Историческiе матерiалы. ИЗЪ БЫТА И ВѢРОВАНІЙ КОРЕЛЪ Олонецкой губерніи (стр. 5 )

Мнѣ остается еще сказать о численности «Кару» и о мѣстахъ ихъ преимущественнаго обитанія.

Когда мы спросили одну старуху: «много, небось, этихъ «тойзэнъ-пуолэллизій» на свѣтѣ?» — она отвѣтила: «много, очень много. Какъ звѣря всякаго въ лѣсу, большаго и малаго, такъ и ихъ. Вездѣ ихъ понапихано; нѣтъ такого мѣста, гдѣ бы ихъ не было».

Впрочемъ, и такъ можно было заключить, что число «Кару» на землѣ не маленькое. Размножаясь отъ сотворенія міра (по приведенному въ началѣ разсказу) до настоящаго времени также, какъ и люди, они должны представлять почтенную цифру, — особенно, если они обладаютъ, въ добавокъ, безсмертіемъ. Но на этотъ вопросъ отъ Корелъ мнѣ не удалось узнать ничего. Съ другой стороны, исходя отъ тѣхъ представленій, какія имѣютъ о своихъ постоянныхъ врагахъ и пакостникахъ Корелы, — представленій, какъ мы выше видѣли, чисто человѣкообразныхъ, — мы могли бы рѣшить этотъ вопросъ въ томъ смыслѣ, что «Кару» ожидаетъ такая же участь, какъ и человѣка. Заставляя его жениться и выходить замужъ, приписывая ему чувство голода (а также, должно быть, холода и тепла), видя его способнымъ чувствовать боль, — рождающимся, постепенно растущимъ подъ руководствомъ старшихъ, — корелъ долженъ былъ приписать ему и періодъ старости, а затѣмъ слѣдующую за нимъ смерть.

Впрочемъ, какъ существо несомненно высшее, чѣмъ человѣкъ, одаренное свойствами, какихъ нѣтъ у послѣдняго, способное, напримѣръ, быть невидимымъ для него и являться ему, — существо, происходящее — по прямой линіи — отъ того «Кэгно», который спорилъ съ самимъ Создателемъ о первенствѣ — «Кару» долженъ отличаться отъ человѣка, не смотря на все сходство его природы съ природой человѣческой.

