При подлежащем - именном слове, поставленном во множественном числе, сказуемое также ставилось во множественном числе.
Сказуемое употреблялось в единственном числе, если оно находилось в препозитивном положении по отношению к двум (или нескольким) подлежащим, из которых каждое стояло в единственном числе: И рече Свенелд и Асколд (Лавр. лет.); ходи Володимер, сын Всеволожь, и Олег, сын Святославль, Ляхом в помо на Чехы (Лавр. лет.).
В постпозитивном положении при других таких подлежащих обычно употреблялось двойственное число: Олег же и Борис придоста Чернигову (Лавр. лет.). Но уже в старейшую пору русской письменности встречается сказуемое в форме множественного числа вместо ожидаемого двойственного: Иде Асколд и Дир на Греки, и приидоша в 14 (лето) Михаила Цесаря (Лавр. лет.).
В современном русском языке, как известно, при подлежащем - имени существительном собирательном сказуемое подчиняется общей норме согласования, то есть ставится в единственном числе, соответствующем грамматической форме подлежащего, например: Колхозное крестьянство перевыполняет план продажи хлеба государству; Наше студенчество активно участвует в сборе урожая на целинных землях.
В древнерусском языке при словах собирательного значения сказуемое ставилось во множественном числе: ... рекоша дружина Игореви (Лавр. лет.); вся братия поклонишасА (Ж. Ф. П.); а мордва вбЬгоша в лЬсы (Лавр. лет.); .приЪхаша ростовьская земля (Сказ. о Б. и Г.); А пойду тъ на насъ Литва (Моск. грам., 1368).
Согласование по смыслу наблюдается в памятниках письменности и в последующее время, вплоть до середины XVIII в. О таком согласовании свидетельствуют следующие примеры: Пишут к нам братья наша (Отп. нижег. к вол.); 168 года, февраля в 17 день, преосвященный собор слушали сказок ( № 9); А ныне уже в третие около ее духовенство ходят и хотят бесов из ее выгнать латинским языком (Куран.).
Определения при словах собирательного значения, как показывают приведенные выше примеры, употреблялись в единственном числе. В современном литературном языке, как отмечено выше, при подлежащих - именах собирательного значения сказуемое ставится в единственном числе, как и при именах существительных единичного значения.
Употребление сказуемого во множественном числе имеет место преимущественно в тех случаях, когда подлежащее обозначает совокупность предметов одушевленных; если же подлежащее обозначает совокупность предметов неодушевленных, то сказуемое ставится в единственном числе.
Именная форма причастия действительного залога в древнерусском и других славянских языках выступала в качестве сказуемого; такое сказуемое-причастие, как выяснил А. А. Потебня, тяготело к главному сказуемому-глаголу, по отношению к которому оно являлось второстепенным сказуемым.
Синтаксическая роль такого причастия подчеркивается употреблением союзов а, и, да, но, связывающих главное сказуемое с второстепенным. Наименование такого сказуемого второстепенным основано на том, что оно выражало дополнительное, сопровождающее действие: ... кнзь насъ зоветь на Ригу, а хотя ити на Пльсковъ (Новг. 1 лет.).
Иногда предложение с второстепенным сказуемым легко может быть заменено придаточным предложением: ... той же нощи просивъше мира, и не даимъ посадник с ладожаны (Новг. 1 лет.). Замена: и хотя просили мира, но им не дал посадник с ладожанами.
Довольно рано - в XIII в. (по мнению некоторых исследователей, в XII и даже в XI в.) именное причастие действительного залога все теснее связывается с главным сказуемым, теряет формы согласования с подлежащим и превращается в новую грамматическую категорию - деепричастие.
Деепричастия на -ши, - вши, - мши совершенного вида в роли сказуемого до сих пор употребляются в русских говорах: он уехавши, она обумши (обувшись), мы не выспавшись, никак солнце-то севши.
В древнерусском языке в состав такого сказуемого входили различные именные слова: имя существительное, имя прилагательное, причастие, местоимение и имя числительное.
Имя существительное в этой функции использовалось часто: ЛЬностьбо всему мати (Поуч. В. М.); кто ратный (субстант.); ... с тимъ ся самъ вЬдаю (Новг. грам., 1266 - 1272); ... яз, господине, тому не старожилец (Яросл. пр. докл. грам.).
В таких сказуемых в настоящем времени обычно связка отсутствовала, хотя наблюдаются примеры и со связкой:... язъ есмь царь (Новг. 1 лет.); ... ты ми ecu снъ (там же); ... крестъ есть глава церкви (Мол. Дан. Зат.).
Имя существительное, входившее в состав сказуемого, в древнерусский период употреблялось в именительном падеже не только при связке настоящего времени (что видно из приведенных примеров), но и при связке прошедшего и будущего времени: бЬ Каинъ ратай (Пов. врем, лет); Кий есть перевозникъ былъ (там же); ... ты имъ будешь печальникъ (Пух. грам. И. К.).
