Преступность в сфере незаконного оборота драгоценных металлов и драгоценных камней и борьба с ней (стр. 2 )

1) уклонение от обязательной сдачи предмета преступления на аффинаж;

2) уклонение от обязательной продажи государству предмета преступления.

Федеральным законом, который устанавливает правовые основы регулирования отношений, возникающих в области добычи, производства, использования и обращения драгоценных металлов и драгоценных камней, является федеральный закон от 26 марта 1998 г. N 41-ФЗ “О драгоценных металлах и драгоценных камнях”. В соответствии со ст. 20 данного закона, добытые и произведенные драгоценные металлы, за исключением самородков драгоценных металлов, после необходимой переработки должны поступать для аффинажа в организации, включенные в перечень, утвержденный Правительством Российской Федерации.

Но если рассмотреть Постановление Правительства РФ от 1 декабря 1998 г. N 1419 "Об утверждении порядка совершения операций с минеральным сырьем, содержащим драгоценные металлы, до аффинажа", то в пункте 8 можно прочесть, что минеральное сырье, не обремененное обязательствами в соответствии с ранее заключенными договорами на поставку аффинированных металлов, может быть реализовано до аффинажа субъектами их добычи и производства юридическим лицам, в том числе через биржи драгоценных металлов и драгоценных камней, или использовано в качестве залога или иного финансового обязательства.

Следовательно, в самих нормативных актах, устанавливающих правила сдачи драгоценных металлов и драгоценных камней на аффинаж, отсутствует однозначная обязанность для их сдачи.

Аналогично обстоят дела и с обязательной продажей государству добытых из недр, полученных из вторичного сырья, а также поднятых и найденных драгоценных металлов или драгоценных камней. Пункт 4 статьи 22 уже упоминавшегося Федерального закона от 01.01.01 г. N 41-ФЗ “О драгоценных металлах и драгоценных камнях” устанавливает, что “лом и отходы драгоценных металлов и драгоценных камней подлежат сбору во всех организациях, в том числе в воинских частях и воинских формированиях, в которых образуются указанные лом и отходы. Собранные лом и отходы подлежат обязательному учету и могут обрабатываться (перерабатываться) собирающими их организациями, в том числе воинскими частями и воинскими формированиями, для вторичного использования или реализовываться организациям в соответствии с настоящим Федеральным законом для дальнейшего производства и аффинажа драгоценных металлов и рекуперации драгоценных камней”. То есть появляется возможность не осуществлять обязательную продажу государству поднятых и найденных драгоценных металлов и драгоценных камней на законных основаниях.

Как отмечается некоторыми исследователями, в федеральном законе установлена не обязанность, а только приоритетный порядок продажи аффинированных драгоценных металлов, драгоценных камней, уникальных самородков драгоценных металлов и драгоценных камней. Так, пишет, что “нарушение приоритетного порядка продажи драгоценных металлов и драгоценных камней есть совершение незаконных сделок с указанными предметами, и при наличии других признаков оно наказуемо по ст. 191 УК РФ”[8].

А как можно бороться с преступностью в области незаконной добычи, производства, использования и обращения драгоценных металлов и драгоценных камней, если уже в самом уголовном законе существуют неясности, которые значительно затрудняют квалификацию преступных действий?

В целях снижения криминогенности в сфере добычи и производства драгоценных металлов и природных драгоценных камней представляется возможным проведение следующих действий:

1. Учет при профилактике и расследовании преступлений факторов, которые способствуют преступной деятельности в сфере незаконного оборота драгоценных металлов и драгоценных камней.

2. Повышение внимания к деятельности преступных групп межрегионального и международного уровня, специализирующихся на преступлениях в сфере незаконного оборота драгоценных камней.

3. Внесение изменений в уголовный закон. Приведение статей 191 и 192 УК РФ в соответствие с нормативно-правовыми актами, регулирующими отношения, возникающие в области добычи, производства, использования и обращения драгоценных металлов и драгоценных камней.

4. Предоставление права физическим лицам при наличии у них разрешений на пользование недрами добычи и производства драгоценных металлов и драгоценных камней, за исключением алмазов. В России рынок всех остальных цветных драгоценных камней, перечисленных в Ст. 1 Федерального закона от 01.01.01 г. N 41-ФЗ “О драгоценных металлах и драгоценных камнях”, значительно меньше рынка алмазов. Как пишет , “в запасах Российской Федерации общая стоимость всех цветных камней составляет от 0,0003 процента ВВП, при этом даже не существует системы их сертификации. Все же остальное - это алмазы”[9].

Разрешение вольного приноса драгоценных камней, за исключением алмазов, будет способствовать увеличению объемов добычи драгоценных камней в тех участках недр, которые стали нерентабельными даже для отработки старательскими артелями, для обработки небольших россыпей полезных ископаемых.