Относительно мѣстъ, гдѣ преимущественно любитъ обитать «Кару», — тотъ-же старикъ говорилъ слѣдующее. Такимъ мѣстомъ является лѣсная чаща, по возможности удаленная отъ взоровъ людей. Трава на такихъ мѣстахъ никогда не ростетъ. Впрочемъ, это должно быть только мѣстомъ временныхъ сборищъ, такъ какъ «Карутъ», главнымъ образомъ, преданы скитальческому образу жизни, который наиболѣе подходитъ къ ихъ постоянному занятію, состоящему въ томъ, чтобы соблазнять людей, дѣлать имъ всевозможныя пакости и т. д. Перехаживая съ мѣста на мѣсто, они оставляютъ, будто бы, на землѣ слѣды, которые, вслѣдствіе ихъ человѣкообразнаго вида, должны быть похожи на наши. Каковы бы, однако, они ни были, вся бѣда въ томъ, что попавшій на эти слѣды непремѣнноvi заблудится. Будь хоть того знакомѣе мѣсто, обязательно будетъ казаться, что во вѣки не видалъ его, что попалъ на это мѣсто только въ первый разъ въ жизни. Разумѣется, будешь искать мѣстъ знакомыхъ, а самъ, между тѣмъ, въ то время будешь все болѣе и болѣе удаляться съ истиннаго пути. Опытные люди, которые съ должнымъ вниманіемъ относятся къ наставленіямъ людей старыхъ, указываютъ слѣдующее средство, чтобы выбраться на настоящую дорогу. Впрочемъ, приведемъ его вмѣстѣ съ разсказомъ старухи, бывшей на слѣдахъ «Кару» и избавившейся только благодаря ему. «Ходила я за брусникой. Собирала довольно долго, день началъ склоняться уже къ вечеру. Да, видно, попала на «ихъ» слѣды. Поднимаю голову, оглядываюсь, — мѣста все незнакомыя. Я было туда-сюда; нѣтъ, совсѣмъ сбилась съ пути. Дай, думаю, пойду, куда глаза глядятъ, авось, хоть случайно выберусь на дорогу. Такъ шла довольно долго, а мѣста все идутъ незнакомыя. Между тѣмъ, въ сторонѣ, все время, нѣтъ-нѣтъ да послышится плачъ ребенка (очевидно, «Карутъ» были близко). Такъ я и рѣшила — значитъ на слѣдахъ. Наконецъ, почти вечеромъ, подхожу къ какой-то горѣ. Поднялась. Вижу камень; взлѣзла на него, чтобы лучше разглядѣть окрестность. Но въ окружности все были мѣста неизвѣстныя. Тутъ только я вспомнила, какъ старики учили поступать въ подобныхъ случаяхъ. Сошла съ камня и раздѣла съ себя все, что было. Сапоги вытрясла и перемѣнила — съ лѣвой ноги на правую, съvii правой на лѣвую. Сняла крестъ, поцѣловала его и снова одѣла на шею. Платье тоже перетрясла и одѣла снова. Поднялась теперь на камень, оглянулась, — вижу — мѣста давно знакомыя, даже камень, на которомъ стояла, былъ извѣстенъ. Верстъ за семь, какъ оказалось, ушла я отъ своей деревни. Раньше часто бывала на этихъ мѣстахъ, а тутъ совершенно не признала.»

Таковы бываютъ, будто бы, слѣдствія, если человѣкъ попадетъ на слѣды «Кару». Тоже нужно сказать и о домашнихъ животныхъ, если съ ними случится подобная бѣда. Не укараулитъ пастухъ коровъ, заблудится какая изъ нихъ, — ему есть возможность сослаться на слѣды «Кару», отъ которыхъ не застрахованъ никто, кому такъ или иначе приходится бывать въ лѣсу.

(Окончаніе въ слѣд. №.)

___________

П. М. Из быта и верований корел Олонецкой губернии // Олонецкие губернские ведомости. 1892. № 79. С. 825 – 826.

С. 825

Этнографическiе матерiалы.

ИЗЪ БЫТА И ВѢРОВАНІЙ

КОРЕЛЪ

Олонецкой губерніи.

(Окончаніе, см. № 78.)

__

Въ заключеніе, считаю необходимымъ привести слышанные мною въ В—рѣ два разсказа о баянникахъ (кюлю-ніэкка) и ригачникахъ. Тѣ и другіе, по всей вѣроятности, принадлежатъ къ породѣ «Кэгно» или «Кару» и, какъ этотъ послѣдній, готовы при случаѣ удрать какую-нибудь штуку надъ человѣкомъ.

Такъ, про одного баянника разсказываютъ слѣдующее. Пошелъ какой-то мужикъ поздно, подъ воскресенье, въ баню. Ждали, ждали домашніе, а его все нѣтъ. Наконецъ, приходятъ туда, а онъ уже растянутъ на горячей каменкѣ. Мужикъ былъ мертвъ. Положили, что это устроилъ съ нимъ баянникъ; однако, другіе утверждали, что Богъ наказалъ нарушителя святости воскреснаго дня.

