Преступность в сфере незаконного оборота драгоценных металлов и драгоценных камней и борьба с ней (стр. 3 )

Есть очень существенный потенциал спроса на российском рынке неоправленных драгоценных камней (для изготовления гражданами ювелирных изделий на заказ). Сегодня этот спрос искусственно сужен и полностью покрывается криминальными продажами, причем зачастую сами граждане об этом не подозревают. А знакомые с российским законодательством граждане в ювелирных магазинах неоправленные драгоценные камни, естественно, просто не спрашивают. Ситуация соответствует анекдоту советских времен о спросе населения на красную икру в продовольственных магазинах, где она никогда и не появлялась: «Видите, никто не спрашивает…»

13. Само наличие ювелирной промышленности предполагает, что конечный потребитель предпочитает приобретать драгоценные камни уже в составе ювелирных изделий. Сделки же с неоправленными цветными драгоценными камнями осуществляют юридические лица - многочисленные фирмы посредники, импортирующие их из-за рубежа и скупающие на внутреннем рынке.

Абсолютно ошибочное утверждение. Естественно, более значительную часть оборота драгоценных камней как сырья для ювелирной промышленности осуществляют фирмы. Но в таких туристических странах, как Таиланд и Бразилия, часто посещаемых российскими туристами, неоправленные ограненные драгоценные камни в изобилии продаются в любом ювелирном розничном магазине и при этом пользуются у физических лиц огромным спросом. Не в последнюю очередь – в качестве лучшего сувенира из чужой страны. Так, в розничном обороте ювелирных магазинов Таиланда продажи неоправленных драгоценных камней физическим лицам составляют порядка 5 - 7% от общей выручки. При этом в среднем каждый 10-й турист приобретает в Таиланде тот или иной неоправленный драгоценный камень в коробочке, этот популярный местный сувенир. При этом никакими сертификатами эти камни не снабжаются (иногда к ним придают произвольно составленный документ, называемый «сертификатом», но на деле всегда являющийся простым экспертным заключением, не имеющим никакой юридической силы). Туристы приобретают неоправленные драгоценные камни вовсе не обязательно для последующего изготовления украшений: драгоценный камень представляет собой самодостаточный культурный, эстетический и инвестиционный объект, вызывающий интерес у массового покупателя.

Российских туристов, купивших драгоценные камни и ставших преступниками, очень много. По данным Управления туризма Таиланда, в 2008 году количество российских туристов, посетивших Таиланд, составило 320 тыс. человек. По статистике получается, что 32 тысячи из них приобрели и привезли домой «преступный» товар.

Много ли это для России? На Госсовете по вопросам развития политической системы в январе 2010 года Президент , касаясь Россиян, голосующих за непопулярные партии, заметил: «Но эти полпроцента избирателей - это наши граждане, и их мнение должно быть услышано». А «полпроцента» избирателей - это около 500 тысяч человек. И ведь столько же туристов, вероятно, из одного только Таиланда привезли на родину «преступные» сувениры за последние 15 лет! Но разве они - не наши граждане? Разве их невинное желание захватить с собой красивый камень в коробочке – не повод, чтобы власти «услышали» абсурдность «правил оборота драгоценных камней»?

Существует еще один обширный мировой рынок драгоценных камней – рынок коллекционных экземпляров необработанных камней. Многие тысячи коллекционеров камней всего мира съезжаются на ежегодные специализированные ярмарки в Туссон и Денвер (США), Мюнхен (Германия) и т. д. Среди многомиллионных оборотов этих ярмарок значительная часть приходится на коллекционные образцы драгоценных камней. И это коллекционирование доступно всем, кроме Россиян…

Национальным позором является факт, что коллекционные образцы уральских изумрудов и александритов хранятся в частных коллекциях людей всего мира, но в принципе не могут храниться в коллекциях Россиян. Фактически, это проявление преступного отношения государства к сохранению собственного культурного наследия, к которому относится и мир минералогических коллекций. 

14. При этом, значительная часть цветных драгоценных камней, принадлежащих данным фирмам, находится в незаконном обороте, так как ввезена на территорию Российской Федерации контрабандным путем с целью уклонения от уплаты существенной таможенной пошлины и НДС (38% от стоимости).

Действительно, согласно данным ФТС, это недопустимо значительная часть – более 99% от общего импорта драгоценных камней. Но следует заметить – все это происходит сегодня, при наличии крайне жесткого уголовного законодательства, регулирующего в России оборот драгоценных камней (ст. 191 УК РФ). Не говоря о существовании уголовной ответственности за контрабанду. Разве это не доказательство провала политики жесткого госрегулирования рынка?

Предлагаемые поправки в действующее законодательство предусматривают перенос акцента с уголовной ответственности за абстрактное «нарушение правил оборота» ДМДК (хотя бы в части оборота цветных драгоценных камней) на конкретные и всем понятные составы имеющихся преступлений. В том числе – на хищения и контрабанду драгоценных камней.

