Стихи (стр. 2 )

В лесах среди цветов других,

А вот в пустыне будет он

Красой особой освящён.

С него в душе начнётся сад,

И будешь ты безмерно рад,

Что и в твоей душе цветник

С фиалки крохотной возник.

Агния Барто. Наш сосед Иван Петрович.

Знают нашего соседа

Все ребята со двора.

Он им даже до обеда

Говорит, что спать пора.

Он на всех глядит сердито,

Все не нравится ему:

— Почему окно открыто?

Мы в Москве, а не в Крыму!

На минуту дверь откроешь —

Говорит он, что сквозняк.

Наш сосед Иван Петрович

Видит все всегда не так.

Нынче день такой хороший,

Тучки в небе ни одной.

Он ворчит: — Надень галоши,

Будет дождик проливной!

Я поправился за лето,

Я прибавил пять кило.

Я и сам заметил это —

Бегать стало тяжело.

— Ах ты, мишка косолапый, —

Мне сказали мама с папой, —

Ты прибавил целый пуд!

— Нет, — сказал Иван Петрович, —

Ваш ребенок слишком худ!

Мы давно твердили маме:

«Книжный шкап купить пора!

На столах и под столами

Книжек целая гора».

У стены с диваном рядом

Новый шкап стоит теперь.

Нам его прислали на дом

И с трудом втащили в дверь.

Так обрадовался папа:

— Стенки крепкие у шкапа,

Он отделан под орех!

Но пришел Иван Петрович —

Как всегда, расстроил всех.

Он сказал, что все не так:

Что со шкапа слезет лак,

Что совсем он не хорош,

Что цена такому грош,

Что пойдет он на дрова

Через месяц или два!

Есть щенок у нас в квартире,

Спит он возле сундука.

Нет, пожалуй, в целом мире

Добродушнее щенка.

Он не пьет еще из блюдца.

В коридоре все смеются:

Соску я ему несу.

— Нет! — кричит Иван Петрович. —

Цепь нужна такому псу!

Но однажды все ребята

Подошли к нему гурьбой,

Подошли к нему ребята

И спросили: — Что с тобой?

Почему ты видишь тучи

Даже в солнечные дни?

Ты очки протри получше —

Может, грязные они?

Может, кто-нибудь назло

Дал неверное стекло?

— Прочь! — сказал Иван Петрович.

Я сейчас вас проучу!

Я, — сказал Иван Петрович, —

Вижу то, что я хочу.

Отошли подальше дети:

— Ой, сосед какой чудак!

Очень плохо жить на свете,

Если видеть все не так.

Т. Дашкевич. Про мышку

Жила-была в храме хорошая мышка,

Не грызла просфор и алтарных свечей,

Любила послушать молитвы малышка,

Мечтала о крошечках от сухарей.

Ей сторож церковный клал сыра кусочек,

Он бедную мышку жалел прогонять.

Бывает, повяжет он мышке платочек

И станет от скуки он с нею играть.

А звали того старичка Николаем,

А все Николай добры и смелы.

Чинил аналои, скамьи за сараем,

Подсвечники чистил и драил полы.

Бывает, пора наступает ночная,

И молится сторож, всплакнёт, запоёт.

С ним рядышком топчется мышка ручная

И тоже поклончики Богу кладёт.

С утра в воскресение люди приходят,

И мышка таится в прохладном углу,

Смышлёная, чёрными глазками водит,

Её не заметить на тёмном полу.

Ей нравится слушать церковное пенье,

На взрослых и деток нарядных смотреть.

Однажды она потеряла терпенье,

Однажды ей так захотелось запеть...

Но лишь Николай услыхал её голос,

В усы улыбнулся и на руки взял,

В карман опустил, оказалось там колос

Большой, настоящий и вкусный лежал.

Бывает, он хочет поздравить подружку

И в праздник гостинцы он мышке несёт:

Конфетку и пряник, и круглую сушку

На чистое блюдечко сторож кладёт.

Спит мышка тихонько в конфетной бумажке.

За северной стенкой есть тайный проход:

Так норка её, словно келья монашки,

Одна-одинёшенька мышка живёт.

Вот пост наступает и мышка простится

С конфетами, пряником, вкусной едой.

Как все православные, мышка постится,

Сидит в своей норке на хлебе с водой...

Рождественский праздник и Светлую Пасху

Как каждый ребёнок с надеждою ждёт!

И Господа хвалит за тихую ласку,

За то, что при храме живёт...

Леон Кон

Учила меня бабушка: 

Живем под одним небушком, 

Швырнули в тебя камешком — 

Ответь на него хлебушком. 

Всегда стараясь следовать 

Советам своей бабушки, 

Порой, в ответ на хлебушек, 

Вновь получал я камешки. 

Но все же не озлобился, 

Проникся этой мудростью: 

В добре удача кроется, 

А не в злобливой глупости. 

Уже и сам я дедушка, 

Не за горами краешек. 

Учу я внука: «Хлебушек 

Подай в ответ на камешек».

Эдуард Асадов

Хозяин погладил рукою

Лохматую рыжую спину:

- Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою,

Но все же тебя я покину.

Швырнул под скамейку ошейник

И скрылся под гулким навесом,

Где пестрый людской муравейник

Вливался в вагоны экспресса.

Собака не взвыла ни разу.

И лишь за знакомой спиною

Следили два карие глаза

С почти человечьей тоскою.

Старик у вокзального входа

Сказал: - Что? Оставлен, бедняга?

Эх, будь ты хорошей породы...

А то ведь простая дворняга!

Огонь над трубой заметался,

Взревел паровоз что есть мочи,

На месте, как бык, потоптался

И ринулся в непогодь ночи.

