Проблемы политической экономии (к постановке проблемы исследовательской программы) (стр. 4 )

Итак, сегодня появилось новое проблемное поле политической экономии на границе рынка и нерынка. Тут можно выделить две линии. Первая, то что есть процессы, отношения и блага, которые по природе своей не имеют рыночного характера, но в силу всеобщности денежной экономики, получают денежный эквивалент и предстают как результат овеществления. Т. е. нерыночное благо начинает функционировать как рыночный товар. Другими словами, потребительная стоимость не через меновую, а непосредственно становится предметом политической экономии (Бодрийяр, 2004) или богатством становятся самопредставляемые вещи (Фуко, 2005). Другая линия обратная. Многие рыночные продукты (товары) в силу социальных ограничений и других причин перестают быть товарами (Ленин, 1965) и выпадают из нормального рыночного функционирования. Например, общественные блага («опекаемые блага») (Рубинштейн, 2010), для которых создается «квазирынок». Все это предмет политической экономии, но иной, нежели классической, которую лучше назвать постклассическая.

5. Заключение

Итак, сделаем некоторые промежуточные выводы. Политическая экономия изучает общественное производство и отношения, которые при этом возникают, как отношения не атомизированных индивидуумов, а объединенных в большие социальные группы, т. е. в классы. Политическая экономия есть, таким образом, наука о классовом обществе.

Но это касается классической политической экономии, когда актуален классовый вопрос. Сегодня, очевидно, что этот вопрос еще продолжает давать о себе знать, но растет значение другого вопроса – распределение социального продукта между богатыми и бедными в целом (Дарендорф, 2002). И главное, что остается среднему классу. Проблема равенства и социальной справедливости, общественной гармонии и социального консенсуса, проблема общественных благ и экономической эффективности, наконец, экологии и социального рыночного хозяйства (Гринберг, Рубинштейн 2008) – вот новое проблемное поле для постклассической политической экономии.

Проблема, видимо, состоит в том, чтобы определить место и роль как классической, так и постклассической политической экономии в системе современного экономического знания. Возможно, и более широко – в системе социального знания, т. е. беря политическую экономию как особый метод познания действительности.

Данная проблема распадается на две части или задачи.

А) Предметная часть. Традиционно в советской экономической науке политэкономы, как правило, исследовали более или менее общие проблемы с точки зрения политической экономии, т. е. использовали последнюю как метод исследования отдельных, конкретных проблем. Такой подход, хотя и чрезмерно расширял задачи политэкономии, вовлекая в свой круг исследований слишком большой набор различных проблем, но для своего времени был оправдан. Это напоминало времена, когда политическую экономию отождествлялась со всей экономической наукой. Сегодня такой подход малопродуктивен, ибо множество экономических категорий (цена, рента, деньги, труд и т. д.) в политэкономическом отношении достаточно исследованы и ныне в основном являются предметом инструментальных исследований (макро и микроэкономик, менеджмента и т. п.). Конечно, категории сугубо рыночной экономики продолжают развиваться (трансформироваться), что вполне может быть предметом политэкономического исследования в рамках классического направления.

Но появляется новый класс проблем на границе рынка и нерынка (квазирынка), исследование и осмысление которых может составить новое проблемное поле собственно политэкономического исследования. Значит, изменяется проблемное поле политэкономического исследования. Отказываться от предметного подхода нет смысла, ибо пока еще остались и появляются новые существенные проблемы, требующие политэкономического анализа. Выделение и исследование этого круга проблем, думается, и может быть новой задачей постклассической политэкономии.

Б) Синтетическая (методологическая) часть. Кроме того, или прежде того, новые времена требуют возвратиться к уяснению места ПЭ в системе общественных наук, т. е. к уточнению ее границ и метода. Вопросы предмета и метода самой политэкономии в советской парадигме считались решенными и за весь послевоенный период научно не разрабатывались. За исключением некоторых второстепенных вопросов. Однако, считать, что роль политической экономии с Х1Х века никак не изменилась просто не реально. Но вот в чем и как изменилась эта роль – еще одна задача постклассической политической экономии. Возможно, даже главная.

Таким образом, конкретные исследования в области политической экономии могут концентрироваться по следующим направлениям:

·  Рассмотрение политической экономии как специфического (особого) метода исследования социально-экономической реальности. Тем самым, уточнение места и роли политической экономии в системе социальных наук. Проблема интеграции социального знания.

·  Оценка отечественной политической экономии советского периода. Там, конечно, не было все фундировано, но возможно было и что-то интересное. Например, попытка исследовать и понять социально-экономический строй СССР.

·  Анализ возможностей марксистских и постмарксистских исследований для понимания реалий современного мира и его трансформаций.

·  Поиск нового поля политэкономических исследований в условиях завершения индустриальной и перехода к индустриально-информационной эпохи. Таковыми могут быть проблемы: «провалы рынка», сочетания экономизма и социальности, в том числе, «внешние эффекты», «общественные (опекаемые) блага», социально-экономической дифференциации и равенства (неравенства), социальной справедливости и экономической эффективности, среднего класса, «проектирования институтов», смешанной экономики и гражданского общества и т. д.

·  Проблемы взаимосвязи ПЭ с экономической ролью государства и формирования экономической политики. Проблема социально-экономических альтернатив и «общественного выбора».

·  Глобализация и интернационализация экономики, новые рынки, проблемы экономического развития.

Таким образом, можно сформулировать цели и задачи политэкономического исследования.

Общая задача – выработка современного понимания предмета и метода политической экономии как науки об экономических отношениях, ее места в системе экономических знаний и обществоведения в целом.

