Введение (стр. 4 )

  По описи конца Х1Х века имелась здесь четырехугольная часовня над колодцем. Ее соорудили в 1884 году с целью водоосвящений во время крестных ходов, а также для нужд паломников. 

  Весной 1837 года император Николай 1  послал наследника престола Александра в путешествие по России, чтобы узнать страну. В поездке цесаревича был и его воспитатель, поэт , который вел дорожный дневник. В записи от  14 августа 1837 года  отмечено: «Прошедший  дождь прибил пыль, и было видно все вокруг… остановившись  у Островоезерского монастыря в Ворсме, в Павлове осматривали специально выставленные железные изделия, замки и ножи». 

Особого интереса  заслуживает имеющееся в архивах описание достопримечательностей монастыря.  Среди них на первом месте стоят четыре евангелия.  Вот часть из того, что рассказано о первом из них: «Евангелие на простой бумаге в лист с позолоченным образом, обложено малинового цвета бархатом, на верхней  доске средник и 4 наугольника с вычеканенным изображением Распятия Господня с предстоящими и четырех Евангелистов, непробного серебра, при нем – застежки медные…»18

Следующий вид хранимых святынь – напрестольные кресты. «Четырехконечный сребропозлащенный без означения пробы крест со святыми в нем мощами угодников Божиих, означенных резною надписью на обратной стороне: Святых Апостолов Андрея и Филиппа; святого Василия Великого  и Равноапостольного царя Константина, Преподобных Михаила Малеина и Пимена  Великого; Святых Великомучеников: варвары и  Параскевы  Пятницы, Архидиакона Стефана и Первомученницы Феклы». 19

Весьма почитаем, был четырехконечный сребропозлащенный 84 пробы крест «с финифтовыми изображениями, украшенный стразами и 4 аметистами».20  Он был положен на вечное поминовение скончавшегося в монастыре в 1855 году диакона Иоанна Постникова.

Славилось в Троицкой церкви ценное  паникадило, «древнее, посеребренное, о  24  подсвечниках с двуглавым орлом и подвесами» 21. Оно относится к концу семнадцатого века.

Имеется  и  описание  колоколов,  кои  создавали широкий спектр звонов. Самый тяжелый из семи колоколов весил 71 пуд и  3 фунта,  самый  маленький – 37 фунтов.

«Из икон по древности замечательна Казанская икона Божьей Матери с сребропозлащенным венцом  и  ризой, с урбусом,  цатой  и  звездой, низанной  из жемчуга  и  с  драгоценными камнями. Из крестов один сребропозлащенный крест с частями святых мощей, присланный в сию обитель в 1700 году князем Черкасским, уронен в озеро  6 января  во время освящения  воды  на  Иордане. Кроме того,  замечательны два креста  в  монастыре:  один украшен алмазами и жемчугом, с частями святых мощей,  хранящихся в  вырезанных  из кипарисового дерева  клетках,  и  с  частью ризы  Господней под хрустальной рамкой, означенных резной надписью, как и на первом кресте».22

В летописях монастыря,  других документах,  воспоминаниях очевидцев 

содержится рассказ о различных событиях.23 Тяжелые телесные повреждения нанес  в  1827 году обухом топора настоятелю монастыря Макарию нижегородский мещанский сын Александр Пирожников, что был определен  в обитель на епитимью.

18 «Дело о памятниках церковной древности», ЦАНО. Ф.580, Оп. 2, Дело 273. Л. 69

19 там же

20 там же

21 «Реестр древних икон, крестов…», ЦАНО. Ф.580, Оп.3, Дело160. Л. 60

22 «О древностях монастыря», ЦАНО. Ф.580, Оп.2, Дело 348. Л. 78

23 «Заявления о краже вещей из Островоезерской общины». ЦАНО. Ф.580, Оп.3, Дело159. Л.56

  ХХ век – у власти большевики, принявшие декрет об отделении церкви от государства. А на деле проводили жесткую политику ликвидации религии вообще.  Это отразилось и на судьбе святыни.

  Но время точного закрытия монастыря не однозначно - предположительно в 1923 году он был закрыт, а в 1929 году по решению специальной комиссии  его разрушили. В 30-е годы здесь разместили воинскую часть, потом пионерский лагерь. Нет подробностей о судьбе монахов и священства, но,  вполне вероятно, они приняли участь всех церковнослужителей  того времени. Так или иначе, обитель была ликвидирована, доступные стройматериалы с нее быстро «приватизировали», остались лишь древние незыблемые стены. Существуют  определенные сложности с восстановлением монастыря, связанные с финансированием и транспортировкой металлов.

  Вопросу о восстановлении монастыря не уделялось внимания около восьмидесяти лет, хотя в начале 2000 года на этой базе собирались создать наркологический центр от Москвы, но не получилось.

В  октябре 2006 года возрождением святыни занялась местная администрация.  Только реконструкции подверглась одна из башен (западная).  Строительные работы  ведутся до сих пор.

Хочется надеяться, что эти благородные замыслы с Божьей помощью и при поддержке всех заинтересованных предприятий, организаций и частных лиц будут воплощены в жизнь. Свято место не должно быть пусто.

