. Обряды и обычаи, связанные с рождением детей. первый год жизни // Русские. – М.: Наука, 1997. – 828 с (стр. 5 )

Кроме религиозных запретов поведение роженицы, во всяком случае в период ее реальной "нечистоты", ограничивали запреты, связанные с суеверной брезгливостью по отношению к "женской" крови. Женщинам в это время запрещалось что-либо сажать, месить хлеб, доить корову, солить капусту. Однако эти суеверия встречались не везде.

Уход за роженицей и характер послеродового поведения горожанок имел, по-видимому, значительные отличия в зависимости от социальной принадлежности семьи, уклада ее жизни, уровня образования, а также от того, жила ли женщина в маленьком городе, сохраняющем традиционные связи с окружающим сельским миром и особенности народного быта, или же в крупном, тем более столичном. Но даже в так называемых образованных слоях общества, игнорирующих или не знающих народных суеверий, женщины неукоснительно соблюдали запреты в религиозном поведении, и их повседневная жизнь испытывала влияние религиозного учения о женской "нечистоте". И в наши дни в сельской местности, а иногда и в городах женщины, по их словам, считают необходимым в определенные сроки воздерживаться от исполнения "неположенных" работ и соблюдать услышанные от старших или в церкви правила поведения.

В первые же дни после родов к молодой матери спешили женщины с приношениями. Этот обычай, известный под названием проведок, отведок, ходить на кашу, нести зубок, существовал у русских почти повсеместно. Его можно рассматривать как пример нетрудовой взаимопомощи внутри семьи и общины. Целью приходивших было справиться о здоровье роженицы, поздравить ее с новорожденным, угостить чем-либо вкусным, а заодно оказать практическую помощь ее семье. Каждая из женщин приносила с собой еду. Для такого случая готовили праздничные кушанья или же будничные, но лучшего качества. Принесенное угощение было столь обильным, что позволяло находящейся в изоляции и не оправившейся еще после родов женщине не беспокоиться о домочадцах и хотя бы несколько дней отдохнуть от хлопот по дому.

Проведывать приходили только замужние женщины, обычно по возрасту близ-

511

кие роженице. Такие посещения могли быть коллективными, когда родственницы и соседки договаривались между собой и приходили все вместе, но чаще по очереди. Хозяев, как правило, не извещали о приходе, да в этом не было необходимости, так как обычай этот был строго обязателен, не прийти навестить роженицу у крестьян считалось "зазорным". Столь же обязательным считался и ответный визит роженицы к посетившей ее женщине в положенное для этого время. Пришедших женщин хозяева либо совсем не угощали, либо давали вино и чай.

Обычай носить родившей женщине угощение - один из наиболее стойких обычаев русской деревенской жизни. Правда, в советский период, особенно в послевоенные годы, характер его несколько изменился. Посещения откладываются до возвращения матери с ребенком из роддома, пришедшие навестить приносят не только еду, но и небольшие подарки для малыша. Основное же одаривание его приурочивается к семейному торжеству по случаю рождения ребенка, которое в последнее время все чаще откладывается до обряда крещения. Аналогичную картину можно наблюдать и в городах. Некоторое отличие заключается в обычном ассортименте приносимого угощения. В деревне и сейчас оно носит более практичный характер, хотя и здесь посетительницы по возможности стараются своими приношениями побаловать роженицу и поддержать ее здоровье. В городе же, как правило, приносят фрукты и в меньшей степени - сладости. В последние годы и в городе, и в сельской местности почти исчезли принятые в советское время коллективные посещения родивших женщин сотрудницами по работе. Такие посещения предварялись обычно сбором сослуживцами денег на общий подарок, выделением материальной помощи за счет профсоюзной организации и средств предприятия.

Ребенок. Все действия по уходу за новорожденным диктовались как практическими знаниями о том, что нужно для его здоровья и нормального роста, так и аналогичными соображениями религиозного характера. Причем последние играли важную роль. Ведь верующему человеку свойственно было причину всех, даже самых естественных и закономерных событий (не говоря уже о случайных) связывать с прямым или хотя бы опосредованным вмешательством высших сил: "Бог наказал", "Бог уберег" - обычные заключения в оценке происходящего. И, конечно, это убеждение особенно явственно сказывалось в отношении взрослых к не имеющему еще возможности защитить себя малышу. Высокая детская смертность от болезней и травм постоянно напоминала о хрупкости и непрочности детской жизни. Между тем собственные забота и внимание оказывались недостаточными для сохранения жизни и здоровья ребенка, тем более, что в крестьянской семье не всегда была возможность присмотреть за детьми. Поэтому-то и уповали на помощь рекомендуемых церковью охранных средств.

