Курсовая работа на тему: «Необходимая оборона и критерии ее правомерности, мнимая оборона и ее пр (стр. 5 )

Самой главной проблемой является, конечно же, определение собственно пределов необходимой обороны, при превышении которых устраняется общественная полезность действий обороняющегося, и деяние последнего становится преступным.

Как указал , случаи квалификации деяния с так называемым «запасом прочности» приобрели в настоящее время в судебно-следственной практике достаточно распространенный характер. Такое положение дел не может не вызывать опасений27.

Для квалификации деяния по ч. 1 ст. 114 УК РФ, в первую очередь, необходимо установить, имело ли место в действительности состояние необходимой обороны, проверить её основания (наличность и действительность общественно-опасного посягательства), а также выяснить истинные цели и мотивы причинения вреда посягавшему.

Только после этого целесообразно переходить к оценке непосредственно пределов необходимой обороны, причем первостепенное значение здесь имеет квалификация посягательства, породившего состояние необходимой обороны. Путем проведения допроса, проверки показаний на месте, судебно-медицинской экспертизы и других следственных действий необходимо определить степень общественной опасности деяния нападающего, выяснить какой вред он намеревался причинить.

Если будет установлено, что посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни, или непосредственной угрозой применения такого насилия, либо действия посягавшего были неожиданными, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения, то в соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 37 УК РФ допустимо причинение любого вреда нападающему, в том числе и тяжкого вреда здоровью, а значит, квалификация оборонительных действий по ч. 1 ст. 114 УК РФ в таком случае исключена. Данное положение теперь прямо закреплено Пленумом ВС РФ в п. 10 Постановления № 000.

Из текста нормы ч. 2 ст. 37 УК РФ следует, что уголовный закон различает два вида превышения пределов необходимой обороны, которые имеют место в случае явного несоответствия причиненного вреда:

1. Степени общественной опасности посягательства;

2. Характеру общественно-опасного посягательства.

Характер и степень общественной опасности посягательства определяются значимостью и ценностью объекта, на который направлено посягательство, способом посягательства, степенью его интенсивности (силой и стремительностью), примененными орудиями и средствами, физическими данными нападающего (вес, рост, возраст), количеством нападающих, стадией посягательства (приготовление, покушение, оконченное преступление), размером грозящего ущерба, временем, местом, всей обстановкой совершения посягательства и т. п.

дополнительно выделяет степень подготовленности преступника к совершению преступного посягательства (наличие заранее подготовленных предметов и орудий совершения преступления, подготовка места совершения преступления), физические, психологические и психофизические возможности обороняющегося по отражению посягательства (степень физического развития, психологический тип личности, темперамент).

По мнению , вопрос о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны следует решать помимо прочего с учетом удаленности места нападения от лиц, которые могли бы прийти на помощь, криминогенных наклонностей нападавшего (нападавших), которые были известны оборонявшемуся29.

Представляется, что именно степень общественной опасности выступает основой для определения границ допустимого вреда. Здесь существует прямая зависимость: чем опаснее посягательство, тем более широкими являются пределы допустимого вреда, причиняемого посягающему.

В основе квалификации действий обороняющегося лежит вопрос, имело ли место явное, очевидное несоответствие способов и средств обороны характеру и опасности посягательства, когда посягающему без необходимости умышленно причиняется смерть или тяжкий вред здоровью? Данный подход был закреплен в п. 7 Постановления № 14, теперь же подтвержден и Постановлением № 19 (п. 11)30.

Комментируя последнее положение, указал, что именно явное, т. е. очевидное, бесспорное, резкое, значительное, не подлежащее сомнению, не требующее дополнительного толкования несоответствие защиты характеру и опасности посягательства, когда посягательство заведомо для обороняющегося могло быть отражено более мягкими средствами с причинением посягающему менее тяжкого вреда, и образует превышение пределов необходимой обороны. Таким образом, для правомерной обороны вовсе не требуется пропорциональности (абсолютной соразмерности) между способами, средствами защиты и посягательства31.

Стоит отметить, что в п. 11 Постановления № 19 в очередной раз сделан акцент на том, что квалификация действий обороняющего по ч. 1 ст. 114 УК РФ возможна только в случае осознания им того, что причиненный вред не был необходим для предотвращения или пресечения посягательства.

В п. 8 Постановления № 14 было указано, что при разрешении вопроса о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, суды должны учитывать не только соответствие или несоответствие средств защиты и нападения, но и характер опасности, угрожавшей оборонявшемуся, его силы и возможности по отражению посягательства, а также все иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и защищавшегося (количество посягавших и оборонявшихся, их возраст, физическое развитие, наличие оружия, место и время посягательства и т. д.)32.

