Реферат Серебряный век как особый этап русской культуры (стр. 2 )

Среди искусственно создаваемых «символических» моментов биографии наиболее распространенным, согласно комментариям исследователей, следует считать стремление обожествлять своих возлюбленных, видеть в них святых, преклоняться, опасаться прикоснуться, взглянуть, дабы не осквернить грешным.

Помимо обожествления возлюбленных и родных для Серебряного века было также характерно стремление вести жизнь, полную событий: бесконечных поездок, новых впечатлений, увлечений. Это позволяло увеличить возможность жизнетворчества. Наконец, символически воспринималась смерть каждой творческой личности. Некоторые исследователи полагают, что не до конца понятные смерти Есенина, Маяковского, а также «мистические» смерти Белого, Скрябина могли быть восприняты таковыми, поскольку носители культуры Серебряного века ожидали реализации жизнетворчества и искали подтверждения последнего.

Однако следование всем трем критериям, которые характеризовали понятие «внешний индивидуализм», не признавалось достаточным для того, чтобы человека можно было назвать личностью. Согласно трактовке эпохи Возрождения, помимо внешнего индивидуализма необходим внутренний индивидуализм. Под этим термином мыслителями Ренессанса понималось богоподобие человека. Человек мыслился активной творческой сущностью, творящим субъектом, не только восстанавливающим и гармонизирующим мир, но и создающим его наподобие Бога.

Философы Серебряного века, следуя за мыслью эпохи Ренессанса, предположили, что для достижения богоподобия человека необходима внутренняя способность и готовность личности продолжать дело Бога-творца. Человек должен быть достаточно развит, чтобы реализовать свой потенциал. Поэтому одним из основных критериев внутреннего индивидуализма полагалась энциклопедичность, то есть наличие качественных, глубоких знаний в разных областях человеческой деятельности. Наиболее ценным признавалось умение собирать знания из разных областей воедино, создавать «метанауки», «творить на грани». Именно так, по мнению исследователей, появился «особый тип ренессансного человека ХХ в., художника, ученого и мыслителя».[14] Очевидно то, что навыки в этих трех областях человеческой деятельности (искусство, наука, философия) считались мыслителями Серебряного века первостепенными.

Наконец, наличие знаний и навыков из разных областей человеческой деятельности позволяло, согласно предположениям носителей культуры Серебряного века, достичь той степени индивидуализма, которая дает возможность человеку, личности ощутить себя подобным Богу, то есть творить мир. Для данного периода культуры характерно утверждение первенствующей роли автора, режиссера и художника.[15] Для Серебряного века художник в широком смысле слова мыслился не только как творец образов, но и как «демиург, создающий миры»[16].

Согласно концепции личности Серебряного века, истинной «идеальной личностью» может стать лишь тот человек, кто гармонично соединил в себе внешний и внутренний индивидуализм. Безусловно, в реальности подобное сочетание представлялось труднодостижимым (если вообще достижимым). Более приближенным к реальности, согласно предположениям исследователей, был «тип человека не столько как создателя художественных ценностей, сколько как носителя творческих потенций высшего порядка, обладателя утонченной интуиции и безудержной фантазии, то есть как исключительной личности, возвышающейся над «толпой».[17]

Подобная «исключительность» предполагала, что творческой личности открыто нечто, недоступное окружающим «людям толпы». Творческая личность признавалась духовным лидером, мессией, способным повести за собой и помочь остальным осознать себя, а именно возможности и обязанности личности как субъекта творчества. По мнению теоретиков культуры Серебряного века, мессианство творца заключалось в создании «идеального произведения искусства», которое было бы способно сплотить, вдохновить, утешить, помочь познать себя и окружающий мир, сподвигнуть на подвиги каждого, прикоснувшемуся к нему.

Глава II. Реализация мировоззренческих идей на практике

Восприятие жизни как творчества, по мнению исследователей Серебряного века, привело к тому, что характерной чертой данной эпохи стала своего рода «игра с действительностью»[18]. Художники в широком смысле слова предлагали и испытывали разнообразные способы восприятия и понимания действительности. Наиболее интересными, по мнению исследователей, были эксперименты, касающиеся субъективного восприятия действительности. Подобные эксперименты имели четкую цель. Утверждение силы творческой личности породило стремление изменить мир посредством творчества

Подобное желание гармонии постепенно привело к эстетизму. Мечтой деятелей культуры рубежа веков был, образно говоря, всеобщий эстетизм, окружающий человечество. Они утверждали: все и везде должно быть прекрасно и гармонично, начиная от интерьера дома и заканчивая одеждой хозяев.[19] В поисках красоты и гармонии творческие личности пришли к осознанию необходимости преобразования всех видов человеческой деятельности параллельно и одновременно. Достижение цели было возможно при условии синтезирования многообразия видов человеческой деятельности в один.

Стремление синтезировать знания и умения из разных областей не только искусства, но и всей человеческой деятельности исследователи считают одной из характерных черт культуры Серебряного века. Практически все ученые обращают внимание на тот факт, что синтез, предложенный данной эпохой, подразумевал переплетение различных элементов жизни.

