Что будет с Россией? (стр. 1 )

ЧТО БУДЕТ С РОССИЕЙ?

© 2010 г.

Модернизация России: условия, предпосылки, шансы.

Сборник статей и материалов. Под ред. .

Москва, Центр исследований

постиндустриального общества, 2009.

Выпуск 1. Стратегические проблемы модернизации. 240 с.

Выпуск 2. Социальные аспекты модернизации. 272 с.

Каковы нынешний статус России в мировом сообществе - уровень социально-экономического и политического развития, пути, средства, механизмы его повышения; как изменилась наша страна за последние 20 лет, каким видится её будущее в мировом контексте в обозримой перспективе? Так можно обозначить стратегические вопросы, нашедшие экспертно-аналитическое отражение в рецензируемом сборнике. Всего в двухтомник вошло шесть докладов, специально подготовленных для обсуждения в Центре исследования постиндустриального общества (ЦИПО).

Сборник открывается докладом научного руководителя (ЦИПО), доктора экономических наук . “Что такое модернизация и готова ли к ней Россия?” (1, с. 5—82). Трактовку понятия модернизации в этом докладе можно охарактеризовать одновременно как комплексную и узкую. Концепция автора подразумевает всю вертикаль обновления страны, начиная с технологической и организационной основы ее экономики, включая отраслевую структуру, и заканчивая изменениями в социальных отношениях и политической системе. В то же время, по Иноземцеву, понятие модернизации применимо к узкому кругу стран – это “процесс преодоления той или иной страной своего экономического и социального отставания от лидеров хозяйственного прогресса” (1, с. 10).

Получается, что автор отказывает в способности странам-лидерам хозяйственного развития к тотальному обновлению производительных сил и социально-политического устройства на базе НТП. Между тем, длительные тенденции в развитии конъюнктуры мирового хозяйства характеризуются сменой длинных волн в динамике экономики передовых стран. Восходящая волна характеризуется интенсивным использованием научно-технического потенциала, накапливаемого преимущественно в нисходящей волне. Во второй половине большого цикла падает отдача от применения предыдущих поколений техники, достигших фазы зрелости своего жизненного цикла и, в значительной степени, исчерпавших возможности для дальнейшего совершенствования. Этот процесс, затрагивающий изменения в социальном и политическом укладах, описывается в рамках концепции больших циклов экономической конъюнктуры, получивших наименование Кондратьевских.

Можно предположить, что автор обращается к проблеме модернизации, чтобы уйти от понятия догоняющего развития, которое политическое руководство России считает уничижительным для страны, поскольку подчеркивается ученический характер идущего за лидером. Эта версия подкрепляется утверждением , что «Отечественные политики, официальный курс которых предполагает создание “великой России”, заведомо не приемлют игры на вторых ролях» (1. с. 77). Между тем, догоняющее развитие характерно не только для экономик, относительно недавно ставших на путь интенсивной индустриализации, но и большинства промышленно развитых стран (ПРС) по отношению к лидеру научно-технического и экономического прогресса, коим на протяжении уже ста с лишним лет выступают США.

По-видимому, задача автора как организатора “круглого стола” состояла в том, чтобы сузить тему обсуждения и сопоставлять Россию не с развитыми экономиками, а с так называемыми новыми индустриальными странами (НИС), анализу опыта которых и возможности его применения в России участники круглого стола уделили значительное внимание. В частности, – ведущий научный сотрудник Центра проблем развития и модернизации “третьего мира” ИМЭМО РАН – в докладе “Модернизация: Зарубежный опыт и уроки для России” (1, с. 83-160) отдельно рассматривает этапы модернизации в истории мировой экономики и опыт догоняющих модернизаций индустриальной эпохи. Имеется в виду опыт индустриализации крупнейших стран Латинской Америки и азиатских “тигров”.

считает бессмысленным говорить о переходе России к постиндустриальному обществу, хотя круглый стол происходил в Центре исследования постиндустриального общества. Как и , он считает необходимым сосредоточиться на опыте “некоторых догоняющих модернизаций”, поскольку перед современной Россией “реально стоит задача ре-индустриализации”, без которой невозможно построения “экономики инноваций” (1, с. 97).

исключает возможность для России “встать в один ряд с ведущими странами Запада” (1, с. 36), на что надеется политическое руководство страны. Он утверждает, что “это ошибочная и рождающая завышенные ожидания точка зрения, реалистичность которой не подтверждается практикой” (там же). Об отставание России от стран Запада можно, в частности, судить по данным о производительности труда. Согласно оценке Иноземцева, добавленная стоимость (млн. рублей в расчете на одного человека, 2005г.) составила в США 2,9; ЕС – 2,4, а в России — всего 0,3, то есть почти на порядок меньше. Автор утверждает, что “впереди у нашей страны не постиндустриальное будущее, а перспектива новой индустриализации”.[1]

Завышенные представления о возможностях догоняющей страны возникают всякий раз, когда она существенно превосходит лидера по темпам экономического роста. В России советского периода такое искушение возникало дважды. Впервые лозунг “догнать и перегнать Америку” был выдвинут в 1930-х годах, когда в СССР ценой крайнего напряжения сил и людских потерь осуществлялась интенсивная индустриализация, а США переживали Великую депрессию. Головокружение от успехов обернулось крупными неудачами в финской кампании зимой 1939-1940г., а затем — катастрофическими потерями от ударов вермахта в 1941г.