Для предотвращения всех напастей использовали "святую" воду (крещенскую, освященную специально, спущенную с камешков, привезенных из Иерусалима, взятую из святых источников), ладан, причащение; взрослые крестили детей, особенно на ночь, постепенно учили их креститься самих. Эти же средства применялись и для лечения, независимо от того, приписывали ли болезненное состояние порче, сглазу или же более материальным причинам, например, в случае поноса, простуды, травм и т. д., дополняя лечение распространенными в народной медицине рациональными процедурами: прогреванием, растиранием, а также траволечением. Одновременно совершали и "свои", популярные в народе и весьма разнообразные магические акты. Например, от порчи поили водой, которой предварительно обмывали скобы дверей в доме, при бессоннице носили детей в курятник под курошест и читали там специальные заговоры, в случае постоянной слабости и хилости "перепекали" в теплой печи (Топорков. С. 114-118). Элементарные приемы врачевания знали и совершали домашние ребенка, в более сложных случаях обращались за помощью к специальным знахаркам.

512

Весь первый год жизни младенца занимал особое место в череде детских лет.

Само существование малыша, казалось, слишком неустойчивым, кроме того, по мнению окружающих, на этом начальном этапе бытия закладывались основы его здоровья и благополучия. Поведение взрослых в значительной степени подчинялось многочисленным запретам и рекомендациям, объединенным общим принципом "не навреди". Их игнорирование могло не только нанести сиюминутный вред, но и нарушить нормальное развитие ребенка в дальнейшем. Можно указать наиболее распространенные обычаи: не подносить младенца к зеркалу - долго не будет говорить (варианты - будет близоруким, будет пугаться, будет косым); не качать пустую колыбель - у ребенка будет болеть голова; не смотреть на спящего - ребенок потеряет сон и т. п. Многие рекомендации по уходу и лечению детей сохраняются и до сих пор.

Особого внимания и обрядового оформления требовали процедуры, совершаемые с младенцем впервые - первое купание, первое укладывание и т. п.

Первое купание новорожденного происходило в день родов; иногда только что появившегося на свет малыша лишь обмывали и затем уже купали "набело" ( С. 82-87). В воду часто добавляли предметы, которым приписывались магические свойства, прежде всего очищающие и укрепляющие. Некоторые из них употреблялись при первом купании. Например, распространенным можно считать обычай бросать в воду монетки ("по состоянию родителей"), чаще всего серебро. Монетки бросали родители, а повивальная бабка, обмывавшая младенца, забирала их себе "за труды". Серебро должно было обеспечить чистоту кожи и одновременно способствовать будущему достатку новорожденного. Другие предметы, например череду и соль, добавляли с лечебными целями в воду для купания в течение некоторого времени. Первое - как популярное средство от кожных заболеваний, от второго должны были быстро "твердеть косточки", оно же защищало младенца от "уроков". Иногда в воду при первом купании добавляли хлеб, несколько капель водки, яйцо, стеклянные вещи (возможно, имея в виду чистоту и блеск стекла), а также испытанное средство от всех бед и напастей - святую воду, правда, некоторые полагали, что в данном случае ее употреблять не годится, так как не окрещенный еще ребенок "нечист". Для усиления христианской защиты в воду капали воск с зажженной свечи. Таким образом, очевидно, что при купании использовали предметы, популярные в родовспомогательной практике. Обычно местом первого купания у русских центральных и северных областей страны была баня, где и проводил вместе с матерью первые дни своей жизни новорожденный. Для смывания послеродовой грязи и укрепления здоровья малыша повитуха в нежарко натопленном помещении слегка парила младенца, похлопывая его веником. В южных областях и частично в центральных купание - и первое, и последующие, происходило в русской печи или же просто в теплой избе. В дальнейшем в русских семьях считали необходимым купать новорожденных в течение первого месяца 1-2 раза в неделю, до года - 2-3 раза, а после года - один раз в неделю.

Время первого укладывания в колыбель зависело во многом от условий проживания семьи, количества детей, спокойствия малыша; кроме того, во многих семьях не считали возможным класть ребенка в колыбель до совершения над ним таинства крещения. Первое укладывание также сопровождалось обрядовыми действиями, от которых зависели здоровье и спокойствие новорожденного. В соответствии с местной традицией выбирали дерево для люльки. Жители Порховского уезда Псковской губернии делали ее обязательно из еловой лучины, в Пошехонском уезде Ярославской губернии - из березы или ели - "чтобы ребенок крепче спал"; определенное дерево нужно было выбрать и для очепа - жердочки, на которую вешалась люлька. В Череповецком уезде Новгородской губернии его делали из березы, а в Шенкурском уезде Архангельской губернии - из сосны,