Экономический потенциал Абхазии и Южной Осетии и его освоение (стр. 4 )

Наиболее вероятно использование абхазским государством (хотя и нерешительное, и неполное) стандартных схем развития, по которым модернизация транспортной и энергетической инфраструктуры (в частности, необходимо скорейшее восстановление линий электропередач, изношенность которых во многом обесценивает общую энергоизбыточность республики) обеспечивает ускоренное развитие туризма, «вытягивающего» сельское хозяйство и сферу услуг.

Сначала в сфере туристической инфраструктуры, а затем и в части крупных объектов и обычной инфраструктуры со временем начнет реализовываться принцип «строительство – эксплуатация – передача в пользование».

Российские экономисты указывают, что Абхазия «может стать золотым берегом Черного моря и золотым дном российского туризма» (притом что и до признания Абхазии показатели последнего росли на 30% в год), так как «Абхазия - это второй Сочи, только расположенный гораздо более удачно; если в Сочи туристический рынок был искусственно построен, то в Абхазии - в Гаграх, Пицунде, Сухуми - он исторически сложился много лет назад».

Однако для возрождения туристического рынка (в СССР Абхазия принимала ежегодно около 1 млн. организованных туристов и еще примерно столько же – неорганизованных) необходимо решить имущественные вопросы. Структура и история собственности многих объектов недвижимости непрозрачна. Это вызывает опасения, что данные объекты захвачены у грузинских беженцев и в отдаленной перспективе теоретически могут подпасть под реституцию. Это затрудняет привлечение инвестиций и их капитализацию.

В частности, в последние несколько лет земля в Абхазии (точнее, право долгосрочной аренды) активно скупалась российскими инвесторами, но в силу непрозрачности собственности российские компании не афишируют эти приобретения, рассматривая их как задел на отдаленное будущее.

По данным грузинских СМИ (в которых реальность сложно отличить от враждебной пропаганды и наглой лжи), Министерству обороны России в Гаграх принадлежат санатории «Армения» и «Украина», в аренду взят Дом отдыха Архфонда, а также приобретены в собственность дома отдыха ПВО и МВО в Сухумском районе, санаторий «Нижние Эшеры» в Гудаутском районе Абхазии. МВД России принадлежит санаторий «Кодори» в Гаграх, Дом Литфонда в Пицунде был передан в аренду Минатому, а профилакторий «Мзиури» - Минсельхозу России. Санаторий «Челюскинцы» в Гаграх был передан Минтрансу России, а Минэнергетики владеет 30% пансионата «Энергетики» в Гаграх. приобрел дачу Сталина «Холодная речка» в Гантиади, бывший премьер России, глава «Росатома» Кириенко - два винных завода в Сухуми, губернатор Краснодарского края Ткачев – дачу Берия в Гаграх, а администрация Краснодарского края – комплекс госдач в Гаграх.

Не менее года, а скорее всего, двух лет уйдет на осознание инвесторами факта привлекательности Абхазии (этот срок может быть существенно сокращен усилиями абхазского государства) и еще 2-3 года - на строительство новых и реконструкцию старых гостиничных объектов.

3. Принципиальная особенность: независимость

Абхазия независима не потому, что это написано в какой-то бумажке, а потому, что ее народ сделал ее независимой и не допускает и мысли о подчинении тем, кто хотел их уничтожить. В Абхазии есть народ (что не поддается пониманию сегодняшней российской тусовки, выдающей себя за интеллигенцию), овладевший государством и сделавший его орудием своего исторического творчества. Он может и хочет строить свою жизнь сам. Так рождаются нации.

Это впечатляющее отличие от остального постсоветского «пространства».

Поэтому в отношении Абхазии следует принимать иногда болезненную приверженность ее руководства и народа идее независимости, в том числе и от России. Пренебрежение этой приверженностью - оскорбление национальных и патриотических чувств и потому недопустимо. Следует помнить, что, какими бы нелепыми ни казались заявления в стиле «да я кровь проливал!», они часто соответствуют действительности, что, несмотря на решающий вклад российских добровольцев в победу абхазского народа, он вынес на себе основную тяжесть этой войны (его жертвы в ней были более тяжелыми, чем в Великой Отечественной) и понес основные потери, а истории про ополченцев, ходивших в атаку с одним автоматом на пятерых-шестерых, во многом правдивы.

Поэтому заявления абхазских чиновников на инвестиционных (!) форумах о том, что они не допустят радушно приглашаемых им инвесторов в стратегические сферы (включая продажу земли) и намерены преследовать их за попытки «рвачества», не случайны: это проявления не столько плохого образования, сколько патриотизма, который является неотъемлемым фактором абхазского инвестиционного климата[1].

Существенным является религиозное отношение абхазов к своей природе. Подобно тому, как Молдавией не может руководить человек, не делающий домашнего вина (при этом он может не знать государственного языка), абхазы не позволят руководить собой людям, пренебрегающим соснами и в целом природной средой, и даже не будут массово сотрудничать с такими людьми. Массовое сведение уникальных реликтовых лесов носит вынужденный характер (экспорт их древесины в Турцию – основной источник валюты) и легко будет прекращено при появлении альтернативы, которую должна предоставить Россия.

