Егорова индивидуальных различий (стр. 2 )

Другим подходом или, вернее, другой традицией исследования индивидуальности является идиографический анализ, цель которого состоит в описании особенностей конкретного человека (греческое слово "идиос" (ίδιος), от которого происходит название этого подхода, означает "своеобразное", "принадлежащее кому-то", а слово "идиографический" – "описывающий своеобразие, особенности").

Два этих ракурса рассмотрения индивидуальных различий были обозначены, фактически, в самых первых работах, посвященных проблемам изучения различий между людьми – в статье «О психологии индивидуальных различий» (1900) и в книге (с.273↑) «Дифференциальная психология» (1911) Вильяма Штерна. Однако вплоть до сегодняшнего дня право идиографического подхода как научного метода познания не является общепризнанным, а соотношение номотетического и идиографического подходов описывается в терминах, подчеркивающих их различие. Говорят, напр., о дихотомии номотетического-идиографического или о противоречии между номотетическим и идиографическим подходами. Есть ли это противоречие и, если есть, то в чем оно проявляется, и будет рассмотрено в данной главе.

1. Два подхода к исследованию психологических явлений

Противопоставление понятий "номотетический" и "идиографический" введено в науку неокантианской (баденской) философской школой. Представители этой школы Вильгельм Виндельбанд (1848-1915) и Генрих Риккерт (1863–1936) предполагали, что номотетический метод познания в наибольшей степени характеризует естественные науки и связан с обобщением отдельных фактов, с выведением общих закономерностей на основании многочисленных частных случаев. Часто этот метод так и назывался – обобщающий или генерализующий. Идиографический метод, в отличие от номотетического, более адекватен при исследовании исторических явлений, встречающихся однократно и являющихся, как правило, уникальными.

Вместе с тем, противопоставление двух этих методов познания является относительным. И Виндельбанд, и Риккерт неоднократно указывали на то, что любое научное исследование требует их сочетания, и речь может идти лишь об относительном доминировании того или иного метода, а никак не о полном преобладании лишь одного из них.

Представление о номотетическом и идиографическом методах познания реальности легло в основу противопоставления понимающего и объясняющего подходов при анализе психологических явлений. Впервые упоминание этих подходов появилось при анализе методологических принципов исторической науки у Дж. Дройсена в 1858 г. Дильтей (1833–1911) использовал их в своих работах «Введение в науки о сознании» (1883) и «Идеи описательной психологии» (1884) при рассмотрении двух возможностей исследования психологических явлений. Объясняющий подход, как его интерпретировал Дильтей, свойственен естественно научному исследованию и предполагает выведение общих причинно-следственных законов функционирования психики на основании анализа множества частных случаев. Понимающий же подход, которому Дильтей отдавал предпочтение, ориентирован на изучение конкретного человека, подчеркивает его уникальность, (с. 274 ↑) целостность и использует при исследовании особенностей индивидуального сознания идиографический анализ.

В конце XIX века острота дискуссий между представителями понимающей и объясняющей психологии достигает своего апогея. Для Вильяма Штерна, сформулировавшего несколько позже основные методологические принципы дифференциальной психологии, противоречие в подходах к исследованию психики человека являлось фактом той научной реальности, в которой проходило его становление как психолога. Достаточно сказать, что часть его университетских преподавателей были учениками и последователями Дильтея, другие же были стойкими приверженцами экспериментальной психологии. Сам Штерн уже в 10-х годах прошлого века отстаивает необходимость целостного подхода к индивидуальности. Он признается, что наблюдение за развитием собственных троих детей явилось для него еще одним доказательством того, как многообразно может быть проявление индивидуальных различий, и именно это создало у него стойкий иммунитет к «тем схематизациям и абстракциям, которые часто именуются психологией» (Цит. по Grossman K. B., 1986, р.41). Но всего десятилетием раньше Штерн в качестве руководителя своей диссертационной работы выбрал Германа Эббингауза – наиболее последовательного сторонника аналитического подхода в психологии, считавшего разложение сложного психического акта на элементы – единственным научным путем исследования психологической реальности, – а впоследствии несколько лет проработал под его руководством, изучая восприятие.

Именно в 90-е годы прошлого века, в период обучения в берлинском университете, у Штерна, как считает его биограф Курт Креппнер, и сформировалось стремление найти точки соприкосновения того, что казалось несовместимым: попытаться вывести общие психологические закономерности, не утрачивая индивидуальных особенностей человека и его целостности ( 1992).