В вагонах, забыв передряги,

Курили, смеялись, дремали...

Тут, видно, о рыжей дворняге

Не думали, не вспоминали.

Не ведал хозяин, что где-то

По шпалам, из сил выбиваясь,

За красным мелькающим светом

Собака бежит задыхаясь!

Споткнувшись, кидается снова,

В кровь лапы о камни разбиты,

Что выпрыгнуть сердце готово

Наружу из пасти раскрытой!

Не ведал хозяин, что силы

Вдруг разом оставили тело,

И, стукнувшись лбом о перила,

Собака под мост полетела...

Труп волны снесли под коряги...

Старик! Ты не знаешь природы:

Ведь может быть тело дворняги,

А сердце - чистейшей породы!

Скакун колокола

Шел по полю мудрец.

Воспевал красоту

Тех цветов, что

Наполнили поле.

Восхищался старик:

В них - не сила людей,

В них прославлена

Божия воля!

Шел мудрец

И молился от сердца Тому,

Кто весь мир этот

Создал прекрасный.

Шел мудрец,

Возносил благодарность Тому,

Чьи старанья отнюдь

Не напрасны.

Вдруг услышал старик

Что-то, прямо в траве

Зазвенело, молению вторя.

Словно чудо, открылось

Вдруг взору его -

Колокольчиков синее море.

Нежный звук разливался,

Как Ангельский хор,

Что поет Богородице Деве,

И казалось, мелодии всюду его:

И на грешной земле,

И на небе!

 - Вот бы людям такую красу

Донести,

Чтобы сердце их в радости билось,

Чтобы страх разогнать,

Чтоб уверенность дать,

Чтобы это навеки

 Продлилось.

Благодать! Благодать!

Как ее унести?

Передать, сохранить

И не бросить?

Наклонился старик.

Колокольчик сорвал.

И отправился к мастеру

С просьбой:

 - Мастер! Мастер!

Ты видишь цветок?

Он бесценен…

Он – хрупок и нежен.

Ты возьми серебро,

Да и вылей другой,

Много больше,

Сильнее, чем прежний.

Пусть он силой своей

Возвещает всем нам:

С нами – Бог!

Его слава и сила!

Чтобы Божия истина

Козни и зло

Силой звука добра победила!

Вдохновленный литейщик

Взял в руки цветок…

Вскоре колокол первый родился.

А за ним – и второй

Следом – третий…

И так – род могучих собратьев продлился.

Алексей Плещеев. Зимний вечер

Хорошо вам, детки, -

Зимним вечерком

В комнатке уютной

Сели вы рядком,

Пламя от камина

Освещает вас...

Слушаете жадно

Мамы вы рассказ;

Радость, любопытство

На лице у всех;

Часто прерывает

Маму звонкий смех.

Вот рассказ окончен,

Все пустились в зал...

"Поиграй нам, мама", -

Кто-то пропищал.

"Хоть уж девять било,

Отказать вам жаль..."

И послушно села

Мама за рояль.

И пошло веселье,

Началась возня,

Пляска, песни, хохот,

Визг и беготня!

Пусть гудит сердито

Вьюга под окном,

Хорошо вам, детки,

В гнездышке своем!

Но не всем такое

Счастье бог дает;

Есть на свете много

Бедных и сирот.

У одних могила

Рано мать взяла;

У других нет в зиму

Теплого угла.

Если приведется

Встретить вам таких,

Вы как братьев, детки,

Приголубьте их.

Татьяна Егорова

Видишь, сияет там, впереди,

Свет потаенный?

Тихо, смиренно, мой друг, подойди

К Божьим иконам.

Лики святых, словно звезды, горят

В небе Христовом.

Светом пронизан праздничный ряд –

Духом и Словом.

Чудный торжественный иконостас –

Быль, а не сказка.

Видишь: Евангелие для нас

Явлено в красках!

. Не осуждай.

Не осуждай - затем, что все мы люди,

Все слабы, немощны, опутаны грехом;

Волнуют страсти наши груди;

В грехе родимся и живём.

Не осуждай...Чтоб ближних быть судьёю,

Спроси у совести: ты сам-то лучше ль их?

О, брат, кто точно чист душою,

Тот милостив к погрешностям других.

Не осуждай... Ведь слову нет возврата.

Смотри, чтоб (как сказал Спаситель) неравно

Увидеть спицу в глазе брата,

А проглядеть в своём бревно.

Не осуждай - затем, чтоб обличеньем

Не пал бы на тебя тот камень с высоты,

Тяжёлый камень осужденья,

Который в брата бросил ты.

Не осуждай... Не люди злы душою,

А жизнь людей бывает часто зла.

Сперва узнай, какою их стезею

Она к погибели вела.

Не осуждай... Дерзнёшь ли поручиться,

Что ты пристрастием не будешь увлечён?

Не осуждай! Ты можешь ошибиться.

Не осуждай! - Не будешь осуждён...

Людмила Крюкова. Божественная литургия.

Божественная Литургия —

Хлеб вечной жизни и Вино.

И льются нити золотые Сквозь удлиненное окно.

И золото живого слова,

Сверкнув во тьме греховных туч,

Вдруг освятит души основы,

Как этот тонкий, яркий луч.

И в точку стянется вниманье,

Подступит к сердцу и глазам,

И засияет покаянье,

Как благодатная роса.

Исчезнет время, и святые

И ангелы заполнят храм.

Божественная Литургия —

Путь к вечности, открытый нам.

Людмила Крюкова

Закрываю глаза, чтобы легче внимать

Ароматам и звону кадила,

Чтобы в сердце слова песнопений вобрать:

Бог Господь — моя крепость и сила.