Но уже в древнейших памятниках русской письменности (в Синодальном списке Новгородской летописи, в Повести временных лет по Лаврентьевскому списку и др.) наблюдаем и творительный предикативный.
При этом следует заметить, что творительный предикативный первоначально употреблялся при формах давнопрошедшего времени: Понеже была бЬ мати его черницею (Синод, сп., 29); У Ярополка жена ГрекинЬ, бяше была прежде черницею (там же). В продолжении Новгородской летописи по списку Археографической комиссии творительный предикативный употреблялся при форме аориста: Преставися архгепископъ новгородчький Симеонъ, бысть владыкою пять лЬть и три месяца (411).
В большинстве случаев при глаголе быть употреблялся творительный предикативный для обозначения должности или сана: та два была послъмь оу РизЬ (Дог. Смол. с Ригою, 1229). При глаголах стати, творитися и других подобного значения обычно употребляется творительный падеж: и сам царемь ста (Синод, сп., 180).
В XVII в. расширяется употребление творительного предикативного, обычно при формах прошедшего времени; при форме же будущего времени творительный предикативный становится обычным в XVIII в. В дальнейшем употребление именительного или творительного предикативного служит средством различения признака, приписываемого предмету в качестве постоянного свойства (именительный падеж) и признака, связь которого с предметом ограничена определенным временем (творительный падеж), например: мой брат судья; он был судьей; он будет учителем.
Имя прилагательное тоже употреблялось в составе сказуемого в именительном падеже, обычно в именной форме. При нем, как и при имени существительном, иногда находим вспомогательный глагол-связку: чьстноге бесцЬньно юсть (Надп., 1151); рижане суть в томь несвободни (Смол. грам., 1281 - 1297); и ради быша ecи по граду (Новг. 1 лет.); совлекутьса и будуть наш (Лавр. лет.).
Местоименная форма прилагательного (качественного) в составе сказуемого встречается в письменном языке на рубеже XIII - XIV вв., но даже в XVI в. ее употребление редко. Употребление полных форм прилагательных в составе сказуемого закрепляется в XVII в.; однако и краткие формы прилагательных остаются в составе сказуемого в тех случаях, когда сказуемое выражало временный признак, например: он был сердит. В противовес этому прилагательное полное в составе сказуемого означает постоянный признак: он сердитый.
Именительный падеж предикативного прилагательного - нормальное явление в древнерусском языке, и только в XVIII в. укрепляется употребление творительного предикативного имен прилагательных местоименной формы: чтоб всем суд был истинным (Указ Петра I); а ежели те челобитчики довольными не будут (там же); Победа не была сомнительною (Н. М. Карамзин).
Страдательное причастие прошедшего времени часто входило в состав сказуемого в древнерусский период: Аже боудЬть свободьныи члвкъ оубитъ гривенъ серебра за головоу (Гот. ред. Смол. грам., 1229).
Причастия страдательного залога в составе сказуемого употреблялись на всем протяжении истории русского языка, употребляются и в современном языке. Иная судьба именного причастия действительного залога, входившего в составное сказуемое: Суть же кости его и доселЬ тамо лежаче (Лавр. лет.); Суть же
хитро сказающе и чюдно слышати ихъ (там же).
В таких случаях в, последующее время на месте составного сказуемого стало употребляться простое глагольное сказуемое: суть лежаче - лежат; суть сказающе - говорят.
В составе сказуемого отмечаем и местоимение: Се мое, а то моеже (Слово); а вся вода наша (Псков. пр. грам., 1483); им суд таковъ былъ, как в сем списке писано (Яросл. пр. докл. грам.).
Имена числительные, как утверждает проф. В. И. Борковский, крайне редко встречаются в роли предикативных слов", например: а Изаславъ со мною одинъ (Пол. грам., 1265).
Довольно часто в составе сказуемого встречаем предикативные наречия льзЬ, нельзЪ, надобЬ, не надобЬ: послуси юму не надобЬ (Р. Пр.); не баше льзЬ кона напоити (Лавр. лет.).
В древнерусском языке, как и в современном русском языке, простые предложения делились на нераспространенные, где отсутствовали второстепенные члены предложения, и распространенные с второстепенными членами предложения: дополнением, определением и обстоятельственными словами.
Дополнение выражается косвенным падежом именного слова, зависящего от управляющего слова.
Родительный падеж: Не съставить бо ся корабль без гвоздии (Изб. Св., 1076); Избави и. . . от руки сильных (Ипат. лет.); Отбилися граждань ратных (Новг. 4 лет.).
Дательный падеж: да пишют к великому князю нашему (Ипат. лет.); а сами поидоша к симъ (Сузд. лет.); да и мудрому вину (взыскание) (Мол. Дан. Зат.).
Винительный падеж: Имяху бо обычаи свои и законъ отець своихь (Пов. врем, лет); и помяну Олегъ конь свой (там же); Тогда князь Владимир Андреевичь наступает на великую силу татарскую, гремят мечи булатные о шеломы хиновские (Задон.).
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
Основные порталы (построено редакторами)