Дело "Илюшкин и другие (Ilyushkin and Other) против Российской Федерации" (стр. 5 )

--------------------------------

<*> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 7/2005.

65. В отношении требований пятерых заявителей о возмещении арендной платы, по мнению Европейского Суда, существует прямая причинная связь между задержкой в исполнении судебного решения о предоставлении жилья и необходимостью для получателя выплачивать арендную плату в ожидании исполнения этого судебного решения. В настоящем деле заявители должны были снимать жилье, поскольку им не было предоставлено жилье, на которое они имели право на основании судебных решений, вынесенных в их пользу. Соответственно, они были вынуждены снимать жилье для своего проживания и проживания своих семей. Из этого следует, что они имеют право на компенсацию расходов, связанных с арендой необходимого им жилья, но не могут рассчитывать на возмещение явно неразумных расходов. Так, они не должны рассчитывать на компенсацию расходов, связанных с арендой жилья, площадь которого и/или другие характеристики значительно превышают характеристики жилья, предусмотренного в судебных решениях, вынесенных в их пользу. Кроме того, Европейский Суд отмечает, что для того, чтобы эти расходы были приняты в качестве материального ущерба, заявители должны доказать их реальность, представив в обоснование своих требований такие доказательства, как копии договора аренды и в случае необходимости - копии квитанций об оплате жилья.

66. Заявитель Адилов требовал компенсации арендной платы в размере 500 000 рублей за десять месяцев аренды квартиры площадью 120 кв. м для проживания заявителя, его жены и троих детей. Власти Российской Федерации считают, что аренда такой большой квартиры не являлась необходимостью. Европейский Суд признает, что площадь квартиры представляется чрезмерной для возмещения расходов. Вынося решение на основе принципа справедливости и учитывая вышеизложенное, Европейский Суд предоставляет заявителю Адилову в качестве компенсации материального ущерба половину требуемой суммы, то есть 5 980 евро.

67. Заявитель Ковриженко требовал 320 000 рублей в качестве компенсации расходов, связанных с арендной платой за квартиру площадью 54 кв. м для проживания заявителя и троих членов его семьи с 1 августа 2009 г. по 27 июля 2010 г. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не доказал, что потратил такую сумму. Европейский Суд со своей стороны указывает, что заявитель представил договор аренды указанной квартиры, а также копии квитанций об оплате и подтверждения гарантийного вклада и оплаты банковских расходов. В этих обстоятельствах Европейский Суд предоставляет заявителю требуемую сумму в полном размере, а именно 7 475 евро в качестве компенсации материального ущерба.

68. Заявитель Бариев требовал 1 691 доллар США в качестве компенсации расходов, связанных с арендой квартиры площадью 27 кв. м с 1 января 2008 г. по 30 апреля 2010 г. Власти Российской Федерации оспорили реальность этих расходов, аргументируя, в частности, тем, что заявитель не представил квитанции об оплате в поддержку своих требований. Европейский Суд отмечает, что заявитель представил копии двух договоров об аренде на указанный период. Поскольку власти Российской Федерации не представили какого-либо доказательства, которое могло бы поставить под сомнение реальность расходов, понесенных заявителем, Европейский Суд отклоняет этот довод и присуждает заявиевро в качестве компенсации материального ущерба.

69. Заявитель Алексеев требовал 211 200 рублей в качестве компенсации расходов, связанных с арендой квартиры площадью 40 кв. м с 20 сентября 2008 г. по 1 июня 2011 г. Власти Российской Федерации оспорили это требование, аргументируя тем, что заявитель не представил доказательств в поддержку своих требований. Европейский Суд указывает, что заявитель представил копии договоров аренды и выписки с банковского счета за указанный период. В этих обстоятельствах Европейский Суд предоставил заявиевро в качестве компенсации материального ущерба.

70. Наконец, Европейский Суд отмечает, что заявитель Кузьмин не представил доказательств реальности расходов, компенсации которых он требовал. Следовательно, Европейский Суд отклонил его требование.

71. В отношении остальных требований Европейский Суд не усматривает причинной связи между установленными нарушениями и материальным ущербом, о котором утверждали заявители, и отклоняет их требования о компенсации материального ущерба.

B. Моральный вред

72. Заявители требовали различные суммы в качестве компенсации морального вреда, который, по их мнению, был им причинен (см. Приложение N 2 к настоящему Постановлению).

73. Власти Российской Федерации сочли суммы, требуемые заявителями, завышенными.

