Функционально-смысловые типы речи в аспекте внутристилевой дифференциации следственно-судебных текстов (стр. 1 )

Пермь

ФУНКЦИОНАЛЬНО-СМЫСЛОВЫЕ ТИПЫ РЕЧИ В АСПЕКТЕ ВНУТРИСТИЛЕВОЙ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ СЛЕДСТВЕННО-СУДЕБНЫХ ТЕКСТОВ

С 80-х годов ХХ в. лингвистические исследования в области деловой речи осуществлялись параллельно в нескольких направлениях1. На сегодняшний день определены базовые экстралингвистические факторы официально-деловой речи, описаны ее общие стилевые черты: императивность, точность, неличный характер изложения, стандартизация (Кожина 1972, 1983; Ушаков и др.); установлено своеобразие функционирования в официально-деловых текстах некоторых семантико-стилистических категорий — предписания, констатации, оценки (Кожина 1989; Ивакина 1990 и др.). Несколько большее внимание исследователи уделяют описанию языковых средств официально-делового стиля и его лексико-синтаксическим особенностям (Шмелев 1977; Логинова, Веселов 1982; Рахманин 1973; Ивакина 1991 и др.).

Одним из нерешенных до сих пор, но чрезвычайно важных в практическом, а главное — в теоретическом плане является вопрос о внутристилевой дифференциации текстов официально-делового стиля, "жанрах и критериях их выделения" (Губаева 1997). Большинство исследователей официально-делового стиля (Кожина 1972; Рахманин 1982; Плескачева 1984; Губаева 1990; Вшивков, Старцева 1991; Веселов 1993; Ивакина1995; Рогожин 1999; Колтунова 2000 и др.) указывают на его неоднородность. Так, , характеризуя общие стилевые черты официально-делового стиля, отмечает факт его внутренней дифференциации: "Деловой речи... свойственны, во-первых, довольно заметные различия между жанрами и подстилями. Так, канцелярская речь в целом отличается большей конкретностью и более личным характером выражения по сравнению с языком и стилем собственно законодательных актов высших органов государственной власти. Во-вторых, деловой речи свойственны своего рода переходные явления, например слияние делового стиля с публицистическим..." (Кожина 1993:181)2.

Наименее изученным в плане внутристилевой дифференциации является юрисдикционный, следственно-судебный подстиль официально-делового стиля. Это закономерно, так как номенклатура документов здесь обширна, а особенности их оформления в ряде случаев строго регламентируются положениями соответствующих статей Законов, должностными инструкциями и зависят от этапов процессуальных действий. Так, в предисловии к своей работе отмечает, что каждый из составляемых текстов "должен строго соответствовать требованиям уголовно-процессуального и уголовного законов, отражать цели и задачи по выполнению намечаемых процессуальных действий" (1996: 7) .

При изучении юрисдикционного подстиля авторы-юристы обращают внимание на правила сбора информации и оформления документов, дают их образцы (Подголин 1975; Зубарев, Крысин, Амиров 1976; Питерцев 1981; Амиров 1990; Пиголкин 1990; Молчанов 1991; Власенко 1995; Басков 1996 и др.). Исследователи-филологи разрабатывают вопросы культуры судебной речи (Ивакина 1995, 1999 и др.; Губаева 1990), выявляют и описывают элементы разговорного стиля в сфере судопроизводства, речевые аспекты реализации языка, терминологию (Соловьев 1977; Шевченко 1983; Роман 1998; Милославская 2000). При этом регулярно отмечается существование некоего "ядра" (части подстиля, наиболее полно реализующей специфические черты официально-делового стиля в целом)3 и периферии. Однако их точные границы, признаки, критерии отнесения текстов к ядерной или периферийной зоне не уточняются.

Основанием для определения внутристилевого деления является прежде всего функция текста, направленная на удовлетворение определенных целей (и подцелей) коммуникативно-речевой деятельности. Она обусловливает стилевые черты текста, его жанровые особенности и систему языковых средств. Нам представляется, что дополнительным критерием (показателем) при этом может служить использование в тексте тех или иных функционально-смысловых типов речи (ФСТР)4. Степень связи со специфическими стилевыми чертами официально-делового стиля может служить показателем распределения конкретных текстов в структуре юрисдикционного подстиля на ядерные и перифе - рийные.

Нами проанализированы материалы следственно-судебного подстиля. Материалом исследования послужили тексты 30 протоколов допроса, 30 протоколов осмотра места происшествия, 30 судебных экспертиз и 20 текстов приговоров суда, собранные в Областной прокуратуре Пермской области с 1997 по 2003 гг. (по делам, приговор по которым вступил в законную силу). Применение методов стилистического анализа целого текста, сравнительно-сопоставительного, а также количественного в совокупности с анализом использованных в текстах лексико-грамматических средств и признаков ФСТР позволило выявить некоторые их особенности.