Идея синтеза, безусловно, не нова. Зачастую исследователи называют синтетическим сознание человека в так называемый «мифологический период». Рихард Вагнер, будучи представителем романтического XIX века, представил и отчасти реализовал идею синтеза искусств на основе музыки, то есть синтеза «панмузыкального». Это означало, что в художественном произведении, к какому бы виду или жанру оно ни относилось, ценили прежде всего музыкальность – олицетворение гармонии и непосредственности неизреченных чувств. При этом границы, разделяющие искусства, как бы не замечались.[20]

Серебряный век попытался окончательно разрушить эти границы, трактуя культурные области и виды деятельности предельно свободно.[21] Одним из результатов подобного стремления к синтезу стал тот факт, что художники в широком смысле слова стали все чаще выступать в качестве мыслителей – философов, публицистов и критиков. По мнению исследователей, их идеи были ярки и оригинальны, непривычны с точки зрения профессиональной русской критики. Творческие люди продемонстрировали новизну подходов к искусству и действительности. Они воспринимали жизнь категориями культуры в целом, сочетали в своем творчестве мысль и образ, философию и искусство, эстетическую теорию и практику.[22]

В концепциях таких мыслителей, как А. Белый, А. Блок, Вяч. Иванов,
А. Скрябин, синтез искусств был представлен не как обогащение одних видов художественного творчества средствами других видов, а как проблема мировоззрения, как выражение универсальной природы человеческого творчества.[23] Безусловно, синтезировать все многообразие видов человеческой деятельности, не взяв некий вид в основу, не представлялось возможным для творческих людям данного периода. По мнению , «три основных компонента образовывали новый культурный синтез, специфический для русского культурного ренессанса: искусство, трактуемое предельно широко (как индивидуальное творчество); философия (как способ жизни, существования творческого разума и духа) и общественность (религиозная, культурная, политическая элита и т. д.)».[24] Эти три вида человеческой деятельности обусловили своеобразие Серебряного века как периода, представившего достижения в первую очередь в философии и творчестве, усиленно распространяемые среди остальных людей.

Одним из самых известных деятелей Серебряного века, попытавшемся воплотить теоретические замыслы на практике, стал . Он был одним из тех, кто попытался создать произведения искусства, которые послужили бы подтверждением философских выводов. Скрябин как представитель культуры Серебряного века постарался создать произведение исходя из философских взглядов. Воплотить свои теоретические взгляды, свою модель эволюции бытия – основа его музыкального творчества. Вся жизнь мыслителя была посвящена созданию идеального произведения искусства.

Первым постулатом в концепции музыкального творчества стало убеждение в том, что для эпохи рубежа XIX – XX вв. необходимо синтетическое искусство. Стремление объединить в одном произведении максимальное количество видов человеческой деятельности было характерно для эпохи Серебряного века. Скрябин представил свои механизмы объединения нескольких видов искусства в одном произведении.

По мнению мыслителя, для того, чтобы создать синтетическое произведение, в первую очередь необходима база, как теоретическая, так и практическая. Как считал философ, теоретической базой должны стать философские убеждения личности-творца. Они могут быть выражены в авторском тексте, который будет сопровождать произведение и который станет направляющим вектором, исключающим разночтения и неправильные толкования. Как уже было сказано, сам Скрябин предпочитал писать либретто для многих своих произведений.

Практической базой должен стать один из видов искусства, в который будут вплетены другие составляющие. По мнению мыслителя, идеальной базой может и должна стать именно музыка. Музыка для Серебряного века – «сверхискусство», в котором максимально отсутствует материальное и максимально присутствует иррациональное. Эта форма творчества призвана непосредственно выражать состояние души, тем более что музыка, в своей зыбкой экспрессивности, близко подходит к невыразимому, полубессознательному, к заклинанию. Можно утверждать, что музыка почти всегда имеет в основе антинарративность.[25] Она не рассказывает, она воздействует. Одновременно с этим музыка способна выражать через звуковые потоки все богатства художественной культуры.[26]

В музыкальную основу Скрябин планировал вплести речь, то есть, слово. Его основное стремление заключалось в том, чтобы синтез музыки и слова был органичным. Мыслитель подразумевал, что в музыке и тексте нужна одна общая идея, поэтому, возможно, будет лучше, если и музыка, и текст будут написаны одним человеком, или хотя бы в соавторстве. Скрябин предпочитал делать все самостоятельно, но его зачастую беспокоило качество создаваемого текста: «Единственно, что меня беспокоит, – это текст. В музыке я чувствую себя владыкой: тут я спокоен. Я не могу допустить, чтобы текст был ниже музыки, я не хочу, чтобы на стихи мои смотрели, как на произведение музыканта, решившегося самому написать текст к своей музыке».[27] Хоть музыка и является основой, но для Скрябина недопустимо, чтобы остальные виды человеческой деятельности, вплетаясь в музыку, были ниже ее по качеству, он ратовал за равноправие и высокий профессионализм разных составляющих своего идеального произведения. Скрябин не был одинок в своем мнении, что композитор имеет право и, возможно, даже должен самостоятельно писать стихи на собственную музыку. Его поддерживал французский композитор Клод Дебюсси, который утверждал: «Дело в том, что музыкантам, ничего не смыслящим в стихотворстве, не следовало бы и браться за переложение стихов на музыку. Они способны только их испортить».[28] Идеи о личности-титане, способном продуктивно и качественно работать во многих областях человеческой деятельности, были близки всем странам, так или иначе воспринявшим модерн.