Снятие сзвёзда (стр. 4 )

Глаза твои прикрылись звездопадом…

Не жди от ветра, что задует время,

Но жди от ветра, что пространство сдует.

Не жди от ветра, что задует солнце,

Но жди от ветра, что задует сон.

Я вышел в поле - там, сказали, ветер…

Я вышел на крыльцо – а там весна!..

Домой вернулся – вместо дома лес.

Как брёвна ни корми, совсем как волка…

Река на берег вытолкнула брёвна –

Назад деревья лесу отдала.

Как нам, деревьям, в небе хорошо!

Как на земле нам хорошо, деревьям!..

Вот эти православные деревья

Спилите мне на православный храм.

День чувствовал в себе такой талант –

Взвалил на плечи небо, как атлант.

Зима моя! Метель твою седую

Падучую задумчиво задую!..

Вернись за детством, грешный мой снежок!

За старостью вернись, благоговенье!

Вернись за снегом, глупая весна!

За сном ко мне вернулось пробужденье…

Устала бесконечность и скончалась.

А может, бесконечность – просто прочерк?

Здесь нет земли, зато здесь столько неба,

Зато здесь стольких не было потерь!..

(11)-(38)

Здесь нет земли - один твой поцелуй,

Здесь неба нет – одна твоя внезапность,

Внезапность жизни и внезапность смерти,

Внезапность кругосветного бессмертья…

Зачем ты, голова? Для поцелуев!

Зачем ты, поцелуй? Для головы.

С полпоцелуя понял я тебя.

Ресницей ты прокалываешь звёзды!

Смотри, ты шар земной не проколи!..

Засветишь ты, как я, свою лампаду,

Чтоб до утра плясать свою Ламбаду.

Не бес попутал и не пёс попутал,

Небес напудренная немота.

Сторожем работаю

Брату своему.

Стой, сторож, стой! Не стой, насторожённость!..

Я голоден, как сорок тысяч братьев!

А ты – сыта ли, как одна сестра?

Ты ведьма, видимо, ты каземат!

Мученье - свет, а не мученье – тьма.

«Беса ме мучо» мучилось в дремучем

Непроходимом горле голубом…

Сегодня я не буду воскресать.

Напрасно затрезвонил ты, будильник.

Приятно по будильнику воскреснуть

И снова на минуту умереть…

Я по будильнику сегодня умер,

А завтра по будильнику воскрес.

Прочтёное забыто «Воскресенье»…

Прощенье, превращайся в упрощенье,

Вращенье, обращайся в обращенье.

Две капли млечного пути

Забыл я на твоей груди…

Росы две капли на твоей груди…

Вот встанет солнце – и уйди-уйди!..

Я в каждой капле вижу океан,

И в каждой капле видится мне берег…

Я угадал: Гвадалквивир бежал

Вдоль позвонков несчитанных твоих!..

В розетке роза! Разве раз в сто лет

Нельзя в розетку погрузить столетье!..

Мороженое в розу положили –

Чтоб вместе лето и зима побыли.

Ты вазочка! Мороженого ложка

Влезала – и облизывалась кошка…

Всё помнят эти стены, эти крыши,

Всё знают эти кошки, эти мыши!..

Ты ложечку мороженого дай

Своей хмельной разгорячённой розе!

Мороженого ложку? Розе мало!

И у неё под ложечкой сосало…

Мы розу нашу с ложечки кормили

Мороженым – мы так её любили!..

Ты, ложка, сколько лет меня кормила,

Не предлагая разве что чернила!..

Вселенную я ложкой зачерпнул –

Увлёкся: ложка чиркает по дну…

Что чайной ложкой, что землечерпалкой –

Чем хочешь, черпай млечный мой очаг!..

Губами влажно обними цветок –

Пусть выпьет из тебя любви глоток!

Ты на цветке гвоздики улетаешь –

И где земля, и где седьмое небо!..

Висит на стуле платье-колокольчик,

А на столе гвоздика в челноке.