15. Указанные фирмы, имеющие значительные оборотные средства и совершающие регулярные сделки с цветными драгоценными камнями назначительные суммы, не нуждаются, в отличие от ювелирных производств, в большом штате сотрудников, офисах, масштабных производственных и складских площадях, рекламной деятельности и т. п. Фактически всю коммерческую деятельность по торговле драгоценными камнями может вести один человек (и часто ведет - в форме ПБОЮЛ). Специфика деятельности с драгоценными камнями подразумевает сосредоточение в небольших по объему материальных предметах значительных финансовых средств, сложности при определении их стоимости и расчета реального товарооборота, возможность манипулирования с данными финансовой отчетности.

Приведенное выше подтверждает, что при всей строгости действующее законодательство России в области регулирования обращения драгоценных камней не является каким-либо препятствием для совершения правонарушений и не в состоянии решить эту проблему.

Однако это законодательство очень ощутимо способно препятствовать выравниванию конкурентоспособности российских гранильных и ювелирных предприятий по сравнению с их зарубежными коллегами. Это законодательство ущемляет конституционные права граждан. И это законодательство для его обслуживания требует отвлечения сотрудников правоохранительных органов (и не только) от решения более актуальных для общества проблем. А также носит принципиально коррупционно опасный характер.

16. Таким образом, в случае принятия предлагаемых изменений в Федеральный закон «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» большая часть коммерческой деятельности по обороту цветных драгоценных камней, сосредоточенная в руках целого ряда отдельных физических лиц, выйдет из под контроля, налогообложения и иной отчетности.

Утверждение не соответствует действительности. Само по себе ныне действующее законодательство реально никак не обеспечивает контроль за налогообложением операций с цветными драгоценными камнями. Для легализации любой коммерческой деятельности любому юридическому лицу достаточно встать на учет в местную инспекцию Пробирной палаты России, что ни для каких фирм не составляет труда.

Сотрудникам правоохранительных органов хорошо известно, что проблемы с оборотом цветных драгоценных камней у зарегистрированных в Пробирной палате фирм (юридических лиц) появляются лишь тогда, когда возникает задача продажи коллекционных образцов и неоправленных ограненных драгоценных камней физическим лицам. Т. е. субъектом незаконного оборота драгоценных камней (191 ст. УК РФ) практически всегда выступает физическое лицо, продающее, покупающее или просто хранящее драгоценные камни.

Однако и физические лица, если они занимаются коммерческой деятельностью, являются налогоплательщиками при совершении сделок. А налогообложение юридических лиц по разработанным законопроектам и вовсе сохраняется без изменений вне зависимости от того, совершается ими сделка с другим юридическим или с физическим лицом.

17. Крупномасштабная коммерческая деятельность будет осуществляться под видом гражданского оборота. В этом случае существенно облегчатся легализация контрабандно ввозимых в страну цветных драгоценных камней, финансирование террористической деятельности за счет доходов от их реализации, процесс отмывания финансовых средств, полученных преступным путем.

Предлагаемые в действующее законодательство поправки ни в коей степени не облегчают контрабанду драгоценных камней. Следует заметить, что в настоящее время строгость действующего законодательства не является препятствием для контрабанды драгоценными камнями. Уровень контрабандных операций с драгоценными камнями сегодня невероятно высок. Так, по данным ФТС, предоставленным по запросу депутата Госдумы, в 2008 году суммарные поступления от взимания ввозных пошлин на алмазы и бриллианты (позиция ТН ВЭД России 7102) составила всего лишь 2.410.691 рубль, или около 95 тысяч долларов США. При ставке пошлины на бриллианты в 20% получаем, что весь оборот по импортируемым в Россию бриллиантам в 2008 году составлял менее 0,5 млн. долларов. Экспертные оценки показывают, что реальная сумма оборота была в тысячи раз больше.

Абсурдность этого объема видна хотя бы из того, что согласно тем же данным ФТС, суммарные поступления от взимания ввозных пошлин на бижутерию (позиция ТН ВЭД России 7117) в том же 2008 году составила 329.477.598 рублей, т. е. около 13 млн. долларов США, что при той же ставке означает объем завезенной бижутерии на сумму порядка 65 млн. долларов. Что по официальной статистике ФТС в 130 раз больше импорта бриллиантов…

При этом, судя по масштабам контрабанды, ни у кого проблем с легализацией контрабандных бриллиантов, не возникло и при действующем законодательстве.

Можно предположить, что предлагаемые поправки в законодательство не только не способны негативно повлиять на уровень контрабанды и последующей легализации оборота камней, но напротив – будут содействовать сокращению контрабандного потока драгоценных камней. Хотя бы потому, что оформление ввоза драгоценных камней существенно хлопотнее, чем прочих. Но если кем-то допускается контрабанда – то и наказывать его нужно за контрабанду, а не за нарушение каких-то несуществующих «правил оборота».