, а также лексические и ритмо-синтаксические единицы, в том числе и устойчивые фольклорные формулы, составляющие подсистему языка фольклора и имеющие фольклорные коннотации. В основании нашей классификации фольклоризмов лежит уровневый принцип устройства языка. В материале народной баллады обеих традиций присутствуют фонетические, морфо-синтаксические, лексические, ритмо-синтаксические фольклоризмы, между которыми возможно установить соответствия.

Основной специфической чертой языка фольклора, в том числе, и языка баллады обеих традиций являются фольклорные формулы. В диссертации под ними понимаются «одинаково метрически и синтаксически организованные словесные выражения, выступающие в роли модели, оформляемой разным лексическим материалом»[29]. Фольклорная формула – каркас, на который нанизываются остальные лингвистические средства.

Глава 2 «Роль фольклоризмов как третьей семиологической системы в переводе английской баллады» посвящена поиску способов передачи фольклоризмов как третьей семиологической системы при переводе английской литературной баллады на русский язык. Для достижения поставленной цели в главе решается ряд сопутствующих вопросов: дается общая характеристика английской и русской литературной баллады; делается обзор проблем, с которыми сталкивается переводчик при работе с поэтическим текстом; изучается существующий опыт перевода англо-шотландской народной баллады; прослеживается степень передачи фольклоризмов как третьей семиологической системы в существующих переводах литературной баллады.

Английская литературная баллада заимствует из народной традиции различные элементы, начиная от сюжетов и заканчивая специфическим языком. Переводы английской литературной баллады на русский послужили стимулом для появления русской литературной баллады, которая, в свою очередь, имитирует не русскую народную балладу, а западно-европейский вариант ее формы. В результате русская литературная баллада унаследовала многие элементы литературной баллады западно-европейского образца, в частности, английской.

В проанализированных авторских балладах У. Вордсворта, Р. Саути и Дж. Китса в особенностях обращения с фольклоризмами проявляются некоторые характеристики идиостиля поэтов. Соотношение «фольклорное – литературное» в разных балладах разное. Варьируется также частотность употребления определенных видов фольклоризмов в зависимости от творческих преференций поэтов.

Анализ переводов баллад показал, что переводчики не осознают наличия фольклоризмов, заложенных в оригинале и выступающих в роли третьей семиологической системы. Случаи их передачи и компенсации в тексте перевода единичны. Чаще всего передаются наиболее явные фольклоризмы, такие как параллельные синтаксические конструкции, внутренняя рифма, иногда аллитерация и ассонанс. Редкие случаи воспроизведения отдельных фольклоризмов носят изолированный характер, без понимания их связи с другими фольклоризмами - элементами третьей семиологической системы.

В рассмотренных аутентичных текстах наличие фольклоризмов устанавливалось в ходе тщательного анализа литературного текста по уровням фольклоризмов, то есть, по сути, авторский текст сопоставлялся с балладным текстом народной англо-шотландской традиции. Текст перевода, в свою очередь, сопоставлялся с балладным текстом русской народной традиции. В результате, выяснилось, что переводы представляют собой чисто литературные произведения, в то время как наличие «фольклорного следа» в оригинале нельзя отрицать, что обусловлено не только авторскими предпочтениями и приемами работы со словом, но и самой жанровой формой, изначально фольклорной. Не учитывающий этих обстоятельств перевод, в конечном счете, приводит к искаженному восприятию творчества поэта в целом.

Проделанный анализ позволил выработать некоторые рекомендации по переводу баллад, содержащих фольклоризмы. Характер балладного жанра и употребление английскими поэтами фольклорных формул и, в целом, фольклоризмов разных уровней накладывает отпечаток на переводческий процесс. Мы предлагаем считать фольклоризмы разных уровней единицей перевода фольклорного текста и литературного произведения, в котором они выступают как третья семиологическая система при переводе. Следовательно, одной из задач переводчика становится поиск аналога для фольклоризмов оригинала (включая формулы) в русской народной балладной традиции. Если переводимый поэт создал свою формулу по образцу фольклорной, желательно повторить подобный эксперимент с русским материалом. При передаче третьей семиологической системы фольклоризмов необходимо искать пути ее компенсации через фольклоризмы других уровней, если использование соответствий того же уровня невозможно. Для более полной передачи третьей семиологической системы в переводе необходима ориентация на аналоговый текст.

Таким образом, в основе предлагаемой нами передачи фольклоризмов лежит принцип функциональной эквивалентности. Алгоритм действий переводчика при работе с балладой можно представить следующим образом:

·  баллада на языке-источнике подвергается тщательному анализу для выделения единиц перевода (фольклоризмов);

·  в конкордансе, созданном нами на материале русской народной баллады, переводчик отыскивает функциональные аналоги для фольклоризмов языка-источника (при этом не подлежат замене на функциональный аналог реалии);

·  в случаях, когда функциональный аналог фольклоризма того же уровня в языке-цели найти и/или использовать не удается, необходимо произвести его компенсацию при помощи фольклоризмов других уровней;

·  отобранные языковые средства языка-цели организуются в балладный текст, имитирующий органичную для балладного жанра поэтическую форму принимающей культуры (стих русской народной баллады для англо-шотландской народной и имитацию стихотворной формы оригинала для литературной баллады).

Передача фольклорных ассоциаций текста важна, так как они составляют глобальный вертикальный контекст произведения, без которого оно в принимающей культуре «повисает в воздухе» и не связывается в восприятии реципиента с пластом аналогичных текстов, уже известных ему.

Значимость передачи фольклорных ассоциаций в переводах английской баллады (как литературной, так и народной) особенно велика, так как в англоязычной традиции баллада объективно является фольклорным жанром, что накладывает глубокий отпечаток как на ее язык, так и на остальные элементы художественного произведения, и в восприятии англоязычного реципиента активирует соответствующий ореол знаний и ожиданий. Исходя из принципа равенства впечатлений, производимых переводным и оригинальным текстами, становится ясно, что в тексте перевода необходимо заложить соответствующие элементы, способные вызвать комплекс ассоциаций, подобный ассоциациям, вызываемым оригиналом у носителя языка. Элементами, способными пробудить схожие ассоциации у представителей русской и английской культур, являются фольклоризмы, благодаря которым и возникает соответствующий эффект. Таким образом, для передачи фольклорного звучания, реализуемого в оригинале через конкретные языковые средства, а именно, фольклоризмы, составляющие третью семиологическую систему, переводчик должен подобрать соответствующие фольклоризмы языка-цели, что возможно благодаря существованию балладного жанра в фольклорных традициях обеих стран.

Традиционно баллады, как литературные, так и народные, переводились по принципу имитации поэтической формы оригинала. Однако такой подход не вполне приемлем, с точки зрения передачи третьей семиологической системы. Поэтическая форма, а именно, размер, рифмовка, строфика, несут для реципиента дополнительную информацию. Они культурно-специфичны, и один и тот же размер в разных литературных и фольклорных традициях имеет разные коннотации. Поэтому при переводе баллад имеет смысл четко разграничивать литературные и народные произведения.

Перенесение классической формы англо-шотландской баллады в русскую традицию, на наш взгляд, обосновано при переводе литературной баллады. Воспроизводить же при переводе стихотворную форму англо-шотландской народной балладой представляется неверным, так как такая поэтическая форма у русскоязычного реципиента не ассоциируется с фольклором, то есть третья семиологическая система и глобальный вертикальный контекст оригинала останутся не только не переданными, но и исказятся, так как рифмованные балладные катрены и двустишья для носителя русской культуры – очевидные признаки литературного произведения. Поэтому англо-шотландскую народную балладу имеет смысл переводить стихом русской народной баллады, отказавшись от балладной строфы и рифмы оригинала. Таким образом, перевод баллад еще раз доказывает, что перевод поэтического текста должен осуществляться в широком контексте сопоставительного стихосложения.

При переводе англо-шотландской народной баллады переводчик сопоставляет две подсистемы национальных языков – язык фольклора англо-шотландской и русской традиций в жанровой реализации народной баллады. Таким образом, предполагается, что переводчик сознательно ограничивает круг языковых средств, из которых он выбирает своего рода «строительный материал» для нового текста на языке-цели.

В балладе существует группа лексики, не допускающая использования функциональных аналогов при переводе. К ней относятся антропонимы, топонимы, зоонимы, фитонимы и т. д., то есть все реалии, встречающиеся в тексте баллады. Сохранение этих слов в переводе за счет их транскрипции/транслитерации чрезвычайно важно, так как они помогают сохранять национальный колорит. При выборе аналогов фольклоризмов всех уровней требуется большая осторожность, так как при переводе недопустима излишняя русификация, а некоторые функциональные эквиваленты могут нести в себе не только фольклорное звучание, но и “местный колорит”. Следовательно, окончательный выбор функциональных эквивалентов должен определяться различными видами лингвистического и филологического контекста (узким, широким, вертикальным, глобальным и т. д.).

В заключение следует отметить, что проделанное исследование не исчерпывает всего многообразия проблем, связанных с передачей фольклоризмов как третьей семиологической системы при переводе. В данной диссертации были выявлены и проанализированы фольклоризмы только балладного жанра. Понятно, что сфера исследования требует расширения за счет анализа и систематизации фольклоризмов других жанров, вместе составляющих единый национальный фонд фольклоризмов. Перспективы дальнейших исследований в этой области лежат в русле сопоставительной стилистики и теории перевода. В рамках указанных дисциплин могут быть развиты разделы научного знания, занимающиеся изучением перевода фольклора.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:

1. Дмитриева перевода народной баллады (на материале англо-шотландской и русской баллады) // Социокультурные проблемы перевода: сб. науч. трудов в 2 ч. – Вып. 7, ч.1. – Воронеж: Воронежский государственный университет, 2006. – С. 265-273.

