Контрольная работа по предмету «Наука и теология» на тему: «История возникновения и развития науки» (стр. 3 )

На самом деле, ответ на вопрос, чем же так выделяется, кроме своего бесспорно древнейшего возраста, древнеегипетская культура, найти не просто из-за отсутствия полных и систематических источников. Его можно лишь реконструировать, опираясь на оставшиеся памятники мудрости древ­них: «Книга мертвых», «Тексты пирамид», «Тексты саркофагов», «Книга коровы», «Книга часов бдений», «Книги о том, что в загробном мире», «Книга дыхания», «Адмуат», а также труды античных авторов Геродота, посетившего Египет в V—VII вв. до н. э., Плутарха (1 в. н. э.), оставившего подробный труд «Об Исиде и Осирисе».

Формой правления в древнеегипетской цивилизации была фараонская деспотия. Ее с полным правом можно назвать правлением посвященных, главнейшую роль в ней играло жречество. Высший и низший жреческие со­веты хранили науку, делали истину недоступной непосвященным. Одной из важнейших особенностей правления был ритуал захоронения фараонов. Фараон – сын солнца не мог уйти на тот свет незамеченным. Поэтому строились гигантские пирамиды — места захоронения фараонов, и сама процедура погребения обставлялась захватывающими и символически значимыми ритуалами. Восемьдесят пирамид, искусно сложенных из огромных, нередко много­тонных каменных глыб, осталось в наследство от Древнего Египта. Однако существует точка зрения, в соответствии с которой предназ­начение пирамиды как места захоронения фараона— второстепенное и сопутствующее. Пирамиды были предназначены, прежде всего, для последую­щей деятельности жречества, для осуществления интенсивной и обшир­ной программы тотального управления страной средствами психотехни­ки. Согласно преданиям, могли существовать такие сооружения «Озаряю­щего Света», в пространстве которых медитативный сеанс мог протекать в высшей степени успешно благодаря усиливающему воздействию биоритмически структурированного пространства храма. Храм играл роль син­тезатора, генерирующего стационарное поле (внутри оболочки в виде сте­новых ограждений и кровельного покрытия), которое позволяло сохра­нить устойчивую глубину транса.

Достигшее необычайных высот строительное искусство египтян включало в себя также глинобитные строения и из сырцового кирпича. Развитие их цивилизации сопро­вождалось развитием металлургии меди, совершенствованием деревооб­делочного, каменнообделочного и гончарного мастерства. Наша мебель не изменились с тех пор, как ее созда­ли первые египетские мастера. Кресла с плетеными сидениями и гнутыми ножками были известны еще 4500 лет назад. На особом месте находилась об­работка папируса, кож и выделка льняных тканей. Изобретение гончар­ного круга привело к массовому производству керамических изделий. На высоте были знания о сплавах и металлах, изобретались и совершенство­вались красители.

Широко описываемые в древнеегипетской мифологии весы были вы­дающимся достижением хозяйственной практики. Особое значение имело изобретение паруса, ставшего первым шагом в использовании энергии ветра.

Специалист по египетской истории Б. Тураев отмечает, что уже в Древ­нем царстве (в один из исторических периодов развития египетской циви­лизации) не без связи с практикой мумифицирования накопилось много знаний в области анатомии и медицины, которые обусловили появление врачей различных специализаций: глазных, зубных, хирургов. Древнеегипетские врачи были сведущи в анатомии, знали о существовании и функционировании системы кровообращения, изучали роль мозга как центра человеческого тела. Они могли делать трепанацию черепа, что является чрезвычайно сложной операцией и в наше время. Имелись руководства и для ветери­наров. Рецепты доказывают значительные познания в области химии. В Егип­те существовали и специальные учебные заведения, так называемые «дома жизни», в них составлялись священные книги и велись изыскания в области медицины. Египетские медики пора­жали точным описанием течения многих болезней. Искусство бальзами­рования трупов и изготовления лечебных средств до сих пор поражают своим эффектом. Найденные при раскопках гробниц многообразные хи­рургические инструменты свидетельствовали о высоком уровне развития хирургии.

Мифология Древнего Египта развивалась на базе достаточно высокой цивилизации и сопровождалась изобретением письменно­сти. Появление письменности трактуется как становление необходимо­го базиса для науки древнеегипетской цивилизации. Однако дешифровать египетские иероглифы крайне трудно. Некоторые из папирусных свитков, хранящихся в европейских музеях, и по сей день не разгаданы. Можно понять, что в них речь идет о магических операциях, магических текстах, заговорах, заклятиях, но что этим достигается, остается непонятым. К наиболее понятным папирусам относится «магический папирус Гарриса». Его основное содержание составляли заклинания, служащие для защиты живых.

Астрономия же находила себе применение и в теории солнечных ча­сов, и в математической географии. Древние египтяне знали, что Земля круглая и несется в пространстве, они внесли существенный вклад в ас­трономию, создав солнечный календарь. Возникновение календаря также обусловлива­лось потребностями практической жизнедеятельности — важно было знать периодичность разлива Нила. Несмотря на некоторую неточность (не были учтены високосные годы), даже Коперник использовал египетский календарь в лунной и планетной таблицах.

