Введение (стр. 6 )

  Ежегодно сотни производственников получали путевки в санатории, дома отдыха, на курорты. В квартирах и частных домах рабочих появилось электричество, радио. Многие стали приобретать книги,  радиоприемники,  мотоциклы и другие ценные вещи. 

28 Архивный отдел администрации Павловского района. Протоколы заседаний исполкома Ворсменского поселкового совета депутатов и трудящихся (далее АОАПР  ПЗИВПСДТ). от 01.01.2001, Ф.168, Оп.1, Дело 55, Л.56

2.2 ЖИЗНЬ РАБОЧЕГО ПОСЕЛКА В  1920 – 1945 ГОДАХ

К этому времени  в стране уже было свержено самодержавие, в Ворсме  второго марта был создан Совет рабочих депутатов. 

  В селе с 31 августа 1917 года было две власти. Юридическая находилась в руках избранного волостного земского собрания, руководили которым представители буржуазии меньшевики во главе  с крупным земледельцем . Но фактически  власть уже была сосредоточена в руках Ворсменского Совета рабочих депутатов, в основном, тоже состоящем из меньшевиков. Председатель Совета – .

  В последний Совет вошел 31 человек, в том числе две женщины.

  На фабрике  «Товарищества» еще в марте был избран фабком, председателем которого избран кузнец .  Фабком потребовал установления восьмичасового рабочего дня, увеличения тарифных ставок, но управляющий ответил отказом.  Тогда рабочие объявили итальянскую забастовку: на смену выходили, но к делу не приступали. В конце концов, управляющий удовлетворил их требования – с 1 октября смена стала восьмичасовой, каждому за дни забастовки выплачен средний заработок.

  Весть о победе Октябрьской социалистической революции в Петрограде рабочие села встретили восторженно. На митингах и собраниях выступили,  приехавшие из Нижнего Новгорода, большевики и . Вынесено решение: «Вся власть – Советам».

  Первостепенной задачей большевистской организации была задача добиться  роспуска волостного земства и перехода власти к Совету рабочих депутатов. Но поскольку  меньшевики, в руках которых был Совет,  не хотели распускать земство, нужно было в начале захватить власть на самом Совете.

  5 ноября состоялось волостное земское собрание. Большевики потребовали передачи власти Совету народных депутатов. Земство отклонило это предложение. Тогда большевики объявили о роспуске земства и о переходе власти в руки Совета.  На следующий день помещение земства было занято отрядом Красной гвардии. Во вновь избранном Совете рабочих депутатов  и его исполкоме значительное число мест стало принадлежать большевикам. Смена власти произошла бескровно. Председателем совета избран  .

  В 1918 году ворсменский отряд Красной гвардии (около 30 человек) участвовал в предупреждении и подавлении антисоветских выступлений в Павлове,  Хвощевке, Баранове, Селитьбе, Богородске, Муроме. 16 июня 1918 года, воспользовавшись отсутствием большинства коммунистов в  селе и спекулируя на продовольственных трудностях, меньшевики организовали антисоветскую демонстрацию. Но вылазка меньшевиков не удалась. больше в Ворсму не возвращался.

  С 1926 года село стало рабочим поселком. Облик его определял медико-инструментальный завод имени Ленина, который одновременно с реконструкцией предприятия начал и жилищное строительство. 

  В начале тридцатых годов до Ворсмы дошагали линии электропередач  от Горьковской  ГРЭС. Кончился век маломощных паровых машин и электродвигателей. Легче стало и с транспортным снабжением железнодорожными грузами: в 1928 году у рабочего поселка появилась своя грузопассажирская станция в 8 километрах то Ворсмы на ветке Горький - Кудьма - Металлист. До этой поры Ворсму обслуживала железнодорожная станция Горбатовка, что за Окой, на расстоянии 45 километров. Оттуда и туда двигались конные обозы, следуя через г. Горбатов.  Активизировалось и автомобильное движение через поселок по дороге Горький – Муром – Кулебаки,  возведение которой началось  в 1940 году.(29) Прямое автобусное движение круглогодично обеспечивало пассажирские связи Ворсмы с областными и районными центрами, а также с соседними районами – Богородским, Сосновским, Вачским, Навашинским, Кулебакским и Выксунским.

  Ворсменцы принимали активное участие в строительстве и железнодорожной ветки, и в укладке дороги республиканского значения,  проходящей здесь.  Кстати, посланцы города трудились на многих главных стройках страны того времени.

  Увеличивалось и население поселка за счет интенсивного развития капиталистического производства.

  Словом, Ворсма, за последние пятнадцать лет, далеко ушла от прежнего села. И если бы имелся статус города, то здесь можно было шире развернуть строительство жилья, магазинов, объектов соцкультбыта. Помешала Великая Отечественная война, затем восстановление разрушенного хозяйства.

  В воскресенье, 22 июня 1941 года, в Ворсме на стадионе «Спартак» состоялся многочисленный митинг. С этого  же дня началась отправка на войну солдат.

  553 рабочих завода имени Ленина ушло на фронт в 1941 году. 353 – в следующем, в 1943 – 138, в 1944 – 56 и только один призван в армию в 1945 году. Всего 1101 человек.