В целом следственно-судебный подстиль отличается большим разнообразием жанров. Это объясняется, помимо прочего, многоэтапностью самого следственного процесса, на первой стадии которого составляются первичные документы, отражающие основания для возбуждения уголовного дела, — обозначим их жанрами первичной документации. Они либо сразу составлены письменно (например, рапорты работников милиции, собственноручно написанные заявления или объяснения граждан, жалобы потерпевших и др.), либо переводятся в письменную форму из устной (запротоколированные устные заявления граждан, явка с повинной, объяснения и др.). Сюда относятся протоколы следственных действий (допросов, осмотра места происшествия), различные акты судебных экспертиз, постановления, закрепляющие то или иное решение, и ряд других документов. Все они являются документами стадии предварительного расследования, фиксирующими его ход и результаты, составляющие соответствующие жанры.

__________________

© , 2004

На следующей стадии появляется текст приговора — это решение суда о виновности/невиновности подсудимого и о применении/неприменении к нему наказания. Он представляет собой логическое завершение всего следственного процесса, своеобразную "компрессию" нескольких предыдущих текстов, из которых отобрано только самое главное и необходимое для того, чтобы приговор был обоснован и мотивирован. Структура текста приговора может быть представлена в виде последовательности коммуникативных блоков: сведения о составе суда в заседании (о дате суда, председателе, прокуроре, адвокате и других лицах, имеющих отношение к суду); сведения о подсудимом (Ф. И.О., социальный статус, наличие/отсутствие судимостей; при наличии последних подробно указываются статьи, сроки, погашены или нет судимости); обстоятельства дела (описание ситуации, при которой было совершено преступление); показания подсудимого и свидетелей (подсудимый заявляет о признании/непризнании своей вины, свидетели дают показания, подтверждающие/опровергающие его вину); обоснование приговора (указывается, на основании каких сведений, показаний следует квалифицировать действия подсудимого как преступление или не нарушающие уголовно-правовых запретов; определяется необходимость вынесения обвинительного/оправдательного приговора; указываются отягчающие и смягчающие вину обстоятельства, которые должны быть учтены при вынесении приговора); сам приговор (подсудимый объявляется виновным/оправданным; указываются статьи обвинения, соответствующий срок лишения свободы, необходимость выплаты штрафов или возмещения ущерба; наименование учреждения и срок обжалования).

Описательная часть текста приговора суда — до формулировки собственно приговора — может быть значительна по объему, однако главная функция документа реализуется именно в заключительной части, где . Например:

Суд приговорил:

признать виновным по ст. 207, 218 ч.2 УК РФ и назначить наказание — по ст. 207 УК РФ — 6 месяцев исправительных работ без лишения свободы, по ст. 218 ч.2 УК РФ — 1 год исправительных работ без лишения свободы. В соответствии со ст. 40 УК РФ окончательно назначить наказание — 1 год исправительных работ без лишения свободы, с отбыванием наказания по месту работы осужденного, с удержанием с него 15% заработка в доход государства. Меру пресечения до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю — подписка о невыезде. Вещественное доказательство — нож, изъятый у , направить в ЭТО Березниковского уничтожения. ....

Мы видим, что в тексте приговора реализуются такие характерные в целом для официально-делового стиля черты, как императивность, предписующе-долженствующий характер изложения, неличный характер речи. Текст предельно обезличен, что отражено уже заголовком: "Приговор Именем Российской Федерации". Та часть текста, где излагается собственно приговор, представляет собой перформатив, (высказывание, равное действию), т. е. с произнесением слов приговора человек автоматически меняет социальный статус, становится осужденным или оправданным судом5. Налицо ФСТР предписание.

Речевое общение в исследуемой сфере осуществляется в пределах того или иного типа правоотношений, который, в свою очередь, определяет типы речи. В тексте приговора суда используются и аргументативные ФСТР, и представляющие (по классификации ). Однако "строевыми" (определяющими специфику текстов этого типа и реализующими в полной мере его коммуникативную программу) являются характерные именно для официально-делового стиля предписание и констатация6. Два первых коммуникативных блока текста приговора представляют собой констатацию с элементами перечисления объектов.

Блок "Обстоятельства дела" текже представлен ФСТР констатации. Эта часть текста предназначена для введения суда и присутствующих в существо дела, фиксирует обстоятельства, констатирует наличие правонарушения. Языковая формула этого этапа следующая: …суд установил: …, вступив в преступный сговор… совершил ….

Блок "Показания подсудимого и свидетелей" оформляется с помощью контаминированного типа речи, в котором соединились элементы повествования (иногда описания) с элементами объяснения. Это выражается с помощью лексем типа пояснил, подтвердил, объяснил, например: