Стратегия энергетической безопасности во внешней политике Китая (1993-2012 гг.). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук (стр. 2 )

Практическая значимость исследования состоит в том, что оно может быть использовано в работе Министерства иностранных дел, Министерства энергетики, Министерства экономического развития Российской Федерации и других ведомств, а также представляет интерес для госкорпораций и компаний, уже работающих с китайскими партнерами или планирующих выйти на рынок КНР. Работа также может быть востребована в рамках курса лекций и учебных программ по международным отношениям и мировой экономике, в том числе в специализированных вузах и организациях.

Теоретико-методологическая основа исследования определяется особенностями изучаемого объекта. Анализ энергетической безопасности возможен только с помощью междисциплинарного подхода, который предполагает использование исторических, политологических, философских принципов, а также таких общенаучных методов, как анализ и синтез, индукция и дедукция, обобщение и аналогия, классификация.

В данной работе используются следующие методы исторических исследований: сравнительный метод, метод системного анализа, методы критического анализа документов, методы статистической обработки информации, анализа ситуации (опосредованного наблюдения) и прогнозирования (моделирование и построение сценария вероятного развития событий) . При анализе институтов и структуры управления отраслью также использовалась теория девелопментализма. В целом, применение данного инструментария позволило всесторонне исследовать избранную автором проблему, базируясь на монографиях, аналитических и статистических отчетах, документах и программных заявлениях, корпоративных и консалтинговых отчетах, а также материалах прессы.

В работе используется системный подход, позволяющий понять и проанализировать все аспекты изучаемой проблемы. Системный анализ заключается в «разделении объекта на систему (множество закономерно связанных друг с другом элементов, которые складываются в целостное, но не сводимое просто к набору составных элементов, образование) и среду (т. е. все то, что окружает систему)»[3].

В исследовании используется понятийный аппарат наиболее влиятельных школ политических исследований: либеральной, реалистской и конструктивистской. Проблемы безопасности традиционно рассматриваются с применением подходов школы реализма. Однако ее методологический аппарат основан на том, что основными акторами международных отношений являются государства. Это создает ограничения для анализа нетрадиционных угроз, к которым также относятся угрозы энергетической безопасности и экологии. В современной теории понятия «безопасность» и «угрозы» приобретают все более широкую трактовку, все чаще уделяется внимание экономическим угрозам, а также нетрадиционным угрозам безопасности. При анализе современной политики Китая и его влияния на международные отношения также анализируется аргумент неореалистов о постепенном переходе Китая к разряду стран-гегемонов и возможности конфликта с США[4].

В диссертации анализируются аргументы оппонентов реализма – представителей школы либерализма. Их теоретический подход основан на признании растущего влияния на международные отношения таких негосударственных акторов, как международные организации, транснациональные корпорации, институты гражданского общества. Таким образом, эта теория позволяет не ограничиваться анализом действий китайского правительства, но проанализировать политику госкомпаний, банков, НКО и выявить различия и противоречия в их подходах к проблемам энергетики Китая.

В данном исследовании также использовались наработки конструктивистской школы международных отношений. В частности, применяется концепция «секьюритизации» представителей «английской школы» Б. Бузана и О. Вэвера. Она основана на том, что в результате «акта речи» происходит возведение той или иной проблемы до уровня угрозы национальной безопасности, для устранения или решения которой требуется принятие крайних мер[5]. Однако данная проблема становится «секьюритизированной», только если общество соглашается с этим. Само по себе отнесение проблемы к угрозам безопасности не делает ее таковой, важно именно общественное признание[6]. После окончания холодной войны в теории международных отношений произошло расширение концепции безопасности за счет применения постмодернистского подхода и появления ряда новых теоретических подходов. Так, Б. Бузан расширяет понятие безопасности за счет концепции невоенных, или нетрадиционных угроз безопасности. К ним относятся эпидемии, экологические проблемы, продовольственная, энергетическая и информационная безопасность и др[7]. При анализе этих проблем необходимо применять междисциплинарный подход.

В данной работе используется также теория комплексной взаимозависимости критиков политического реализма Р. Кеохейна и Дж. Ная, которая исходит из того, что экономическое сотрудничество между государствами снижает конфликтный потенциал. Согласно этому подходу, комплексная взаимозависимость имеет три основные характеристики: использование разных каналов взаимодействия в отношениях между государствами, правительствами и нациями; отсутствие иерархии проблем, стоящих на повестке дня; снижение роли военной силы и применения угроз в международных отношениях[8].

Научная достоверность диссертационной работы обусловлена тщательным отбором источников, сопоставлением оценок специалистов и проведением анализа.