74. Европейский Суд допускает, что неисполнение судебных решений явилось для заявителей источником страданий и разочарований, чувств, которые в соответствии с существующей прецедентной практикой Европейского Суда не могут быть компенсированы только установлением нарушения Конвенции. В этой связи Европейский Суд учитывает свою практику в отношении предоставления справедливой компенсации морального вреда в подобных делах, в частности, в недавних постановлениях (см. Постановление Европейского Суда от 16 сентября 2010 г. по делу "Кравченко и 23 других дела о "жилье для военнослужащих" против Российской Федерации" (Kravchenko and 23 Others "militairy accommodation") v. Russia), жалобы N 11609/05 и др., § 56 <*>). Европейский Суд считает, что такой подход применим в настоящем деле, и напоминает, что размеры денежных сумм, предоставляемых в качестве справедливой компенсации в подобных делах, в принципе прямо пропорциональны периоду неисполнения решений национальных судов, тем не менее, с учетом других элементов, таких как значение судебного решения для заявителя (расчет справедливой компенсации более подробно представлен в упоминавшемся выше Постановлении Европейского Суда по делу "Бурдов против Российской Федерации (N 2)", § 154 - 156). По последнему пункту Европейский Суд подчеркивает, что предоставление жилья в соответствии с национальными судебными решениями в настоящем деле имеет очень большое значение для заявителей, которые являются кадровыми военнослужащими, а также для их семей: это обстоятельство не может не оказать влияния на моральный вред, причиненный заявителям установленными нарушениями.

--------------------------------

<*> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 6/2011.

75. Наконец, при определении морального вреда, причиненного заявителям в настоящем деле, Европейский Суд не может оставить без внимания тот факт, что они являются жертвами продолжающегося нарушения статьи 13 Конвенции в связи со структурной проблемой, существующей в Российской Федерации, которая только частично была решена после вынесения пилотного Постановления по делу "Бурдов против Российской Федерации (N 2)". В связи с отсутствием внутригосударственных средств правовой защиты некоторые из заявителей пытались воспользоваться возможностью, которую, как они ожидали, им может предоставить новый Закон о компенсации, но им было отказано на том основании, что действие этого Закона не распространяется на их дела. Таким образом, заявители были вынуждены продолжать разбирательство в Европейском Суде, который остался единственным средством получить эффективное исправление несомненных нарушений Конвенции, жертвами которых они явились (см., mutatis mutandis <*>, Постановление Большой Палаты по делу "Скордино против Италии (N 1)" (Scordino v. Italy) (N 1)), жалоба N 36813/97, § 176, ECHR 2006-V).

--------------------------------

<*> Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (прим. переводчика).

76. Кроме того, Европейский Суд напоминает, что в соответствии с принципом ne ultra petitum <*> он не предоставляет, как правило, суммы, превышающие суммы, требуемые заявителем.

--------------------------------

<*> Ne ultra petitum (лат) - принцип, согласно которому потерпевший или гражданский истец действует в пределах объема нарушенных его прав и соответствующих требований (прим. переводчика).

77. Вынося решение на основе принципа справедливости и с учетом всех соответствующих факторов, изложенных выше, Европейский Суд присуждает суммы, указанные в графе "Предоставленная справедливая компенсация" в Приложении N 2 к настоящему Постановлению.

C. Судебные расходы и издержки

78. Заявители также требовали различные суммы в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных в ходе разбирательств в национальных судах и Европейском Суде (см. Приложение N 2 к настоящему Постановлению).

79. Власти Российской Федерации частично оспорили эти требования.

80. В соответствии с устоявшейся прецедентной практикой Европейского Суда заявитель может получить компенсацию судебных расходов и издержек, только если установлено, что они были реальными, понесены по необходимости и являлись разумными по размеру. В настоящем деле с учетом документов, предоставленных в его распоряжение, и в соответствии с устоявшейся прецедентной практикой Европейский Суд счел разумным выплатить суммы, указанные в графе "Предоставленная справедливая компенсация" в Приложении N 2 к настоящему Постановлению.

D. Процентная ставка при просрочке платежей

81. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1) постановил объединить производство по жалобам;

2) объявил жалобу N 35053/09 неприемлемой для рассмотрения по существу в отношении заявителей Валентины Николаевны Михалевой и Алексея Николаевича Михалева;

3) присоединил к рассмотрению по существу возражения властей Российской Федерации о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты в отношении предполагаемого нарушения статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с длительным неисполнением судебных решений;

4) объявил жалобы, поданные другими заявителями, приемлемыми в отношении жалоб на неисполнение судебных решений, вступивших в законную силу, на основании которых было возбуждено исполнительное производство, вынесенных в их пользу, и отсутствие эффективного внутригосударственного средства правовой защиты, и неприемлемыми в отношении других жалоб;