1.3 «Известное стале-слесарным производством село»

  В селе  с давних времен укоренилось производство стальных и железных изделий. А. Спиридонов отмечает, что «промышленность эта перешла из села Павлова точно таким же путем, каким она проникла впоследствии и в окрестные с Павловым селение».

  Первым селом после Павлова, куда перекинулся и где быстро развился металлопромысел, было село Ворсма. Здесь к концу ХVIII века он окончательно сложился.

  Складные и перочинные ножи – главный предмет производства в Ворсме. «Приготавливают складной нож 201 мастер, перочинные – 63, куют в чернее лезвие – 59, делают плашки для черенков – 9,занимаются отдельно закалкою – 7. всех кузниц, занятых производством изделий, считается 100; они совершенно отдельны от села и помещаются в каменном корпусе – 3, и в деревянных за р. Кишмой – 93. Кроме того, весьма немногие имеют кузницы у себя при усадьбах»(24). Цена складного ножа была от 60 коп, до 30 руб. (в зависимости от величины, отделки и черенка). Занимались выделкой крестьянского, хлебного, садового, косновского (для судов) и рыбачьего ножа.

  Выделываласись и наковальни в кузницах. Эта работа была чрезвычайно тяжела, требовавшая больших физических усилий. Железо для наковален закупалось старое у мелких торговцев.

  Чернодельные кузницы владели  и мастерством  изготовления боевого оружия и оборонных доспехов: сабель, боевых топоров - бердышей и протазанов, кольчуг, колонтарей.

Известные мастера – производители: Птицын, Королев, Крестов, Куприн, Мясников, Боронин, Потапов, Седов, Залявин и др.

  В 1743 году владельцем села стал сын петровского фельдмаршала граф П. Шереметьев.  Ворсму он получил в качестве приданого богатейшей невесты Варвары Черкасской.  Всячески получили развитие  ремесла в своих имениях. Не связанные с землей ремесленники  платили феодалу оброк, принося ему большие доходы, чем крепостные крестьяне.

  Село было вотчиной Шереметьевых 119 лет вплоть до отмены крепостного права. 

  Весьма значительным было заведение по производству топоров, долот и проч., было заведение братьев Шмаковых, существовавшее с 1804 года. Топоры были трех сортов: белявские, русские и галицкие. Топоры точились на собственной мельнице, находящейся в 7 верстах от Ворсмы в деревне Гамзово. Зиновий Шмаков производил до 8 тыс. топоров, а брат его до 4 тыс. Продавались от 35 до 50 коп. за штуку. «Расходуются преимущественно на

24 ножи складные // Горьковская правда. 1956. 1 сентября.

Нижегородской ярмарке, откуда развозятся в разные места, так в  Новочеркасск, Ростов и Тифлес. Ковши и половники в Тульскую и Сибирскую губернии».(25)

  Таким образом, феодально-крепостнические  отношения в Ворсме переплелись с капиталистическим.

  Опыт металлообработки, накапливаясь из поколения в поколение, принес сюда знатность. К началу ХIХ века здесь начал образовываться более или менее постоянный состав специалистов - металлообработчиков,  из которых впоследствии формировались ряды пролетариата.

  А теперь  немного статистики за 1862 год: «временно-обязанных крестьян 1285 муж. и 1430 жен. Прочих сословий: священно-церковных служителей 28 муж. и 34 жен., купцов 11 муж. и 9 жен., мещан 15 муж. и 5 жен., отставных солдат и их семейств 28 муж. и 86 жен., и состоящих на льготе солдатских сыновей 3.

  В этом году родилось 122 мальчика и 105 девочек, умерло 75 мужчин и 77 женщин, заключено 33 брака.

  В селе имелось 469 домов, из них каменных крестьянских 2, деревянных 459,  остальные полукаменные. Улицы расположены более правильно, чем в Павлове, они широкие и постройка не стеснена; но при всем том общность постройки не имеет характера городской, вследствие чего, Ворсма представляет вид обыкновенного большого села. Есть также пожарная команда.  Обязаны по тревоге являться на пожар и прочие домохозяева – с крюками, баграми, ведрами, топорами и проч.,  а богатые из домохозяев доставлять лошадей с лагунами и возить воду».(26)

  Жители имеют для домашнего обихода скота: 75 лошадей, 150 коров, 40 овец, 100 свиней и 40 коз.

  Воду берут на продовольствие из колодцев, которых в Ворсме до 13, вода же протекающая в речке Кишма горькая.

  Был  один трактир, три харчевни,  шесть постоялых домов, одна каменная лавка для базаров и 35 небольших деревянных.

  «Характер и обычаи жителей села Ворсмы имеют весьма много общего с Павловцами, с которыми они находятся в постоянных сношениях, преимущественно в базарные дни.

  Замечательное местное гулянье здесь в пространной дубовой роще со столетними деревьями  (вероятно, по величине деревьев названной  «Толстик») – в дни Троицы и Св. Духа, начиная с заговенья Петровского поста по воскресеньям и праздничным дням бывают катанья на ботинках на озере, откуда заезжают пить чай на остров, так называемый  «Соколиный  Мар» - против монастыря.