5. Легализация вольного приноса золота. Физическим лицам необходимо предоставить право разработки мелких и уже отработанных месторождений, не представляющих промышленного интереса.

По данным различных источников, незаконная добыча в России только россыпного золота физическими лицами составляет 15-20 т в год. Выше уже было указано, что в ряде регионов добыча золота физическими лицами очень широко распространена. При этом она контролируется преступными структурами, куда и поступает вся прибыль.

Легализация же вольного приноса золота позволила бы направить дополнительные объемы золота в государственные фонды, создать дополнительные рабочие места, пополнить местные бюджеты.

В процессе противодействия преступности в сфере незаконного оборота драгоценных металлов и драгоценных камней необходимо применять системный подход, поскольку отдельные разрозненные действия не способны значительно снизить число совершаемых преступлений.

10. В пояснительной записке к указанному законопроекту подобная мера обосновывается отсутствием законодательно установленных правил гражданского обращения цветных драгоценных камней из-за невозможности создания системы их сертификации. Данное утверждение противоречит действительности.

Создание систем сертификации цветных драгоценных камней возможно, а по изумрудам, на которые приходится основная часть сделок с цветными драгоценными камнями, такая система уже создана.

Факт возможности создания систем сертификации драгоценных камней как таковых совершенно неоспорим по своей очевидности. Однако в российском законодательстве существует принципиальный конфликт между нормами ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» и ФЗ «О техническом регулировании». Дело в том, что технических регламентов на любой вид драгоценных камней может быть сколь угодно много, и они сколь угодно существенно могут различаться между собой. На их основе могут быть созданы и зарегистрированы совершенно различные системы сертификации. Таким образом, один и тот же камень может по одной системе сертификации иметь высокие характеристики, а по другой – и вовсе не относиться к драгоценным разновидностям минералов берилла, хризоберилла и корунда.

Далее следует, что по одной системе сертификации, конкретный камень будет подпадать под регулирование ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» и на него будет распространяться ст. 191 УК РФ, в то время как по другой системе сертификации это будет просто ювелирный камень (или образец минерала), к юридически драгоценным камням не относящийся.

Такая неоднозначная ситуация невозможна, когда речь идет о минеральном виде, например, алмазе. Но в случае с цветными камнями разрешенные законодательством многочисленные системы сертификации, в отсутствие единой государственной системы сертификации, в принципе не должны иметь право выступать арбитром «наказывать или нет».

11. В настоящее время граждане Российской Федерации могут свободно приобретать на биржах и в ювелирных магазинах наряду с бриллиантами и сертифицированные неоправленные в изделия изумруды. Данная система сертификации нацелена именно на защиту прав и интересов рядовых граждан - потребителей драгоценных камней.

Придание сертификации драгоценных камней обязательного характера лишь на первый взгляд выглядит как забота о защите прав потребителей. Однако более внимательный анализ показывает ошибочность такого утверждения: ведь ущемляется право потребителя приобрести драгоценный камень без навязанных ему недешевых услуг - дополнительных издержек на сертифицирование. Эта скрытая наценка может составлять вполне значительную долю покупки, особенно для недорогих ограненных камней (мелких, невысокого качества). А для самых мелких, которые потребитель мог бы приобретать для изготовления ювелирного украшения на заказ, в качестве «обсыпки» - и вовсе нелепую долю.

Еще более циничным выглядит утверждение о заботе законодательства о потребителе, если учесть, что в случае случайного (по незнанию) приобретения драгоценного камня без сопроводительного сертификата, потребитель за совершение покупки сразу подпадает под 191 статью УК РФ (до 7 лет лишения свободы). А такое возможно и сплошь и рядом случается на практике, когда продавец в нарушение законодательства все же продает неосведомленному в законодательстве физическому лицу неоправленный ограненный камень, не ставя покупателя в известность о незаконности сделки. В неблагоприятном случае несчастливый покупатель просто расстанется со своей покупкой в доход государства, так о нем «позаботившегося».

И уж совсем странной выглядит забота государства о том, чтобы коллекционные образцы российских же драгоценных камней не попадали в частные собрания Россиян…

12. Отсутствие систем сертификации по иным драгоценным камням объясняется, в основном, отсутствием у конечного потребителя спроса на них в необработанном и не оправленном в изделия виде.

Создание системы сертификации драгоценных камней – достаточно сложный и затратный процесс, который более всего доступен геммологическим центрам, но при этом – за свой счет. Следует также учитывать, что серьезные российские геммологические центры, уважающие свой сложившийся на рынке имидж, не станут спешить с разработкой собственной системы сертификации в то время как подобная система (в силу целого ряда противоречивых взглядов различных геммологических школ) не существует нигде в мире. Не спешат еще и потому, что в России есть приверженцы различных геммологических школ, стоящих на прямо противоположных позициях. Совместить эти позиции в одном документе не возможно в принципе. А это значит, что любая система сертификации будет нещадно обругана оппонентами «противоположного лагеря».