В дни героической обороны Сталинграда небольшой паровой баркас «Кочегар Гетман»  часто появлялся в самых опасных  местах, в сложной боевой обстановке выполняя различные приказы командования.

На  баржах, на плашкоутах, на самом баркасе подвозились к фронту боеприпасы, красноармейцы, перебрасывали в тыл раненых бойцов. Команда баркаса имела на своем счету не один боевой подвиг. Однажды было получено  правительственное задание – вывезти из окружения раненых бойцов. Задание было нелегкое. Невзирая на вражеский обстрел, баркас шел к намеченному пункту. Когда снаряд попал в носовую цистерну,  сразу загорелись находившиеся там судовые материалы. Надо было гасить пожар и одновременно вести судно. Усилиями команды пожар был ликвидирован и раненые красноармейцы вывезены из вражеского окружения в тыл. За самоотверженную работу капитан этого баркаса был награжден орденом Красной Звезды и медалью «За оборону Сталинграда», механик – медалями «За отвагу» и «За оборону Сталинграда». И после окончания войны баркас «Кочегар Гетман» еще долго бороздил воды затона Владимировской пристани.

Речные пароходы «Чапаев» и «Орел» Владимировского судоремзавода, переоборудованные под канонерские лодки, принимали участие в Сталинградской битве. Пароход «Гаситель» под непрекращающейся бомбежкой перевозил через Волгу ценные грузы. От осколков бомб его корпус получил много пробоин. Невероятно тяжелые условия навигации давали себя знать: суда выходили из строя. Судоремонтный завод в Петропавловке в период Сталинградской битвы являлся опорной базой речного флота, работавшего на переправах. Здесь же был создан узел связи пароходства, который просуществовал до февраля 1943 года.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Рабочие судоремонтных мастерских выполняли нормы выработки на 250 -300%. Рабочие электроцеха, начальником которого был , кроме основной работы, изготавливали миноискатели для фронта.

Непрерывными бомбежками гитлеровцам удавалось нарушать движение судов и тормозить доставку необходимых грузов. Несмотря на то, что Сталинградская битва завершилась победой наших войск, фашисты делали отчаянные попытки парализовать перевозки грузов по Волжско-Каспийскому водному пути. Они развернули активные действия по минированию реки. Один за другим подрывались на минах суда и караваны с грузами. Только в апреле – мае 1943 года фашистами было сброшено в Волгу более 400 мин и свыше 100 мин оставалось из числа поставленных в 1942 году.  Последним подорвался на мине недалеко от Владимировки уже в сентябре 1943 года теплоход «Карл Либкнехт», на котором погибли 400 военнослужащих и 20 членов судовой команды. В 1942 – 1943 годах от вражеских мин и бомбовых ударов с воздуха на Волге погибли 335 речных судов, в том числе 11 пароходов, 35 нефтеналивных барж пароходства «Волготанкер» и 30 кораблей Волжской военной флотилии.

«Фронтовые рейсы волгарей».

На Нижней Волге прибрежные леса пропахли порохом. На берегах повсюду стояли похожие на кресты знаки для проведения тральных работ, а рядом стояли кресты над братскими могилами захороненных судовых команд. И пассажиров с погибших судов. Повсюду были минные поля, или, как называли их моряки, банки. Они ограждались перевернутыми вверх бакенами, освещенными в ночное время двумя вертикальными соответствующими стороне огнями: красными и белыми. Всюду из воды торчали остатки пароходов, барж и кораблей. По судовому ходу и вблизи него ходили деревянные небольшие катера и водили на длинном буксирном тросе металлические понтоны, внутри которых что-то ритмично постукивало. Эти суденышки тралили морские магнитные и магнитно-акустические мины большой разрушительной силы с зарядом до 700 и более килограммов взрывчатки. «Страшные чудища» лежали на грунте и, реагируя на магнитное поле металлического корпуса даже небольшого судна или на шум машин, гребных колес и винтов, ждали свою жертву.

Приборы на коварных минах были установлены на различное количество замыканий. Если, к примеру, было установлено на 10 контактов, то над миной девять судов проходили благополучно, а десятое взрывалось. Поэтому тральщики утюжили по одной и той же полосе несколько раз.

Речники внесли большой вклад в победу под Сталинградом. Маршал Советского Союза писал:  «…Я все время считал себя должником перед героями речного флота, которые в самые трудные дни и часы доставляли 62-й армии то, без чего она не могла бы жить и сражаться…»

В годы войны и после нее  на Волге работала экспедиция подводных работ особого назначения (ЭПРОН), очищая Волгу от затонувших барж и пароходов. Штаб нижневолжских эпроновцев находился в Петропавловке. В 1943-1944 годах было сформировано несколько групп по  15-20 матросов, старшин и офицеров, которые и занимались этой нелегкой, опасной и технически сложной работой. В районе Петропавловки работала группа под командованием лейтенанта Полещука.  Техника подводных работ в то время была примитивной. В дефиците были понтоны, баржи, которые использовались для подъема, водолазные станции. Отсутствовали многие приборы и инструменты. Пользовались рыбацкими деревянными плашкоутами, имелось по одной - две шлюпки на группу. Пешнями проделывали майны в зимнее время. На весь Петропавловский отряд было два буксирных парохода: колесный «Летчик Михеев» и винтовой № 000. Был и один водолазный бот, которым командовал сибиряк, старшина первой статьи Петр Дорошенко, участник обороны Севастополя и Сталинграда. В начале февраля 1944 года в Петропавловку  прибыла большая группа матросов и старшин из Сталинградского флотского полуэкипажа. Они принимали участие в обследовании и подъеме пароходов «Карл Либкнехт», «Петр Чайковский», «Охта» и др.


Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5