  Из воспоминаний жителя  Ворсмы Чуркина Михаила Васильевича:

« Мне тогда было 9 лет.  В выходные собирались идти на стадион, посмотреть футбол. Домой к нам зашел сосед дядя Ваня, высокий такой, крепкий мужик. И сказал, что сегодня обязательно забьет гол. Мы вместе с друзьями пошли на стадион, начиналась игра, но вдруг, неожиданно для всех, диктор объявил, что фашисты напали на нашу Родину.… Да, не получилось забить мяч в ворота у дяди Вани.

  Страшное было время! Отца сразу же забрали на фронт, я остался у матери один), младший братик умер еще до войны, по-моему, от менингита).

29 АОАПР ПЗИВПСДТ от 01.01.2001, Ф.168,Оп.1, Дело 33, Л.48

Денег не было. Да и какие тут деньги – голод был. Вещи перепродавали друг дружке, обменивались, кто, чем мог. Мать моя занималась пошивом одежды, трудилась в огороде, этим и спасались.

  На рабочие места ушедших на фронт вставали их младшие братья и сестры, сыновья и дочери, жены. Новички быстро осваивали необходимые профессии, трудились самоотверженно. В школе ребята  оставались после уроков, и вместе с учителями делали крепления для лыж, которые отправляли на фронт для солдат.  С ребятишками я бегал в столовую на улицу Центральную (сейчас эта улица ). Здесь нам наливали в банки щи из серой капусты и, уж очень мне нравился, суп из кильки.

  И жить было страшно. Несколько раз над Ворсмой пролетали вражеские самолеты – бомбардировщики; на Горький они летели. А однажды, недалеко отсюда, один такой самолет был сбит советским летчиком. Также предполагалось, что немцы будут наступать на Москву с тыла и, вполне вероятно,  могли бы проходить по нашей местности. В результате чего здесь около Ворсмы копали окопы. ( Около деревни Давыдково, по окраине  Павлова и далее в район Горбатова 30)

  В 1944 году пришел с фронта  отец. У него было ранение в ногу. Я тогда  был на озере Тоскана, горох собирал с товарищами. Вдруг подбегает паренек и говорит, что у меня  отец домой приехал. Изо всех сил рванул я тогда домой, прибежал, а они сидят с матерью на крыльце и чуть не плачут. Он мне дал немецкую маленькую гармошку, и я побежал всем говорить, что папка вернулся».

  Кстати, о рубеже обороны, той линии противотанковых рвов, опоясавших промышленные районы, ходили только слухи. Судя по тому, что работы шли несколько месяцев, должен был накопиться материал, например, постановления комитета обороны, акты приемки укреплений, протоколы собраний и тому подобное, но ничего  этого в архивах не было. Военные, видимо опасаясь, что произойдет утечка информации,  изъяли их и спрятали глубже (может быть, в сейфы Генерального штаба).

  Вот что рассказала мне вдова умершего фронтовика 

  «Мне тогда было 16 лет, когда в ноябре 1941 года была мобилизована на окопы. Спали все мы под открытым небом у костров. Потом перебрались в землянки, где на песчаный пол были накиданы еловые ветки, на которых мы спали.

  Копали мы противотанковые рвы глубиной три метра и сооружали блиндажи. Кормили нас недоваренным горохом и на завтрак, и на обед, и на ужин, но ели с большим аппетитом.

  Зима была морозной, однажды я отморозила пальцы. А еще нас одолевали вши.  И мороз на этих кусающихся паразитов не действовал. Когда мы вернулись домой, то в избу нас не пустили, сначала всех отвели в баню – там прожаривали и пропаривали».

30 "Рубеж обороны"  //Земля Нижегородская. №17, 22апреля 2005 

  Велик был и трудовой накал у медикоинструментальщиков. Заводу даже не пришлось менять  профиль работы: продукция отправлялась санитарному управлению Красной Армии, военно-морскому флоту, войскам НКВД, больницам и аптекоуправлениям в тылу, а также ветеринарному управлению Красной Армии.  Еще регулярно нужно было осваивать новые виды медицинских инструментов, так как некоторые предприятия народного комиссариата здравоохранения ввиду своей близости к фронту (например, Ленинградский  «Красногвардеец») не в состоянии были выпускать столько продукции, сколько раньше. Вот и надеялись в наркомате на тыловую Ворсму.

  Во втором полугодии 1941 года продукции было выпущено больше,  чем  в январе – июне на 36,2 процента при меньшей численности рабочих.

  Развернулись стахановское движение, движение двух -  и трехсотников,  создавались фронтовые трудовые бригады. Известно, что слесарь Лобзин выполнил в 1942 году три годовые нормы, а за некоторые дни октября – ноября давал выработку от 500 до 700 процентов!  Слесари Якимов и Новиков  дали тоже около трех норм,  выполняя иной день по семь заданий,  шлифовщики Гудочков и Лисанин – по 3,5 годовых программ.

  Дальнейшее развитие социалистического соревнования, введение поточного метода производства позволили заводу в 1942 году с меньшей