Сущность, цели и функции государства (стр. 4 )

Таким образом, эксплуататорское государство использует монополию на насилие для максимизации доходов правителя или группы лиц, контролирующих государство, даже если это достигается в ущерб благосостоянию общества в целом. Ущерб от деятельности эксплуататорского государства можно сократить, если выплаты государству и перераспределения прав собственности носят систематический и предсказуемый характер. В этих условиях устанавливаются определенные правила хозяйственной деятельности и распределения доходов, ориентируясь на которые агенты могут целенаправленно влиять на производство, способствуя экономическому росту. Это свидетельствует о частичном совпадении интересов правителя и граждан, что является необходимым условием стабильности общества.

Краткая характеристика двух идеальных моделей государства в современной интерпретации дана 21 и представлена в табл. 7.1. на основе сопоставления экономических аспектов обеих концепций государства делает вывод о том, что различия между ними, кроме расхождений в трактовке возникновения государства, коре­нятся в характеристике получателей остаточного дохода в широком смысле слова (т. е. выгод от обеспечения защищенности и упорядоченности обменов и вообще прав собственности): по эксплуататорским тео­риям, дополнительные выгоды получает только господствующий класс или властвующая группа; по контрактным теориям, дополнительные выгоды распреде­ляются в разной степени между всеми подданными.

Новая институциональная теория государства, включающая модель оседлого бандита МакГира–Олсона и модель Финдли–Уилсона с ограничениями монопольной власти правителя, подробно рассмотрена в публикациях Т. Эггертссона, , и 22.

Таблица 7.1.

Краткая характеристика двух крайних моделей государства

Характеристика	Контрактное государство	Эксплуататорское государство
Цель	Максимизация совокупного дохода (ВВП) членов общества, снижение трансак­ционных издержек	Максимизация ренты (налоговых поступлений) группы, контролирующей государственный аппарат
Задачи (функции)	Гарант в ряде сделок между индивидами, спецификация или защита прав собственности	Активное вмешательство в экономические и социальные взаимодействия, не ограничивающееся ролью гаранта
Средства (использование монополии на насилие)	Ограничено социальным договором и конституционными рамками	Зависит лишь от политической воли группы, контролирующей государство
Механизмы реше- ния проблемы прин­ципала–агента	Принципал – гражданин: механизмы бюрократического контроля, наличие конституционных рамок, наличие альтернатив. Принципал – государство: распространение нормы добровольного подчинения закону (в том числе налоговому)	Принципал – гражданин: отсутствуют. Принципал – государство: использование принуждения и насилия, попытки осуществления всеобъемлющего контроля (особенно в предельном случае – тоталитарного государства)
Бюджетные ограни­чения	Жесткие, ограниченные де­мократической процедурой утверждения бюджета.	Мягкие
Основные статьи доходов	Налоговые поступления, в первую очередь – от «рыночных» налогов	Конфискационные налоги и налоговые поступления
Основные статьи расходов	Юстиция, правоохранитель­ная деятельность	Оборона, государственное управление, правоохранительная деятельность
Основные способы покрытия бюджетного дефицита	Займы на внешнем рынке	Кредиты ЦБ правительству, займы на внутреннем рынке, возможен и отказ от выполнения обязательств как вид конфискационного налога

Синтетическая теория государства. И в кон­трактной, и в эксплуататорской концепциях государ­ство наделяется или присваивает себе власть уста­навливать и перераспределять права собственности своих граждан. Разница заключается в том, что в первом случае это делается для реализации интересов граждан, а во втором – для удовлетворения потребно­стей правящей группы, класса или клана. Присваивае­мые выгоды в первом случае представляют собой дополнительную прибыль, которую получает каждый как результат индивидуальной экономии издержек, возни­кающей из-за делегирования и централизации функ­ции защиты правомочий, а во втором – ренту, извле­каемую правящей группой из своей позиции монопо­листа на оказание насилия для спецификации и защи­ты все тех же правомочий своих подданных. Важно подчеркнуть, что и в том, и в другом случаях – или непосредственно, или вынужденно – государство выступает в качестве конечного гаранта прав собственности.

Все это обусловило появление так на­зываемой синтетической теории государства, свя­занной с именем Д. Норта23. Государство понимается Д. Нортом как организация, продающая услуги «оборона» и «правосудие» в обмен на налоги. Централизо­ванное производство этих услуг характеризуется значительной экономией на масшта­бах, поэтому в целом возникает поло­жительный эффект. Если бы каждый защищал свои права собственности в индивидуальном порядке, со­вокупные издержки были бы гораздо больше.

Кроме того, государству присущи черты так называемо­го «дискриминирующего монополиста». В данном случае государство разделяет налогоплатель­щиков на определенные группы, устанавливая для каж­дой из них такие права собственности, при которых максимизируется поступление налогов в казну. Нужно отметить и существующие здесь ограничения: при чрезмерно жестком на­логовом бремени у налогоплательщика всегда имеются конкурирующие способы действий: уклонение от налогов, переход в иное подданство – эмиграция.