Постановлением № 19 перечень обстоятельств, подлежащих исследованию при установлении превышения пределов необходимой обороны, расширен по сравнению с Постановлением № 14 с учетом судебной практики и выработанных в литературе рекомендаций. Так, новеллой в этой части является то, что в п. 13, помимо перечисленных обстоятельств, также указаны объект посягательства, тяжесть последствий, которые могли наступить в случае доведения посягательства до конца, неожиданность посягательства, наличие необходимости причинения смерти или тяжкого вреда здоровью для его предотвращения или пресечения и психическое состояние оборонявшегося.

Между тем, в нарушение ранее действовавших положений п. 8 Постановления № 14, как указывает , в судебной практике широко распространен «механический» подход к определению соразмерности средств защиты и нападения, который нередко приводит к тому, что, например, применение оружия против невооруженного преступника при отсутствии явной угрозы жизни защищающегося однозначно квалифицируется как превышение пределов необходимой обороны. При этом не учитывается, что даже удар кулаком средней силы в область шеи или виска может стать роковым для обороняющегося и привести к летальному исходу либо к фактической утрате возможности защищаться по физиологическим причинам (нокаут, головокружение, частичная или полная потеря ориентации или сознания).

демонстрирует абсурдность такой позиции, отмечая, что данная трактовка означает обязать оборонявшегося не использовать пистолет или нож в ситуации, когда преступник пытается его задушить33.

Ошибочность «механического» подхода к определению пределов необходимой обороны подтверждается еще и тем, что для отражения внезапного агрессивного посягательства обороняющемуся необходимо некоторое превосходство над нападающим, которое как раз и достигается путем использования более эффективных средств защиты — боевых приемов, оружия или иных предметов.

Представляется справедливым вопрос , о том, можно ли при отсутствии прямой угрозы жизни и здоровью обороняющегося возлагать на него обязанность обмениваться с невооруженным преступником ударами и не применять оружия ради сомнительной цели в виде охраны здоровья нападающего, т. е. можно ли принуждать законопослушного гражданина переносить физическую боль и связанные с ней нравственные страдания при наличии возможности избежать этого пусть даже путем причинения тяжкого вреда здоровью агрессора?34

Случаи, когда вред, причиненный обороняющимся, не был минимально возможным, необходимым для прекращения нападения некоторые ученые также относили к разновидности превышения пределов необходимой обороны. Однако такое толкование закона, по мнению автора, изменяет содержание принципов соразмерности и необходимости причиняемого вреда, ограничивая тем самым право граждан на оборону от преступных посягательств. Дополнительного требования о минимальности вреда, причиняемого посягающему, уголовный закон не предусматривает, единственно важно, чтобы этот вред не был резко несоразмерным по сравнению с предотвращаемым вредом, а не минимально возможным.

Крайне сложная задача (если вообще решаемая) — определение минимального вреда, достаточного для отражения посягательства. Ведь вред, грозящий обороняющемуся, не всегда конкретно и четко обозначен. Определить какой вред намеревался причинить посягающий далеко не просто, да и кто знает, как может измениться план действий преступника в ходе осуществления посягательства, если таковой вообще имеется. Между тем, распространено мнение о том, что безопасность обороняющегося, жизнь или здоровье которого были поставлены под угрозу, может гарантировать только причинение нападающему таких повреждений, которые лишают его физической возможности продолжать посягательство, а временная передышка позволяет ему восстановить свою способность к насильственным действиям.

даже предлагает в зависимости от конкретных обстоятельств дела считать правомерным «добивание» преступника, т. е. причинение ему таких повреждений, которые гарантированно лишают его возможности продолжить посягательство, в том случае, если обороняющийся не может с полной уверенностью констатировать, что посягательство завершилось. По мнению автора, данное предложение весьма спорно, способно спровоцировать причинение чрезмерного, не вызываемого необходимостью вреда35.

Представим случай, когда обстановка обороны такова, что защищающийся имеет явное превосходство в силах над посягающим и осознает это обстоятельство. Так, владеющий навыками боевых искусств после нанесения нескольких ударов получает «стратегическое» превосходство над нападающим, едва держащимся на ногах, но все еще продолжающим высказывать угрозы и предпринимать неловкие попытки нанести удары. Несмотря на это, обороняющийся проводит крайне опасный для жизни нападающего боевой прием, чем причиняет тяжкий вред его здоровью.