Коррекция нарушений психологического здоровья дошкольников и младших школьников (стр. 3 )

Как справедливо отмечает известный английский психолог М. Аргайл, если люди утверждают, что они счастливы, даже живя в глинобитных хижинах и на сваях, или, напротив, испытывают депрессию и неудовлетворенность при внешних признаках благополучия, значит, дело обстоит именно так, независимо от того, что мы думаем по этому поводу.

Собственный опыт работы автора с детьми из высокообеспеченных семей подтверждает эту мысль: большинство из них не чувствуют себя счастливыми, несмотря на наличие внешних параметров благополучия.

Итак, в России не очень много счастливых людей. Попробуем обосновать влияние психологического здоровья на субъективное ощущение удовлетворенности жизнью.

В ряде исследований зарубежных авторов выявлена связь общей удовлетворенности и счастья с отдельными личностными параметрами, такими, как самоуважение и уважение по отношению к другим людям, чувство «внутреннего контроля», способность рефлексировать, планировать личное время и др. Психологически здоровый человек испытывает также потребность в саморазвитии.

Дискуссия о том, что такое счастье в контексте жизненного пути человека, ведется с давних времен. Еще древнегреческие философы обозначили два понимания счастья, в соответствии с которыми определяются и наиболее общие типологические различия счастливых людей. Одно из них получило название «эвдемонизм», другое — «гедонизм».

По своему содержанию термин «eudaimonia», который широко использовался античными мыслителями, означает блаженство, высшее благо. В соответствии с этим значением счастье связывается не с субъективными переживаниями и эмоциями радости, восторга, удовольствия и т. п., а с приближением к идеалу, с «идеальными ориентирами». Счастье как состояние блаженства и высшего совершенства предполагает стремление человека соответствовать своему предназначению. Свое предназначение каждый обретает путем развития всех тех потенций, которые не только заложены в общей природе человеческого рода, но и уникально представлены в каждой отдельной личности. Таким образом, эвдемонизм означает не только общий принцип мировосприятия, но и идею самосовершенствования личности, реализацию человеком себя как духовного, разумного существа. Эти умозаключения античных мыслителей оказались наиболее перспективными, они нашли дальнейшее развитие в современных гуманистических теориях личности с их представлениями о ее самоактуализации и поиске смысла жизни как основы человеческого счастья.

Принцип счастья, названный в древнегреческой философии «гедонизмом» (hedone — наслаждение), определял высшим благом и целью жизни человека чувственные удовольствия, стремление к наслаждениям. Именно удовольствия и наслаждения, их длительность, интенсивность и разнообразие, составляют, по мнению гедонистов, максимум человеческих желаний.

Как ни далека во времени современная Россия от Древней Греции, основные варианты понимания людьми счастья вполне укладываются в определения античных философов. Не углубляясь в дискуссию по этому вопросу, присоединимся к мнению классика отечественной психологии . Когда жизнь, писал он, превращается «в погоню за удовольствием, отвращающую человека от решения его жизненных задач, — это не жизнь, а ее извращение, приводящее к неизбежному ее опустошению»[5]. Таким образом, можно заключить, что счастливым чувствует себя человек, непрерывно развивающийся, стремящийся всеми силами исполнить свое предназначение.

Данный краткий анализ иллюстрирует четкую взаимосвязь между ощущением удовлетворенности Человеком своей жизнью и психологическим здоровьем. А психологическое здоровье необходимое условие полноценной жизни до глубокой старости.

1.2. ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ КАК ЦЕЛЬ И КРИТЕРИЙ УСПЕШНОСТИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ СЛУЖБЫ ДЕТСКОГО САДА И ШКОЛЫ

О психологическом здоровье ребенка свидетельствует сформированность у него основных возрастных личностных образований, а те или иные трудности в их формировании указывают на определенные нарушения психологического здоровья.

Так, уже младенчество вносит важный вклад в формирование Я ребенка. К концу этого периода у него складывается предпосылка самоуважения, возникает первичный образ окружающего мира, к которому он испытывает доверие. Но могут сформироваться и неустойчивое или негативное отношение к себе, потребность в постоянной помощи, заботе, а также недоверие к окружающему миру, диффузное чувство небезопасности. В младенчестве формируются первые паттерны взаимодействия с людьми: стремление к вступлению в эмоционально близкие отношения или же страх таких взаимоотношений, стереотипность контактов. Можно сказать, что закладываются основы эмоционального развития — оптимизм и жизнерадостность, эмоциональная отзывчивость. Но возможно и развитие апатии либо неспособности к эмоциональному заражению (асинтония), к эмоциональным контактам в целом (синдром «потери чувств»).