2. Дмитриева системы фольклорных жанров // Материалы XIII международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». – М.: Факультет иностранных языков и регионоведения МГУ, 2006. – С. 279-281.

3.  Дмитриева как третья семиологическая система при переводе баллад Р. Бернса на русский язык // VIII Международная юбилейная научная конференция по переводоведению «Федоровские чтения». Санкт-Петербург, 19-21 октября 2006г.: Тезисы докладов / Отв. ред. проф. – СПб.: Филологический факультет СПбГУ, 2006. – С. 31-32.

4.  Дмитриева аналогового текста при переводе (на материале англо-шотландской и русской баллады) // Язык. Культура. Коммуникация. Материалы Всероссийской заочной научно-практической конференции, г. Ульяновск, март 2007г. / Отв. ред. проф. . – Ульяновск, 2007. – С. 356-366.

5.  Дмитриева перевода на русский язык дивергентов британского и американского английского (на материале газетных медийных текстов) // Материалы XIV Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов» / Отв. ред. , . Т. III. – М.: Изд-во МГУ, 2007. – C. 134.

6.  Дмитриева как третья семиологическая система при переводе (на материале русской и англо-шотландской баллады) // Вестник Московского университета. Серия 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2007, № 4. – C. 164-172.

7.  Дмитриева как третья семиологическая система при переводе баллад Р. Саути // Материалы VI Международной конференции "Языки в современном мире". - М: КДУ, 2007. - С. 152-155.

8.  Дмитриева баллады как реализация фольклорной англо-шотландской традиции // Записки горного института. 2008, том 175. – С.21-22.

[1] Полубиченко фольклоризмов как третьей семиологической системы // Шестые Федоровские чтения. Университетское переводоведение. СПб., 2005. С.300.

[2] Кукурян переводы романа «Евгений Онегин» как предмет лингвопоэтического анализа: Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 1990. С.7.

[3] См.: Чубаров -французская диглоссия в творчестве У. Шекспира и проблемы ее передачи на другом языке: Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 1988.

[4] См.: Кукурян . соч.

[5]См.: Полубиченко топология: теория и практика: Дис. … докт. филол. наук. М., 1991.

[6] Кукурян . соч. С.7.

[7] См.: Полубиченко топология: теория и практика…С. 555-573; Полубиченко фольклоризмов… С.300– 313.

[8] Подольская романтическая баллада в контексте русской литературы первой четверти ХХ в. (, Р. Саути): Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 1999. С.3.

[9] Украинцева прозы : Автореф. дис... канд. филол. наук. Челябинск, 2005. С.21.

[10] См. например: Украинцева . соч.; Топильская как речевое средство (на материале лирических текстов и ): Автореф. дис... канд. филол. наук. Воронеж, 1996; Вадругина как элемент поэтики . Вопросы типологии и эволюции: Автореф. дис... канд. филол. наук. Челябинск, 1996; Коноплева «Уральских рассказов» -Сибиряка: Автореф. дис... канд. филол. наук. Екатеринбург, 2005 и др.

[11] Медриш Пушкина. Вопросы поэтики: Учебн. пособ. Волгоград: ВГПИ им. , 1987. С.3.

[12] Швейцер стилистика: Газетно-публицистический стиль в английском и русском языках. М.: РАН. Ин-т языкознания, 1993.

[13] Табахьян стилистика русского и немецкого фольклора. Киев: Вища школа. Головное изд-во, 1980. С.22.

[14] См.: Шиятая характеристики средневековой народной баллады в сопоставительном аспекте: Дис. канд. филол. наук. Тюмень, 2005.

[15] См.: Томберг и поэтика английской народной баллады: историческое развитие и проблемы перевода: Дис. канд. филол. наук. Екатеринбург, 2003.

[16] См.: Табахьян . соч.

[17] Проект включен в федеральную научную программу "Университеты России" [http://www. rkursk. ru/index1.php? c_tb=2&sel_c=8&m_m=8&d_m=5&pr=1&p_m=30&num_f=obch_sved/main. html]

[18] См.: Швейцер . соч.

[19] См.: Алексеева в переводоведение. СПб., 2004.

[20] Егорова формулы как явление народной культуры (на материале русской и английской фольклорной сказки): Дис. … канд. культурологии. М., 2002. С.199.

[21] См.: там же.

[22] Швейцер . соч. С.14.

[23] Степанов . М., 1971.С. 7.

[24] См.: там же.

[25] Швейцер . соч. С.10.

[26] См.: Калашникова параллелизм как средство организации эпического текста (на материале былин киевского цикла и рун «Калевалы»). - Автореф. дис... канд. филол. наук. СПб., 1998.

[27] Швейцер . соч. С.11.

[28] Там же.

[29] Калашникова . соч. С. 129.