С этой целью, во-первых, предполагается:

- проанализировать эволюцию в интерпретации политической эконо­мии в европейской экономической мысли ХVIII – XIX веков;

- оценить «исчезновение» политической экономии в связи с возникновением «экономикс» и теории предельной полезности как «мэйнстрима»;

- проследить отношение к политической экономии в российской интел­лектуальной традиции;

- дать оценку политической экономии, в том числе политической экономии социализма, в советский и постсоветский периоды в нашей стране;

Во-вторых, предложить современный подход к политической экономии с содержательной точки зрения, то есть точки зрения ее предмета с учетом кардинальных изменений в современной экономике как объекте политико-экономического анализа:

- глубоких сдвигов в структуре общественного производства в пользу его нематериальных сфер, факторов и результатов;

- усложнения институтов собственности и связанных с ними экономи­ческих отношений между классами и социальными группами современного общества;

- противоречивой эволюции отношений между трудом и капиталом в связи с усложнением и интеллектуализацией труда, с одной стороны, и разделением функций капитала, связанных с управлением и собственностью – с другой;

- относительной самостоятельности финансовых отношений и институ­тов и повышением их роли в функционировании современной экономики;

- возрастанием и качественным изменением экономической роли госу­дарства;

- глобализацией экономики и экономических отношений.

В-третьих, определить место политической экономии в современной системе экономических наук (функциональных, отраслевых и пространст­венных) и, конечно же, взаимоотношения политической экономии с другими общественными науками (социологией, политологией, философией, истори­ей, этикой и т. д.).

В-четвертых, очертить разграничения политической экономии и со­временного мэйнстрима по объектам и методам исследования и точки сопри­косновения между ними.

По некоторым из этих направлений уже накоплен известный материал, на который можно опереться в дальнейшей теоретической работе.

И, наконец, последнее. Использование термина и понятия «политическая экономия» является отечественной научной традицией. Наверное, начиная с Н. Чернышевского общетеоретические экономические исследования в России развивались как политэкономические. К этому кругу понятий привыкли отечественные исследователи, за более чем 150-летний период выработан понятийный аппарат, инструментарий, набор категорий и понятий.

Переименование многих бывших кафедр «политической экономии» в кафедры «экономической теории» носит в большинстве случаев поверхностный, конъюнктурный характер. Там же, где в действительности отказались от политэкономии, преподавание свелось к пересказу компиляций из западного экономикса, имеющего мало отношения к реальной российской экономике. Отказ от понятия «политическая экономия» надолго дезориентирует отечественных экономистов и преподавателей, в конечном счете, окончательно сведет русскую экономическую мысль к копированию моделей западного экономикса.

Суть политэкономического подхода в отечественной (и не только в отечественной) общественной науке заключается в том, что при изучении соответствующих проблем захватываются их социальные и политические аспекты. Это не только то, что сегодня называют макроэкономикой или микроэкономикой, но и то, что в западных странах обычно изучается в курсах политики, истории и, особенно, социологии. У нас же нет такой традиции. В англо-саксонской практике преподавания многие вопросы, которые у нас изучает политическая экономия, относятся к социологии, к ее многочисленным ответвлениям. У нас же социология не имеет такого развития и широты охвата. Отказ от понятия “политическая экономия” поведет к тому, что многие проблемы вообще не будут изучаться.

В отечественной экономической науке сложилась определенная схема, классификация, традиция в соотношении различных ее ветвей. Конечно, эту схему можно совершенствовать и развивать, что будет означать большую детализацию, уточнение, наконец, усложнение. Простая замена термина «политическая экономия» на термин «экономическая теория» упрощает схему экономических наук. Тогда по логике остается лишь два направления «экономическая теория» и «экономическая практика», что делает всю схему очень примитивной. К сегодняшнему дню у нас и так очень много всего переименовали и изменили. Далеко не все оказалось к лучшему. И в случае переименования «политической экономии» следует поступать осторожно: семь раз отмерить. Прежде всего, следовало бы спросить об этом научную и преподавательскую общественность. Необходимо провести серию «круглых столов», семинаров, наконец, всероссийскую научную конференцию.

В отказе от термина «политическая экономия» просматривается исключительно политический ход: пересмотреть все, что было раньше. Но глупо отказываться от старого только в угоду новому экстремизму.

Литература

Стратегия: выбор курса. М., 2003.

Структура экономико-теоретического знания. М., 2005.

, Лекции по экономической теории государственного сектора. - М., 1995.

Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования. - М.: Academia, 1999.

Бодрийяр Ж. К критике политической экономии знака. М., 2004

Исторический капитализм. Капиталистическая цивилизация. М., 2008.

Блеск и нищета политэкономии. М., 2003.

Устроение общества. М., 2003.

, Основания смешанной экономики. Экономическая социодинамика. М., 2008.

Современный социальный конфликт. Очерк политической свободы. М., 2002.

Развитие капитализма в России. - Полн. собр. соч., т. 3.

Капитал, т. I, II, III. - Соч., т. 23, 24, 25,ч. I, II.

Рождение теории. М., 2010.

Экономические концепции для общественных наук. М., 2006.

Будущее капитализма. Как сегодняшние экономические силы формируют завтрашний мир. Новосибирск, 1999.

Интеллектуалы и власть. Ч. 2. М., 2005.

[1] См.: (2003), (2003).

[2] Т. Сэндлер признает: «Сегодня политическая экономия представляет собой даже более сложный предмет, чем предполагали представители классической экономической мысли…Что бы не предлагали основоположники классической школы с точки зрения современной политики, они бы ясно увидели сохраняющуюся роль экономической теории в управлении политикой именно в форме политэкономии» (Сэндлер, 2006: 44-45).

[3] Это, наряду с особыми свойствами информационного продукта, – одно из свидетельств тормозящего воздействия частной собственности на производство знаний и информации.

[4] Первым это подметил американский социолог Ch. W. Mills