Ты у меня на ручках, как наручник –

Я арестован, я Аристофан!..

На клавишах луч солнца прикорнул.

Ночь. В снег фонарь толкает тишина.

На блюдце бытия ночные серьги.

Свет лампы на полу – на поле брани,

И на экране мы, и мы на грани…

Меня ловила бабочка сачком -

Сачок пыталась бабочка поймать.

Мы крылья друг у друга отрывали.

Мы так с тобою в бабочек играли.

Знакомятся Однажды и Однако.

О, сколько у тебя укромных тропок!

По каждой я иду, и каждый робок…

Как много интересного в телесном!

И сколько же греховного в духовном!..

Мы существуем телесообразно.

Но разве это целесообразно?

(12)-(39)

Душевным «Вы», потом сердечным «ты»

Мы не спаслись от нашей наготы.

Во что тебя одеть? Одену в солнце!

Но вдруг настанет ночь – как быть тогда!..

Солнцем упаду тебе на грудь!

Солнцем в солнце и звездой в звезду…

Душа упала в душу, тело в тело –

Пусть утру в утро рухнуть, пусть дню в день!..

День-в-день упало сердце в предсказанье,

Тень в тень ушла, и вышел свет на свет.

Ты отдавалась солнечному свету!

Откуда знать тебе, что я тот свет…

Любить, как говорится, наповал!

Тут вам и валик, тут вам и овал…

На голову свою седую, Гуру,

Ты обучил всему седую дуру!

Зла качество порой не доучтёшь,

И зла количество к твоим услугам.

Нища была нещадная пощада,

По щиколотку путь, по холодку.

Нещадны щиколотки шоколадки,

И нищий холод, нищий и халат.

Я холод – я залез к тебе под платье,

Я зной – я из-под платья поглядел.

У тебя колготки в рубчик,

У меня рубец на сердце,

Мой трезубец, мой трезубчик,

И расчёска, и Франческа.

Рубец на сердце жаждет размноженья!

Твои колготки в рубчик – вот решенье!

В тазу твои колготки утопились,

А своего мы так и не добились!

В тазу твои колготки утопились,

А ты ещё живёшь, и я живу!..

Висят колготки – сохнут… Не по мне ли?..

Сон в руку, в палец, в ноготь и в ладонь,

И из ладони, из ногтя, из пальца…

Что это? Сна вторая половинка.

Две половинки женского ореха

И женского две половинки смеха.

Я коллекционирую твой смех.

Сегодня он хрустальный, как бокал.

Сегодня ты, как туфелька, хрустальна,

Сегодня ты хрустальна и пуста.

Сегодня ты как утро после звёзд!

Сегодня ты как солнце после ласки!..

Хватает дух, захватывает двух!

Хватает двух, захватывает дух!..

Не падай духом, сердце!

Что это значит? Оживает штора!

Штор шорох тишину твою смутил…

Ты помнишь, воскрешала нас нередко

Разбуженная буден табуретка…

Стучали в дверь. Гвоздь забивали в дверь.

Пробита тишина насквозь гвоздём.

Слова просит тишина.

Говори! Молчит она.

Ещё два слова – будет объясненье,

Ещё три слова – умопомраченье…

Растаял день, растаяла зима,

Растаяло моё «Сойти с ума».

Растаял миг, растаяли дома,

Растаяло твоё «Сошёл с ума».

Плечом увековечиваю вечер,

Свечой увековечиваю ночь.

Пропало утро! Ищет день и вечер…

Пропало утро! Ночь, кончай искать!..

Ты где была, когда я ждал тебя?

«Ждала тебя я в сердце у себя».

Признайся, сердце, ты ведь без души!

Душа, признайся, ты же ведь без сердца!..

Я следующий, так же, вот, и Бог,

Бог следующий в вере человечьей,

И нечто человеческое Богу

Не чуждо, как Божественное мне.

Вот и ещё одно «Когда-нибудь»

Шагнёт на этот скользкий млечный путь.