Основные теоретические принципы исследования индивидуальности, сформулированные Штерном в дифференциальной психологии и персонологии, состоят:

1) во взаимодополнении идиографического и номотетического подходов;

2) в выделении принципа конвергенции как причины формирования индивидуальных различий;

3) в понимании развития как сочетания процессов дифференциации и интеграции;

4) в целостном представлении об индивидуальности.

Рассмотрим эти положения подробнее.

1). Анализируя соотношение, существующее между идиографическим и номотетическим подходами, Штерн считал, что номотетический подход создает условия для идиографического описания индивидуальности. Для того, чтобы пояснить эту точку зрения обратимся к рисунку 42. (с. 275↑)

На рисунке вертикальные линии, обозначенные заглавными буквами, (А, В, С, ...) соответствуют испытуемым. Горизонтальные линии, обозначенные маленькими буквами, соответствуют психологическим чертам (а, b,...).

Рис. 42. Соотношение номотетического и идиографического методов анализа (Stern, 1911)

Любая горизонтальная линия представляет собой схему обычного экспериментального исследования, в котором разные испытуемые обследуются по какой-то одной психологической черте (рис. 42(а)). В результате такого исследования можно сделать выводы о средней (с. 276 ↑) величине изучаемой черты, пределах ее вариации в популяции, величине стандартного отклонения, определить испытуемых, у которых эта черта выражена в наибольшей и наименьшей степени.

Несколько горизонтальных линий представляют собой схему такого экспериментального исследования, в котором разные испытуемые обследуются по нескольким психологическим чертам (рис. 42(б)). В этом случае возможности исследования оказываются шире: можно не только сделать выводы о каждой конкретной черте, но и выяснить их соотношение друг с другом, например, подсчитать корреляции между чертами.

Эти два способа анализа представляют собой варианты номотетического метода.

Любая вертикальная черта представляет собой обследование одного и того же индивида по множеству психологических параметров (рис. 42(в)). В этом случае результатом исследования является психограмма: психологический портрет испытуемого, полученный на основании результатов различных психологических измерений.

Несколько вертикальных черт являются схемой обследования нескольких испытуемых (рис. 42 (г)). Располагая данными такого исследования, мы можем сопоставить между собой психологические портреты разных людей.

Последние две экспериментальные схемы являются примерами идиографического метода анализа и могут иметь варианты. Так, параметры, (см. буквы а, b, ...) могут быть не разными психологическими чертами, а одной и той же чертой, измеренной в разном возрасте. Тогда схема эксперимента – одна вертикальная черта (рис. 42(в)), будет представлять собой исследование возрастной динамики какого-либо свойства у одного испытуемого, а схема эксперимента, несколько вертикальных черт (см. рис. 42(г)) – исследование возрастной динамики у разных испытуемых и позволит сопоставить периоды скачков и спадов развития у разных индивидов. На анализе таких индивидуальных кривых развития основан изложенный в предыдущей главе лонгитюдный метод исследования.

Теперь рассмотрим, есть ли соотношение идиографического и номотетического методов анализа в приведенных схемах исследования.

Прежде всего, очевидно, что, каким бы способом не проводился идиографический анализ, он возможен только тогда, когда предварительно номотетическим способом были выделены черты для психологического анализа. Иначе говоря, изучение индивидуальности предполагает, прежде всего, проведение исследований номотетическим методом, в которых будут выделены существенные психологические черты, и лишь затем – проведение идиографического анализа индивидуальности.

Кроме того, сопоставление индивидуальных психологических портретов (экспериментальная схема такого исследования была (с. 277↑) представлена на рис. 42 (г) представляет собой обобщение данных идиографического анализа, т. е., по сути дела, применение номотетического метода к данным, полученным на конкретных индивидах. Иначе говоря, в данном случае, во-первых, номотетическим методом были выделены черты для последующего психологического анализа, во-вторых, был проведен идиографический анализ индивидуальности и, в-третьих, на завершающей стадии опять был применен номотетический метод, заключающийся в обобщении результатов, полученных при обследовании разных испытуемых.

Таким образом, идиографическое исследование практически всегда на той или иной его стадии предполагает использование номотетического метода и в этом смысле непреодолимых границ между этими методами познания психологической реальности не существует.