Не мало хлопотъ надѣлалъ около Олонца, какъ разсказываютъ, и ригачникъ. Каждый разъ, какъ только затопляли печь въ ригѣ, онъ устраивалъ такъ, что рига загоралась. До конца не сожжетъ, а хлопотъ надѣлаетъ много. Одинъ изъ мужиковъ, которому больше всѣхъ надоѣли постоянные поджоги риги, рѣшилъ проучить ригачника. Мужикъ былъ громаднаго роста, чему соотвѣтствовала и его смѣлость, отважность. Вотъ онъ затопилъ однажды ригу, а самъ забрался ночевать туда, захвативъ съ собой длиннѣйшую плеть. Расположившись спать, дверь онъ нарочно затворилъ не благословясь, чтобы ригачнику было удобнѣе явиться, если только онъ обитаетъ внѣ риги. Около себя онъ поставилъ свои громадные сапоги. Лежитъ, не спитъ. Вдругъ, вбѣгаетъ небольшой «Кару», въ образѣ мальчишки. Схватилъ сапогъ, давай съ нимъ играть, самъ приговариваетъ: «ахъ, какой большой сапогъ! ахъ какой большой сапогъ!» Мужикъ, между тѣмъ, схватилъ плеть, да давай ею нажаривать забавлявшагося ригачника. А самъ съ каждымъ ударомъ все громче и громче читаетъ молитву. Побиваемый забылъ даже боль, хотя совершенно скорчился отъ нея. «Не читай хоть молитвъ, кричитъ онъ, второпяхъ убѣгая изъ риги, которая съ тѣхъ поръ больше не загоралась (должно быть, ригачникъ боялся повторенія экзекуціи).

Таковъ корельскій «Кэгно» или — что тоже «Кару». Приходится сознаться, что характеристика его не полна, въ ней не достаетъ многаго; но это уже результатъ независящихъ отъ меня обстоятельствъ. Прежде всего, нужно имѣть въ виду, что и самъ Корелъ не совсѣмъ отчетливо представляетъ себѣ, что это за существо «Кэгно». Изъ разсказовъ стариковъ, конечно, лучше всего можно уловить его настоящій характеръ, но они сообщаются очень неохотно, какъ неохотно произноситъ Корелъ и самое слово «Кэгно», когда о немъ ему напоминаютъ. Я старался по возможности, привести въ систему то, что мнѣ удалось слышать, изрѣдка сопровождая слышанное своими соображеніями, чтобы облегчить читателю трудъ разобраться въ предлагаемомъ ему матеріалѣ.

Клады и ихъ искатели.

Старики, какъ разсказываютъ Корелы, иногда при жизни, а иногда предъ смертью прятали накопленныя ими деньги куда-нибудь въ лѣсъ или въ поля, въ грудахъ камней («руопасъ», множ. — «руоппагатъ»). Иные клали деньги, чтобы потомъ взять ихъ назадъ, прятали ихъ безъ всякаго колдовства («тыэдо» — знаніе). Оставшись въ землѣ, по случаю внезапной смерти положившаго ихъ или почему иному, они легко

С. 826

могутъ сдѣлаться добычей всякаго, если кому придется натолкнуться на нихъ. Такъ дѣйствительно и было въ одной деревушкѣ, въ 10 верстахъ отъ В—ра. Старикъ закопалъ деньги въ лѣсу, не сказавъ про это даже своему сыну, а самъ ушелъ въ Салменицы и тамъ умеръ. Нѣсколько крестьянъ (изъ разныхъ домовъ) той же деревни рубили лѣсъ (каскіэ аёа) подъ палъ. У одного дерева лежалъ довольно большой камень. Мужикъ и хотѣлъ свернуть его въ сторону, чтобы не испортить топора. Выворотилъ его, смотритъ — подъ нимъ какая-то деревяшка. Поднялъ ее, видитъ — рукавица. Мужикъ кричитъ сыну. Тотъ былъ подогадливѣе, схватилъ рукавицу, которая оказалась полною денегъ — серебряныхъ и даже, какъ говорятъ, золотыхъ, — и давай бѣжать съ ней въ лѣсъ. Тамъ ее и припряталъ.