По млечному сгущённому пути

Всю жизнь мне, несгущённому, идти.

(13)-(40)

Забилось сердце – родина дыханья,

Умолкло сердце – родина молчанья.

Забилось сердце на волне дыханья,

Умолкло сердце – берег тишины.

У нас с тобой одно «Тихотворенье» –

Два холмика словесных погребенье.

В Венецию меня ли пригласили

И вместо Бродского похоронили?..

Венеция – как солнца выдох дальний,

И сердца гроб качается хрустальный…

Разбей венецианское стекло –

Чтоб лучше слышать арию арийца.

Когда мы пролетали над землёй,

Как нас она звала к себе домой!..

В Италии из неба строят воздух

И в нём живут, и воскресают в нём.

В Италии над сердцем дышит вечность,

А над душой не дышит тишина.

Вдыхает время аромат пространства

И выдыхает странствий аромат.

Течёт по небу радости река,

И мы с тобой плывём, как берега.

Течёт душа вдоль сердца, вдоль бессмертья,

Впадая в счастье, растворяясь в нём.

Смываю небеса с лица вселенной.

Вселенная осталась неизменной.

Как долго мы с тобою строим землю!

Как долго нам с тобою строить небо!..

Земля накрылась небом и уснула,

Душа накрылась сердцем и не спит…

Не прячься, небо, в облака забвенья!

Не прячься, сердце, в облака любви!..

Венеция сжимается на горле,

Как будто перстень на земной оси!

Земной осе вокруг земной оси

Кружить и жалить, жалить и кружить…

Поэзия молитве помогает –

И тает неприкаянность, и тает…

В канале отражается стук сердца.

Рябь на воде – как от стихотворенья.

Венеции волна без вариаций -

Без вариаций времени волна…

Мосты, каналы, улицы и стены –

Без перерыва и без перемены!..

- На набережной ты забыл стук сердца!

- Я не забыл, я ей его дарю.

На вёслах песня – и навстречу ей,

Как отраженье, тишина на вёслах…

Скользит гондола, как слеза по сердцу.

Пусть сердце, как слезу, смахнут со щёк.

По родине чужой тоскуют щёки:

«В свои глаза бы заглянуть, как в щёлки!..»

Ты знала, что такое Ностальгия,

Но ты забыла, что такое «Знать».

Есть два почти незримых персонажа:

Вода и воздух – словно сущность наша.

Как миражи, готовые исчезнуть

В любой момент, наброски глаз твоих…

Церквей-венецианок вереница

Здесь воздуху и днём, и ночью снится…

Как сон, лист из Евангелья от Марка,

И пробужденья лепесток от мака.

От Марка никуда тут не уйдёшь,

От мака камнем в камне пропадёшь…

Навстречу карнавал из стен, из окон,

Из отражений в голубой крови.

В душе Святого Марка отраженье -

Как будто на бессмертье разрешенье.

Душа тебе навстречу в маске сердца,

И ночь тебе навстречу в маске дня;

Земля тебе навстречу в маске неба,

И в маске воздуха навстречу Бог.

Здесь и сам воздух словно из любви!

Здесь и сама любовь из вдохновенья!..

Земля желала в воздух превратиться!

А как ещё ей самоутвердиться!..

Сердце! Не стучи! Разбудишь душу!

Солнце! Не свети! Разбудишь звёзды!..

«Какой сегодня век?» - спросило утро,

Пристав к моей очнувшейся душе.

Двадцатый век забыл, что он Двадцатый –

На землю все свои рассыпал даты…

Что нам с тобою два тысячелетья!

На каждого – по тысяче всего…

Моё стихотворенье, как горчичник,

Прижми к груди – и боль твоя пройдёт.

Прижми к груди моё стихотворенье –

Пройдут и боль, и время, и беда.

Небо прижми к земле!

Не отпускай меня!..

Земля, я небом вылечу тебя,

Как лечат, приложив ладони к сердцу.

Звезда лежала прямо на земле

И в небо не могла уже вернуться.