Надежная судебная защита - цивилизованное общество, сильное государство (рецензия на монографию "Судебная защита прав лиц, содержащихся под стражей")
Журнал российского права, 2007.
, профессор кафедры уголовного процесса и криминалистики Самарского государственного университета, доктор юридических наук.
Актуальность исследуемой проблематики очевидна и обусловлена спецификой анализируемых правовых институтов. Содержание под стражей лиц, участвующих в производстве по уголовному делу в разном процессуальном качестве, сопряжено с наиболее интенсивным вторжением государства в сферу конституционных прав и свобод личности. По этой причине любые проявления произвола или бесконтрольности в правоприменительной деятельности, ставшей объектом авторского внимания, способны причинить, а на практике - нередко причиняют наиболее тяжкий вред не только охраняемым законом частным интересам отдельных лиц, но и интересам всего общества. Монография привлекает широтой охвата исследуемых проблем и их межотраслевым характером. Автор помещает в единое поле зрения все виды лишения свободы в уголовном судопроизводстве, не являющиеся уголовным наказанием, все виды судебной защиты нарушенных прав лиц, лишенных свободы, все правовые формы и способы обеспечения им доступа к правосудию.
Необходимо отметить разнообразие использованного исследовательского инструментария. В книге анализируется широкий круг литературных источников, приводятся интересные статистические данные, результаты социологических опросов, примеры из уголовных дел, иллюстрирующие суждения автора, примеры из практики деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации (с. 203), редко являющиеся предметом обсуждения на страницах специальной уголовно-процессуальной литературы. Многие из приведенных автором сведений дают почву для серьезных размышлений по целому ряду проблем теории и практики уголовного процесса. Так, весьма специфичным выглядит отношение подавляющего большинства практических работников к заключению под стражу не как к превентивной принудительной мере, обеспечивающей нормальный ход процесса, а как к каре. Немалое удивление вызывает такое восприятие ситуации 68,4% опрошенных автором судей (с. 51), конституционная обязанность которых, как известно, - "не осудить, а рассудить", разрешить правовой спор между органами уголовного преследования и стороной защиты.
В работе справедливо обращается внимание на многие недостатки действующих норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих применение мер процессуального принуждения, связанных с лишением свободы обвиняемых и подозреваемых. Так, неоправданным видится избыток оценочных понятий в формулировках гипотез таких норм, ставящих их применение в неограниченную зависимость от усмотрения правоприменителя. Таковы, например, "иные данные" (ч. 2 ст. 91 УПК РФ - с. 11 - 12), "исключительные случаи" (ч. 2 ст. 108 - с. 38; ч. 1 ст. 100 УПК РФ - с. 43) и некоторые др. Законоположения, содержащие подобного рода указания, нуждаются, по справедливому замечанию автора, в каком-то официальном толковании, в основе которого должно лежать солидное обобщение следственной и судебной практики. проявляет обоснованное внимание не только к текстуальным тонкостям действующего закона, но и к выработанным современной практикой типичным способам его нарушения. К числу последних отнесены: "перевод" административного задержания в уголовно-процессуальное, позволяющий игнорировать определенные УПК РФ сроки и гарантии прав задержанного, подмена уголовно-процессуального личного обыска административным "личным досмотром" (с. 22) и др. Межотраслевой характер исследования позволяет автору выявить и проанализировать проблемы, редко обсуждаемые в уголовно-процессуальной литературе.
Обоснованной критике в монографии подвергаются образцы процессуальных документов, которые сами по себе нередко создают почву для ошибочного применения правовых норм, для утраты важной для дела информации, а нередко - и для злоупотреблений процессуальными полномочиями. По мнению автора, в образец протокола задержания (приложение N 28 к ст. 476 УПК РФ) целесообразно было бы включить специальные графы о моменте и месте фактического задержания, сроке и способе доставления и водворения задержанного в изолятор временного содержания (с. 23).