Деление суток на 24 часа — тоже вклад египтян. Египтяне создавали карты неба, группировали созвездия, вели наблю­дения за планетами. Изобретение календаря и элементов астрономии трудно переоценить. Все эти завоевания древнеегипетской цивилизации были щед­рыми дарами для последующего развития культуры всех народов.

Однако трудности в изучении египетских знаний объяснялись тем, что они были тайной, хранимой жрецами, которые строго следили, что­бы сокровенные знания о Вселенной и человеке держать втайне от профа­нов, но передавать их ученикам, посвященным. Об этом свидетельствуют от­дельные фрагменты из «Книги мертвых», в которой строго запрещается совершать при свидетелях описываемые там церемонии, при них не могут присутствовать даже отец и сын покойника. Строго наказывалась каждая попытка завладеть магическими священными книгами, а тем более упот­реблять их для каких-либо целей. Этим объясняется и ставшее известным изречение древнеегипетский жрецов: «Все для народа, но через народ ничто». делает предположение, что в Древнем Египте жезлы были инструментами фиксации знания. Сравнивая иероглифы и рисунки на уцелевших композициях комплекса древних панелей из захо­ронения древнеегипетского зодчего Хеси-Ра, можно получить аргумен­тированные свидетельства того, что жезлы являются инструментами со­размерности, а, следовательно, представление о них только как о симво­лах знатности неполно. Впрочем, во многом неполна и недостаточна и сама версия о происхождении науки в собственном смысле слова в столь отдаленный период. Хотя аналогии возможны. Корпус посвященных весь­ма напоминает герметичность деятельности научных сообществ, вход в которые также закрыт для профанов. Принцип наставничества, научного руководства — действующий принцип в процессе подготовки научных кадров. Секретность полученных знаний — требование, весьма актуальное и по сей день. И вся своеобразная система древнейших знаний, погребенная под толщей мистических иносказаний, интересна тем, что имеет тенденцию к воспроизведению и обнаружению своей значимости в новейших, пара­доксальных открытиях информационных технологий.

2.4. Наука в средневековье.

Иногда возникновение науки относят и к периоду расцвета поздней средневековой культуры Западной Европы (XII-XIV вв.). В деятельности английского епископа Роберта Гроссетеста (1175-1253) и английского францисканского монаха Роджера Бэкона (ок. 1214-1292) была переосмыслена роль опытного знания.

Знаменитый трактат Гроссетеста «О свете» лишен упоминаний о Боге, но изобилует ссылками на Аристотеля и его трактат «О небе». Гроссетест был комментатором «Первой аналитики» и «Физики» Аристотеля. Гроссетест считается пионером средневековой науки. Ему принадлежат также трак­таты «О тепле Солнца», «О радуге», «О линиях угла и фигурах», «О цве­те», «О сфере», «О движении небесных тел», «О кометах». Гроссетест описывает широко распространен­ный метод наблюдения за фактами, называя его резолюцией, обращает­ся к методу дедукции, а соединение двух конечных результатов образует, по его мнению, метод композиции.

Источники сообщают много удивительного о персоне Роджера Бэко­на, в частности то, что он пытался смоделировать радугу в лабораторных условиях. Ему принадлежит идея подводной лодки, автомобиля и лета­тельного аппарата. Он с огромной убеждающей силой призывал перейти от авторитетов к вещам, от мнений к источникам, от диалектических рассуждений к опыту, от трактатов к природе. Он стремился к количе­ственным исследованиям, к всемерному распространению математики. Однако работы неортодоксального монаха-францисканца были сожже­ны, а сам он заточен в тюрьму.

Типичный образ средневекового алхимика рисует его за неустанной работой в лабораторных условиях, где он проводит многочисленные опыты и ставит интересные эксперименты в целях добиться трансмутации ме­таллов, отыскать философский камень, эликсир жизни.

Алхимик стремился ускорить процесс «созревания» золота с помощью нагревания раствора из свин­ца и ртути. Очень распространены были алхимические эксперименты над перегонкой киновари. При ее нагревании выделялась белая ртуть и крас­ная сера. Киноварь, воспринимаемая как некое андрогенное начало, (сочетание цветов ассоциировалось со спермой отца и кро­вью матери) в миросозерцании средневековых алхимиков способствовала бессмертию.

Лабораторная алхимия разделяется на придворную и отшельническую. Придворная больше была склонна к механическому достижению эффекта. Отшельническая связывала эффект с необходимостью очищения и меди­тативными практиками. Алхимические же эксперименты над собственной духовной сферой, так называемая трансмутация души, также была сопряжена со многими опасностями. Ей сопутствовало не только желательное развитие паранор­мальных способностей, но и серьезные психосоматические расстройства.

Положительная часть сред­невековой алхимии закрепила себя в трактатах по фармакологии.

В рамках же официальной доктрины средневековья главенствуют вера и истины откровения. Разум теряет роль главного арбитра в вопросах ис­тины, ликвидируется самостоятельность природы, Бог, благодаря свое­му всемогуществу, может действовать и вопреки естественному порядку.