Степень разработанности проблемы. Рассматриваемая проблема, несмотря на актуальность, достаточно слабо разработана в российской науке. На английском и китайском языках, наоборот, ежегодно публикуется большое количество исследований, причем посвященных как обеспечению энергетической безопасности в целом, так и отдельным отраслям энергетики КНР. Это свидетельствует о пристальном внимании мирового экспертного сообщества к развитию Китая, в частности, в сфере энергетической дипломатии. В Китае тема энергетической безопасности также широко исследуется в научных трудах и освещается в прессе, однако китайские источники, как правило, страдают недостатком аналитики, ограничиваясь перечислением фактов и цифр, но не предоставляя более глубокого анализа и прогнозов.

Источниковедческая база исследования.

Первая группа источников представлена документами на русском, китайском и английском языках. Данная группа представлена заявлениями представителей китайского руководства (Государственного комитета по делам развития и реформы) и бизнеса, а также документами и директивами, определяющими различные направления энергетической безопасности. К ним, в частности, относится Декларация и Санкт-Петербургский План действий «Группы восьми» по обеспечению глобальной энергетической безопасности, подписанные по результатам встречи «восьмерки» в Глениглсе в 2005 году[9]. В развитие этой декларации в 2009 году был подписан документ, устанавливающий принципы международного энергетического сотрудничества и обеспечения энергетической безопасности, – «Концептуальный подход к новой правовой базе международного сотрудничества в сфере энергетики (цели и принципы)»[10]. В ходе встречи министров энергетики Форума АТЭС 24-25 июня 2012 была подписана Санкт-Петербургская декларация АТЭС «Энергетическая безопасность: вызовы и стратегические решения»[11].

Среди китайских документов особое внимание уделяется стратегии развития энергетической отрасли, опубликованной в июне 2004 года - «Основные положения среднесрочной и долгосрочной программы развития энергетики Китая на 2004�2020 гг.»[12], а также «Докладу по исследованию долгосрочного и среднесрочного плана развития энергетики Китая (2030, 2050)»[13]. Также в данную группу источников входят законодательные акты[14], программные доклады и выступления руководителей КНР[15].

Документы на английском языке в основном представлены статистическими отчетами Международного энергетического агентства[16], МАГАТЭ[17] и других организаций ООН[18], правительства США[19], а также отраслевых отчетов «Бритиш Петролеум»[20].

Вторую группу источников составляют монографии и исследования ведущих российских, китайских и зарубежных ученых в области геополитики, стратегии энергетической безопасности и дипломатии. В исследовании были использованы работы таких российских ученых-международников, изучавших проблемы энергетической дипломатии и взаимосвязи внешней политики и энергетики, как [21], [22], [23], [24]. Современные российские исследования в области теории энергетической безопасности и места России в мировом энергетическом комплексе представлены работами [25], [26], [27], [28], [29], [30] и др.

Среди работ китайских ученых особое внимание было уделено трудам сотрудников Центра исследования энергетической политики Китайской академии наук[31], институтов Китайской академии общественных наук[32], Научно-исследовательского центра Управления энергетики Комитета по делам реформы и развития КНР[33], публикациям Университета Циньхуа[34], Госкомитета по контролю за отраслью электроэнергетики[35] и региональных исследовательских центров (городов Пекин, Шанхай, Тяньцзинь, провинции Юньнань и др.). Также в диссертации использовались опубликованные выступления и интервью руководителей КНР[36] и директоров основных госкорпораций[37].

Что касается работ западных авторов, то следует назвать таких специалистов по теории меджународных отношений, как Б. Бузан[38] и О. Вэвер[39], А. Фрайдберг[40], Д. Шамбо[41], А. Ачария[42], Р. Шульц[43], П. Катценстайн[44], Р. Кеохейн[45], Дж. Снайдер[46] и др. Также использовались монографии таких видных исследователей в области проблем мирового топливно-энергетического комплекса и энергобезопасности, как Д. Ергин[47], М. Клэр[48], Д. Моран[49], Д. Митчелл[50], [51], [52] и др. Проблемы китайской энергетики и обеспечения энергетической безопасности анализировались в работах Ф. Эндрюс-Спида[53], Э. Стрекер-Даунс[54], Р. Эбела[55], К. Алдена[56], К. Либерталя[57]. Вопросы взаимосвязи энергетики и экономической модели развития Китая рассматриваются в монографии известного американского экономиста китайского происхождения Хуан Яшэна[58].

В последнее время появился ряд исследований влияния бурного развития энергетики на окружающую среду и устойчивое развитие Китая (К. Дэй[59], А. Голдстейн[60], Б. Совакул[61]).