Этотъ кладъ дался легко. Не такъ бываетъ дѣло, если кладъ положенъ съ колдовствомъ (или со знаніемъ). Эти клады гораздо древнѣе, — старики больше знали и потому лучше могли уберечь свои сокровища. Иногда они зарывали кладъ съ такимъ условіемъ, чтобы онъ давался только на извѣстное имя. Приходитъ человѣкъ съ такимъ именемъ, кладъ и дается ему. Да и то еще сразу не возьмешь. Обыкновенно, сначала вдали покажется на камняхъ синенькій огонекъ. Подойдешь ближе, онъ превращается, по большей части, въ небольшую змѣйку, которой нужно чѣмъ-нибудь коснуться. Тронешь ее, она и разсыплется рублями, а то и червонцами, — знай собирай. Одной дѣвушкѣ показался огонекъ, видѣла она и змѣйку въ камняхъ, да только не съумѣла воспользоваться: испугалась и убѣжала прочь. Между тѣмъ, стоило ей ударить змѣйку чѣмъ-нибудь — кладъ бы достался ей. Ночью, во снѣ, какой-то человѣкъ сказалъ ей: «не умѣла воспользоваться счастьемъ, когда счастье было почти въ рукахъ, — теперь ищи его»… Многіе старики зарывали клады на островахъ. При этомъ они ставили условіемъ, чтобы кладъ дался въ руки «одно-ночному младенцу, который пріѣхалъ бы за нимъ по одно-ночному льду, на одно-ночномъ жеребенкѣ». Условіе, очевидно, невыполнимое, и потому такіе клады остаются до сихъ поръ не тронутыми. Около Салминицъ, на озерѣ, есть островъ «Руочинъ-соари» (шведскій или островъ шведовъ. Не нужно смѣшивать его съ соименнымъ островомъ на Сямозерѣ). Говорятъ, на немъ были шведы съ награбленнымъ добромъ19). Ихъ окружили и грозили перебить. Вотъ они и покидали деньги въ воду, или зарыли въ землю съ указаннымъ выше условіемъ. Многіе невѣрующіе въ его силу, перерыли или переорали почти весь островъ, но ничего не нашли. Видно, этого не достаточно, чтобы добыть кладъ. Многіе, впрочемъ, стали теперь относиться недовѣрчиво къ существованію его. Вѣроятно, неудачныя попытки постепенно охладили энтузіазмъ первоначальнаго вѣрованія.

И въ послѣднее время заведутся у мужика лишнія деньги, онъ не держитъ ихъ дома, — могутъ стащить недобрые люди, а то — при частыхъ пожарахъ — сгорятъ еще, пожалуй. Корелъ тащитъ ихъ въ поле, или въ лѣсъ и прячетъ. Умретъ, не успѣвъ сказать про нихъ никому, такъ они останутся лежать, пока не попадутъ кому-нибудь въ руки. Иногда прячутъ деньги и въ домѣ гдѣ нибудь, — зарываютъ въ горшкѣ въ землю, подъ угломъ, въ подпольѣ или на дворѣ. Скажетъ о нихъ старикъ, умирая — ладно; а то сидѣть имъ тамъ до тѣхъ поръ, пока наслѣдники не вздумаютъ перестраивать или исправлять старый домъ. Глядишь — изъ какого-нибудь угла вывалится рукавица, а то въ землѣ натолкнутся на горшокъ съ деньгами, припрятанными скупымъ старикомъ.

П. М.

__________

1 Въ одной деревнѣ (5 в. отъ Ведлозера) намъ удалось слышать эти стоны родильницы, лежавшей — какъ водится — въ заднемъ углу за занавѣсомъ, на соломѣ.

2 Рыбникъ съ запеченною въ немъ рыбою представляетъ какъ-бы гробъ, съ заключеннымъ въ него мертвымъ тѣломъ.

3 Такой осколокъ камня всегда можно найти около избъ или бань. Обыкновенно, въ банѣ согрѣваютъ воду въ корытахъ, опуская туда раскаленные камни. Также согрѣваютъ и пойло для скота. Побывавъ нѣсколько разъ въ дѣлѣ, камень начинаетъ крошиться и обыкновенно бросается по близости избъ или бань.