При этих условиях основной це­лью государства становится формирование такой структуры прав собственности, при которой можно было бы обеспечить максимизацию своего до­хода – не только за счет принуждения, но и с помо­щью добровольных платежей населения. Иными сло­вами, государство пытается оправдать налоговую систему, стремясь производить такой набор услуг обще­ству, который, с одной стороны, был бы по­лезен всем и каждому, а с другой – минимизировал бы издержки государства на спецификацию и защиту прав собственности. В результате экономии на масштабах при централизованном производстве общественных благ ресурсы общества могут быть бо­лее эффективно использованы для обеспечения эко­номического роста.

Тем самым достижение указанной основной цели государства предполагает решение двух проти­воречивых задач. По Д. Норту, вторая задача предполагает полностью эф­фективный набор прав собственности с целью макси­мизации совокупного продукта общества; первая ведет к попыткам специфицировать такой набор фундамен­тальных правил, который позволил бы правителю мак­симизировать свой доход (или, если мы желаем осла­бить предпосылку о единоличном правителе, – мак­симизировать монопольную ренту группы или клас­са, чьим агентом выступает правитель).

Первая из задач – единственная в эксплуататорских теориях, вторая – в контрактных. Решение этих противоречивых задач происходит в любом государстве, при различных формах государственной власти.

Возможность перехода в теневую экономику или выезд зарубеж ограничивает стремление высшей власти к максимизации своей рен­ты. Чем доступнее для граждан различные «за­менители» существующей власти, тем меньше оказы­вается у нее возможностей принуждать их к уплате налогов. Сама эта доступность, в свою очередь, неравномерно распределена между различными группами и слоями населения. Поэтому государство будет распределять права собственности между такими группами в соответствии с их «договор­ной силой». Наиболее сильные группы будут наделяться боль­шими правами собственности даже в ущерб сообра­жениям эффективности использования соответству­ющих ресурсов. Максимизируя поступления в бюджет, государство может устанавливать заведомо неэф­фективную структуру собственности. Например, оно может торговать монопольными правами и привиле­гиями, обеспечивая таким путем достаточную наполняемость казны.

Поэтому задачи экономического рос­та часто оказываются в конфликте с существующими в обществе структурами прав собственности: структура, обеспечивающая максимизацию ренты, не совпадает со структурой, максимизирующей эффективность использования ресурсов и обеспечивающей экономический рост. Однако и эконо­мический рост, и его отсутствие влия­ют и на государство, и на установленную им струк­туру прав собственности, лишая их стабильности. В случае стагнации возрастают внешние угрозы со сто­роны конкурирующих государств, что зас­тавляет правителей задумываться не только о ренте, но и об экономическом потенциале страны. В случае ус­пешного развития научно-технический прогресс и расширение рынков меняют сложившиеся соотноше­ния цен и относительную договорную силу групп специальных интересов. Те из них, кто мог бы извлечь выгоды из происходящих изменений, но лишен такой возможности при данной структуре прав собственно­сти, усиливают свое давление на государство с целью ее изменения. Отсюда высказывается гипотеза о колеба­тельном характере динамики структур прав собствен­ности, устанавливаемых государством: вслед за систе­мой, ориентированной на извлечение ренты, приходит система, максимизирующая эффектив­ность, и наоборот24. Все это обусловливает двойственную роль государства в экономике: с одной стороны, государство является необходимым условием устойчивости эко­номического роста, а с другой – при определенных обстоятельствах может быть его препятствием.

Другие теории. С помощью интерпретации роли государства показал различия в подходах австрийского направления и новых институционалистов25. В частности, он обращает внимание на следующее определение роли государства, данное Ф. Хайеком: «Государству следует ограничиваться установлением правил, применимых к широкому многообразию ситуаций, и предоставлять индивидууму свободу во всем, что зависит от локальных обстоятельств, ибо только те, кого каж­дый случай непосредственно касается, знают эти обстоятельства и могут согласовать с ними свои действия. Чтобы люди могли эффек­тивно применять это свое знание при разработке планов, у них должна быть возможность предсказывать те шаги государства, которые могут как-то на эти планы повлиять». На языке нового институционализма это значит, что правила позволяют уменьшить неопределенность и тем самым сэ­кономить на издержках согласования планов экономических агентов – трансакционных издержках. Это возможно в том случае, если обеща­ния, выдаваемые государством, достоверны, а из экономической теории трансакционных издержек известно, что именно с помощью достоверно­сти обещаний можно гарантировать осуществление сложных обменов. Вместе с тем понимание природы государства, выраженное в работах Д. Норта, показывает, что такое пожелание настолько же правильное, насколько и благое. Действительно, обес­печить экономию на трансакционных издержках без участия государ­ства в сложноорганизованном обществе, где ограниченные ресурсы используются в режиме частной собственности, невозможно. Однако именно государство выступает основным субъектом, ответственным за «раз­мывание» прав собственности и экспроприацию. С точки зрения новых институционалистов, более реалистично изменение соотношения координационной и распределительной составляющей в той институциональ­ной среде, которая создается государством. Делается вывод: новая институциональная теория в большей степени позитивна, чем концепция Ф. Хайека, поскольку учитывает больший спектр издержек, с которыми сталкиваются экономические агенты в реальной жиз­ни. В этом плане Ф. Хайек, который, несмотря на последовательный методологический индивидуализм, с одной стороны, и эволюционизм – с другой, является более решительным и романтичным либералом-реформатором, чем современные институционалисты.