Так, когда один из наиболее влиятельных губернаторов России спилил на своем участке несколько реликтовых деревьев, он был лишен этого участка, несмотря на тогдашнюю отчаянную потребность в контактах с Россией.

К сожалению, абхазский патриотизм часто неразделим с худшими чертами знакомого всем по Сочинскому региону «курортного менталитета» - со стремлением к иждивенчеству, переходящим в вымогательство, мироощущением «все чужаки мне должны», откровенным нежеланием заниматься собственным развитием и агрессивной завистью к добившимся хоть какого-то успеха.

По данным Абхазской ТПП, когда российская группа компаний «Конти» приобрела за 60 млн. руб. стены, оставшиеся от гостиницы «Абхазия» в Сухуме, - и отдельные политики «использовали эту сделку как повод для демагогии». Дерипаска предполагал приобрести дачу Сталина за 10 млн. долл., однако «политики и пресса подняли шум вокруг этой сделки, Дерипаска от нее отказался, и дача теперь стоит и рушится дальше». Нередкие случаи требования неадекватно завышенных цен и вымогательства со стороны чиновников отпугивают даже российских инвесторов.

Туристический же и повседневный сервис в Абхазии производит впечатление плохого даже на фоне Сочи и его окрестностей.

4. Цель государственного вмешательства: Абхазия как вынесенный вовне инструмент модернизации России

Основная часть экономического потенциала Абхазии может быть в полной мере раскрыта только за счет капиталов России и доступа на ее рынки.

Поэтому принципиально значимой частью экономического потенциала Абхазии являются стратегические интересы России, реализуемые лишь при существенном усилии со стороны последней (правда, руководство Абхазии имеет возможность инициировать это усилие).

Фактически Абхазия может стать вынесенным за пределы России (и освобожденным тем самым от парализующего воздействия ее клептократии и монополий) инструментом ее модернизации.

4.1. Повышение качества государственного управления

Управление Абхазии, в том числе государственное, сочетает в себе старание и гордость за свою страну с катастрофическим недостатком простейших навыков. Доходит до грубейших опечаток и нестыковок статистических показателей в рамках одной и той же справки, не говоря уже об отсутствии систематической статистики и того, что абхазское правительство судит по развитию экономики в динамике абсолютных стоимостных показателей, не скорректированных на рост цен. Имея собственного депутата российской Госдумы, Абхазия, насколько можно понять, практически не использует этот существенный ресурс влияния.

Простая передача знаний и умений от российских управленцев и экспертов, ранее заблокированная непризнанностью Абхазии и отсутствием внимания к ней, может стать источником резкого ускорения ее развития, а для России – инструментом формирования новой когорты специалистов для собственной модернизации. Уникальность этих специалистов будет заключаться в опыте практической созидательной работы (а не воровства) и «привычке побеждать» (в отличие от современной российской бюрократии, больной пораженчеством).

В частности, представляется необходимым использование стандартных механизмов «продвижения образа страны». Понятно, что в ООН Абхазии в обозримом будущем не попасть. Задача более скромна: чтобы в развитых странах, да и в России знали, что есть такая страна, и что бы ее название вызывало позитивные ассоциации. Как говорили Хлестакову – «передайте царю, мол, живет такой Добчинский». И на первом этапе этого более чем достаточно.

Механизмов достижения этой цели много – просто ее надо поставить. Так, со времен Шеварднадзе мощным инструментом грузинской пропаганды в Москве служат корреспонденты грузинского телевидения - милейшие, интеллигентнейшие, терпимейшие люди, которые берут интервью у всех сколь-нибудь значимых людей в Москве и тем самым напоминают о существовании Грузии и своей вежливостью формируют самые благоприятные ассоциации в связи с ней. Это – один из эффективных механизмов продвижения позитивного образа своей страны.

Инструмент «продвижения страны» - продажа ее специально оформленных марок и монет для коллекционеров, не только в России, но и в США, и в Европе.

Для продвижения образа Абхазии нужно зарегистрировать по одной маленькой фирме в США, Москве, Лондоне, Германии и Швейцарии, - и продажа марок и монет, устройство выставок (в том числе национального искусства) и создание других информационных поводов с лихвой окупит их содержание.

Необходимы пресс-туры, обязательно с участием телевидения, для показа повседневной жизни: если журналисты испытают сочувствие к обычным людям, они про это уже напишут и это покажут, - что и требуется. Аналогично надо закладывать фундамент для развития международного экологического и исторического (по местам Сталина и Берия) туризма, пропагандируя Абхазию в специализированных изданиях.

Необходимо разыгрывать карту нетронутой и самоотверженно охраняемой природы с четкой фиксацией того, что непризнание Абхазии не просто подрывает ее экономику, но и грозит, в том числе и этой природе. Запад не готов помогать людям, но очень часто поддерживает их «за компанию» с какими-нибудь симпатичными кустарниками или птицами; это дико, но так устроена современная западная цивилизация, и ей надо пользоваться. Один фильм National Geografic о природе Абхазии сделает для страны больше, чем самый крупный инвестор.