4 Случается, что баба родитъ иногда въ полѣ, на работѣ. И тутъ соблюдается эта примѣта, если, конечно, близко отецъ, который снимаетъ свою рубаху и натягиваетъ на себя что нибудь другое.

5 Впрочемъ, другіе наиболѣе опаснымъ считаютъ время до шести недѣль отъ дня рожденія.

6 Болѣзнь носитъ названіе «Уцn-itkettдjв» (т. е. заставляющая ночью плакать); ребенокъ не спитъ спокойно, плачетъ, мечется и т. п. Все это, по вѣрованію Корелъ, продѣлки злаго «Кару» или злыхъ людей, посылающихъ на дѣтей порчу.

7 Почему это? — Мнѣ не удалось узнать. Говорили, что нехорошо, а объясненія никакого не давали.

8 г лат. g

9 «ы» здѣсь нужно произносить мягче «ы» русск. и тверже «и».

10 Узнать заговоры мнѣ, къ сожаленію, не удалось. Да и вообще-то, о подобныхъ вещахъ разсказываютъ очень неохотно.

11 Воды берется непремѣнно столько, сколько попадаетъ за одинъ разъ.

12 Одна чашка берется въ правую руку, другая въ лѣвую.

13 Названія «Кару» и «Кэгно» равносильны и прилагаются къ однимъ и тѣмъ-же существамъ. Первое только гораздо употребительнѣе (оно означаетъ собственно — плохой, худой, слабый въ физическомъ отношеніи, больной и т. п.). Корелы боятся называть существъ другаго міра (тойнэ пуоли) ихъ именами и замѣняютъ названіемъ «Кару». Впрочемъ, одна женщина, на мое замѣчаніе объ этомъ, сказала: «это такъ бываетъ только до тѣхъ поръ, пока не разсердишься. Въ сердцахъ перекричишь всѣхъ чертей, да и въ голову не придетъ, что дѣлать этого совсѣмъ-бы не слѣдовало».

14 Что это именно за дрянь, объясненія мнѣ добиться не удалось.

15 Черный суконный пиджакъ или сюртукъ (даже черный цвѣтъ вообще) считается принадлежностію «господъ». Ходить «галлякойсъ» — въ суконной черной одеждѣ — значитъ подражать господамъ.

16 Сами корелы носятъ сапоги изъ желтой невычерненной кожи. Голенищи такъ и остаются въ большинствѣ случаевъ, бѣлыми. Черные сапоги и голенищи — признаки щегольства.

17 Мельникамъ такое обыкновеніе «Кару» и на руку. Скроетъ мужикъ мѣрку или около того, а мельникъ, привыкшій уже на глазъ опредѣлять — особенно при небольшихъ количествахъ, сколько зерна въ мешкѣ, — пользуется тѣмъ излишкомъ, про который ему не сказано. «Кару» не явится опровергать взводимыхъ на него обвиненій. А хозяинъ муки и придраться не смѣетъ, зачѣмъ самъ не сказалъ настоящаго количества зерна.

18 Между собою «Карутъ» говорятъ на языкѣ, непонятномъ для людей. Сталкиваясь съ людьми, они, надо полагать, могутъ говорить на всевозможные лады.

19 Къ какому времени относится это событіе не извѣстно.

i Исправленная опечатка. Было: совсѣхъ, исправлено на: со всѣхъ — ред.

ii Исправленная опечатка. Было: Сюб, исправлено на: Сюбъ — ред.

iii Исправленная опечатка. Было: приэтомъ, исправлено на: при этомъ — ред.

iv Исправленная опечатка. Было: глазу, исправлено на: сглазу — ред.

v Исправленная опечатка. Было: къ, исправлено на: съ — ред.

vi Исправленная опечатка. Было: непремѣнео, исправлено на: непремѣнно — ред.

vii Исправленная опечатка. Было: са, исправлено на: съ — ред.