В середине 1950-х годов вновь складывается ситуация значительного превосходства СССР по сравнению с США в темпах экономического роста. С той, однако, разницей, что СССР только завершал восстановление разрушенного войной хозяйства, а США, продолжали его наращивать после удвоения экономического потенциала за время Второй мировой войны. Оптимистические ожидания подогрел тот факт, что в 1957г. СССР опередил США в запуске спутника Земли. В этой обстановке рождаются планы в три этапа выиграть экономическое соревнование с США.

Первый этап должен был завершиться достижением в СССР уровня США по общему объему производства, второй – по выпуску продукции на душу населения. Третий этап, как предполагалось, должен был обеспечить существенное превосходство СССР по уровню экономического развития. На каждый этап отводилось по пятилетке, потом пятилетку откорректировали в семилетку, посчитав, что задача будет выполнена за двадцать лет, к 1980г., что ознаменует вступление страны в эпоху коммунизма. На самом деле, уже во второй половине 1970-х отставание экономики СССР от США стало не сокращаться, а увеличиваться. Гонка вооружений сопровождалась в СССР деградацией гражданской обрабатывающей промышленности, что завершилось поражением в холодной войне и распадом СССР.

Смена социально-политической системы и переход от централизованного планирования к рыночной системе хозяйства в России сопровождались в 1990-х годах крахом большинства предприятий гражданской обрабатывающей промышленности, выпускавших неконкурентоспособную продукцию. Гораздо раньше, к 1975г. выявилось перепроизводство военной техники и последовало снижение ее выпуска. Ситуация в российской экономике в 1990-х годах усугубилась неблагоприятной конъюнктурой на мировом рынке для основных товаров российского экспорта.

В первом десятилетии XXI века вновь складывается положение превосходства России по темпам экономического роста по сравнению с США и другими ПРС, но ВВП России к началу 2008г. лишь вернулся к уровню 1990г., тогда как США и большинство ПРС существенно превзошли свои показатели почти 20-летней давности. К этому следует добавить, что обрабатывающая промышленность России по объему выпуска достигла лишь 60% уровня 1990г. Получается, что успехи во многом обязаны благоприятным условиям реализации на мировых рынках продукции добывающих отраслей. Иначе говоря, экономический рост не имел основанием действительного улучшения хозяйственной деятельности, а добавка к ВВП представляла то, что в английском языке обозначается термином windfall profit (незаработанная прибыль). Доля сырьевых товаров в российском экспорте, по данным министерства финансов РФ, за 2001—2007 гг. выросла с 67,1 до 84,2% (1, с. 62).

О состоянии российской экономики нагляднее всего свидетельствует основательный износ основных фондов в российской промышленности, достигающий 50 и более процентов. Этот показатель не меняется в лучшую сторону на протяжении многих лет, что может свидетельствовать о том, что процесс модернизации в российской промышленности, если и идет, то настолько медленно, что не компенсирует процесс деградации материально-технической базы. Авария на Саяно-Шушенской ГЭС наглядное тому подтверждение.

Авторы третьего доклада: “Технологическая модернизация промышленности России”, аналитики журнала “Эксперт” — Медовников Дан Станиславович (зам. Главного редактора), , — анализируют ситуацию в ряде отраслей. Разделы доклада озаглавлены: Нефтяная и газовая промышленность, Угольная промышленность, Химическая промышленность, Черная металлургия, Цветная металлургия, Машиностроение и отдельно Электронная промышленность (1, с. 161—225).

Нефтегазовый комплекс назван в докладе хребтом российской экономики. Согласно приводимым данным, на него приходится около четверти ВВП и около 50% налоговых поступлений (1, с. 165). приводит данные министерства финансов РФ от 2008г., свидетельствующие, что за 6 лет доля нефтегазовой составляющей в бюджетных доходах повысилась с 31 до 54% (1, с. 62).

Однако хищническая эксплуатация природных недр не способствует укреплению “хребта”. В докладе, посвященном технологической модернизации промышленности, отмечается отставание в области геологоразведки и освоении новых месторождений. Недропользователи отрабатывают лишь наиболее привлекательные части месторождений. В трактовке Иноземцева: “в упоении финансовыми показателями российские компании совершенно пренебрегли реальными результатами своей деятельности. Рост производства в 2007-2008 годах практически затух даже в нефтяной и газовой отрасли” (1, с. 59).