В книге сформулировано немало предложений по совершенствованию действующего законодательства: уголовно-процессуального и смежного с ним. Аргументированно поддерживается идея законодательного закрепления особого процессуального решения - постановления о привлечении в качестве подозреваемого (с. 24), вынесение которого должно было бы фиксировать приобретение конкретным лицом указанного процессуального статуса. При всей ясности действующих положений ст. 46 УПК РФ об основаниях приобретения этого статуса современная практика дает немало примеров того, что фактический подозреваемый ущемляется в правах. С учетом опыта некоторых зарубежных государств автор считает необходимым обязать суд, рассматривающий ходатайство органов уголовного преследования о заключении обвиняемого или подозреваемого под стражу (наряду с законностью и обоснованностью избрания именно этой меры пресечения), удостовериться в приемлемости условий предстоящего содержания этого лица в данном месте предварительного заключения (с. 75). С этой точки зрения логичным видится предложение автора о создании в системе Министерства юстиции РФ особого департамента, ведающего следственными изоляторами (с. 79), а также - о формировании нового правового института "пенитенциарных судей" (с. 149); то же касается авторского взгляда на проблему вмешательства суда в решение конфликтных вопросов в случаях, когда по истечении 48-часового срока содержания подозреваемого в ИВС его по каким-то причинам не освобождают. Полагаем, что судебное рассмотрение вопросов, связанных с содержанием под стражей, в настоящее время обременено массой стереотипов профессионального правосознания, относящих большую часть соответствующих судебных процедур к разряду простых формальностей. Автор рецензируемой книги стремится избежать действия этих стереотипов и рассматривает институты судебной защиты лиц, находящихся в условиях лишения свободы, как совокупный способ решения множества социальных проблем. Нельзя не согласиться с в том, что судебные процедуры, позволяющие "выслушать конфликтующие стороны", уже сами по себе в немалой степени способствуют предотвращению крайних, чрезвычайных способов отстаивания заключенными своих позиций - бунтов в следственных изоляторах и исправительных колониях, заканчивающихся, как правило, человеческими жертвами и крупным имущественным ущербом (с. 130).
Многоаспектность рассматриваемой проблематики обязывает автора формулировать и аргументировать свои позиции по широкому кругу, казалось бы, далеких друг от друга уголовно-процессуальных проблем: об адвокатской тайне (в контексте переписки заключенных - с. 109), о правах в сфере уголовного судопроизводства Уполномоченного по правам человека (УПК РФ невыгодно отличается от УПК РСФСР отсутствием какого-либо упоминания о таковых - с. 200), о принципах уголовного судопроизводства: о презумпции невиновности, о тайне переписки и переговоров и т. д.
Широта спектра освещенных проблем, являющаяся бесспорным достоинством работы, одновременно дает почву и для критических замечаний, связанных, главным образом, с неиспользованными, по нашему мнению, резервами для дальнейшей разработки темы.
1. Сомнительным представляется суждение автора о целесообразности переименования главы 12 УПК РФ "Задержание подозреваемого" на "Привлечение в качестве подозреваемого". Полагаем, что здесь проявлена неточность концептуального свойства: названная глава является органичной частью раздела IV УПК РФ "Меры процессуального принуждения". Два из трех оснований приобретения статуса подозреваемого (ч. 1 ст. 46 УПК РФ) присутствуют в этом разделе, соответственно, в главах о задержании и о мерах пресечения (ст. 100 УПК РФ). Третье - возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица (п. 1 ч. 1 ст. 46 УПК РФ) - само по себе не является мерой принуждения, и помещать нормы о нем в главу о процессуальном принуждении, по меньшей мере, не логично.
2. Автор уделяет много внимания сопоставлению норм УПК РФ и УПК РСФСР, нередко приходя к справедливому выводу о том, что редакция многих новых законоположений существенно уступает аналогичным нормам прежнего закона. Отмечая это как достоинство работы, подчеркнем, что некоторые весьма существенные детали такого рода незаслуженно ускользнули от авторского анализа. Так, в п. 2 ч. 1 ст. 122 УПК РСФСР предусматривалось, что потерпевший, по прямому указанию которого мог быть задержан подозреваемый, обязательно должен был входить в число очевидцев преступления. Пункт 2 ч. 1 ст. 91 УПК РФ содержит весьма двусмысленные формулировки на этот счет: "потерпевшие или очевидцы", и указать на данное лицо, как на совершившее преступление, они могут не обязательно "прямо" (это ключевое слово из закона исчезло). Новая редакция этой нормы дает формальные основания задерживать лицо по подозрению в совершении преступления на основании озвученного в правоохранительных органах предположения потерпевшего-заявителя, например, о том, что его квартиру, пока он был в отпуске, обокрал сосед по подъезду, который ранее неоднократно выражал враждебное отношение к потерпевшему, завидуя его достатку. Пример сконструирован искусственно, но, повторимся, формальные основания для задержания практически любого указанного потерпевшим лица здесь имеются.
3. Заявив, что "судебная защита осуществляется в форме правосудия", автор фактически уклонился от участия в многолетней дискуссии о том, является ли правосудием судебный контроль (с. 134). Из авторского контекста следует, что он считает судебный контроль правосудием. Однако при этом необходимо было аргументировать свою позицию, если она принципиальная, а не мимолетно озвученная.
Высказанные замечания - это проявление исключительного интереса рецензента к рассмотренной монографии , которая демонстрирует заметный вклад автора в развитие уголовно-процессуальной науки, в совершенствование закона и правоприменительной практики. Монография заслуживает самого широкого распространения в юридических вузах, а также в системе повышения квалификации практических работников всех юридических профессий.
