Комментарий к статье о методологическом сплочении (стр. 1 )

 

 

Предисловие

Почему для методологического анализа я выбрал именно статью (дальше – О.С.) «Сплочение в методологическом сообществе: проблема и перспектива» (2005)?

Потому что Великий Методологический Игрок «засветился» за пределами своей игры – Московского методолого-педагогического кружка (ММПК). Я бы не решился войти в игру Анисимова и там (!) пытаться ему что-то сказать: абсолютно проигрышная позиция – играть в игру с автором игры. А так – нейтральная территория, на которую О.С. любезно пригласил и методологов, и практиков. Кстати, интересно посмотреть как поведут себя методологи (и О.С.) в такой «междисциплинарной» ситуации.

К тому же О.С. излагает принципиальные положения своего видения Методологии.

 

Источник: http://mmpk1.appach.ru/libr/anisimov/docs/An05Met_Unity.htm

Сплочение в методологическом сообществе:

проблема, перспективы

1. Как известно, рефлексия, в рамках псевдогенетического анализа, возникает как особая реакция на затруднения и разрывы в деятельности, а также в любой иной социокультурной практике.

«Как известно…». Фактически, если бы О.С. применил свое основное средство – схемы - здесь должно быть так: «как видно из схемы» и должна быть приведена одна из основных схем О.С., на которой изображен человечек в движении (деятельности); прямая горизонтальная линия упирается в препятствие (вертикальный отрезок); затем переход человечка в поле рефлексии (фигура, образованная двумя полудугами); под рефлексией понимаются три действия (функции): исследование, критика и нормирование (проектирование нового); затем во время рефлексии, которая изображается горизонтальным сектором, исходящим из головы человечка, происходит движение-преобразование образа человечка от исходного – встретившего препятствие – до конечного – изменившегося, оспособившегося новыми средствами, критериями; затем возвращение человечка из рефлексии в поле деятельности и преодоление препятствия (затруднения, разрыва).

«В рамках псевдогенетического анализа…». По-русски это звучит так: в рамках логики порождения понятий (схем). То есть, мы не рассматриваем исторически возникновение, развитие и гибель реальных процессов и явлений, а рассматриваем «чистое» движение понятий. Вот в этом корявеньком слове «псевдогенетическом» и торчат уши идеализма: есть чистый мир идей (сущностей), который единственно истинен и абсолютен; этому миру противостоит реальный мир вещей, процессов, которые являются «нечистой» реализацией (развертыванием) идеального мира. Затруднения (разрывы) в реальном мире могут быть преодолены в идеальном мире путем механизма рефлексии.

Не буду дальше развивать мысль о противостоянии материализма и идеализма. Просто констатирую: с самого начала О.С. предлагает сплачиваться в рамках идеалистического подхода.

«В деятельности, а также в иной социокультурной практике…». Одна из самых главных претензий О.С. и к методологам, и особенно к практикам – бескультурье. перечисляет признаки культуры: владение рефлексией, знание логики, философии (в первую очередь немецкой классической!), методологии и т.д. Согласен с О.С.: ученье свет – а неученых тьма. Скажу о методологах. Когда безграмотный студент попадает в Методологическую игру и ему постоянно внушают, что методологическая позиция – выше всех философий, наук, практик; когда взрослые дядьки из «Кентавра» на полном серьезе задаются вопросом: мы (игроки Щедровицкого) великие или уникальные? и сходятся на том, что уникальные, то спрашивается: откуда у таких «методологов» появится культура? Хотя софистической культурой овладели многие: и стар и млад.

Что же касается культуры практиков, то здесь я не совсем согласен с культура практической деятельности. Практическая деятельность – всегда сложная система; и когда ее наблюдает извне представитель другой деятельности (философ, ученый, преподаватель), то ему кажется, что она случайна, бескультурна, а на самом деле она слишком сложная и сама по себе, и тем более по отношению к наблюдателю. Почему-то тот же ученый забывает, что практическая деятельность – основная, самая массовая, жизнеобеспечивающая деятельность людей и к ней надо относиться с уважением и не применять упрощенные наивные критерии и оценки. И тот же бедный ученый, с точки зрения активного преуспевающего предпринимателя, элементарно бескультурен, поскольку не вписался в текущую предметно-материальную культуру.

Продолжу о культуре практиков и о практике вообще. С точки зрения материалиста: практика (эксперимент) – критерий истины, а с точки зрения идеалиста: практика – область, где торжествуют «эмпирики» и косная «материя» не дает проявиться «чистым» идеям. О партийности культуры не будем спорить. Но понятие «культуры» у материалистов и идеалистов разное.