Важнейшее условие формирования в младенчестве позитивных новообразований — адекватное возрасту и темпераменту взаимодействие с ним матери. Применительно к первым трем-четырем месяцам многие психологи говорят о необходимости «ансамбля» мать — ребенок, в котором ребенок «солирует», а мать прислушивается к его желаниям и потребностям и в соответствии с этим выстраивает свое поведение. «Аффективные взаимодействия между матерью и ребенком, включая визуальные, тактильные и кинестетические переживания, обеспечивают фон, на котором ребенок начинает строить чувство собственного Я и восприятие другого»[6]. Через прикосновения, разговоры, но в первую очередь через свое собственное положительное эмоциональное состояние мать обеспечивает ребенку чувство безопасности, любви, служит прообразом внешнего мира.

Через поведение матери ребенок развивает свою активность и учится управлять ею. Так, если мать приходит в восторг от «исследовательских» попыток ребенка, то тем самым она как бы закладывает фундамент будущей активной жизненной позиции ребенка и его уверенности в себе.

В раннем возрасте (от года до 3 лет) Я ребенка развивается за счет первоначального осознания самого себя. К концу раннего возраста формируется автономная позиция, т. е. возможность самостоятельно совершать собственный выбор и добиваться его реализации. Однако могут возникнуть и затруднения в ее развитии, следствием чего становятся пассивность, зависимость от оценок взрослых или постоянное стремление всеми силами утверждать свою свободу.

Этот период важен для формирования у ребенка способности подчиняться общественно принятым нормам. Ребенок учится следовать некоторым «можно» и «нельзя», сознательно принимать простейшие правила (самостоятельно одеваться, убирать разбросанные кубики и т. п.). В случае нарушенного развития возможно формирование стереотипа подчинения общественным нормам без их внутреннего осмысления даже в ущерб самому себе. В раннем возрасте начинает развиваться эмоциональная сфера ребенка. Дети становятся более агрессивными, им нравится разрушать предметы, обижать и даже мучить животных, при этом они направляют свою агрессивность преимущественно на главный объект любви — на мать. В норме к трем годам агрессивность снижается, ребенок может сдерживать ее или пользоваться ею в конструктивных целях, например в игре.

В случае нарушенного развития ребенок прячет от окружающих свою агрессивность и становится подчеркнуто миролюбивым. К примеру, ребенок, испытывающий ревность и гнев к младшей сестре, будет подходить к ее кроватке и беспокоиться, «дышит ли она». В другом варианте развивается деструктивная агрессивность, т. е. стремление разрушать предметы (ломать игрушки, рвать книжки, собственные вещи) или нарушать нормы поведения, и в первую очередь не слушаться взрослых.

В связи с тем что в раннем возрасте возможны столь существенные нарушения, необходимо рассмотреть условия оптимизации развития ребенка. Прежде всего это адекватная реакция матери на процесс отдаления от нее ребенка, когда она остается физически доступной, но не слишком навязчивой. Кроме того, необходимо сохранение нежного, ласкового отношения к ребенку, несмотря на его агрессивные действия. Важное значение имеет приучение малыша к опрятности, поскольку горшок — основная «арена», на которой разыгрывается борьба ребенка с матерью за самостоятельность. В этот период увеличивается значимость отца. Наблюдая за нежными отношениями между матерью и отцом, ребенок получает представление о существовании несимбиотических любовных отношений. Отец становится для него прообразом внешнего мира. Присутствие физически и эмоционально доступного отца облегчает отдаление от матери, поскольку оно становится уходом не в «никуда», а «к кому-то»[7]. В случае если воспитанием ребенка занимаются несколько человек, например мать и бабушка, важно выработать общие требования к ребенку, соблюдение которых взрослые должны строго контролировать. Авторитарный или, наоборот, попустительский стиль воспитания, а также чередование то одного, то другого могут привести к серьезным отрицательным последствиям.

В дошкольном возрасте происходит стабилизация Я ребенка, он начинает задумываться над тем, какой он — плохой или хороший. Важнейшее значение для стабилизации Я играет процесс идентификации с родителем своего пола, т. е. не простое подражание или частичное принятие качеств родителя, а стремление чувствовать себя сильным, уверенным или нежным, заботливым — таким, каким хотел бы видеть себя ребенок. Это происходит потому, что родитель как идеальное Я включается в еще достаточно слабое Я ребенка, укрепляет его и дает силы для развития (Г. Фигдор). Если этого по тем или иным причинам не происходит, то у ребенка сохранится инфантильное слабое Я, которое с возрастом нарабатывает те или иные способы психологической защиты, например стремление к обязательному успеху, поощрениям и т. п.

В дошкольном возрасте также активно развивается самосознание. Ребенок осознает, что в целом он хороший, но имеет некоторые недостатки, и начинает понимать: чтобы быть хорошим, нужно соответствовать родительским требованиям. Некоторые авторы считают, что можно говорить о так называемом явлении родительского программирования — формировании под воздействием родительских директив основных жизненных сценариев ребенка. Если же ребенок ощущает себя недостаточно хорошим, чтобы получать необходимое ему внимание позитивными способами, то у него могут складываться и закрепляться различные формы получения внимания с помощью негативных проявлений, таких, как нарушение поведения, драки, ложь и т. п. В этом случае ребенок предпочитает быть пусть наказанным, но обязательно замеченным взрослыми.