И еще о культуре методолога. Сильной, и в то же время слабой, стороной «методологической культуры» продвинутого методолога является то, что у него вырабатывается односторонний «методологический» взгляд на культуру любой деятельности. То есть в философии «окультуренный, оискусствленный» методолог видит не философию, а методологический ее аспект, к тому же отрефлектированный. Предположим, что встретились О.С. и философ и начали обсуждать Гегеля. Не думаю, чтобы философ разделил чрезмерное восхищение О.С. немецкой идеологией как конечным пунктом движения философской мысли, и тем более саму возможность «технологизации» философских методов. Хотя надо сначала бы провести такую встречу.[1]

Содержанием реакции выступает проверка значимости способа действия (деятельности и т.п.) и возможности коррекции содержания способа с установкой на отсутствие затруднения в ходе реализации «нового» способа действия.

Чтобы понять это изложение, надо представлять метод аргументации О.С.; тем более, что О.С. приводит здесь только часть аргументации: словесную (комментирующую). Метод «взаимоаргументирования схемы и комментария» состоит в том, что фактически любой текст О.С. разбивается на куски, состоящие из схемы и комментария к ней. В зависимости от уровня «серьезности» самого текста определяется объем, полнота и «научность» комментария. Но в любом случае схема «легитимизирует», доказывает комментарий, а комментарий – схему. При этом создается некая иллюзия аргументированности. Ведущей (исходной) в связке «схема – комментарий», конечно и безусловно, является схема, которая рождается в процессе проведения дискуссии (или самодискуссии) на методологической игре.

Поэтому поверим на слово О.С., что он правильно комментирует одну из своих схем, а для себя заметим следующее.

О.С. применяет свой особый игровой метод аргументации, что уже закладывает фундамент будущих затруднений (разрывов) деятельности по сплочению рядов методологов.

Для придания неслучайности выработке нового способа действия осуществляется реконструкция хода осуществленного действия (его части) и выявление причин затруднения.

«Для придания неслучайности». Почему «неслучайности»? Парной категорией для «случайное» является «необходимое», но оно выглядит слишком материалистично: еще чего договоришься до материального единства мира, всеобщей связи и причинной обусловленности. Уместно было бы использовать «сущностное», но тогда теряется обличительный пафос «косной материи» и «эмпириков».

Хотелось бы напомнить О.С., что «случайное» (стохастическое) прочно обосновалось и в науке (теория микромира), и на практике, как синоним «сложности». Причем для управления сложностью на практике применяется системный подход, который никак не втискивается в примитивную пару «целое – часть».

Лишь накопление опыта рефлексии может привести к переходу от принципа  апостериорности к принципу априорности в рефлексивном сопровождении действий.

«Лишь накопление опыта рефлексии…» Почему? Именно встреча с затруднением (разрывом) запускает механизм рефлексии. И сколько бы мы не рефлектировали – это не меняет положение: сначала мы должны споткнуться.

В качестве альтернативы могу предложить системный подход[2], при котором целеполагание приводит к априорности.

Тогда процесс прогнозирования обеспечивает выявление возможных, а не реальных затруднений и реагирование на них, что и создает впечатление упреждающих коррекций способов действия.

Начинать излагать мысли всегда трудно, стандартный путь: сослаться на классиков и прошлые работы (результаты). В анализируемой статье О.С. трудно было вдвойне: просто начать и обозначить «площадку» для соединения методологов, которые друг друга не понимают.

Как начал О.С.? Примитивно изложил свой игровой подход: псевдогенезис, рефлексия, придание неслучайности…Т.е. О.С. предлагает при соединении использовать свой метод, что по крайней мере недемократично. И если своих коллег – методологических игроков – О.С. имеет полное право обвинить в недостатке культуры: слабом знании немецкой классической философии, то как быть с методологами-материалистами?

2. Ситуация в российском обществе насыщена всевозможными затруднениями, разрывами, в том числе имеющими кризисную значимость[3]. Поводов для рефлексивного сопровождения предостаточно, и эта рефлексия реально осуществляется. Однако как она осуществляется?

На рефлексивный процесс влияют естественные предпосылки, индивидуальные особенности, сложившиеся социокультурные стереотипы. При общей хаотичности гуманитарного знания, его неструктурированности, фрагментарности рефлексивный процесс протекает на низких уровнях развитости. Сама атмосфера примитивизации ориентиров и мироотношений, всестороннее стимулирование прагматизма, индивидуализма, ритуализация религиозных чувств и самоорганизации и др. не способствует росту рефлексивной компетентности, способности как по содержанию рефлексии, так и по ее процессуальной форме. Наиболее очевидным это рефлексивное «опускание» проявляется в отношении управленцев, аналитиков, педагогов. Все это неизбежно создает условия для общего ухудшения всех форм общественной и государственной практики.

В этом абзаце О.С. приводит претензии к практической и научной деятельностям. Разберем обвинения-«ярлыки» каждый в отдельности.